Сменим роли

— Я собрал вас здесь не просто так, — Еле громко шепчет мужской голос. Его слова чуть не пропадают за разговорами других людей, столпившихся вокруг за другими столиками кафешки. Пальцы переплетаются друг с другом, брови хмурятся, а туманный взгляд падает на троих парней напротив него. — Да пошëл ты. Созвал нас средь бела дня и думаешь, что я побегу тебе помогать? — С уст парня слетает фырк. Он откладывает чашку кофе, что ему так любезно купил Сейширо, обратно на стол и со скучающим взглядом накручивает розовую прядку волос на палец. — Если Наги так резко вспомнил о нашем существовании – значит случилась проблема мирового уровня, — Исаги тяжело вздыхает, оглядываясь то на Чигири, сидящего слева от него, то на Наги, что прожигал их всех странным взглядом. — Да ладно вам. Разве не интересно, что же такого случилось? Мне вот ещё как интересно. Обычно Наги даже на мои сообщения отвечает лишь по праздникам, — Мегуру пожимает плечами, а его губы растягиваются в широкой улыбке. Он слабо соприкасается с Йоичи своим плечом, намекая ему взглянуть в эти серьёзные серые радужки. — Короче, мне нужен совет, — Сейширо поглубже вдыхает, переводя взор на трëх парней по очерëдности. — Сегодня.. ну.. тот самый день, когда мы с Рео начали встречаться – у нас третья годовщина. И я.. я не знаю, что ему подарить. — Идиот, тебе хватило бы и меня одного, зачем ещë этих так "любезно" пригласил? — Фыркает Хëма, доставая из кармана штанов мобильник. — У Рео и так есть всë, чего он только пожелает, так что здесь ты проебался. — Ну не! Думаю, можно сводить его куда-нибудь, — Бачира тянется к кружке кофе, глубоко вдыхая приятный аромат. — Рео же опять взял выходной? Если так, то можно посетить парк аттракционов. Эх.. вспоминается моя первая свиданка. Мегуру опирается локтëм о стол, а после пальцами о подбородок. Он мечтательно вздыхает, не замечая странных взглядов со стороны. — У Рео.. не получилось взять полный выходной: из-за какой-то там важной встречи он придëт только к обеду или часам к двум, — С уст слетает обречëнный вздох, — И конечно же я свожу его туда, куда он только не попросит. Но вот с подарком нужно помучиться, я всю голову себе сломал. — Да боже мой, — Цокает Хëма, отвлекаясь от чего-то уж слишком интересного в экране телефона. — Если честно, Рео будет рад даже камню с земли, если он от тебя. Не засирай голову ненужными размышлениями, а то, как всегда, сделаешь только хуже. — Я никогда не делал "хуже" для Рео, — Фыркает Наги, уводя взгляд в пол. — Ага, — С саркастичным тоном Чигири приподнимает одну бровь. — Напомнить тебе, что случилось, когда он уехал в Америку три года назад? Напомнить? Я же могу, да и так хорошо напомню, что месяц встать не сможешь. — Ух, наша принцесса сегодня не в духе, — Хихикает Мегуру, быстро переводя взгляд с одного парня на другого и обратно, наблюдая за их враждебно настроенной мимикой. — И так одни проблемы кругом, да и он ещë поднял меня ни свет ни заря, завлëк тем, что что-то случилось с Рео, а на деле просто не может включить мозги, — Хëма тяжело вздыхает, опираясь спиной о стул, лишь иногда краем глаза замечая проходивших к своим столиками, либо к кассовому аппарату, людей. — У тебя есть какие-нибудь идеи? — Исаги, стараясь не обращать внимания на двух парней, что так "любезно" переговаривались друг с другом, сосредотачивает внимание на задаче Наги. — Ну.. есть парочка, но есть шанс, что Рео совсем не оценит мои идеи, — Широ пожимает плечами. — Я за парные кольца! Это и мило, и даже как-то символично, — Радостно прыскает Бачира, отвлекаясь от переглялок с грозными алыми глазами. — Говорю же: Рео оценит всë, что ты только подготовишь. Для него само осознание того, что ты решился поднять свою ленивую задницу ради него, это уже огромное счастье, — Фыркает Хëма, переводя взгляд с Мегуру на одну белую макушку. — Думаю, Чигири даже прав в какой-то степени, — Йоичи делает глоток напитка, после продолжая свои слова. — Просто попытайся порадовать его. Если подарок выйдет не удачным, то своди Рео куда-нибудь повеселиться. — Ладно.. но.. мне всë равно потребуется ваша небольшая помощь, — Кровь приливает к ушам, и Сейширо старается скрыть румянец ладонью. — Исаги, у тебя же отец в полиции работает? Мне кое-что нужно.

*****

— Рео точно оценит подобное? — Спрашивает Широ сам себя, корча непонятную мордочку зеркалу в полный рост, что притаилось в углу комнаты. Ладонь поправляет чëрную фуражку с жëлтым знаком по середине, подмечая, как же недовольны его волосы, раз посмели слегка заметно растрепаться после двухчасовой укладки. Наги поправляет чëрный галстук, но так и не заделывает его до конца. С ними так тяжело: если заделать слишком сильно, то можно и задушиться, а если слабо – он свисает, как на огородном пугале. Наги старался найти идеальную середину, но, потерпев крах в своей задумке, решил, что уж лучше оставить всë, как есть, с еле свисающим галстуком. Чëрный жилет парень даже не решился одевать. С ним ещё сложнее, нежели с душащим галстуком. Он перекрывает лëгкие и заставляет спину держать идеальную осанку. А Наги.. ну а что "Наги"? Ему лень не то что выпрямляться, а даже смотреть на своë отражение. Так что всë, что он всë-таки решился надеть, дабы выглядеть хотя бы немного по культурнее, это белая рубашка с голубыми полосами и какой-то вышевкой на рукаве и чëрные штаны с крепким ремнëм, что, кстати, тоже не выделял ему особых удобств, стиснув бëдра. — И что ему сказать? — Сейширо непонимающе приподнимает одну бровь, а в отражении видит совсем другого парня: уложенные волосы, выглаженная одежда, что будто выставляла голым на людях, выделяя мышцы на теле. — Типо: "Привет, Рео, я не придумал, что тебе подарить, так что решил просто нарядиться"? Боже.. какой же дурак. Наги говорит подобное не о себе. Скорее, о своей фантазии и отражению в зеркале, что выглядит крайне глупо. Совет на всю жизнь, к которому срочно требуется прислушаться: никогда не ищите советов в интернете. Не найдëте ничего интересного и тоже напялите глупый костюм. Ну посмеëтся с него Рео, и что с того? Что делать дальше? Этот наряд многого не решит, да и не разгуляешься в нëм: Во-первых, неудобно, а во-вторых, его же оштрафуют. Лучше бы сделал всë, как обычно – оставил бы продумку на Рео. Он всегда придумывает что-то необычное и красивое. Что-то, что и романтично будет, и комфортно. А Наги.. все его идеи – это компьютерный клуб, прогулка по парку и.. и этот нелепый костюм. Крайне глупо и смехотворно.

.............

— Спасибо, что забрал меня, — С уст Микаге слетает тяжëлый вздох. Ладонь потирает звенящие от боли виски, а тело чуть не спотыкается на ровном месте, менее уверенно шагая по подъездной лестнице. — Без тебя, я бы помер. — Это ещë повезло, что у меня всегда с собой подавители, — Чигири недовольно фыркает. Алые радужки бегают от шагающего впереди Рео до лестницы. Черепная коробка уже накидывает кучу нюансов внезапной течки, а сам парень старается следить за каждым неровным вздохом со стороны лучшего друга. — Но мои тебе не подходят, я же реценсивный. Короче, идëм до тебя – берëшь свои подавители, и сразу дуем ко мне. Если Наги дома, то не реагируй ни на одно его слово. Начнëт приставать – зови меня. Я ж не чувствую феромонов, так что сочту честью законным образом ударить по этому вычурному лицу. — Понял-понял, — Наследник компании положительно мотает головой. — Только не бей его, можешь просто оттолкнуть. Внезапная течка, что вообще-то должна была прийти только через неделю – самое худшее, что только могло произойти в подобный день. При ней нельзя контактировать с чужими феромонами и уж лучше вообще не видеться с альфами. Мда.. а с парнем-то Микаге повезло – доминантный альфа. Ситуация – лучше и не придумаешь. Ужасно в ней то, что произошло подобное именно в их с Наги праздник, который, по всей видимости, придëтся перенести на неделю-другую. Нельзя предугадать, как альфа станет себя вести, почувствовав феромоны доминантного омеги. А Широ почувствует. Все прошлые течки, в течении нескольких лет, Рео проводил за противными таблетками и задержании в компании, мол: я не приду из-за работы. Нельзя уверять и то, что Сейширо вообще знает, что такое "течка", ведь Рео потратил множество сил и времени, дабы скрыть от него все нюансы подобного периода. При течке страдает не только сам омега, что не может контролировать собственные эмоции и действия. Даже альфа страдает, теряя рассудок и весь здравый смысл. Слишком рисково сейчас идти к Наги. Нельзя встречаться с ним, говорить, а уж тем более вдыхать феромоны. Это.. это может кончиться тем, что они оба сойдут с ума. Конечно же у Сейширо был гон. И в это время он не избегал Рео, а тот даже и не старался огородить парня от себя. Они проводили эти дни вместе и.. в один из таких дней, Рео чуть было не приобрëл новую метку, в последнюю секунду успев отстранить Наги от себя. Но это.. это не тоже самое, как течка. В их отношениях, самый здравомыслящий человек – именно Рео. Он изучил всë от и до про альф, это он контролирует ситуацию и вовремя использует так называемый "здравый смысл". Но.. в период течки, даже Рео способен потерять контроль и стать глупцом. Нельзя допускать подобной оплошности. Нельзя.. позволять себе всë, чего сейчас желает внутренний