Искатели азарта. Методы Рэта. Часть пятая.
28 сентября 2023 г., 18:32
Вечер. 19:39
— Пресвятые дьяволы, — промолвил Вилл, выходящий с нами из центра. — Я уже слышу эти звуки с такого далекого расстояния.
Мы выбежали с ребятами из центра и наскоро добежали до парка, где разразился известный инцидент.
— Ого… — ошарашенно промолвила Я, мои глаза не могли оторваться от ужасающей картины перед нами.
Словами старательно описать подобное было бы невозможно. Это надо было видеть собственными глазами.
Высокая статуя юной девушки, возвышающаяся в сорока футах над землей, была увенчана золотистым платьем, которое переливалось темными оттенками. Однако самым потрясающим являлось то, что вокруг статуи лежали девять мертвых тел, обагренных кровью, расположившиеся в поклоняющейся позе перед своим идолом. Что хотело донести до нас это существо, оставалось абсолютно неясным даже для меня. Проходящие мимо девушки издавали отчаянные крики и ускоренным шагом убегали подальше от этой мрачной сцены. Несколько полицейских машин быстро прибыли к статуе и приступили к поиску безумного вандала, который нанес такой страшный хаос. Четыре скорых машины были рядом с местом преступления, и врачи с носилками бросились к мертвым телам, осматривая их с тревогой.
— Джекпот, — промолвил Rat, наслаждаясь этим видом и слаще улыбаясь.
— Прошу, отойдите подальше, — уважительно сказал нам полицейский, ограждая зону желтой лентой.
Мы отошли на пару метров и продолжали наблюдать за инцидентом.
— Слушайте, а где Boredom? — спросила Я, оглядываясь по сторонам.
— Черт его знает, — сказал Rat, пристально глядя на статую. — Побег, видимо, решил устроить.
— Неужели, если не попадешь за решетку Ты, то попадет кто-то другой? — тревожно спросила Я, поглядев на Рэта.
Rat вдруг вздохнул и обратил глаза взглядом к Виллу, перед тем как обратить свое внимание на меня.
— Не парься с этим, Мисс. Boredom всегда знает, как выбраться из этой ситуации.
Я слегка приоткрыла рот от удивления, ощущая волну непонимания, которая пронзила мою душу. В это время Boredom, как буйный вихрь, приближался к нам, словно радостная энергия, обладающая безграничной свободой.
— Именно! — воскликнул Boredom, подбегая к нам. — Я, в отличие от некоторых, не стану бегать от охранников и играть с ними.
Я с любопытством взглянула на Борейдома. Его безудержная энергия была заразительна, словно вихрь страсти, порожденный смелостью и безрассудством.
— Эй, Boredom! — говорил Rat. — Захватил азарт с этой красоткой?
— Еще какой! — воскликнул Boredom, махая рукой возле лица.
— Подождите, — проговорила вдруг Я. — Но разве это возможно?
— Дорогая моя, — ответил Rat с ухмылкой, — а Ты представляла что-то другое? Как Boredom сейчас будет спасаться от полицейских собак? Как Мы будем жалеть о том, что его схватили?
— Но разве такие очевидные вещи не должны были произойти? — спросила Я, оценивая их слова и распутывая паутину событий в своем разуме.
— Вспомни наш диалог, Мисс, — закончил Rat ухмыляясь, словно пряча в глубине мудрость, доступную лишь для избранных.
Я все еще находилась в ступоре и не понимала, почему Борейдома будто бы не видят. Казалось, что все произойдет, как в каком-нибудь сериале, когда все Мы будем являться свидетелями и тому подобное. Видимо, эти существа ломают не только убеждения, но и сценарии моих задумок в голове. Они и вправду непредсказуемы.
— Айда, народ, в клубе выпьем и… — начал говорить Rat.
— Как это, черт побери, возможно?! — воскликнула Я, встрепенувшись.
Существа втроем удивленно посмотрели на меня, будто бы Я и так знаю.
— Мисс, не заморачивайтесь, — говорил Вилл. — Rat привез Вас в Вегас, чтобы Вы меньше думали.
— Меньше думали?! — возмущалась Я. — Да Вы заставляете меня думать, где бы Я не находилась! В какой вселенной бы Я ни существовала, Вы все равно достаете меня из-под земли!
Моя голова кипела от потока мыслей и вопросов, когда Я все еще пыталась осознать все происходящее. Однако существа передо мной, будто лишенные чувства удивления, продолжали общаться между собой, словно игнорируя мою волну негодования.
— Вы меня вообще слушаете?! — продолжала возмущаться Я.
Rat хлопнул меня по спине.
— Мисс, Мы решили все-таки отдохнуть и не идти уже в клуб. Так что, народ, направляемся в отель!
— Ч-что? — промолвила Я. — Вы вообще хоть понимаете, что происходит…
— А что происходит? — мило спросил Rat, поднимая брови. — Ведь ничего плохого не происходит. Профессиональный маньяк не только знает, как скрыть и утаить факты, но и как извлечь выгоду из подобных ситуаций. Так что такой поступок для нас — как муравья раздавить.
Мои глаза с шоком уставились на Рэта. Он с уверенностью и легкостью говорил о преступлениях, будто это всего лишь игра или деловые предпочтения. Воздух наполнился напряженностью, и Я с трудом сдерживала гнев, пронизывающий каждую клеточку моего существа.
— Это неприемлемо! — воскликнула Я, стараясь сохранить спокойствие, но в голосе проскальзывала ярость. — Здесь речь идет о человеческих жизнях! Мы должны быть ответственными за наши поступки!
— Тише, тише, Архитектор Безумия. Чего это Ты здесь заступаешься за чужие жизни? — Rat произнес с примесью насмешки. — В данной ситуации нет места для этических устремлений. Вы не понимаете, что Мы — иные существа, а для нас такие поступки не более чем обыденность.
