Сон, в котором ты

Джисон закидывает в рот виноград и укладывается на песке поудобнее. Он с улыбкой наблюдает за рыжеволосым парнем, что бегает у воды и собирает ракушки. Он встряхивает волосами каждый раз, как те лезут в глаза, отбегает от приливающей воды и снова подбегает, чтобы порыться в песке. — Хани! – Зовёт он, рассматривая что-то в своей руке. Он выпрямляется и бежит к парню, который уже сел, чтобы встретить рыжеволосого. Тот падает рядом с ним и показывает большую и красивую ракушку. Белый мягко переливается в розовый, создавая эффект чего-то необычного, запредельного от этого мира. — Очень красивая, Минхо. – Улыбается он и смотрит на парня. Минхо ярко улыбается, очищая ракушку от песка. Он протягивает её Джисону и смеётся. — Такая же красивая, как ты. Джисон нежно улыбается и наклоняется к нему ниже, чтобы поцеловать в губы. Он мягко кладёт руку на щёку рыжеволосого и поглаживает большим пальцем. Минхо выдыхает и облизывает его нижнюю губу, садясь ближе. Они сталкиваются коленями, но быстро решают эту проблему – Джисон садит парня к себе на колени и снова вовлекает в поцелуй. Когда они отстраняются, то ещё долго смотрят друг другу в глаза и улыбаются. Минхо гладит волосы Джисона, заправляя прядки за ухо. Тот смотрит на него завороженно, поглаживая щеку, на которую падает фиолетовый закат. Минхо заглядывает ему в глаза. — Хани…