омега. А желает он многого: поцелуи, прикосновения, феромоны, контакты, метку и.. и ещë кое-чего не культурного. Но, как уже упоминалось ранее, ничему из этого Микаге не позволит стать явью, продолжая сдерживать своего омегу крепкими цепями. — С каких пор Наги начал запирать дверь? — Наследник компании прожигает дверную ручку удивлëнным взглядом, надавив на неë ещë пару раз. — Наги, ты же дома? Рео никогда не запирает дверь. Он часто уходит на работу под самый рассвет, а Широ же жалуется на то, что, видите-ли, слишком напряжно каждый раз искать ключи, дабы выйти в магазин. Он всегда оставляет дверь открытой, позволяя Наги в спокойствии покинуть квартиру на лишние пару часов. — Открывай давай! — Чигири облокотился спиной о стену подъезда, громко ударяя по двери ногой. — Быстрее! Если не откроешь через пять секунд, то я вышибу не только дверь, но и крупицы твоего мозга. — Не стучи так, следы же останутся, — Более тихо выдаëт Микаге, со слегка нахмуренными бровями смотря на чужую ногу, что, после его слов, всë же перестала колотить несчастную дверь, и краем уха замечая долгожданный щелчок замка. С уст слетает облегчëнный вздох, когда дверь неспеша распахивается. Остаëтся только быстро схватить подавители, а после бежать к Чиг... — Добро пожаловать домой, — Сейширо опирается боком о дверной косяк, пальцами оттягивая ворот белой рубашки в стороны и открывая вид на слегка бледные грудные мышцы. Взгляд замер. Фиолетовые радужки больше не бегали из стороны в сторону, а остановились на разглядывании уложенных белых локонов, что сейчас прикрывала странная фуражка. Тело отмирает только тогда, когда розовласая макушка, замеченная краем глаза, разворачивается в сторону, а его лучший друг спешно спускается по лестнице — Ч..чигири? — Микаге разворачивает голову в сторону Хëмы, что замер на нижних ступеньках. — Ты чего это? — Пойду напьюсь, — Выплëскивают чужие уста, пока алые глаза замирают на разглядывании стены. — Ты же не пьëшь.. и сам мне запрещаешь. — А сейчас я пойду и напьюсь, — Ноги делают ещë пару шажков вниз, останавливаясь на ровной каменной поверхности. — Напьюсь в хламину и постараюсь забыть обо всëм увиденном. Удачи тебе, Рео. Увидимся через пару дней. Если хоть раз пискните об этом случае – я сверну вам шею. — А я же предупреждал, что хочу остаться с Рео наедине, — С уст срывается спокойный вздох, когда длинноволосая макушка покидает поле зрение серых радужек. — Я же нормально всë сказал? Ну.. типо это: добро пожаловать. Не знал, как лучше тебя встретить. Глаза переходят к более приятному парню, что молча проходит внутрь помещения, прикрывая дверь до тихого щелчка. — Сказал-то ты красиво, не жалуюсь. Но.. почему именно в таком виде? — Ладони опираются о дверь, как и спина. Тяжело удерживать стоячее положение, особенно от того, как же сильно их квартира пропахла феромонами. Этими противными.. и.. ну.. лишь немного ласкающими ноздри, феромонами. — Новая работа? — Нет.. я.. просто хочу выглядеть красиво перед Рео, — Холодные пальцы ложатся на чужую щëку, заставив фиолетовые радужки приковаться к своей персоне. — Это всë глупый интернет, я не виноват. — Это не интернет глупый, а ты, — Рео приподнимает уголки губ в маленькой улыбке, а ладони тянутся к рубашке, дабы застегнуть несколько расстёгнутых сверху пуговиц. — Рубашку не застегнул, галстук не завязал, фуражка набок. Совсем обленился здесь без меня. — Значит Рео нужно чаще оставаться со мной, чтобы я не ленился, — Сейширо невинно моргает глазами, а ладонь переходит с щеки на фиолетовые локоны, заправляя небольшую прядку на красное ухо. — Я уже не устраиваю Рео? — Конечно устраиваешь, — С уст срывается уставший вздох, а сам парень чуть отстраняется, дабы взглянуть в серые глаза напротив. — И тебе не может не идти подобный наряд, но.. завтра я отключу интернет. — И как же мне тогда с тобой переписываться? — Сейширо склоняет голову вбок и приближается к чужому лицу. Он так давно не видел Рео – с самого утра. Так долго шëл этот день, но сейчас.. так классно. На сердце накатывается забытое облегчение, а от приятного соприкосновения своих губ с мягкими щеками хочется ещë крепче прижать этого парня к себе. — Я вообще-то скучаю. — По почте будешь мне письма присылать, — Сквозь крепко стиснутые зубы проходит прерывистый вздох, что сейчас совсем не поддавался контролю дыхания. — А Рео ответит на мои письма? — Наги поступает так, как хочет: крепко прижимает к себе чужое тело, заставив того отстраниться от двери, аккуратно, будто боясь спугнуть, поглаживает ладонями спину и целует уже в висок. — Да.. конечно отвечу, — Микаге поднимает голову выше, стараясь словить щеками мягкие поцелуи. Резко, будто при выстреле из пулемëта, в голову врезается уже слегка позабытый "здравый смысл", а ладонь крепко сжимает чужую руку, что уже оттянув низ его рубашки в сторону, пальцами касалась оголëнной кожи спины. — Подожди. Я же.. я.. я зачем-то сюда приходил. Что-то срочное.. да.. срочное. — Конечно, Рео пришëл за мной, — Ладонь всë равно стремится дальше, несмотря на сильную хватку со стороны, а пальцы еле ощутимо очертают чужой позвоночник. Рука легонько вздрагивает лишь тогда, когда Рео прижимается лицом к его плечу, утыкаясь носом в шею и не сдержав неровного вздоха. — Я..я хотел что-то взять. Таблетки.. мне.. н-нужны таблетки, — Шепчет он прямо в чужое плечо, опаляя кожу горячим дыханием. Микаге прикрывает глаза, вжавшись пальцами в чужую рубашку. Он уже не старается отстранить Сейширо от себя, как несколько мгновений назад. Почему.. он же почему-то пытался это сделать? — У тебя что-то болит? — Поняв, что, видимо, ему позволено трогать Рео там, где только пожелает, вторая ладонь преодолевает препятствие в виде тканевой рубашки, касаясь холодными пальцами лопаток. Наследник компании вздрагивает, выгибаясь всем телом и поднимая голову выше. Белые пряди щекочут нос, а с уст слетает всë больше приглушëнных вздохов. — Нет.. всë.. это, как там? Хорошо? Да.. да, всë хорошо, — Словарный запас начинает покидать. Зачем Рео хотел взять таблетки, если ничего не болит? Он чувствует себя хорошо и даже очень. Особенно хорошо от того, с какой нежностью его касаются тëплые ладони. Ему хорошо.. таблетки не нужны, а Наги.. Наги нужен. — Тогда ты пришëл только за мной, хорошо? — Глаза украдкой переходят к фиолетовой макушке, а открывшееся в поле зрения шея заставила нервно сглотнуть. Может.. может сегодня Рео позволит пометить себя? Уже как три года уверенно держит дистанцию, запрещая даже думать о подобном. Но.. а вдруг? Вдруг сегодня тот самый день, когда Рео позволит всë? — Рео, я хочу тебя пометить.. хочу чтобы ты был только моим. Я тебе так сильно не нравлюсь? Почему ты всегда запрещаешь? Я же.. изучил всë про эти метки, я не хочу тебе вред- Слова обрываются. Вот так вот, просто теряются среди неровных вздохов со стороны, а ладони забывают обо всëм на свете, полностью ложась на тëплую спину. И всë из-за каких-то пары слов. Из-за них приходится вновь сглатывать ком в горле, Из-за них серые радужки замирают в оцепенении, и только из-за них стуки сердца ускоряются чуть ли не в два раза. — Можно.. — Шепчет Микаге, отстраняясь и позволяя взглянуть в фиолетовые глаза, привычный блеск которых было тяжело рассмотреть за еле заметной пеленой. — Можно пометить. Хочу.. я хочу принадлежать тебе. Да.. да, очень хочу. Ладони теряют всякое равновесие, покидая рубашку и поправляя еë смятые неровности. Наги не отрывает взгляда от пустоты. Тщательно рассматривает так, будто за ней скрыто множество секретов, а он сам – излишне любопытный ребëнок. Рассматривает эту пустоту, будто стараясь в ней что-то найти. — Я.. я буду аккуратен, — Сейширо отстраняется, хватая Микаге за ладонь. Без оглядки и лишних слов направляется прямо к комнате, наконец покидая этот коридор. И всë равно, что Рео еле плетëт следом, не отрывая от него глаз. Всë равно, что, возможно, всë это – пьяный бред на трезвую голову. Рео разрешил. Позволил сделать себя своим. Наконец заставил сомнения о возможности невзаимных чувств полностью исчезнуть, заполняя черепную коробку лишь одной мыслью: позволил. Наги прошëл какую-то там "тайную проверку", и покажет остальным, что Рео Микаге – известный директор корпорации "Микаге" уже занят. Его сердце нельзя будет заполучить, а всяким там "членистоногим альфам" придëтся горестно плакать в сторонке. — Расстегни рубашку, — Наги поправляет фуражку на своей макушке, когда Рео присаживается на край кровати, не отрывая от его персоны пару невинных глаз. Настолько невинных в данных момент, будто Широ сейчас собирается совращать ребëнка. Но Микаге лишь послушно расстëгкивает несколько верхних пуговиц, не обращая внимания на чужую ладонь, устроившуюся на кровати между его ног. — Я..