— Вы говорите о сверхспособностях, о запредельных возможностях, — прошептала Я, стремясь найти хоть какую-то логику в их словах. — Но что об этом скажут люди, страдающие под Вашими играми и манипуляциями? Как Вы можете так беззаботно игнорировать их жительство в этом мире?
Boredom повернулся ко мне.
— Мисс, Вы слишком узко смотрите на это, — Boredom протянул руку, словно призывая к смирению. — Вселенная полна чудес и загадок, и наши действия — лишь нить в большом паутинном полотне судьбы. Ведь именно из-за наших необычных способностей, Мы обретаем возможность шагнуть за пределы обыденного и ощутить мир во всей его полноте и многообразии.
Я смотрела на землю пустым взглядом и, несмотря на это, не могла постичь, как за такое короткое время возможно скрыть все, что было натворено. Это было словно раздавить муравья… Для них же это всего лишь игра по их собственным правилам. Они обладают способностью сделать с людьми все, что им хочется, оставаясь незаметными существами. Вся вина просто перекладывается на чьи-то плечи, скрывая истинную правду по воле судьбы, подвластной им.
Rat бережно встряхнул мои волосы, словно испытывая подобие притяжения к запутанным переплетениям моего существа.
Тихий шепот его слов проник в глубину моей души, будто голос собственной судьбы, который пытается пробудить во мне что-то давно забытое.
— Ничего, Мисс, — произнес Он с таинственной улыбкой, едва заметной на его губах. — Со временем Вы сами вспомните, кем являетесь на самом деле, и уже не будете заступаться за чужие жизни.
Мой взгляд устремился навстречу его глазам, и в этом моменте Я ощутила нечто необычное, что мое будущее определенно может оказаться под угрозой.
— А как у Вас все прошло? — спрашивал Boredom у ребят.
— Ох, Бора, Ты бы знал, как Мы с Уильямом оторвались, — восторженно рассказывал Rat. — Детей Мы просто разорвали в игровой зоне, устроили кулачный бой в женской уборной, и мне даже удалось попасть мужику шайбой в глаз! А ещё спорили о том, кто завоюет Вегас.
— А еще ему в рот одеколоном пшикнули, что Он носился по всему парку, — ухмыльнувшись, добавил Вилл, подталкивая Рэта в бок.
— Сказал тот, кто мыло в уборной грыз, — ответил Rat, взаимно толкнув Вилла.
— Вот только в споре по аэрохоккею никто из нас не выиграл, — ответил Вилл, поглядывая на Рэта. — Но в целом день вышел с выдающимся азартом.
— А Вы, Мисс? — вмешался Boredom, фиксируя свой взгляд на мне.
— Я… Я… — степенно призадумалась, медленно опуская глаза к земле, стараясь укрыться от взглядов ребят и всего, что произошло, около сцены происшествия. — Я просто устала, ничего больше…
— Ты всегда устаешь, — сказал Rat. — Даже когда отдыхаешь.
— Хороший у меня был отдых с Вами… Я… вообще не смогла спокойно посидеть и подумать. Вы постоянно втягиваете меня в развлечения, хотя Я не особо этого хочу.
— А почему Ты нам раньше не говорила? — спросил Rat.
— Товарищ за Товарищем, как говорится… Да и скучно мне без Вас.
— Ей нужно побыть в тишине сейчас, — сказал Вилл, поглядывая на меня. — Именно в одиночестве Она восстанавливает свою энергию. Так что давайте, действительно, вернемся в отель.
Я одобрительно улыбнулась и пошла с ребятами до отеля.
Поздний вечер. 21:30
Мы уже находились в своем уютном номере.
— Эй, Мисс! Подойди-ка сюда, — приманил меня Rat, подмигивая и подразнивая своим пальцем возле двери ванной.
Я быстро отложила свою любимую книгу в сторону и с неохотой встала с кровати.
— Чего тебе надо? — не без любопытства спросила Я, осторожно приближаясь.
Rat распахнул дверь в ванную, и внезапно оттуда накатил пронзительный запах рвоты, который застал меня врасплох.
— Фу-у-у! — не сдержала Я отвращения и взметнулась к окну. Открыв его, Я сплюнула наружу, выражая с презрением свои эмоции.
Rat просто не мог сдержаться и расхохотался, а затем задал вопрос:
— И кто это у нас с тобой будет убирать, а?
— Горничная! — воскликнула Я, продолжая плеваться в окно.
— Ты сейчас кому-нибудь на голову плюнешь, — предупредил меня Rat, с ухмылкой наблюдая за моим действием.
— Да ну, с шестого этажа и до земли моя слюна не долетит. Ха-тьфу! — харкнула Я посмачнее.
В это время на улице проходил парень, который внезапно замедлил шаг, ощутив что-то мокрое и неприятное на своей голове, заставляя его оборачиваться с недоумением.
— Хм, — промолвил парень, — странно, дождя вроде нет… А это еще что за… — бормотал парень, прикасаясь к своей голове. — Фу-у-у! Я же только что помыл волосы! Какой дебил плюется с таких этажей?! — воскликнул он, глядя вверх.
— Ой! — встрепенулась Я и быстро высунулась из окна, закрыв его.
— Изгадила пареньку прическу, — комментировал Rat с ухмылкой.
— Это ему пенка для волос, — самодовольно ответила Я. — Закрой уже дверь… Фу-у-у…
— Мисс, а горничная-то у нас Вы, — напомнил Rat.
— Чего? — переспросила Я, приближаясь к окну, снова открывая его и выглядывая наружу.
— Я отказался от этих услуг, поэтому тебе придется справиться с уборкой, — объявил Rat.
— Ты дурень? Ты хочешь, чтобы Мы испортили весь номер? — возмутилась Я.
Rat широко распахнул дверь, и запах разнесся по всей комнате.
— А-а-а! Закрой это! — закричала Я, высунувшись из окна. — Прошу тебя, закрой!
Rat насмешливо улыбался, скрестив руки и опершись о стену.
— Ладно, Я уберусь! Только закрой, — согласилась Я, умоляюще глядя на него.