***

Джисон открывает глаза и смотрит в потолок. Внутри опустошение, а за окном как назло дождь. Он закрывает глаза, желая снова провалиться в сон и увидеть прекрасный пляж с любимым парнем, но всё тщётно. Трель дверного звонка разносится по квартире, вынуждая скинуть с себя одеяло и выбраться из тёмной комнаты. Джисон идёт в коридор, поправляя съехавшую на плечах огромную футболку, и проклинает всё, на чём свет стоит. Он смотрит в глазок и тяжело вздыхает, открывая дверь. — Хёнджин, какого хуя? Он кидает взгляд на часы, которые показывают десять утра. Время, когда он спит. Брюнет, не здороваясь, переступает порог и закрывает за собой дверь. Он кладёт мокрый зонтик в угол и, уперев руки в бока, сердито смотрит на друга. — Хан Джисон, – Начинает он. — Вы слишком много сидите дома. Твоя скука даже через сообщения ощущается. Хёнджин показывает на свой телефон и опять хмурится. Джисон вздыхает, закатывая глаза. Снова Хван будет отчитывать Джисона за его состояние, за то, что он сидит дома и вечно спит. Это уже не первый раз. — Давай собирайся. Мы пойдём гулять. И у Джисона, вообще-то, нет выбора, потому что спорить с Хваном бесполезно и бессмысленно. Брюнет одна сплошная драма, так что после его помощи эта помощь нужна будет уже ему. Джисон ничего не отвечает и плетётся в комнату под поторапливающие реплики друга. Он натягивает на себя толстовку со штанами, быстренько наносит тональный крем, чтобы скрыть синяки под глазами, и выходит в коридор. Хёнджин терпеливо дожидается его и, когда Хан обувает кроссовки, хватает его за руку вместе с зонтом. Он вытягивает его из квартиры, самостоятельно закрывая дверь, после чего кидая ключи в карман Джисона. Он берёт его под руку и они торопливыми шагами выходят на улицу. Хёнжин хмурится и пытается открыть зонтик, пока Джисон подставляет лицо под капли и улыбается от воспоминаний. После чего натягивает капюшон и обнимает руку брюнета, забираясь к нему под зонтик. Они медленно идут в сторону парка. — Сегодня такая противная погода. – Бурчит Хван, когда они обходят очередную лужу. — Зачем тогда ты вышел из дома? – Усмехается Джисон и косо смотрит на друга. — Тебя нужно было вытянуть на улицу. Уже как смерть выглядишь. Несмотря на презрительный тон Хёнджина, Джисон улыбается и обхватывает его руку крепче. Он знает, что друг заботится о нём. Хан действительно последние недели ходит как смерть из-за того, что сидит дома и много спит. Для него это стало частью жизни. Он больше не может представить себе жизнь такой, какой она была раньше. — Когда на работу выйдешь? Пора уже. Скоро не на что выживать будет. — Хёнджин пытается заглянуть в глаза друга, но из-за его копюшона и чёлки их не видно. — Скоро. — Ты так уже месяц говоришь. – Цокает Хван. Они поднимаются на мост, что пересекает реку Хан, удачно проплывающую сквозь парк. Парни останавливаются, смотря куда-то вперёд. Они вечно любили обсуждать, откуда река держит своё начало, и никогда не сходились во мнениях. — Я правда скоро выйду. Джисон кусает губы, опираясь руками о деревянный бортик моста. Хёнджин буравит взглядом его спину и вздыхает. Джисону ещё повезло, что он работает в его отделе. В любом другом, его бы уже выперли. Джисон просто пользуется своим положением на максимум, а Хвану потом объясняться перед начальством. Но Хёнджин не зол на него. Вовсе нет. Он видит подавленное состояние друга и всеми силами пытается помочь. Джисон очень упёртый, а эти его «скоро» уже в горле стоят. — Я очень на это надеюсь, Джи. – Говорит брюнет и кладёт руку на плечо друга. — Пора тебе вылезать из снов. Реальная жизнь не там. Ты нам здесь тоже нужен. Джисон зарывается носом в рукава своей кофты и шмыгает носом. Слёзы предательски подступают к горлу. Хочётся вырвать из себя все чувства и выкинуть с моста. — Я пытаюсь, но мне трудно. – Бормочет он. — Трудно без…него. Первые слёзы впитывают рукава, капюшон падает на брови, словно тоже желая впитать в себя все эмоции. Кофта впитывает в себя слёзы неба, а Джисон боль. — Джисон… – Тихо говорит Хёнджин и подходит ближе. Он медленно гладит спину друга и грустно смотрит на него. — Мы ведь уже говорили с тобой на эту тему. И каждый разговор резал по сердцу ножом, не давая зажить прошлой ране. Джисон и так каждое утро просыпается с неописуемой болью в душе, а реальность всё равно давит на него. Она пытается вытянуть его из мира счастья и любви, обещая того же взамен. Но что получает взамен Джисон? Ничего. Только горькую правду, которой бьют как ножом в спину. — Его не существует. Слёз больше не остановить. Джисон плачет, ведь по его сердцу нанесли очередной удар. Самое больное осознование. Самое трудное, что когда либо встречалось в жизни. И Джисон плачет. И небо плачет вместе с ним, извиняясь за всю боль, что он получает каждый день. Кофта продолжает впитывать в себя всё, но и её скоро не хватит. Джисона скоро не хватит. — Мой маленький…иди сюда. Хёнджин прижимает его к себе, крепко обнимая рукой, в которой держит зонт, а второй поглаживая его голову. Джисон утыкается лицом в его пушистую белую куртку и цепляется пальцами за локоть. — Я…я не хочу без него. Хёнджин…мне больно. — Джисон, ты должен отпустить и понять, что жизнь не там. Не в твоих снах. Пожалуйста, вернись сюда. Брюнет кидает зонт на землю и берёт лицо друга в свои ладони. Он заглядывает в его мокрые от слёз глаза и видит боль, в которой можно утонуть. Самое неприятное чувство – видеть Джисона таким. — Я правда не могу. Я не хочу. Джисон виновато смотрит на него в ответ и чувствует, как на его родинку падает тяжёлая капля дождя. Слёзы смываю её, оставляя следы на щеках. — Так нужно, Джисон. – Тихо говорит Хёнджин, а у самого сердце внутри разрывается. Он знает, как эти слова ранят Хана, но нужно приводить его в чувства. Нужно возвращать на землю. — Ты скоро потонешь там. Джисон жмуриться, а перед глазами их любимое место. Пляж, море, Минхо, собирающий ракушки и камешки. Хан готов потонуть прямо там. И в море, и в песке с камнями. Но больше всего хочется утонуть в Минхо. — Уж лучше там, чем здесь. Джисон отходит от друга и натягивает капюшон ещё больше. — Прости. Я напишу тебе, как буду дома. Он уходит, засунув руки в карманы, в которых впивается ногтями в ладони до мелких царапин. Хёнджин смотрит ему в след и поднимает с земли зонт, тут же закрывая его. Он остаётся на мосту и смотрит на реку, в ту сторону, от которой она начинает начало (как считает Джисон).