я буду очень аккуратен, — Наги проходится языком по своим зубам, натыкаясь на клыки. Серые глаза загораются в ярком блеске, когда чужая ладонь ложится на его щëку. — У тебя.. такие красивые клыки, — Шепчет наследник компании, большим пальцем касаясь острого конца белоснежного зуба. — Мой альфа. — Тебе нравится? — Сейширо потирается щекой о тëплую ладонь, слегка приоткрывая рот и позволяя своему парню получше всë рассмотреть. Рео никогда не уделял внимания его клыкам. Ему потребовалось больше года, чтобы просто не вздрагивать всякий раз, когда подобное предстаëт в его поле зрения. Ни о какой похвале и мысли быть не может, но сейчас.. Рео их похвалил. Похвалил того самого альфу, которого Наги старался побороть более месяца. Похвалил того, что посмел навредить и чуть ли не довести до могилки несколько лет назад. Сейширо потребовалось много времени, дабы понять, что он и его альфа – один человек, что связаны друг с другом непоколебимой связью. А Рео.. ему потребовалось ещë больше времени, чтобы побороть страх от событий прошлого. — Да.. да, нравится, — Микаге отвлекает от мыслей. Сам слегка вздрагивает от собственных слов, будто сейчас не контролирует собственную речь. — Ты же мой альфа, мне всë нравится. Наги переходит к делу. Замечает, как кровь приливает к щекам, и приближается к чужой шее. Медленно приближается, будто старается растянуть этот момент, чтобы Рео подольше находился рядом. Стуки сердца сбиваются с привычного ритма, а кожа на шее опаляется горячим дыханием. Микаге закусывает губу, одной ладонью зарывается в загривку коротких пепельных волос, а второй придерживает за трапециевидную мышцу шеи, не позволяя Сейширо отстраняться. Сердце трепетало от ожидания, а из сбившихся вздохов уже можно было составлять полноценный бит. Ещё немного.. и Рео не выдержит. У него не так много терпения, чтобы Наги растягивал его, как только пожелает. — Больно, — С уст срывается шиканье, когда боль на небольшом участке шеи заставляет сердце сжаться. На глазах скапливаются слëзы, словно у маленькой девочки, что упала коленкой на асфальт и схлопотала себе большую царапину. И Рео сейчас получает подобную "царапину" – метку. Метку, что останется с ним на всю жизнь. Она станет доказательством того, что их чувства безграничны и они на полном серьёзе собираются прожить всю жизнь бок о бок друг с другом. — Больно.. больно.. Наги. Рео не позволяет отстраниться. Крепче прижимает тело к себе, опирается лицом в чужое плечо и поглубже вдыхает аромат какого-то там порошка. Лимон? Вроде это лимон. Сейчас невозможно разбирать запахи, а от нахлынувшей волны боли рвалось кричать и метать. Пальцы крепче сжимают участок коротких белых волос, стараясь за что-то зацепиться. Конечно же, он терпит крах и упирается ногтями в чужую шею, ощущая, как Сейширо сдавленно шипит, так и не отстранившись. Сейчас так больно. Больно настолько, что это слово – единственное, что смог распознать сам Микаге за своими учащающимися вздохами. Боль перетекает с шеи по венам, мощной волной заставляя страдать каждый участок кожи. Болело всë: руки, лëгкие, ноги и даже пальцы. Всë ноет от противных ощущений, но Рео продолжает сдавленно молчать, решаясь говорить лишь одно слово – "больно". Он терпит. Терпит и не позволяет Наги отстраниться. Заполняет лëгкие этим едва уловимым ароматом лимона или чего-то там другого. Парень готов уже захлебнуться в собственных слезах, что с противным холодным ощущением опаляли горячие щëки. Но также согласен вытерпеть даже подобные адские муки, от которых хочется загнуться и стонать от боли, оперевшись руками в собственную шею и содрав участок кожи, лишь бы Наги не отстранялся. Лишь бы.. пометил. С метками у омег всë тяжело. Ни один здравомыслящий омега не позволит пометить себя альфе. Ведь метка – это раз и на всегда. Уже будет невозможно почувствовать чужие феромоны, он сможет наслаждаться лишь эмоциями партнëра. Его тело станет более отзывчиво к феромонам Сейширо, а на других он даже смотреть не сможет. И это на всю жизнь. При внезапной смерти партнёра, или его резком уходе к другому человеку, тело начнëт разрушаться изнутри, а по итогу станет настолько слабым, что это приведёт к собственной гибели. И Рео согласен. Согласен умереть, согласен страдать и разрушаться, лишь бы иметь хотя бы одно доказательство того, что Наги любит. Любит Рео и помечает лишь по этой причине. Если вкратце, то метка – словно брак, но без документов, колец и пышной церемонии. Почему раньше Рео отказывался? Нет.. ему хочется именно этого. Он желает лишь Наги. — Прости, — Шепчет Сейширо, слизывая языком каплю чужой крови. Медный привкус во рту отдаëтся жаром по телу, руки содрогаются, а глаза загораются в туманном огне. Давно он не чувствовал такое.. эту странную и ненормальную жажду крови. Теперь отчасти становится понятно, почему Рео не позволял пометить себя и дрожал, как ребëнок, каждый раз, стоило только появится острым клыкам. Наги ощущает лишь одно – жажда. Он жаждет эмоций, больше и больше неровных вздохов, жаждит ещë раз пройтись языком по шее, чтобы вновь ощутить этот противный медный привкус. Как же это.. ненормально, но сердце содрогается в бешеном ритме от одного лишь тихого "больно" из чужих уст. — Было очень больно? — Сейширо стиснул зубы, отстраняясь от шеи и лишь краем глаза наблюдая за маленькой алой каплей, стекающей до плеча. Пальцы вжимаются в кровать, а взгляд переходит на онемевшие фиолетовые радужки, лишь бы не смотреть на непривычного красноватого оттенка плечо.. лишь бы не думать о том, как Рео отреагирует на ещë один похожий укус. — Да.. да, очень, — Ладони теряют опору, уже не касаясь волос и шеи. Наги отстраняется, но на это плевать. Рео же.. он пришëл только за ним: чтобы забрать с собой и быть вместе всю жизнь. Руки вновь тянутся к спокойному лицу, а пальцы касаются щëк. Сердце замирает, когда Широ приоткрывает рот, позволяя увидеть клыки с алыми концами. Как же.. как же он сейчас красиво проводит по ним языком, наслаждаясь его кровью. Ощущаешь себя героем мелодрамы, который, каким-то боком, умудрился овладеть сердцем тысячелетнего вампира. — Но.. теперь же я твой, да? Я.. я принадлежу Наги? Рео никогда не хотел никому принадлежать. Хотел познать тайную свободу и скрыться от всех и вся. Но.. сейчас, почему-то, отчаянно желает принадлежать этому человеку. Он хочет, чтобы Сейширо сейчас заявил со своим спокойным тоном: "Ты принадлежишь лишь мне, ты только мой". Он хочет услышать эти слова, а сердце содрогается от ожидания. — Да.. Рео только мой, — С уст срывается облегчëнный вздох от понимания того, что глаза намертво приковались к ярким радужкам напротив и уже не стремятся, хотя бы краем глаза, увидеть алую каплю. — Почему ты запрещал раньше? Почему решился только сейчас? Я.. я же делал что-то не так? Наги не поверит. Не поверит в то, что, стоило только надеть какой-то там костюм, и Рео сразу же отменит все свои запреты. У него были причины, чтобы не позволять. Непонятные и запрещëнные для обсуждения причины. — З-запрещал? — Тело вздрагивает, а руки притягивают Сейширо к себе мëртвой хваткой. Микаге утыкается носом в его бок, пальцами вжавшись в спину. — Нет.. нет.. не запрещал. Я хочу принадлежать Наги. Очень.. очень сильно хочу быть с тобой. Я не запрещал.. нет, не запрещал же. Не уходи, хорошо? Т..ты не уйдëшь от меня. — Я не ухожу.. — Широ облегчëнно вздыхает, на пробу касаясь пальцами фиолетовых локонов. Спустя полминуты без лишних запретов, зарывается в мягкие волосы всей ладонью, перебирает крупные прядки меж пальцев и наслаждается одним лишь ощущением нахлынувшего умиротворения. — Просто.. эти запреты такие странные. Мы же любим друг друга, разве нужно что-то ещё. Нужно. Кроме любви, требуется ответственность за свои поступки, верность и, самое главное – решимость. Что-то подобное и должен сейчас заявить Рео серьëзным тоном и сжатыми на груди руками. Но.. он не говорит ничего подобного. Даже не близко к тому, как привык Наги. Это совершенно другой человек, словно в него тоже вселился, подобный Широ, альфа, только немного другой. — Я.. я не запрещал, прости, — Микаге прикрывает глаза, вновь опаляя лëгкие еле ощутимым ароматом лимона на белоснежной ткани. — Прости, я был не прав. Да.. да, я не прав. Я не буду тебе ничего запрещать, только продолжай меня любить. Я.. я позволю тебе всë, только не уходи, прошу. Наги не может устоять. Не может, когда на него направляются эти невинные пара глаз, когда его так отчаянно удерживают, будто он собирается уйти на всегда. Черепная коробка самостоятельно отодвигает левые мысли о странности ситуации в сторону, заполняя пустоту тем, с каким же тоном его парень произносит подобные слова и как же сильно его, оказывается, любят. — "Позволишь"? — Сейширо склоняет голову в бок, нагибаясь перед наследником компании. Перемещает свои ладони на его бока, и не сводит взору с пары ясных глаз, стараясь найти в них что-то необычное. — А если я хочу больше, чем какая-то метка? Рео запретит? Это проверка. По всей видимости, Микаге устраивает и ему нечто подобное длиной в целых три года, лишь для того, чтобы позволить себя пометить. А теперь.. теперь и Наги ведëт себя словно малое дитя, когда ищет каждый еле ощутимый подвох в чужих словах. — Всë, — Наследник компании елозит по кровати, отстраняясь от Сейширо. Слегка подрагивающими пальцами старается расстегнуть оставшиеся на рубашке пуговицы, не сводя взору со своих же ладоней. — Всë, что только захочешь. Если мой альфа желает чего-то, то я дам ему это в тройном размере. Да.. да, всë отдам для Наги. — Рео такой странный, — Широ фыркает и, опираясь ладонями и коленями о кровать, приближается к своему парню, нависая сверху. С туманным взглядом наблюдает за дрожащими ладонями со стороны, что, даже несмотря на преграду в виде его персоны, всë равно