Rat закрыл дверь в ванную и остался стоять рядом с ней, с явным удовольствием на лице.
Подойдя к двери, Я ехидно посмотрела на Рэта и сказала:
— Ха! Повелся, дурень.
— Да походу это Ты повелась, — ответил Rat, хитро улыбаясь.
— Ну-ну… Э! — возмутилась Я, еще не поняв, что происходит.
Rat резко открыл дверь и толкнул меня в спину, заставляя меня отступить и оказаться в середине ванной комнаты.
— Выпусти! — орала Я, пиная с невероятной решимостью дверь, которую Rat настойчиво удерживал.
— Не-а, — самодовольно отвечал Rat, присев и опираясь на дверь.
— Дурень! Я буду убираться! Выпусти только! — кричала Я, не останавливаясь, продолжая пинать дверь, которая отражала каждый мой удар. — Ай… чертова дверь…
Эхо моего крика отозвалось в коридоре и заинтересовало внимание соседей по этажу. Заглядывающие в приоткрытые двери гости сочувственно нахмурили брови, явно возмущенные громким происходящим.
Внезапно, дверь номера приоткрылась.
— И почему Ты сам не сходишь за шваброй и… — начинал было Вилл, стоящий в дверном проеме с шваброй в руке и ведром с водой в другой, но в спешке его речь затерялась в моих криках. Вилл уставился на дверь, несколько ошарашенный ситуацией. — Вы что, спасаетесь от тараканов из ванны? — спросил Вилл, глядя на дверь.
Я с разбегу бросилась к двери и прыжком ударила ногой в нее, что она громко прогремела, как гром.
— Ничего себе, тараканы у Вас там… — удивленно говорил Вилл, настороженно отступая от двери с оборудованием.
— Вилл, подай ведро, — шепотом сказал Rat, который начал смеяться.
— Конечно, конечно, — быстро откликнулся Вилл, подавая ведро. — От тараканов избавляться надо.
— Думаешь, Я такая глухая, — подумала Я, хитро ухмыляясь. — Я всё равно смогу Вас обыграть своей невероятной ловкостью.
Я отступила в угол и скрылась там. В конце концов, Я сильно постучала по двери, чтобы сбить их с толку. Rat открыл дверь и облил пол водой, но затем, поняв, что там никого нет, начал осторожно заходить в ванную. Я быстро проскользнула из ванной комнаты, пнув Рэта в спину, так что Он отшатнулся, и закрыла дверь.
— Вилл, держи дверь! — воскликнула Я с беспокойством в голосе.
Вилл быстро подбежал к двери и опёрся на неё.
— Сучка! — в ярости закричал Rat, неистово долбя ногой в дверь. — Откройте сейчас же!
Дверь начала трястись от его силы.
— Мисс, Мы готовы поставить на кон все свои органы, особенно репродуктивные, — говорил Вилл, волнуясь перед Рэтом, который мог разрушить дверь своей силой.
— Пока Он своим языком не вылежит все там, не откроем! — резко заявила Я, чтобы Rat услышал.
— Сучка. Вот же сучка! — говорил Rat. — Тебе будет только хуже, если Ты продолжишь так говорить.
— И без швабры! — воскликнула Я, проходя по комнате.
— Пссть, Вилл, — шепнул Rat сквозь щели. — Ты же не хочешь стать кастрированным и ходить по клубам? — провокационно спросил Rat, подчеркивая каждое слово и добавив легкую иронию в голосе.
— Если Ты говоришь о детском клубе, где Мы устраивали мастер-классы по самокруткам для детей, то Я не против, — ответил Вилл.
— Дубина, Я говорю о твоём клубе, — пробормотал Rat, подчёркивая каждое слово с презрением.
Вилл, немного ужаснувшись, сказал:
— Док, если Вы посмеете лишить меня системы, то мне останется только путь в детский клуб. А гедонисту такое непозволительно.
— Тогда открой-ка по-братски дверь, пока Она там представляет себе, что Я буду смиренно лизать ей пол.
Я в это время, успокоившись, любовалась видами Вегаса.
— А Я буду спокойно лежать на кровати и смотреть, как Ты там…
Я не успела договорить, как вдруг почувствовала, что руки в перчатках нежно схватили меня за талию и притягивают к себе. В результате Я оказалась спиной к существу.
— Скорее всего, это буду Я, комфортно расположившись на кровати, наблюдать, как Ты ползаешь и стонешь в ванной, — говорил Rat, ехидно улыбаясь и гладя меня по голове.
Я попыталась сбежать, но ничего не выходило. В тушении моих испуганных надежд Rat держал меня так крепко, что противостоять ему было невозможно. Он взглядом полностью охватывал возможные пути побега, словно намеревался не отпускать меня ни на миллиметр.
— Нет-нет, милая, — ласково говорил Он, не убирая с меня рук. — Ты никуда от меня не убежишь.
Моя судорожная борьба за свободу принесла только упадок сил и все больше усиливающуюся тревогу. Чем дольше Я находилась в его кольце, тем больше чувствовала, что в любой момент могу покончить сопротивление и сдаться.
Но тут Вилл, медленно подходивший к Рэту со шваброй, замахнулся на него и с размахом шарахнул по затылку. Звук удара пронзил воздух, а Rat, не потеряв сознания, схватился за голову в отчаянной попытке смягчить боль.
Свидетелем этой неожиданной атаки Я почувствовала смесь облегчения и надежды. Rat отпустил меня, и Я, улавливая момент, стремительно выбежала из номера. Вилл, крича мне, пытался поддержать мою скорость:
— Беги, Форрест! Беги, пока ноги есть!
Rat, трогая голову и понимая, что больше не может удержать меня, обернулся и увидел Вилла, стоящего с расставленными руками.
— Я пожертвую своими репродуктивными органами ради спасения своей дочери! — гордо воскликнул Вилл.
Rat, внутренне сражаясь с болевыми ощущениями, пытался пролезть мимо Вилла, выкрикивая возмущенно:
— Да дай мне пройти, Вилл! Как ее первый отец, Я тебе заявляю, как второму отцу, отпустить меня!