*

Кинув кофту сушиться в гостиной, Джисон идёт на кухню. Он не ел нормально уже несколько дней. Пора заполнять желудок. Он находит в шкафу купленный неделю назад рамён и ставит чайник. Он садится на стул и смотрит в пол, теребя край своей футболки и кусая губы. Те уже безжизненные, но всё ещё продолжающие сочиться кровью. Хан чувствует, что скоро всё его тело начнёт кровоточить, но он не собирается решать эту проблему. Ему всё равно на себя. На свою жизнь. Дождь стучит ему в окна, призывая к здравому смыслу, но он не слышит. Он утопает в своих мыслях, а выныривает с щелчком чайника. Залив рамён кипятком, он берёт его, палочки и идёт в гостиную. Прыгая на диван, перед этим поставив свой завтрак-обед на столик, он берёт в руки пульт и включает телевизор. Заходя в интернет, он набирает название любимого аниме и планирует пропасть за просмотром на долгое время. Он, конечно, не забыл написать Хёнджину, что он уже дома и больше никуда не выйдет сегодня. Брюнет принял его решение и пожелал оставаться в порядке. Хан отправил какой-то стикер и уставился на экран. Аниме не давалось его вниманию несколько часов. А всё из-за того, что Джисон думал о словах Хёнджина. Он снова и снова наклеивал, а потом отрывал пластырь с раны. — …жизнь не там. Не в твоих снах. Минхо буквально его жизнь. Ради него Джисон проживает день, чтобы вечером уснуть и оказаться там снова. Джисон продолжает терпеливо ждать, чтобы провести время с тем, кого он сам придумал, чтобы любить. Это кажется выходом. Самым лучшим, что есть в жизни. — Его не существует. Как на повторе, голос Хёнджина звучит в голове, зажимая сердце. Джисон чувствует, что ему трудно дышать из-за слёз. Он поднимает голову, чтобы те закатились обратно. Но когда он видит себя в отражении натяжного потолка, слёз становиться лишь больше. Он утыкается лицом в колени и обнимает себя руками. Он чувствует, как сердце обливается кровью и слышит вдали раскаты грома. На улице темнеет, на телевизоре идёт уже непонятно какая по счёту серия. Пересматривать нет смысла. Джисон всё равно уже никогда не сможет сосредоточиться. Он обнимает подушку, утыкая в неё свой нос. Заваливаясь на бок, Джисон продолжает плакать и чувствовать, как сердце сжимается с каждым новым громом. Он засыпает, убаюканый своими всхлипами и громко барабанющим по стелку дождём.