пытались расстегнуть оставшиеся пару пуговиц. — Я желаю лишь тебя. И как ты отдашь мне это в тройном размере? — Я же уже это сделал, разве нет? — С уст слетает расслабленный вздох, когда ладонь отодвигает ткань рубашки в сторону, открывая вид на бежевую кожу и выделяющиеся мышцы. Микаге полностью ложиться на кровать, позволяя Наги приблизиться к своему лицу. — Я же отдал тебе всего себя, когда подписался на эту метку, да? Если мало.. я.. я отдам тебе всего себя ещë раз, и ещë. — Как это глупо звучит, — Сейширо тяжело вздыхает, сокращая расстояние между их лицами. Чувствует сбывшееся дыхание на своих губах и от этого забывает всë, что хотел сказать. Забыл всë, кроме красоты этих глаз, на которые так приятно просто смотреть. — Мне не нужно "отдаваться", это глупо. Я просто хочу целовать Рео, касаться его и видеть каждую минуту своей жизни. — Чëрт.. — Наследник компании тяжело вздыхает, укладывая ладонь на загривку пепельных локонов. Касаться коротких волос – приятнее всего, особенно от осознания того, что Наги не отстранится, даже если пожелает. — Сказал бы сразу. И в этот самый миг Рео делает то, чего так отчаянно желает Наги – целует. Надавливает на голову, мнëт чужие губы и укладывает ладонь на щëку. Приближает Сейширо ещë ближе, хотя ближе уже некуда. Сам прижимается к его телу, прикрывает глаза, полностью отдавая себя ощущениям: мягкие горячие губы, приятный трепет от влажности чужого рта, лëгкий медный привкус от соприкосновения языка с клыками. Он чувствует свою кровь, но отодвигает эту деталь, как можно дальше. Полностью сосредотачивается на действиях Широ, не позволяя тому отстраняться, даже если онемеют губы. Наги прижимается к своему парню всей нижней частью тела. Он хочет почувствовать Рео: тепло, исходящее от каждого миллиметра его кожи, неровные вздохи, когда Сейширо даëт ему лëгкую поблажку в пару секунд, отстраняясь на какой-то несчастный сантиметр. Пару мгновений позволяет себе насладиться сбившимся дыханием со стороны, а следом сбивается сам, забывая, что хотел сделать. Широ целует вновь. Перемещает обе ладони на тëплые щëки Микаге, прижимаясь губами ещë ближе. Возникает чувство, будто между ними целая пропасть, раз они оба так отчаянно жмутся друг к другу, хотя на деле какие-то пара миллиметров. Наги забывает всë на свете. Вспоминает о самых необходимых обязанностях: целовать, прижимать, гладить, соприкасаться, дышать в губы, наблюдать, не открывать взгляду. Вспоминает и исполняет всë сразу. — Погоди, — Микаге опирается ладонью о крепкую грудь со стороны, отстраняя парня от себя. Наги послушный, и именно по этой причине елозит коленями назад, давая Микаге возможность отдышаться и подняться на кровати следом. — Я хочу быть ещë ближе к тебе. Вот.. вот так. Да.. да, так я буду ближе всего к моему альфе. Рео подсаживается к нему на колени, обвивая шею руками. Прижимается всем телом так, чтобы оба могли наблюдать учащëнное биение сердца со стороны партнёра. Сознание пустеет, не позволяя отвлекаться ни на какие мысли, но голова варит. Варит какую-то непонятную жижу из всего происходящего вокруг. Превращает всю черепную коробку в подобную слизь, а здравый смысл отказывается работать. Хотя отказался он совсем давно – ещë тогда, когда Рео только вошëл в дом, здравые мысли уже покинули пепельную макушку, прощально топая в закат. — Как скажешь, — Сейширо вновь склоняет голову для поцелуя. Неаккуратно целует там, куда только падает взгляд: шея – прямо к месту укуса с уже подсохшей кровью, щëки, руки, ключицы, ухо, виски. Он целовал всë, что видел. Целовал, заявляя, что Рео – его самое драгоценное сокровище, которому требуется много внимания и ухода. — Наги, долго.. ещë будешь пытать меня своими поцелуями? — Микаге приподнимает уголки губ в улыбке, слабо впивась ногтями в чужие лопатки. Он немного ëрзает на месте, находя более удобную позу на мягких ногах, и прижимается к парню передней частью тела. Ему нравится слушать сердцебиение Сейширо. Нравится понимание того, что оно так бешено стучит лишь из-за него одного. — Тебе не нравится? — Наги склоняет голову в бок, позволяя чëрной фуражке упасть куда-то на кровать. Он не обратил внимание, куда именно приземлился ненужный головной убор – приковал всë внимание к Рео, наблюдая за свинцовым румянцем, опалившим его щëки. — Нравится.. очень.. очень нравится, — Наследник компании отрицательно мотает головой. Как это может не нравиться? Когда тебя вот так вот прижимают к себе, одними только действиями доказывая, что ты незаменим, появляется лишь одно необъяснимое желание под названием "ещë". Рео не знает, откуда оно взялось и по каким таким причинам, но быстро смиряется, позволяя устам говорить всë, что они только пожелают. — Я хочу больше. Думаешь отделаться от меня одними поцелуями? Нет.. нет, не отделаешься. Я не позволю. — Хорошо.. я не хочу как-то "отделаться" от тебя, — Ладони свободно гуляют по телу, исследуя его, словно драгоценную находку: покоряют рубашку, огибают мышцы спины, останавливаются чуть ли не у самой шеи, заставляя белую ткань задернуться выше. Лучше бы и вовсе еë снять, но Широ не может устоять перед предпочтениями Рео в одежде, что смотрится на нëм, словно на самой популярной модели во всей Японии. Каждая шмотка, что хоть раз оказывалась на его теле, идеально балансировала с телосложением, волосами, чертами лица и глазами. И сейчас.. сейчас тоже не хочется лишаться подобного вида. Наги вновь покрывает идеального тона кожу поцелуями. Не смотрит куда именно целует и не уделяет этому какого-либо внимания. Рео приятно целовать – это факт. И не важно куда, не важно сколько и без разницы на то, как сейчас реагирует собственное тело на лëгкое жжение в лопатках. Парень отвлекается, когда со стороны краем уха улавливает приглушëнный смешок. Отвлекается от поцелуев и отстраняется, дабы взглянуть на широкую улыбку и ясный блеск в фиолетовых глазах. — Я сделал что-то смешное? — Широ приподнимает одну бровь в вопросе, натыкаясь на очередной смешок от своей реакции. — Нет.. нет. Ты, как всегда, идеален. Просто.. метка работает, — Тело содрогается от смеха, а нос опирается в мужское плечо. Наги уже не пахнет лимоном, как его одежда. Шея этого парня отдаëт лëгким ароматом лаванды – геля, что Микаге покупает чуть ли не каждый день, так на всякий. Приятный аромат.. Наги всегда пах так идеально? — Твои эмоции.. я.. я чувствую их все: смятение, возбуждение, волнение, напряжение, наслаждение, нежность, трепет. Все.. все твои эмоции такие комфортные. Мне так спокойно.. хочу чувствовать это всегда, каждую твою эмоцию. Я хочу чувствовать своего альфу. — Вау, — Наги сдавленно выдыхает прямо в чужие губы. Даже сам Сейширо не осознаëт того, что ощущает всë подобное. Что он чувствует? Ответ прост – любовь. Он любит Рео. Прикасаться, говорить, контактировать, наблюдать, целовать. Он любит каждую частичку его сердца и тела. Так сильно любит, что не способен устоять перед растянутыми в искренней улыбке губами, притягивая Микаге для нового поцелуя. Лишь бы ещë раз соприкоснуться с этими мягкими губами, ещё раз постараться включить слух и заметить, среди глухой тишины, приглушëнные вздохи, что опаляли собственные губы. Он хочет ощутить Рео. Прикоснуться так, чтобы сердце дрожало от трепета. Наблюдать так, чтобы заметить каждое движение пальцев. Поцеловать так, чтобы Рео самовольно пустил в ход ладони, дрожащими пальцами расстëгивая галстук, что он и делает сейчас, замирая на пуговицах полу-расстëгнутой рубашки. Сейширо не сводит взора. Исполняет один из множества пунктов своего великого "хочу" и наблюдает за каждым вздыманием грудной клетки. Ладони без проблем опускаются ниже, преодолевая пару препятствий – ремень и брюки. Даже они смотрятся на Рео красиво, оголяя мышцы бëдер. Но сейчас.. красивее всего наблюдать, как вздрагивает тело на своих коленках и крепче прижимается к нему, ища опоры ладоням в плечах и волосах. Рео красив. Он красиво одевается, красиво двигается и также красиво стонет, когда ладони проходят ещë дальше, касаясь кожи. Рео красив и идеален – именно подобной мыслью забита вся черепная коробка, неспособная сейчас на разумное соображение. Микаге прижимается ближе. Уже все лëгкие забиты ароматом лаванды вперемешку с лимоном, но Микаге отчаянно пытает своë терпение, делая очередной глубокий вздох. Он чëртов мазохист, которому нравится пытать себя этим жутким трепетом и ожиданием. Ожиданием того, когда же Наги начнëт действовать. Когда же его альфа сделает что-то намного грязнее детской метки. Тело сжимается и даже опора в виде мужской грудной клетки не помогает сдерживать неровные вздохи, уже больше походившие на тихие стоны. Микаге вдыхает ещë глубже, стараясь позабыть о лëгком жжении в нижней области и сосредоточиться на уже привычной лаванде с лимоном. — Всë хорошо? — Наги еле сдерживает сдавленный вздох, устремляя взор к приспущенным брюкам и своим пальцам. Наблюдает еле заметную дрожь в спине и от этого чуть ли не содрогается сам. — Прости.. я был слишком резок. Мы давно не занимались сексом и я немного забылся. — Всë.. очень хорошо. Если это Наги, тогда всë хорошо.. да.. да, хорошо, — Сдавленно шепчет наследник компании в чужую шею, опаляя ту сбившимся дыханием. Больно.. от одного только пальца уже больно. Но, как упоминалось ранее, Рео