Вилл, не сдаваясь перед угрозами и выпадами Рэта, смотрел на него с гордостью и решимостью в глазах.
— Не позволю отцу-садисту! — воскликнул Вилл.
Внезапно Rat воскликнул, показывая в сторону:
— О, смотри, голая девушка в коридоре!
— Где?!
Вилл, эмоции заставившие его на мгновение отвлечься, взглянул в показанном направлении, позволив Рэту проскользнуть мимо него.
Rat моментально пробежал мимо Уильяма и крикнул:
— Кто бы говорил, отец подкаблучник! — радостно крикнул Rat, вырываясь наружу и преодолевая последний порог свободы.
— Сукин сын… — злобно проговорил Вилл, догоняя его взглядом.
Вилл посмотрел на швабру и ведро, и в его голову пришла идея мести.
Я мчалась со всей дури по регистрационному этажу, тяжело дыша от напряжения и страха. Но когда глаза мои встретили фигуру Рэта, выходящего из лифта, ощущение уязвленной гордости накрыло меня, и Я схватилась за последнюю соломинку спасения.
— Помогите! Пожар! Горим! — орала Я, привлекая человеческое внимание.
Люди стали оборачиваться в мою сторону, и один мужчина подошел ко мне.
— Девушка, что произошло? Где пожар? — спросил мужчина, напоминающий охранника, с волнением на лице.
— Сучка, — проговорил Rat, прятавшийся за рекламным баннером.
Я оглянулась и увидела, что существо куда-то исчезло.
— Спрятался сыч, — проговорила Я, оглядываясь по сторонам.
Неподалеку стоял охранник, пристально следивший за мной. Он спросил:
— Девушка, объясните, что здесь происходит?
— Я… Это… — Я начала искать слова, но мои мысли были в полном беспорядке.
— Да ничего особенного, — самоуверенно сказал Rat, выходя из-за рекламного столба. — Просто учебная тревога для Вас, господа. Хорошая реакция, — сказал Rat, подмигнув охраннику. — В последнее время часто похищают таких милых девочек. А нужен глаз да глаз.
Охранник в недоумении посмотрел на Рэта, который похлопал меня по спине.
— Не верьте ему! — воскликнула Я. — Он именно таких девочек и похищает!
Мужчина ухмыльнулся и сказал:
— Я Вас знаю. Вы же тот торговец, которого защищает один из администраторов, мистер William. Так и пытаетесь отправиться за решетку, да только Ваш «опекун» не позволяет Вам? — ехидно спросил охранник, щелкая наручниками.
Rat наклонил голову, и его улыбка стала еще задумчивее.
— Если бы Вы знали, что роли не имеют значения в нашем существовании, то не стали бы задавать такие «неудобные» вопросы, согласно Вашему человеческому мнению, — сказал Rat, подходя к охраннику и положив руку на его плечо. — Вы меня не смутили, друг мой.
Мужчина убрал руку с плеча и отошел подальше.
Rat ухмыльнулся и пристально посмотрел на меня.
— А с тобой Мы разберемся в номере, — сказал Он, схватив меня за руку и потащив к лифту.
— Я еще раз тебе повторяю: Ты, сучка, будешь убираться! — кричал на меня Rat, подходящий со мной к нашему номеру.
— Ты меня отравил! Ты и убирайся! — кричала Я ему в ответ.
Rat распахнул дверь. И внезапно на нас обрушилась вода из ведра, словно с грозовым шквалом, переносившим нас в другую реальность.
— Оба! Марш убираться! — рявкнул Вилл, чья властная фигура напоминала о величии древних фараонов. Он кинул Рэту швабру, а мне — пустое ведро.
(Вилл всегда был уравновешенным и спокойным, но когда его терпение доходило до предела, Он был страшнее и яростнее Рэта, который постоянно ходил недовольным. Именно William Hedonist был тираном в лабораторном опыте для манипулирования душами. Однако со временем данный метод был отклонен существами Artozoes, так как эффективность его применения приводила только к саморазрушению души. Но William Hedonist, осознав, что подобное занятие соответствует его желанию, продолжил издеваться над душами, но без причинения глубокого вреда.)
Мы ошарашенно стояли в ступоре, словно пленники в безвыходной ситуации, и поглядывали друг на друга, ощущая, как каждый наш взгляд наполнен невероятной энергией возмущения и противоборства.
— Моя рубашечка, — простонал Rat, у которого единственная сменная одежда была именно эта.
— Ха, балбес. Теперь понимаешь, почему люди не носят одни и те же шмотки? — самодовольно спросила Я.
— На случай таких абсурдов? — спросил Rat, поглядывая на меня.
— И это тоже верно, — сказала Я.
Вилл лежал на нашей кровати и листал мою книгу, которую Я оставила там. В это время Мы убирались в ванной, серая пелена уныния окутывала комнату, словно тень от самой глубокой печали.
— Фу-у… Да за что мне эта жизнь… — ворчала Я, отжимая грязную тряпку в ведре, словно сорвавшаяся с цепи буря раздражения.
— За что мне твои сопли, — ворчал Rat, который оттирал туалет, словно испытывающий на себе всю тяжесть неприятностей.
— Отставить гундеж! — заорал на нас Вилл из другой комнаты, его голос раздавался словно рикошет от стен, наполняя пространство оттенком строгой власти.
— Лучше бы Ты согласилась на то, чтобы пойти и убраться, — говорил Rat.
— А че Я?! — возмутилась Я. — Ты тоже здесь виноват.
— Нас просто Вилл сейчас задолбит этой уборкой. Педант чертов… — тяжело вздохнул Rat. — Он, когда злой, постоянно мстит, словно демон, запертый в бутылке недовольства.
— Зато справедливо. Что Мы с тобой оба убираемся, — спокойно ответила Я.
Rat молчал и начал протирать уже пол, сменив тряпку.
— Ну что, — говорил Вилл возле двери ванной, — рутинная работа придает незабываемое счастье? — ехидно спросил Он.