***

Вокруг пахнет цветами. Этот запах пыльцы оседает в носу, заставляя чихнуть. Джисон медленно разлепляет глаза и замечает, что он сидит на поляне. Где-то вдали шумит море, обмывая песок морской пеной. Солёный запах перемешивается с цветами и это успокаивает. Джисон поднимает голову к солнцу. То зависло над его головой, почти не ослепляя. Джисон улыбается и закрывает глаза, чувствуя своим лицом морской воздух. — Хани. – Мягко раздаётся рядом. Джисон открывает глаза, смотря, как рядом с ним присаживается рыжий парень. Он нежно улыбается ему, держа в руках собранные цветы. — Привет. – Говорит Джисон с мягкой улыбкой и садится ближе. Минхо кладёт руку ему на щеку и мягко гладит. Его касания всегда ощущались так нежно и трепетно, сравнимо с пером. Джисон всегда был слаб к таким жестам Минхо, потому почти сразу закрывал глаза и непроизвольно мурлыкал. Как в этот раз. Он закрывает глаза, подставляя щёку под нежную ласку любимых рук. — Ты плакал. Голос Минхо вдруг становится беспокойным. Джисон хмурится и открывает глаза. Рыжеловолосый со всей душой смотрит прямо в его глаза и гладит большим пальцем где-то возле. Джисон вздыхает, опуская взгляд. — Почему ты плакал, мой Хани? Сердце больно сжимается и Джисон прикусывает губу, начиная трепать край своей футболки. Минхо замечает это и кладёт свою руку поверх его, поднимая. Он целует тыльную сторону руки Джисона и прижимает к своей щеке, заглядывая куда-то в душу. От этого вида дыхание перекрывает. — Я.. – Пытается сказать что-то Джисон и ломается. Минхо притягивает его в свои объятия, зарываясь пальцами в чуть кудрявые тёмные волосы. Джисон кладёт голову ему на плечо и вдыхает любимый запах – мята. — Я скучал по тебе весь день. – Тихо говорит Джисон и чувствует, как по его спине водят пальцами. — Мы ведь итак видимся каждый день. – Тихо смеётся Минхо и целует джисонову макушку. — Я хочу быть рядом с тобой. – Отрицательно мотает головой Джисон и говорит. Губы Минхо сжимаются в полоску, он прижимает Джисона ближе и треплет его по волосам. — Но я рядом с тобой, Хани. — Там – нет. Минхо промолчал, обнимая Джисона двумя руками. Хан закрыл глаза, наслаждаясь теплом и компанией парня, как в последний раз. Он лежал на его плече, утыкаясь носом ему в шею и дыша его запахом. Скорее всего, его лёгкие уже на пятьдесят процентов состоят из мяты, а остальные пятьдесят – из дыхания Минхо. Рыжеловолосый ткнул его в плечо, вынуждая приподняться. Джисон отпрянул, посмотрев на него. Минхо мило улыбнулся и достал из-за спины цветочный венок. Белые ромашки и жёлтые хризантемы переплетались между собой, красиво гармонируя и создавая образ чего-то нежного и сладкого. Как поцелуй Минхо. Он улыбнулся, аккуратно кладя венок на волосы Джисона. В его глазах плескались трепет и любовь, в которые Джисон смотрел и не хотел отводить взгляда. Минхо всегда смотрел на него так – чувственно. Так, словно он для него – целый мир. — Тебе идёт жёлтый. Джисон не сдерживается и нежно целует Минхо в губы, заваливая его на спину. Он держит его за подбородок и переплетает их языки, пока Минхо держит его за руку и переплетает их пальцы. Свободной рукой он гладит затылок Джисона, притягивая к себе ближе. А когда воздуха начинает не хвататать, он зарывается пальцами в волосы и слегка оттягивает их. Они сталкиваются лбами и тяжело дышут в губы друг друга. Джисон счастливо улыбается, прижимая свою руку ближе к Минхо. — Ты прекрасный, Минхо. Рыжеловолосый улыбается, рассматривая лицо парня напротив. Тот лежит на его груди с венком в волосах и рассматривает Минхо в ответ. — Мне нравятся твои волосы. И твои губы. И твои глубокие глаза со звёздочками. — А мне нравишься ты, Хани. – Минхо нежно целует его прямо в родинку на щеке. — Не плачь больше, пожалуйста. Я всегда рядом с тобой.