Микаге – чëртов мазохист. Он хочет больше. Больше чем пальцы, больше чем лëгкие поцелуи своих плеч и мягких объятий. Он хочет снять этот жар, что крепким узлом поселился внизу живота, снабжая каждый новый вздох порцией дрожи и жжения по всей кожи, по каждому еë миллиметру и каждой частичке. — Я не хочу вредить тебе, — Тихий шëпот со стороны остаëтся еле пойманным краем уха. Все мысли захвачены лишь несколькими вещами: лаванда и лимон, жжение в нижней области тела, плавные поцелуи в районе плеча и тон, который сейчас заботливо шепчет неразборчивые слова. Шепчет так приятно, что тело выгибается вперëд – навстречу к этому голосу. Лишь бы услышать чëтче, лишь бы он сказал что-нибудь ещë, лишь бы его дыхание так и продолжало жечь плечо, как и два пальца тот самый "жаркий узел", повязавший в плен к странным и волнительным эмоциям. — Рео, моë терпение не безгранично, — Под тяжëлый вздох Сейширо поднимает голову выше, сверля горящим взглядом серую стену с белыми полосами на обоях. Он улавливает каждое лëгкое изменение в поведении Рео, так что облегчëнный вздох, от покинувших его пальцев, так же остался замеченным. — Я возьму презервативы. Верхний ящик комода, я помню. Микаге всегда чересчур дотошный, особенно в подобных мелочах. Каждый раз, в течении всех этих лет, не забывает напоминать Широ о презервативах, серьëзно приговаривая: "Верхний ящик комода". И ему всë равно на то, что за столько лет Наги вызубрил их местонахождение назубок. Он продолжает напоминать, рассуждая здраво и прямолинейно. — Подожди, — Рео обхватывает уже приподнявшегося Сейширо за плечи, начиная потихоньку вспоминать свой изученный темп дыхания и стараясь следовать ему. — Зачем они нам? Я.. я не хочу так.. Тогда будет не так хорошо. — Рео, ты.. ты же сам всегда на этом настаиваешь, — Серые радужки расширяются в удивлении, замирая перед лицом напротив, полным переживания и трепета. — Слишком рисково, ты можешь забеременеть. Я достану презервативы и продолжим, хорошо? Дыхание сбивается от странности происходящего, а черепная коробка, что была способна хотя бы варить ту непонятную жижу в голове, сейчас и вовсе отказывается соображать. Ладно метка, Наги готов поверить, что Рео решился на их сближение. Ладно секс, они этим и до этого занимались, хотя Рео не всегда проявлял столько эмоций и не так сильно отзывался на каждое прикосновение. Но.. данная ситуация слишком непредсказуема. Ну вот не мог Широ никаким боком предугадать, что сегодня случится нечто подобное. Не мог он знать, что на подобные слова, которые обычно говорит ему Микаге, парень повалит его на кровать, крепко прижимая ладони к его грудной клетке и не позволяя подняться. — Нам.. они нам не нужны, — Пальцы ищут опоры на чужой рубашке, а взгляд устремляется вниз. Глаза дрожат, а дыхание, что только началось восстанавливаться, сбивается вновь. Наги уходит.. уходит по причине того, что Рео ему что-то когда-то запретил. — Я хочу без презерватива. — Рео-о-о, — Тянет Наги, даже не предпринимая попыток оттолкнуть парня от себя. Он лишь немного приподнимается на локтях, а брови на лице сходятся к переносице. — Ты же не такой глупый. Потом будешь обвинять меня в том, что залетишь. — Не буду.. нет.. — Микаге отрицательно мотает головой, ëзрая на чужом пахе и выпрямляя спину. — Я не против. Если ребëнок будет от Наги, то.. то всë хорошо. Да, давай сделаем ребëнка? Да, прямо сейчас. — Р-рео? — Голос вздрагивает посреди слова. Взгляд устремляется в никуда, когда наследник компании приближается к его лицу, на пробу касаясь губами щëк, носа и уголка губ. Наги не знает, что ответить. Скучная и слишком хлопотная жизнь совсем не подготовила его к тому, что, в один момент, Рео спятит. Теперь, по всей видимости, именно ему придётся брать на себя роль того самого "здравомыслящего человека". Запрещать лень, а член дëргается даже от таких нежных касаний. Рео выводит его из себя одним своим странным поведением. Этот парень крепко натягивает крепкие нити спокойствия подсознания Широ, да ещë и так сильно, что они трескаются по маленькой ниточке. — Ты такой глупый. Ребëнок – это не кот, с которым нужно лишь гулять, да кормить. Ты всë время на работе, а я даже с кровати не встаю, мы не сможем о нëм позаботиться. — Тогда.. я.. я уволюсь: буду проводить всë время с тобой и нашим ребëнком, — Ладонь ложится на холодную щëку, а кожа теплеет от горячих подушечек пальцев. Рео говорит серьёзно: с этим непоколебимым блеском в глазах, с почти не дрожащим голосом и мягкими касаниями пальцев с чужими губами. — Только представь: у ребëнка будут твои волосы и глаза. Он.. он же будет так же красив, как и его отец. Да.. да, хочу ребëнка от своего альфы. — Ты пьян? Может.. ты сошëл с ума? Спятил? Это нервное? — Серые радужки замирают на месте, не сводя взору с чужой руки. Такой изящной ладони, что дарит мягкие прикосновения, когда еë плавные движения переходят с щеки на шею, а после с груди до рëбер. — Ты странный. С каких пор, Рео начал идти мне на уступки? Сколько бы я не твердил, ты никогда не соглашался уволиться. Это правда. Сейширо чуть ли не каждый день предлагает подобное, чтобы чаще видеть своего парня. Но Рео – упëртый баран, который лишь и умеет говорить измученное "Наги". Хотя его тоже можно понять: их бюджет держится только на доходе от корпорации "Микаге", и Рео детально обеспечивает их обоих в каждой новой "хотелке", пока Широ просиживает штаны в компьютерном клубе или на кровати. — Я.. я уволюсь. Буду рядом с тобой и малышом. Я.. хочу быть ещë ближе со своим альфой, — Ладонь опускается ниже: как можно быстрее, пытается расстегнуть ремень на чужих брюках и, на удивление, справляется с этим со своими дрожащими пальцами. Оттягивает резинку нижнего белья и сжимает в ладони набухшую плоть. — Рео, — Сейширо переходит на шëпот, а брови хмурятся. Он не замечает того, как меняет тон, не замечает сбившегося дыхания и того, как своя ладонь обхватывает чужое запястье. — Ты точно спятил. Я.. пойду за презервативами. Поверь, ребëнок нам сейчас уж точно не нужен. Это не Рео. Он слишком странный. Настоящий Рео всë время бурчит с милым видом, утверждая, что Наги и сам, как ребëнок, что даже поесть себе приготовить не может, а его умения оканчиваются на лапше и трюками в футболе. Настоящий Рео не говорил бы подобного, не упоминал бы так часто слова "альфа" и даже не смотрел бы со столь затуманенными глазами. Что.. что вообще здесь творится? — Наги, — С уст Микаге слетает тяжëлый вздох, а свободная ладонь опирается о чужое тело, позволяя выпрямить спину. Пальцы второй руки, даже несмотря на сильную хватку со стороны, продолжают поглаживать пульсирующую головку и взбухшие вены. Они очертают каждый дюйм, вырывая сбившийся вздох из тихих уст. — Ты поставил на мне эту чëртову метку, бери на себя ответственность. Ты не можешь уйти, я не позволю.. нет.. нет, Наги не уйдëт. Ты же мой Наги.. мой альфа. Наследник компании сжимает губы. В фиолетовых радужках играет азартный блеск, будто он сейчас делает огромную и рисковую ставку. Выражение лица наполнено сплошной непоколебимостью и доминированием, словно Рео сейчас главный: только он руководит процессом, только он принимает решения и только его мнение способно учитываться в этой ситуации. Неожиданно для себя, Наги вздрагивает от прожигания подобных глаз. Он не хочет брать никакую там "ответственность", не хочет вновь слышать этого странного "мой альфа". Рео никогда его так не называет: ни в повседневной жизни, ни в постели. Намного чаще из его уст вылетает лëгкое "Широ", наполненное заботой и лаской. Микаге не любит говорить о вторичных полах, и Сейширо бы не подумал то, что он способен так часто произносить гложащее душу "альфа". — По имени, — Тихо шепчет Сейширо, еле расслышав свои слова за тяжёлыми вздохами, больше походившими на прерывистые стоны. Он приближается лицом к чужим губам, но останавливается, наслаждаясь опаляющим кожу дыханием со стороны. — Называй меня по имени, а не альфой. Мне.. не нравится подобное. — Широ, — На пробу шепчет Микаге, утыкаясь носом в мягкую щëку. Приближается к уху, задевая то кончиком носа. — Широ, Широ.. Я люблю моего Широ. Теперь шепчет не на пробу: перебирает разные заботливые тоны, выделяет каждую букву. Рео будто пытается распробовать это слово на вкус, протяжно вдыхая после каждого обращения. Старается ощутить каждую нотку от произнесëнной буквы, а пальцы чуть сильнее сжимают плоть, вырывая из чужих уст слабый стон прямо в своë плечо. Теперь.. это похоже на настоящего Рео, что заботливо нашëптывает его имя. Не возможно тихо сидеть и сдерживаться, когда Микаге дарит столько ласки. Хочется ещë. Не только какого-то тихого имени, а намного большего: касаться, прижать к себе, получать поцелуи, скулить и задыхаться от блаженства. Сейширо никогда не славился своим терпением, как те самые молчавшие по многим десяткам лет монахи. Он не может молчать. Не может пересечь себя и ненароком отказывается от мысленного титула здравомыслия. Чего он вообще переживает? Рео сейчас здесь: он шепчет на ухо ласкающее слух имя, ненароком касается губами мочки уха, не позволяя услышать ничего вокруг. Этот парень продолжает внушать уверенность и опьянение. Пьянеют мысли и руки, что смеют сжимать чужие оголëнные бëдра, обжигаясь теплотой кожи. Да и