Мы подозрительно взглянули на Вилла и пробурчали себе под нос.
— Оба будете знать, каково это — жить по правилу «не хочу», — сказал Вилл, глядя на нас.
— Да этот дурень просто выпендриться передо мной захотел, — говорила Я, моя полы с помощью швабры. — Вот к чему нас твой бессознательный выпендреж привел! Нечего поддаваться человеческим глупостям! Тоже мне, Высшие существа.
— Завались, — ворчал Rat. — А то сейчас получишь тряпкой по роже. Я это ради развлечения затеял.
— У меня швабра! Я тебя завалю первой! — возмутилась Я. — Выпендрёжник! — по слогам произнесла Я.
Rat резко метнул головой в мою сторону, размахнулся, собирался бросить тряпку, и Я по рефлексу наполовину присела. Но тут Вилл приостановил существо жестом.
— Вы хотите еще поработать? — серьезно спросил нас Вилл.
Мы успокоились, перестали спорить и продолжали убираться.
Дверь в номер распахнулась, и влетел Boredom:
— Вилл! — воскликнул Boredom, отдышавшись. — Есть страхование на жизнь Джорджа?!
Вилл в недоумении поглядел на Борейдома:
— Ты думаешь, что Я каждого в лицо помню? — спокойно спросил Вилл.
— Срочно! Быстрее! — потащил Boredom за руку Вилла. — Он еще живой возле статуи! Объясню по дороге! — кричал Boredom, убегая с Уильямом из номера.
— Ладно, ладно! — спешно говорил Вилл. — А Вы! Чтобы все отмыли до блеска! — воскликнул нам Вилл.
Дверь в номер закрылась.
— Что еще за Джордж? — спросила Я Рэта.
— Да это хороший знакомый Борейдома. Джордж каким-то образом живучий черт, — сказал Rat, моя полы на коленях.
— А чего Он на своих хороших знакомых опыты ставит? — удивленно спросила Я.
Rat ухмыльнулся и поглядел на меня:
— Потому что Товарищи не калечат, а только лечат, — сказал Rat, подмигнув мне.
Я пожала плечами и продолжила убираться. Но тут Я обратила внимание на то, что один болтик на ручке швабры, будто пытается открутиться. По всей видимости, это произошло из-за того, что Вилл нанес урон Рэту. Ведь Он наносил удар именно этой стороной швабры.
Закрутив болтик покрепче, Я продолжила уборку, взглянув на себя в зеркало, в котором, мне показалось, мелькнула темная тень, похожая на мою.
— Что это было? — промолвила Я.
— Ты чего? — спросил Rat, взглянув на меня, глядящую в зеркало.
Я посмотрела на Рэта, который обеспокоенно смотрел на меня.
— Мне что-то в зеркале показалось, — ответила Я. — Оно было похоже на меня, но только было моей тенью.
Rat поднял глаза вверх, будто бы вспоминая, что это. Вспомнив, Он начал объяснять:
— Темные тени — это сущности, которые появляются обычно перед проявлением твоих страхов и расстройств, которые произойдут в ближайшем будущем. Это будущее неизбежно, потому что темные тени являются темной стороной судьбы.
При хороших обстоятельствах Ты не будешь видеть никаких теней. То есть хороших, так сказать, теней, не существует.
— А эти тени, они появляются только у людей?
— У всех биологических сущностей, проживающих на планетах. Не каждый может увидеть тень, потому что все зависит от самого существа. Однако их видят животные, а также Мы.
— Но почему тогда люди не видят эти тени?
— Люди существуют в своем мире о понятии добра и зла. Но на самом деле они не понимают, что такое настоящее потустороннее зло, которое жрет их души ежедневно. У большинства проживающих на планетах душа загрязнена, поэтому после смерти они сами станут блуждающими тенями. Если Ты видишь тени, то это хорошо. У Вас, Создатель, всегда была развита интуиция.
Boredom и William выбежали на улицу, где было уже прохладно, а негустой голубой туман, словно в доме с привидениями, покрывал землю.
— И вот, как только Я увидел, что скорая увозит его, то вспомнил о его желании, — заканчивал объяснять Бора Уильяму.
— Ага, ага, ага, — внимательно поддакивал Вилл, слушая Бору.
Вилл посмотрел в сторону и увидел Германа, который курил возле машины. Таксист помахал ребятам в знак того, чтобы Они подошли.
Двое Товарищей добежали до машины.
— Куда направляемся, господа? — спросил таксист ребят. — Вижу, что Вы явно куда-то торопитесь.
— Герман! Ты вовремя! — воскликнул Вилл, садясь в машину спереди. — Нам срочно нужно отправиться в администрацию!
Герман сел за руль и спросил ребят:
— У Вас что-то произошло, друзья мои?
— Подписание бумажек — дело крайней важности! — иронично воскликнул Boredom.
— Особенно, когда человек на грани смерти, — добавил Вилл с сарказмом.
22:22
Мы уже прибрали ванную комнату, и все вокруг напоминало о чудесном чувстве свежести. Я валялась без задних ног на кровати, а Rat на полу.
— Как Я задрался-то… — стонал Rat.
— М-м… — промычала Я, которая уже не могла говорить. — М… м…
— Да… Мы как будто апогей прошли, — поддержал Он.
— Ненавижу уборку, — ворчала Я в подушку.
— Если бы Вилл находился в моей лаборатории или в твоей комнате, то Он бы нам устроил генеральную уборку, — заметил Rat.
— Угу…
Мы помолчали, пропуская череду мыслей и эмоций.
— Скучновато, — сказал Rat, глядя в потолок.
— Давай чем-нибудь займемся, — предложила Я, сев рядом с Рэтом. — Что придает нам азарта больше всего? — спросила Я, вглядываясь в его лицо.
— Игры, — ответил Rat.
— Хм, — промолвила Я. — Идея! — радостно воскликнула Я.
Rat удивленно посмотрел на меня.