***

Джисон кидает сумку на стул и тяжело вздыхает. Хёнджин подходит к нему сзади и приземляет свою руку ему на плечо. — Ты всё таки пришёл. – Улыбается он и держится, чтобы не обнять друга. Да, Джисон пришёл на работу. Спустя месяц с лишним. Люди на первом этаже здания смотрели на него с таким удивлением, словно труп пришёл на работу. Не по виду, а прям конкретно труп. Джисон почему-то уверен, что все здесь его уже давно похоронили. Почему он пришёл? Хёнджин наверняка думает, что это его слова наставили его на путь верный. Но нет. Это всё Минхо и его волшебные поцелуи. Джисон пообещал ему больше не плакать и не проживать день зря. А обещания надо сдерживать. Тем более, когда оно было дано Минхо. — Выглядишь всё ещё убито, но работа подправит тебя! Хёнджин кладёт на рабочий стол Джисона несколько папок. Тот удивлённо сначала считает их, а потом переводит взгляд на своего друга-начальника. — А что ты думал? Твою работу за тебя кто-то другой выполнит? – Ответил на неозвученный вопрос Хван и похлопал друга по плечу. — Удачи. Джисон так и остался смотреть ему в след. А потом сел за свой стол и включил компьютер. С третьего раза. Месяц валяний дома дают о себе знать. Голова начинает болеть уже после двух часов работы, а продуктивность снижается до уровня плинтуса. Хотелось покурить или выпить кофе. Но минус в том, что курить Джисон бросил ещё полгода назад. А вот ради кофе придётся ждать до обеда. Это время медленно ползло, от работы уже тошнило. А вечно выглядывающий из-за угла Хёнджин начинал раздражать. Он иногда подходил к Джисону, чтобы тихо сказать, как он гордится им и как рад видеть на своём рабочем месте. А Хан прогонял его и пытался доделать второй отчёт. Спустя пару часов ему удалось дожить до обеда и он сбегал в кофейню около здания. В ней было уютно. Стояла ламповая атмосфера, было мало людей, а самое главное – было много цветов. Не каких-то там заурядных, а обычных, полевых цветов. Джисон успел забыть, как тут красиво. Он задержался взглядом на жёлтых хризантемах и улыбка сама растянулась на губах. Бариста протянул ему стаканчик с айс-американо и Джисон покинул заведение. Снова оказываясь на своём рабочем месте, Джисон вышел в интернет, пока есть время. Не долго думая, он заказал жёлтую толстовку.

***

— Ммм, мой Хани.. Минхо сидел у Джисона на коленях, целуя его в губы. Джисон улыбался в поцелуй и обнимал парня за талию, притягивая ближе к себе. Такие сны ему снились не очень часто. Но он так же сильно ждал их, как их обычных с Минхо встреч. Чем они отличаются? Ну…атмосферой и ощущениями, после которых Джисон просыпается с чувством "недосказанности". Минхо взял его лицо в руки и заглянул глубоко в душу, как делал это обычно. — Ты больше не плакал? Джисон отрицательно помотал головой. — Ни одной пролитой слёзки. – И гордо улыбнулся. Он притянул Минхо ближе, утыкаясь носом в его шею. Рыжеволосый тяжело вздохнул, зарываясь пальцами в его волосы. — Но я очень скучал по тебе. – Прошептал он куда-то в шею и слабо поцеловал. — Весь рабочий день думал о тебе. — На работе о другом нужно думать, Хани. – С неким упрёком сказал Минхо и тихо рассмеялся. — Это трудно, когда ты ждёшь меня тут весь такой нецелованный и нежный. Минхо усмехнулся и притянул Джисона к себе для поцелуя. Тот обнял его за талию, придвигая ближе на своих бёдрах. Минхо выдохнул в поцелуй и потянулся руками к футболке Джисона, чтобы забраться под неё руками. Тот прервал поцелуй, чтобы перевести дыхание и хитро окинуть рыжеволосого взглядом. Он спустил руки ниже и сжал его бёдра, заставляя Минхо закусить губу. Джисон снова поцеловал его, чувствуя поглаживания на своей груди. Он спустился губами ниже и принялся целовать прекрасную нежную шею, откуда запах мяты исходил больше всего. Минхо запрокинул голову назад и тихо стонал, сжимая плечи Джисона. — Посмотри на меня. Минхо опустил голову, впиваясь своими тёмными от наслаждения глазами в глаза Джисона. Тот открыл рот, чтобы сказать ему что-то, но…