сам Наги пьянеет, раз не может сдержать стонов. Рео реально доминирует, а он и не сопротивляется. Микаге внушает свою позицию, не соглашаясь принимать обратного, даже несмотря на то, что Сейширо и не начинал с ним спорить, быстро отказываясь от трезвых мыслей и отодвигая их в самую потаëнную глубь черепной коробки. — Рео, — Наги отвлекает своего парня от бесконечного потока краткого, но столь приятного, "Широ", привлекая к себе внимание фиолетовых радужек. Ладони очертают изгибы бëдер, спускаясь ниже и сжимая их подушечками пальцев. — Прижмись ближе. — Да.. хорошо, — Рео мотает головой, а рука быстро покидает нижнее бельë, всë равно приспуская его вместе со штанами. Дрожащие пальцы обеих рук обхватывают чужую шею, а лицо опирается в ключицы. — Хочу ещë ближе.. мне.. мне так жарко. — Прошу, потом не обвиняй меня ни в чëм таком, — Трезвые мысли и внутренняя мини-копия Рео Микаге, твердившая о неправильности происходящего, покидают голову, опустошая еë для новых мыслей. Рео прекрасен. Прекрасен в каждой найденной детали: подтянутые бëдра, упругие мышцы, небольшие ногти на пальцах, царапающие кожу, перепутанные меж собой пряди волос, щекочущие грудную клетку, дрожащие колени, оперевшиеся на мягкую кровать. В Рео прекрасно всё, и сейчас взгляд старается зацепиться за что-нибудь другое, нежели на раздвинутые ягодицы. Конечно же он, совершенно предсказуемо, терпит крах даже в подобной идее. От Рео невозможно увести взгляда, не возможно сосредоточиться на чëм-то другом. — Больно, — Сквозь стиснутые зубы шепчет Микаге, в очередной раз вдыхая нотки лаванды на бледной коже. Всë горит от ожидания, включая его самого, а от ощутимого заполнения внутри хочется дать волю голосу и дрожащим глазам. — Я недостаточно тебя растянул, прости, — Они оба сходят до шëпота. Тихая обстановка позволяет не повышать голоса и заставить сердце трепетать от одного лишь еле слышимого голоса. Пальцы крепче обхватывают чужие бëдра, опуская их ниже, но замирают, стоило только краем уха уловить шиканье со стороны. Наги всë так же старается наблюдать за каждой эмоцией Рео, за каждым его вздохом и движением. Не может игнорировать его дрожь и от этого содрогается сам. — Жарко.. мне так жарко, — Пальцы опираются о крепкие плечи, а голова немного отстраняется. На кончиках глаз начинают скапливаться слëзы, а каждая клеточка тела ноет от ощутимого жара. Появляется чувство, что всë это – вина Наги. Именно от его прикосновений кожа обжигается, оставляя на бëдрах красные следы. Именно из-за него Рео не в силах сдержать свои эмоции и стоны. Именно из-за него обжигается даже сердце. — Очень жарко.. я сейчас.. умру. — Рео нельзя умирать, — Наги прерывисто дышит, когда на его плечо опирается чужое лицо. Фиолетовые пряди, касающиеся кожи, окончательно сбивают дыхание, а волна дрожи окутывает тело. Как упоминалось ранее, Наги не умеет терпеть, никогда не умел и не собирается учиться. Именно поэтому он опускает чужие бëдра ниже, прямо до основания. Они только начали, а перед глазами уже сверкают звëзды, даже от простого осознания того, какие царапины он обнаружит на утро на своих лопатках. — Потерпи немного.. Я хочу ещë.. ещë чуть-чуть. — Больно.. ж-жарко и больно, — Шипит Микаге, крепче принимаясь к тëплой шее. Даже глубокие вздохи еле уловимого носом аромата любимого геля не помогают скрыть дрожь во всëм теле. Он.. он горит? По ощущениям, будто каждая клетка тела плавится на ярком пламени. Но.. если немного прочувствовать все свои ощущения, то, на деле, они даже приятны. Приятно содрогаться от мягких поцелуев к своей шее. Приятны нежные вождения пальцев по бëдрам, заставляющие приподнимать их навстречу. Приятно вот так находиться под чьей-то заботой и нежностью. — Прости, Рео, — Сейширо приподнимает голову выше, натыкаясь носом на фиолетовые волосы. Зарывается в эти мягкие пряди и одним только дыханием умудряется обжигать ещë сильнее. — Так хорошо.. мне раньше не было так хорошо. Давай.. давай будем делать так каждый день? — Угу, — Микаге зажмуривается на пару секунд, после приковывая взгляд к чужой коже. Так приятно сейчас сжимать в объятиях это тело. Почти так же приятно, как и осознавать, что Наги – его альфа, единственный человек, которому Рео готов посвятить всю жизнь. — Продолжай.. сейчас.. сейчас внизу слишком горячо. Просто продолжай. — Не могу больше ждать.. прости, — На одном дыхании шепчет Широ, крепко стиснув пальцами подтянутые бëдра. Он не может так долго терпеть. Даже если Рео будет больно, Наги навряд ли сможет сейчас остановиться и прекратить поднимать и опускать его тело. Он не сможет. Офигенно. Как же возбуждает эта узость, обхватившая член, глубокие толчки, срывающие гортанные стоны, тихое "Широ", унесëнное в потоке остальных звуков. Сейчас Наги не в силах сосредоточиться на чëм-то одном и обращает внимание на все детали: поджатые губы, сквозь которые всë равно слетают приглушëнные стоны, дрожащие ладони, оставляющие на спине жгучие царапины и заставляющие полностью выпрямляться, блестящая слеза, упавшая с алой щеки на его ключицу, собственное сердцебиение, схожее, разве что, только с биением напротив. Становится тяжело. Тяжело не коснуться губами, тяжело удержаться от того, чтобы не укусить вновь, ощущая на кончике языка позабытый медный привкус. Тяжело придерживаться изученного темпа, позволяя Рео привыкнуть к подобным ощущениям. Они встречаются всего три года – срок маленький, почти такой же, как и терпение. Но их секс всегда был великолепен. Даже когда они оба ложали и придерживались лишь знаний из порнофильмов, подобные ощущения никогда не были ужасными. Рео всегда идеален во всëм, а слово "ложать" подходит, разве что, только к одному лишь Наги. Да, у него был подобный опыт с Нео. Позабытый опыт, стоило только достигнуть шестнадцати. Но, если откровенно, он не чувствовал подобных ощущений, когда находился с ним. С Рео хочется стать ближе, даже несмотря на то, что сейчас они прижимаются друг к другу, будто это последний миг, проведëнный вместе. Хочется делать ему комплименты, заявлять, насколько же в нëм хорошо, хочется не отрываться от его тела и продолжать так горячо целовать. Зажать небольшой участок кожи зубами и покрыть всю шею засосами, даже несмотря на то, как же часто Микаге ругается после подобного. Сегодня, именно сейчас, хочется сделать всë то, что не удавалось раньше, и показать Рео, кто из них настоящее сокровище. Сокровище с блестящими сапфировыми глазами и огранëнным, словно выточенный алмаз, телом. — Подожди, — Шепчет Сейширо, отрываясь от чужих волос. Лицо отстраняется, также как и ладони, в очередной раз опустившие бëдра вниз, под лëгкое содрогание тела на своих коленях. Крепкое тело немного приподнимается, когда Микаге прижимает его ближе к себе, еле ощутимо соприкасаясь губами с чужим подбородком. Наги роется пальцами в заднем кармане штанов, в попытке достать какой-то непонятный для себя предмет, что смеет уже минут 15 упираться в бëдра. — Быстрее, — Шепчет Рео, прикрывая глаза на чужой шее. Так жарко.. кажется, если Наги окончательно перестанет двигаться, то все внутренности начнут тихо расплавляться с ним за компанию. Дыхание учащается лишь от одного осознания того, что сейчас он позволяет себе обхватить чужую шею ладонями и продолжать нашëптывать себе под нос "Широ", отдающееся сладким послевкусием на кончике языка. — Рео, — Сейширо слегка повышает тон, заставляя устремиться на свою персону пару блестящих от скопившихся слëз глаз. Но сам Наги не сводит взора со своих пальцев, что бесконтрольно повисли в воздухе, стиснув подушечками два металлических кружка. — Я хочу кое-что попробовать.

...............

— Мх.. не нравится, — Микаге выпрямляется, выпячивая грудную клетку. Двигает шеей, не в силах оторвать ладони друг от друга, прижатые к собственной спине. — Мне не нравится.. я.. я тоже хочу касаться Наги. — Потерпи немного, — Сейширо приподнимается, принимая сидящее положение. Серые радужки тщательно облегают каждый миллиметр кожи, а пальцы еле ощутимо касаются лобка тонких волосинок, поднимаясь до живота. — Я ненадолго. Наги не в силах отвести взгляда. Изучает Рео, словно тот – мировая тайна. Никому неизвестная и скрытая от чужих глаз тайна. Ловит учащëнные вздохи, обращает внимания на стоящий колом член и на то, как Рео вытягивает тело навстречу его руки, устремляя голову ввысь. — Ещë.. коснись ещë, — Наследник компании опускается ниже, пока не опирается бëдрами о чужие ноги. С уст срывается протяжный стон, прерываемый разве что неровными вздохами. Подбородок устремляется выше, открывая вид на бежевую шею с единственным портящим идеальный тон кожи укусом с засохшими каплями крови. Позволяет Широ касаться себя там, где только пожелает, и Наги слушает. Пальцы касаются рëбер, выделяя каждое из них на чужом теле, что сейчас предстаëт перед глазами во всей красе. Ладонь устремляется выше: указательный палец очертает границы млечного синуса, на пробу касаясь ногтëм соска. И Наги наблюдает реакцию. Даже на такое малое прикосновение, Микаге не сдерживает прерывистого вздоха, за которым следует сладких стон. Губа поджимается от осознания тонкости собственного слуха. Хочется услышать ещё. У Рео всегда прекрасный голос, но только в постели он не способен контролировать свой тон, полностью отдаваясь