— Мы будем шастать по чужим номерам! — воскликнула Я.
— Мисс, да Ты гений! — радостно встрепенулся Rat, привстав с пола. — Только какие правила?
— Правила довольно простые: Мы по очереди будем ставить ставку на то, что происходит в номере. Перед тем как поставить ставку, то надо загадать любое желание. Если Ты угадаешь, то исполняешь свое желание. А если нет, то ничего не получаешь. Но учти, что есть счет. Поэтому чем больше Ты угадал, тем выше вероятность того, что Ты и выиграешь.
— А что за награда? — поинтересовался Rat.
— Даже не знаю…
— Пусть это будет три желания, которые не будут иметь ограничений, — предложил Rat, встречая мой взгляд. — Ведь те желания, которые Мы будем загадывать во время игры, все-таки имеют ограничение на то, что их Мы можем выполнять только в отеле.
— Тогда приступим? — спросила Я, устремив на Рэта хитрый взгляд.
— Вперед! — воскликнул Rat, энергично вставая с пола.
Ребята подъехали к месту назначения вместе с Германом, чувствуя нарастающее напряжение в воздухе.
— Вот мы и прибыли, — сказал Герман, сверкая взглядом. — Вас здесь ждать?
— Да, да, — спешно говорил William. — Если вдруг что-то пойдет не по плану, то Я подам сигнал.
— Какой сигнал? — спросил Герман, с любопытством нахмурив брови.
— Вот, возьмите микрофон с шаром, — сказал Вилл, передавая устройство таксисту. — Для Вас, Герман, Я сам соорудил его.
— Благодарю, — сказал Герман, цепляя к уху микрофон. — Довольно удобное и интуитивно понятное изобретение.
Ребята побежали к высокому зданию, его фасад блестел отражениями окружающего мира.
— Черт побери! — агрессивно воскликнул Вилл, дернув ручку двери. — Закрыто!
— Действуем по другому плану? — спросил Boredom, поглядывая на Вилла.
— Rat бы выломил эту дверь, несмотря на то, что тут стоит сигнализация. Но Мы, друг мой, поступим более аккуратным путем.
— Вы и вправду чертов педант, — сказал Boredom, ухмыльнувшись.
— Boredom, — говорил Вилл. — Бери свой ноутбук и проникай в их базу. Нам нужно отключить здесь все камеры.
— А не проще через портал проникнуть? — спросил Бора.
— Настоящие искатели азарта — это те, кто создает проблемы на любом пути, — задумчиво проговорил Вилл, взгляд его терялся в далеких мыслях об авантюрах и рисках.
Boredom вопросительно посмотрел на Вилла, но его взгляд обрел уверенность, когда Вилл бодро хлопнул его по спине.
— Не азартное это дело — по порталам шастать, друг мой недалекий, — радостно сказал Вилл, его голос звучал, как зов приключений и непредсказуемости.
— А-а, — дошло до Борейдома, который в это время мысленно находился в другой точке Галактики. — Так точно, мистер William Hedonist!
Boredom стрелой вернулся в машину Германа, из которой вынул ноутбук, обклеенный различными наклейками. Из магического розово-синего портала Он достал подставку, обладающую левитацией, на которую поставил ноутбук. Активно кликая по клавишам, словно со скоростью света, Он погрузился в свою тактическую операцию.
— Ничего себе, более двадцати камер в одной только комнате, — подивился Бора. — И большинство из них скрытые.
— Лучше всего отключить сразу на всех этажах, — говорил Герман, который сидел в машине с открытой дверью. — В здании хорошая слежка охраны. Это сегодня сторожевых нет, а обычно они всегда на своих постах. Удивительно, что Вам повезло в такой день, когда их не оказалось.
— Моя удача всегда приходит в нужный момент, — гордо сказал Бора. — Даже когда события выходят нелогичными.
На мониторе ноутбука вышла красная надпись:
— Доступ к камерам видеонаблюдения разрешен.
Мы дошли до самого начала нашего шестого этажа, где первая дверь приветствовала нас.
— Ставлю на то, — заявила Я, — что нам просто не откроют.
— Уверена? — поинтересовался Rat, вглядываясь в меня.
— Абсолютно. Ведь Я заметила, что в этом номере обитает один мужчина, который целыми часами предается покеру и возвращается очень поздно, — объяснила Я.
— А если он себе выходной решил устроить? — подозрительно спросил Rat.
— Ты думаешь, что Я не знаю, кто такие игроманы? Я одна из них. У зависимых семь пятниц на неделе. Это Я имею в виду, что у них это как день сурка. Так что не важно выходной или рабочий день, игра важнее всего.
— Стучусь, — сказал Rat.
Rat постучал со всей силы ногой несколько раз, и дверь задрожала.
— Ты потише, потише, — спохватилась Я.
Никто не открыл дверь. Но вместо этого открылась соседняя дверь, и из нее появилась женщина.
— Что вы творите?! — возмутилась женщина в халате.
— Вашего соседа будим, — ответил Rat, взглянув на нее.
— О! Так что ж, он уже съехал, как минимум три часа назад, — заявила женщина, а потом закрыла за собой дверь.
— Вот это да, значит у меня был стопроцентный шанс на победу, — сказала Я, взглянув на Рэта. — А это, в свою очередь, означает… что Я загадываю желание…
Rat с недоверием посмотрел на меня.
— Не переживай, — улыбнулась Я, — Я не собираюсь заставлять тебя прыгать с шестого этажа. Я всего лишь хочу, чтобы Ты подкатил к одной даме.
— Че?! — возмутился Rat, встрепенувшись. — Мисс, да Вы угораете! В чем смысл?!
— Смысл в том, что Я буду ржать в сторонке над тем, как Ты облажаешься перед девушкой, работающей в регистрационной.
Rat продолжил отстаивать и начал говорить:
— Давай Я спрыгну с крыши.
— Нет, — твердо ответила Я.
— Ну давай, Я ограблю кого-нибудь, — простонал Он жалобно.