***

…звук будильника раздался пищанием в ушах, пробираясь под корку мозга. Джисон выключил его и со всей силы кинул подушку в стену. — Тупая хрень. Он встал с кровати и пошёл умываться под холодной водой, чтобы полностью проснуться. Приходилось привыкать к новому старому образу жизни. Из-за этого приходилось вставать рано. Из-за этого оставалось мало времени во сне. Поэтому Джисон ждал выходных, чтобы поспать во всю волю, чтобы провести с Минхо столько времени, сколько он захочет сам.

***

Когда наступила пятница, Джисон лёг пораньше, чтобы встретиться и провести больше времени вместе. Он оказался в их любимом месте – на пляже, и сел на берегу, рассматривая закат перед собой. Солнце кровавой дорожкой тянулось по воде, блистая и создавая волшебный вид. Закаты тут всегда необычные. Но самые любимые Джисона – рыжие. Как волосы Минхо. Рыжий цвет ассоциируется у него теперь только с любовью и нежностью. И мятой с нежными поцелуями и глубокими взглядами. Всё это вмещал в себя один парень, который занял сердце Джисона. Он сидел на берегу всё время, пока солнце садилось. Он нервно оглядывался в сумерках и блуждал по берегу. А когда стемнело, Джисон стал звать. Но он был один. Совсем один на берегу моря, в их беседке и даже на цветочной поляне. На нежное имя никто не откликался и его в ответ не звали. Губы дрожали, глаза бегали по всей местности, пытаясь найти яркое пятнышко. Потому что Джисон знает, что даже в кромешной темноте увидит тепло своего рыжего парня. Но он не видел. В этот раз нет. Он упал на песок, подтягивая к себе колени. Слёзы покатились по щекам, впитываясь в футболку. Джисон обещал не плакать, но он плакал. Он осознал, что Минхо правда никогда не существовал. И то, что его сейчас нет рядом – тому подтверждение. Джисон наладил свою жизнь, смог выйти на работу. Его мозг воспринял это как хорошую новость и удалил Минхо из сноведений, оставив после только их места. Сердце кровоточило.