эмоциям. Два пальца зажимают меж собой ареол соска, будто и не замечая дрожащего фиолетового взгляда, что намертво приковался к чужой ладони. Но Наги замечает: старается поймать каждое движение сапфировых радужек и каждое вздрагивание от собственных касаний. Рео отзывчив в постели. Ему нравится чувствовать прикосновения и дарить их самому, касаясь каждой клеточки лица Сейширо. Но сегодня.. он явно в каком-то странном, будто наркотическом, состоянии: неровно дышит от каждого прикосновения, выгибается там, где только проведут чужие пальцы, без помощи рук пытается подняться с дрожащими коленями, чтобы потом опуститься вновь и позволить устам выпустить несдержанные стоны. — Это.. нечестно, — Где-то между уже сотым по счëту неровным вздохом и сладким стоном выдаëт наследник компании, падая на чужие ноги от дрожи собственных колен. Двигаться неудобно из-за крепко сжатых на запястьях наручников, опоры нет, да и к тому же появляется желание вновь протиснуться к чужому телу, дабы по-полной ощутить прикосновения этой ладони. — Я тоже хочу коснуться Широ.. очень хочу.. — Рео всегда касается первым. Сейчас моя очередь заставлять тебя подстраиваться, — Тихо бурчит Наги, плавными движениями обоих ладоней очертая кожу чужих бëдер. Даже в такой позе, даже без помощи рук, Микаге всë равно умудряется выгибаться бëдрами навстречу, еле держась на уже краснеющих коленях. — Прижмись ко мне, я сам буду направлять. — Д..да, только быстрее, — Колени заметно расслабляются, когда тело падает на крепкую мужскую грудь. Лицо опирается о кожу, а дыхание учащается в несколько раз от одного только лëгкого покалывания в нижней области. Теперь.. он не сможет даже подняться от натирающих запястья наручников. Сколько не пытался высвободить руки, Сейширо крепко приковал к ним эти глупые железяки. Ногти слегка сильнее упираются в чужие ягодицы, приподнимая тело напротив. Пальцы оглаживают бëдра, уже не впервой сминая. Внизу живота сладко тянет, прилив желания узнать не сложно, как и ощутить чужой. Да.. да, Наги желает. Желает поглубже насадить на себя это подрагивающее тело, желает до конца дней ощущать эту мокрость внутри, что заставляет пульсировать член, прямо в такт биения собственного сердца. Желает целовать каждый сантиметр его кожи: руки, пальцы, солнечное сплетение, ключицы, ноги, шею, плечи, недавно поставленную метку и, конечно же, ясные глаза, взгляд которых лишь больше помутневал сознание, в очередной раз запирая коробку мыслей в подсознании на крепкий узел, заполняя пустоту собственной персоной. Одна из рук отрывается от сжимания чужих бëдер, скользит по боку, вновь пересчитав крепкие рëбра, прохладному животу, обжигая одним своим касанием и вызывая целый табун скачущих по телу мурашек. Они скачут так непонятно: будто назло, появляются лишь там, где касается Сейширо, будто лишь бы подольше попытать, вырывают из уст сладкие вздохи с протянутым "Широ". Широкая ладонь смыкается на члене и Рео забывает то, о чëм думал до всего этого. Новый стон, один из многочисленных, вылетает с него непроизвольно. Рео может продержаться дольше. Он способен сдерживать рвущиеся на волю стоны, хотя никто и не поджидает их за дверью, приложив ухо к деревянной поверхности. Он способен двигаться самостоятельно, опираясь на чужую грудь, лишь бы поглубже ощутить в себе эту жгучую всю нижнюю часть наполненность. Он способен не шептать никакого "Широ", но всë равно упорно нашëптывает имя своего альфы, в один момент срываясь на крик. Он способен сдерживать себя в узде, если бы ни одно огроменное "но".. — Широ, — Он говорит спокойно, можно даже сказать собрано. Захлëбывается в собственных вздохах, но это можно списать на учащëнное дыхание. Обычный человек посчитал бы подобный тон вымотанным после получасового бега. Посчитал бы, если бы следом за кратким именем не последовал громкий и приторный, словно самый сладкий в мире торт и самое жестокое изобретение для диабетиков, стон. — Широ.. я сейчас.. — Не сдерживайся, Рео, — Наги опирается кончиком носа в чужое плечо, сгибаясь дугой, лишь бы крепче прижать к себе Микаге. Придирается слухом даже к собственному темпу, которому сейчас старается следовать ладонь. Уж слишком сбивчивый, слишком быстрый и.. и даже немного приятный от ласкающих слух стонов, не позволяющих сдержать собственный. Всего несколько толчков, в такт которым горячая ладонь двигается по члену, и Микаге прошибает разрядом небывалого наслаждения по каждой клеточке тела. Несравнимое ощущение в компании с мягким лавандовым ароматом, который старается уловить нос сквозь учащëнные вздохи. Он помнит. Помнит это ощущение, когда тело содрогается от удовольствия, а голова неспособна соображать после оргазма. Помнит это тело, прижимающее его к своему плечу, и от этого хочется коснуться бледной кожи напротив, дабы придать ей красноватый оттенок. Конечно хочется и не только этого, но Рео сейчас ни на что не способен, кроме как бессильно уткнуться щекой в крепкую шею и дрожащими пальцами бесцельно пытаться расстегнуть мешающие наручники. — Рео.. Рео, — Микаге не видит лица Сейширо от крепко стиснутых век, под которыми скрылись дрожащие фиолетовые радужки. Не видит этих горящих глаз и утончëнных клыков. Не видит, но продолжает наслаждаться одним только ласковым именем, тихо вылетающим из спокойных уст. Пальцы теряются в коротких пепельных волосах, слабо впиваясь ногтями в голову. Рео распахивает глаза, когда ощущает сокращающимися внутренними мышцами пульсацию члена и краем уха улавливает рык Широ, от чего точно такое же имя слетает с языка. — Рео.. мой любимый Рео.. Сейширо устремляет голову выше, щекочась щекой о фиолетовые пряди. Дышит через рот, в такт дыхания напротив. Ему очень хорошо с Рео. Да, их секс всегда заставлял сердце трепетать, но, именно сегодня, из-за отсутствия такой мешающей штуки как "презерватив", ощущения внутри становятся просто неописуемы: в Рео и тепло, и мокро, и до безумия приятно, особенно после того, как стенки его анала инстинктивно сжимаются, позволяя осуществить полное прилипание. В Рео всë прекрасно и от этого что-то в груди сладостно трепещет и бьëтся. — Больно! Больно.. больно.. — Шикает Микаге, пытаясь приподняться, по итогу ëрзая на чужой груди. Утыкается в неë носом, прикрывая мокрые от скопившихся слëз глаза. — Ты.. больно.. вытащи. — Рео? — Голова опускается вниз, а ладони стискивают чужие плечи, отстраняя задрожавшее тело от себя. Сердце замирает, когда с лица наследника компании скатывается блестящая на фоне горящей люстры слеза. — Где болит? Ты как? — Больно.. внизу больно, — Сквозь всхлипы шепчет Рео. Это слишком резкая перемена настроения, что заставляет ногти на бледных ладонях вжиматься в чужую кожу. — Ты.. ты повязал меня? Зачем.. зачем? Повязал? Дыхание сбивается, а очередной вопрос про самочувствие, засевший в черепной коробке, так и не слетает с языка, испаряясь со всеми мыслями. Наги не думал. Не думал о всех последствиях, на полную наслаждаясь позволениями Рео. И.. и насладился, так насладился. Настолько насладился, что теперь у них уж точно появится ребëнок с тысячекратными шансами. — Тише, Рео, — Пальцы на ладонях дрожат, но притягивают Микаге к себе, умещаясь на лопатках. Широ слушает чужое дыхание, что можно даже назвать спокойным, если бы оно не было доступно слуху всего какую-то секунду, за всхлипами, заглушающими все остальные звуки. — Дыши глубже, сейчас тебе нельзя двигаться. — Зачем?.. зачем.. — Рео послушно прижимается, сквозь слëзы выдавая хоть что-то кроме "Широ". — Я.. я не знаю.. — С уст слетает несдержанный вздох, от сжавших его член мокрых стенок. Наги изучал сцепку, ведь этот раздел был следующим после "метки" в какой-то древней книги. Он прекрасно знает, что это такое и для чего необходимо. Сцепка, словно инстинкт диких животных, нужна лишь с одной целью – связать себя с партнëром. После эякуляции, так называемый "узел" полностью проходит в партнëра и в этот момент происходит оплодотворение. И сейчас.. Наги совершенно не готов к подобной ситуации. Настолько не готов, что мысленно перебирает все содержания книг по вторичному полу, что ему пришлось прочитать. — Прости, Рео. Из меня выйдет никудышный отец. Вывод, сделанный в эту самую секунду, заставляет мысленно признавать этот факт, под мини-копию Рео, что завелась в глубине черепной коробки и положительно мотает головой, грозно стиснув руки на груди. — Нет.. нет, Широ будет прекрасным отцом, — Микаге пытается отрицательно помогать головой, но по итогу лишь умудряется опереться носом о мужскую грудь, стиснув зубы. — Я.. я потерплю. Широ, когда станет не больно, мы.. мы же займëмся сексом ещë раз, да? — Когда сцепка пройдëт, Рео ляжет спать, а я пойду готовиться к своей смерти, — Лицо недовольно хмурится от осознания собственной же глупости. — Прости меня. Не волнуйся, я.. я смогу уберечь тебя с нашим ребëнком. — А свадьба? — Уголки дрожащих губ приподнимаются в еле заметной улыбке, когда глаза вновь распахиваются. Рео старается задержать свой взгляд на утончëнном лице, лишь бы прекратить ощущать эту дрожь в зрачках. — Рео хочет свадьбу? — Губы приподнимаются в удивлении, а брови сходятся к переносице. Ладони обхватывают мягкие бëдра, придерживая Рео под его тихое шиканье. — Тогда.. завтра пойду за кольцом. Я..я всë организую.