— Нет, — твердо повторила Я.
— Ну давай, Я зарежу эту девушку, — продолжал Он стонать.
— Нет, — третий раз повторила Я.
Он задумался, а потом хитро посмотрел на меня.
— Я могу подкатить к тебе, — сказал Он с игривой улыбкой на лице.
— Это неинтересно, — безразлично ответила Я.
Док, уже на эмоциях, не зная, что придумать, начал нести бред, только бы не соглашаться:
— Давайте переспим.
— Нет.
— Давайте, Я сделаю Вам комплименты.
— Нет.
— Давайте, пожарим бобра на костре и выпьем по стакану вишневого сока.
Я всерьез задумалась.
— Хм, — промолвила Я. — А вот это уже интересно…
Rat в надежде смотрел на меня.
— Однако, — задумчиво промолвила Я, — у нас бобра нет. Да и плюс, Мы договорились на то, что желания выполняем только здесь.
Rat уже повалился на колени и начал дергать меня за рубашку.
— Но, Мисс! — жалобно вопил Он, как ребенок.
Я сверху вниз посмотрела на его жалостные глаза, которые стремительно смотрели на меня.
— Док, — обратилась Я к нему, — чего Ты боишься? — спросила его Я, погладив по голове.
Он, продолжая сидеть на коленях, начал говорить:
— Мне неприятно заводить поверхностные знакомства, которые не будут нести в себе полезной информации, пока ее не достанешь другими методами. Я готов убить ее, но только не заводить подобных поверхностных знакомств.
В моей голове что-то промелькнуло, будто бы Архитектор Безумия начал вспоминать свое деяние и вернулся в разум.
Я хитро посмотрела на Рэта, прищурив глаза и ехидно улыбнулась.
— Я, Infinity Madness, позволю тебе уничтожить ее, если Ты исполнишь мое желание, — сказала Я о себе в другом роде.
Dr. Rat посмотрел на меня, взгляд его напоминал безумца, который от услышанного был рад снова видеть того, кто создал их.
— Благодарю Вас, MS-67, — тихо сказал док и поднялся с коленей.
Двое наших Товарищей, в это время, как некие лазутчики, пробирались в здание по вентиляционному ходу, который был очень пыльным и грязным. В некоторых местах образовалась паутина, которую наплели маленькие паучки.
Вилл все ворчал на вентиляции, как старый дед, и проклинал их за то, что они не того размера и очень пыльные. Бора же молча выслушивал Уильяма, любуясь паучками, которые ползали в вентиляции.
— Сучьи вентиляции, — ворчал Вилл. — Почему их не делают для двухметровых?! — Он агрессивно стукнул кулаком по железяке, что та прогремела.
— Вилл, а почему у Вас нет ключей от здания? Вы же вроде администратор там… тыры-пыры… и все такое, — неуверенно спрашивал Boredom, ползя за Уильямом.
— Мне не доверяют. Ибо знают, что Я тот еще чудик с планеты Марс, — объяснил Вилл, ползя вперед.
— Теперь они Вам точно доверять не будут. После такого, — заметил Boredom.
— Да они не то чтобы доверять мне не будут, а… Ау-ч, — промолвил Вилл, стукнувшись башкой о потолок вентиляции. — Сучьи… вентиляции…
— Точно, — подтвердил Boredom, поняв намек судьбы.
Вилл выбил решетку вентиляционной и осмотрел здание внутри.
В комнате было огромное количество компьютерных столов и шкафчиков, создавая атмосферу лиминального пространства. Гробовая тишина переносит в другое состояние, словно ты попал в фильм ужасов.
— Все чисто, — сказал Вилл, спрыгнув на пол.
Boredom перекувыркнувшись, спрыгнул и удачно приземлился на пол.
— Что ж, Товарищ, приступим, — сказал Вилл, ехидно лыбясь и поправив перчатки на руках.
Мы находились на первом этаже рядом с рекламными баннерами, спрятавшись за высоким столбом.
— Вперед, плейбой бесполый, — шепнула Я Рэту, который выглядывал из-за столба и глядел на брюнетку за стойкой регистрации.
Rat выдохнул и уверенным шагом с иронической улыбкой направился к стойке.
— Ох-х! — жалобно застонал Rat, повалившись на стойку и опираясь о нее локтем. — Вы бы знали, какая жара в моем номере, — жаловался Rat, махая возле лица и поглядывая на девушку, заставляя ее беспокоиться.
Девушка встревожилась и начала спешно спрашивать:
— У Вас в номере сломался кондиционер? Мы приносим свои глубочайшие извинения. Если хотите, то можете переселиться. У нас есть…
— Тише, тише, — говорил Rat, прикладывая палец к своему носу. — Мне очень приятно, что такая милая дама беспокоится о моем здоровье, — прошептал Он, иронично глядя в глаза девушке.
— Ну что Вы, — сказала девушка, слегка покраснев. — Это наша обязанность.
— Нет-нет, — спешно заговорил Rat. — Поймите, что не у каждого в сердце кроется теплота к чужакам. В наше время не часто встретишь такого человека, который смог бы протянуть руку помощи. Сейчас люди больше помешаны на самих себе. Традиции, семьи — все это начинает выгорать. А что уж говорить о настоящих чувствах, то это прошлый век.
— Ух, — шептала Я за рекламным столбом. — Как Он ее завернул-то.
— Я с Вами согласна, любовь пошла очень странным путем, — ответила девушка, медленно кивнув головой. — И то, что сейчас девочки становятся мальчиками, это какой-то кошмар, — добавила она с печальным тоном в голосе.
— А с этим не соглашусь, — отрицательно помотала головой Я.
— У каждого свой жизненный путь, — отвечал Rat, высказывая свою точку зрения. — Мы просто не можем выйти за эти границы, которые наши подростки умеют разрушать. Хотя в этом случае стоит взглянуть с психологической точки зрения: смотря какой подросток и какие у него приоритеты в жизни. Ведь этот «мальчик» может лишь подражать кому-то, но не быть самим собой. А это самое страшное. Не иметь своего собственного «Я». Разве человек что-нибудь достигнет в своей жизни под чужим псевдонимом? Нет. Он будет лишь мошенником в своей жизни.