***

Вечером субботы Джисон уснул, возвращаясь на одинокий берег. На песку были только его следы, в беседке не лежал букет цветов, который Джисон нарвал ему в их последний день. Ничего, что напоминало бы о Минхо. Совсем ничего. Только глубокая рана, которой никакой пластырь не поможет. Потрескавшееся сердце пластырями не заклеишь. Но Джисон почему-то всё равно купил пачку домой. А ещё он купил желтые хризантемы с ромашками. И много ходил в новой толстовке. В реальном мире о Минхо напоминало абсолютно всё. Но там, где они встретились, его больше не было. Сколько бы Джисон не представлял, просил, – ничего. Одна лишь пустота и холод. Хёнджин писал другу о будущих планах в компании и спрашивал его мнение, а Джисон думать не мог. Не хотел ни в чём разбираться. Даже спать не хотелось. — Почему ты снова такой грустный? – Хван наклонился ниже, заглядывая в лицо Джисона на экране телефона. Тот вздохнул и отвёл взгляд, борясь с желанием закончить звонок. — Снова со своим сном хочешь остаться? — Его нет, Хёнджин. – Отрезал Джисон и поджал губы. Он перевёл взгляд на экран и увидел непонимание в глазах напротив. — Он исчез. Его больше нет. Хёнджин открыл рот, не зная, что сказать. Он как рыба захлопал губами и вся буря эмоций оказывалась на его лице. Джисон прикусил губу и отвернулся, чувствуя вкус железа на языке. — Как это «нет»? Что…почему? – Искренне не понимал Хван. Джисон горько усмехнулся, а в мыслях отвечал «хотел бы я и сам знать почему». — Я не знаю. Я просто больше не вижу его. — Джисон… – Грустно проговорил Хёнджин, замечая мокрые глаза друга через экран. — Прости, Хёнджин, мне нужно побыть одному. Он сбрасывает прежде, чем брюнет успевает что-то сказать. Джисон откладывает телефон в сторону и зарывается пальцами в волосы. Тяжело вдыхая воздух, он открывает глаза, смотря на ковёр. Единственная его мысль – это кофе. Он надевает жёлтую толстовку и выходит из дома, чтобы под проливной дождь дойти до кофейни. Тяжёлые капли снова падают на его щёки, а он и не жалуется. Ему нравятся эти ощущения. Как прикосновения нежных пальцев. Отчего-то по телу разливается тепло. Он доходит до компании и толкает дверь в кофейню рядом. Ту самую, в которой жёлтые хризантемы и ламповая атмосфера. Джисон заказывает свой привычный кофе и решает посидеть здесь какое-то время. Он занимает столик прямо напротив жёлтых цветков и осматривается. В кофейне пусто, похоже, это из-за дождя. Тот барабанил по стеклу, разбавляя тихую музыку в тёплом заведении. Джисон прикрывает глаза и опирается локтями о стол. Он слушает звуки и своё сердце, которое почему-то подаёт признаки жизни. Оно не должно биться так громко. Джисон пытался заклеить его, но ничего не выходило. Оно доживало свои последние дни в одиночестве. Одинокая слеза скатилась по щеке и упала на крышку стакана. Этот звук смешался со стуком дождя. Никто и не заметил. Джисон потёр щёку, делая глоток кофе. Он уставился в стол, теребя рукав толстовки. Тишина успокаивала. Звук дождя убаюкивал. Хотелось очутиться на берегу моря в тёплых объятиях… — Хани… Джисон тихо усмехнулся, вспоминая отрывки фраз из своих снов. Его руки что-то коснулось и он подумал, что у него начались тактильные галлюцинации. Он открыл глаза, долго и бездыханно смотря на руку, накрывающую его собственную. Он медленно заскользил взглядом вверх, сталкиваясь с глубоким и нежным взглядом. — Хани, ты обещал мне не плакать. Рука Минхо нежно коснулась щеки и Джисон поклялся, что больше не будет давать обещаний, ведь в этот момент он разрыдался, закрывая глаза рукавом толстовки. Он почувствовал прикосновение в своих волосах и заплакал ещё сильнее. А потом у него убрали руку от глаз и взяли лицо в руки, вытирая слезы пальцами. Минхо смотрел на него нежно и так надёжно, что сердце билось быстрее. — Ты снова плачешь из-за меня? – Грустно спросил Минхо и склонил голову. — Ты…ты мерещишься мне? Я с ума сошёл? Минхо тихо рассмеялся и нагнулся к нему через стол, целуя в родинку на щеке. Он тепло улыбнулся, замечая румянец на щеках парня. — Мой глупый Хани. Джисон с изумлении смотрел на него, кончиками пальцев касаясь обожжённого поцелуем места. Ощущения совсем другие. Не как во сне. — Минхо… Джисон притянул его к себе и впился в нежные губы. Он тут же почувствовал руку в своих волосах, – как всегда делал Минхо во время поцелуев –, и выдохнул в поцелуй. По щекам снова потекли слёзы и Минхо их сцеловал, вытерев своими губами. Он взглянул на него и улыбнулся. — Тебе и правда идёт жёлтый.