*****

Солнечные лучи скачут по комнате, не щадя приоткрытых век с крупными синяками под глазами. Яркий свет слепит лицо, но фиолетовые радужки, будто назло, полностью распахиваются, позволяя дрожащим ресницам приковать своë внимание к белым пятнам перед глазами. Нельзя сказать, что парень не был готов к тому, что его же течка аукнется, даже не боком, а раком. Повело, что ещё и не в прямом смысле. Невозможно предугадать своë поведение во время этого периода. Не возможно, но.. осознание заставляет зубы крепко стиснуться, а черепную коробку наполняться яркими картинками воспоминаний вчерашнего дня. С уст слетает тяжëлый вздох, а рассматривание потолка уже превращается в какое-то хобби, раз заставляет не отрывать от себя взору уже ближайшие 15 минут. Ладонь медленно приподнимается вверх, а дрожащие пальцы вжимаются в кулак. Даже стандартные пальцы болят до дрожи. Всë тело ломит так, словно он без продыху горбачил на стройке круглый год, а может и дольше. И все столь "приятные" ощущения – вина лишь одной пепельной макушки, сладко сопящей рядом. Последние силы уходят на то, чтобы замахнуться, после чего бессильная ладонь падает на чужую грудь, заставляя тело напротив с болью согнуться. — Ублюдок, — Шепчет Микаге, поворачивая голову в бок и натыкаясь на распахнутые сонные радужки. — Ты такой ублюдок. — Рео такой злой с утра пораньше, — Шепчет Сейширо, потирая ладонью грудь с красным пятном. С уст слетает расслабленный вздох, когда руки обхватывают чужое тело и загребают его в свои объятия. — Доброе утро. — Больно.. не прижимайся так, — Шикает наследник компании, жмурясь. Не противится тискам со стороны, по одной простой причине – не может. Он еле смог поднять руку для удара, чего уж там говорить об отстранении этого тела под метр девяносто, что сжимает его, словно медведь, впадший в спячку. — Отстранись, дай мне ударить тебя ещё раз. — Насилие – не выход, — Фыркает Наги, но всë равно послушно отстраняется, вновь укладываясь спиной на мягкую постель. — Сначала ты воспользовался моей течкой, — Ладонь вновь через внутреннюю боль поднимается выше, а кулак проносится по чужому животу. — Потом посмел поставить мне метку, хотя я уже какой год тебе запрещаю. — Всë было добровольно, — Шипит Широ, стиснув зубы и терпя повторяющиеся удары. — Не перебивай, — Уставший голос наполняется нотками серьëзности и грозности. Теперь Наги узнаëт своего Рео, что вчера лишь посещал черепную коробку, отрицательно мотая головой на каждую ошибку. — Потом ты решил зайти дальше грëбанной метки. Посмел войти без презерватива и вдобавок нацепить на мои запястья наручники. Понравилось издеваться? — Я не издевался.. но было приятно, — С опалившими щëки румянцем выдаëт Сейширо, в очередной раз хмурясь от бессильных, но не слабых, ударов. — Да и Рео сам настоял, чтобы было без презерватива. — Я не соображал! — Голос повышается, но, после нескольких глубоких вздохов, мысли собираются в одну более-менее цельную картину. — И видимо тебе этого было мало, раз решил, мать твою, повязать меня. И как? Нравится ощущение того, что скоро станешь самым ленивым в мире отцом? — Я стану лучшим отцом, — Несмотря на открытость этих риторических вопросов, Широ всë равно не игнорирует Рео, приподнимаясь на локтях. Удары прекращаются, а чужая ладонь бессильно падает на его тело. — Не волнуйся, я смогу защитить тебя с нашим ребëнком. — Не говори подобный бред с таким серьëзным лицом, — Рео старается сдерживаться. Изо всех сил сдерживает рвущиеся на волю крики и говорит спокойным тоном. "Известный директор самóй корпорации "Микаге" сыграл свадьбу позалëту и временно отрëкся от титула директора лидирующей компании во всей Японии, бросив еë на произвол судьбы" – именно такими и будут завтрашние заголовки, если Сейширо действительно, как и уверял вчера, принесëт ему это грëбанное кольцо, встав на одно колено. — Это не "бред". Я стану лучшим футболистом и смогу обеспечить вас, — Наги меняет положение, нависая над своим парнем. — Рео, вчера было так круто, давай повторим? — "Повторим"? Да ты сбрендил, — Микаге не отрывает глаз от утончëнных черт лица, стараясь сохранять свою мимику в привычном озлобленном виде. — Я сейчас пальцем пошевелить не могу.. Сейчас идëшь в душ, готовишь мне завтрак.. хотя нет, просто разогрей вчерашнее, пожаров только и не хватает. Потом принесëшь мне ноут, я сяду за работу. Не будешь заходить в комнату до самой ночи, или до утра, это уже зависит от моего настроения. — Я не уйду, — Наги отрицательно мотает головой. Приближается губами к чужой шее, заботливо касаясь ими недавно поставленной метки, будто намекая, что Рео официально принадлежит лишь ему одному. Даже когда Микаге зажмуривается и с болью выдыхает, Широ не останавливается, а лишь старается целовать как можно мягче. Рео не противится – значит всë хорошо. — Как.. как часто у тебя бывают эти течки? — А что? Обычный я теперь тебя не устраиваю? Течного омегу захотелось? — Микаге возвращается к своему, видимо любимому, хобби – прожиганию потолка одним лишь взглядом. Приподнимает одну бровь в мнимом удивлении, когда Наги отстраняется, широко распахнув глаза. — Конечно нет! — Ладони опираются по бокам чужого тела, что вздрагивало от каждого лëгкого касания. — Любой Рео идеален.. просто.. ну.. Хочу знать, чтобы.. подготовиться ко всему этому.. там морально собраться.. — Я – доминантный омега, течка проходит два раза в месяц, — На одном дыхании выдаëт наследник компании, несмотря на явные запинки в спокойном мужском голосе. — Они могут длиться разное время: от дня, до недели. — И.. и ты скрывал подобное от меня целых три года? — Веки прищуриваются, а с уст слетает недовольный фырк. — Рео так жесток. — Я хотел избежать всего этого, — Голос вновь повышается и приходится, опять же, стараться успокоить бешено бьющееся сердце. — Отец меня убъëт... да что там отец, Чигири меня прикончит. Месяцами ходить не смогу. И тебя тоже убъëт! — Рео будет проводить каждую течку со мной, — Широ положительно мотает головой своим же словам. — Чигири не помешает, ведь я.. ну.. Я – муж Рео Микаге. — К..какой, к чëрту, муж? — Глаза паражëнно выпячиваются, прожигая красное лицо напротив, от чего кровь приливает и к собственным щекам. — Сначала предложение сделай, а я уже подумаю.

*****

Минуты сменяются часами, часы – днями, а дни – неделями. Уже как пару недель Хëма не пристаëт к Рео. Последний раз они виделись, когда Чигири забирал своего принца с работы во время его внезапной течки. И не видятся они не потому что кто-то кому-то надоел. Просто у Хëмы есть и свои дела, включая одного крупного парня, что взял двухнедельный отпуск специально для его персоны. Было бы глупо отказать и бежать к Рео, сверкая пятками. И, вместо подобного, он уже какие сутки подряд наслаждается тëплым присутствием Ренске, которого не видел целый длинный, размером с расстояние от Японии до Америки, месяц. — П..подожди, — Шепчет Кунигами, оглядываясь по сторонам. Придерживает за плечи навалившегося на него с поцелуями Чигири и старается восстановить дыхание. — Сейчас твоя сестра должна зайти. Мы же.. мы вчера обговаривали совместную готовку. — Да какая разница? Подождëт за дверью, — За эти годы Хëма стал уж шибко настойчивым: перестал смущаться при каждом поцелуе и быстро покидать помещение при очередном смущении. Вместо этого сам начал целовать своего парня, когда только пожелает, например, сейчас. — Ренске, а я тебя люблю. — Ты с самого утра такой настойчивый, — Кунигами тяжело вздыхает, но быстро подстраивается под чужой настрой, плавно двигаясь ладонями сквозь чужую пижамную рубашку. — Это потому что я завтра опять уезжаю? — Не будем о плохом. Это по работе, и я тебя понимаю. Проведу все дни в твоëм ожидании и в компании Рео, — Чигири тянется к чужим губам, но вздрагивает и замирает от неожиданного звона уведомлений на своëм мобильнике. — Дай мне пару секунд. Хëма отстраняется под недовольный вздох со стороны, от чего с уст слетает подобный звук. Быстро клацает по иконкам приложений, а от высветившегося непрочитанного сообщения, пальцы задрожали, крепче сжимая телефон. Ещë пару секунд Ренске молча прожигает парня взглядом. Опирается руками о кухонный стол, и наблюдает за перемещением алых радужек. Не успевает даже вздрогнуть, как Хëма хмурится, а телефон, крепко стиснутый в ладони, отлетает в стену. Экран точно треснул, в подобном даже нельзя засомневаться. Но вот скорость, с которой Чигири побежал к прихожей, заставляет задрожать, словно маленький уличный щенок. — Что-то явно произошло, — Бурчит Кунигами, следуя за парнем и останавливаясь у прихожей. Без лишних возмущений наблюдает за тем, как Хëма спешно натягивает кроссовки, шëпотом матюкая всë вокруг и, видимо, совсем позабыв, что сейчас стоит в помятой пижаме. — Две недели, — Уже более громко выплëскивает парень, натянув второй кроссовок и спешно выпрямляясь. — Оставил Рео на две, чëрт возьми, недели.. Пятнадцать лет берëг, как зеницу ока, но решил взять небольшой отпуск и дать ему отдохнуть от себя. — Что он натворил? — По всей видимости, у них сейчас планируется пробежка в одних пижамах до самой квартиры Микаге. Так что Кунигами ничего не остаëтся, кроме как встать рядом и побыстрее натягивать кроссовки. — "Что натворил"? Ха, да он чокнулся, — Хëма сжимает руки на груди с нахмуренными бровями наблюдая за согнутым парнем. — Успел метку получить, его ещë и этот ублюдок повязал, так он и залетел.. Я не готов становиться дядей. — И.. и зачем мы сейчас бежим к ним? — Кунигами выпрямляется, хватая с полки ключи от байка. Быстро покидает дом, от потянувшего его за ладонь Хëмы, а утренний холод пробирался сквозь пижаму, заставляя дрожать каждую клеточку тела. — Уж явно не тортиком поздравлять, — Чигири смотрит лишь вперëд, крепче стиснув пальцами чужую ладонь. — Обидно будет ребëнку без отца расти, но переживëт как-нибудь. Я этого Наги в могилу сведу за подобное. И.. и Рео за ним последует. Два дурака! Мудаки! Кролики фиговы! Вертел я их на ху.... — Только давай без рукоприкладства, — Бурчит Ренске настолько тихо, что, видимо, остался так и не услышан Чигири, который продолжал шëпотом проклинать двух любящих друг друга людей.

.............

После того случая, Чигири несколько часов читал им нотации под непонимающий взгляд Ренске со стороны, молча попивающего предложенный ему чай. Рео на неделю переехал к Хëме и Кунигами, оставляя Наги подумать над своим поведением. Но Микаге, теперь неспособный существовать без этого человека, начал медленно потухать изнутри, совсем не находя сил даже на стандартное умывание, вместо этого целыми днями вдыхая аромат чужой футболки одной беловолосой дылды. Пришлось отменять своë наказание и вновь сводить их в единое целое. Но обиды, так и остаются обидами. Так что, после очередного отъезда Ренске в командировку, Чигири лично переехал к ним на квартиру, несмотря на прожигающую его сокрытой злобой пару серых глаз. Он ярким скотчем прочертил линии по всей квартире, запрещая Наги еë переходить. Лично отводил Рео к доктору и контролировал их минимальное общение, хотя каждое утро обнаруживал парней спящими на одном диване, от чего у самого дëргался глаз. А что было дальше, как будет этой троице уживаться с маленьким членом их семейства и как же парни отреагируют на пышное торжество – пока останется большой тайной. Тайной до тех пор, пока их отношения не прояснятся, а сердца не обретут душевный покой.