— Верно, — произнесла девушка, будто бы под гипнозом, не отрывая взгляда от доктора, пристально глядя на него.
Я подумала, что уже пора действовать, иначе док и вовсе перейдет все грани в своих философских разговорах, заговорив свою жертву.
— Пссть! — подала Я сигнал Рэту, который уже, похоже, там заговорился.
Rat, с недовольной гримасой на лице, повернул голову в правую сторону и посмотрел на столб, за которым Я пряталась.
— Должен отклониться на пару минут, — иронично сказал Rat с теплой улыбкой на лице, скрывая свое недовольство, и подмигнул девушке.
Дама взаимно улыбнулась и одобрительно кивнула Рэту. Rat отошел от регистрационной стойки и зашел за столб.
Как только Я встретилась с доком взглядом, ухмыльнулась.
— Ты че, в постели с ней тоже философствовать будешь? — ехидно спросила Я Рэта, поглядывая на него хитрым взглядом и толкая в бок локтем.
Rat, не скрывая своей ярости, раздраженным шепотом спросил:
— Мисс, какая, к черту, постель?!
— Мягкая, — иронично ответила Я. — Ну, по моей задумке, Ты должен был с ней шуры-муры наделать. А что в итоге?! — недовольно спросила Я, подчеркивая свои слова раздражением.
— Да пошла Ты со своей постелью, — послал меня Rat и направился обратно к девушке. — А потом на меня гонит, что Я извращенец, — обидчиво добавил Он.
Я в смешанных эмоциях выглянула из-за столба и шепотом воскликнула:
— Грубиян! Я хочу сцены порнографии для писательства! Людям нужно зрелище! Ты моя звезда, кому Я буду платить?! — в шутке спросила Я, подкалывая дока.
Rat уже перестал слушать меня, а начал вести диалог с девушкой:
— В последнее время не только подростки поехали головой, но и писатели.
Меня поглотила раздраженность и необъяснимый гнев, который мог в любую секунду выскочить.
— Ах Ты, собака, — с злостью промолвила Я за рекламным столбом, сжимая кулак.
— Пытаются выплеснуть свои гормоны в «писательстве» не понимая даже того, что такое высокая литература, — продолжал говорить Rat, стараясь вывести меня.
После этих слов Я разозлилась еще больше и вышла из-за столба. Глаза мои, в переносном смысле этого слова, горели, как огоньки в ночи, которые могут сжечь все кругом не оставив от себя ни единого пятна.
— А это вообще не про меня! — крикнула Я Рэту, пристально глядя ему в глаза. — Ты знаешь! Что Я пишу оригинальные произведения! Которые выходят даже за рамки высокой литературы! Я все равно выйду в свет со своим авторством! В моих произведениях есть все! И юмор, и поучения, и поступки, и идеи! Может здесь и есть уйма грязного извращения! Но оно никак не портит общую картину и наоборот, обосновывается! Я не хочу видеть этих чертовых рамок, которые ставят пред мной люди! И знаю, что все действия имеют аналитический анализ! И в первую очередь именно Вы показываете то, что в любом действие есть смысл, как Ты и говорил! Я, черт побери, новое оригинальное поколение!
Девушка удивленно смотрела на меня, как на психически нездоровую. В то время как Rat гордо проницал меня взглядом, понимая смысл всех моих сильных слов, которые Я доносила до него.
— Фу-х, — обессиленно выдохнула Я, словно оратор после выступления, и отпустила руки, покачав ими в воздухе.
— Вы писатель? — скромно спросила меня девушка, после небольшой паузы.
Я резко метнула головой и посмотрела на даму, которая продолжала удивленно смотреть на меня.
— Я Miss Sonia. Под этим псевдонимом кроется не просто писательство. И Я все равно… Все равно… — говорила Я с перерывами, чувствуя нехватку воздуха, — пройду через всю грязь, но дойду до своих целей. Ха-тьфу вам в рожу, чтобы меня не сглазили.
Rat ухмыльнулся и подтвердил мои слова, своей любимой фразой:
— Упертая, как баран.
Атмосфера напряжения и сбора информации наполняет воздух, когда Вилл и Бора углубляются в ящики, ища документы. Мерцание их фонариков в руках создает таинственную обстановку, а запах пыли и бумаг добавляет ощущение старины и важности того, что они ищут.
— Уильямсы… Пакеры… Джеймсы… — медленно бубнил себе под нос Вилл, прохаживаясь пальцами по разноцветным папкам. — Boredom, что-нибудь нашел? — в надежде спросил Он, посмотрев в сторону Борейдома.
— Не-а, — откликнулся Boredom, ища в другом ящике. — Никаких зацепок, — безнадежно ответил Он.
— А Ты уверен в том, что его данные не поддельные? — неуверенно спросил Вилл.
Boredom дотронулся до подбородка, задумчиво потрогав его, и посмотрел в ящик.
— Все, что Я помню, так это то, что Я вставлял ему чип в мозг, — промолвил Boredom.
— Когда это было? — серьезным тоном спросил William, посмотрев на Борейдома.
— При нашем первом знакомстве.
— При первом знакомстве… — медленно повторил Вилл, спустив взгляд вниз.
— Точно! — воскликнул Boredom, подкинув папку вверх, из которой бумаги вылетели. — Мои чипы работают по системе «хозяин и друг».
— Звучит так, будто «хозяин и раб», — в недоумении ответил Вилл.
— Можно и так сказать. Их главная роль заключается в том, что когда друг встречает своего хозяина, то чип в мозгу активируется.
— А здесь, поподробнее, — заинтересованно сказал Вилл, отложив папку и облокотившись о компьютерный стол.
— Система подобна той, что закладывается у собак в доверии к человеку. Только в этом случае собака здесь человек, а хозяин — существо. Почему именно существо? Так это потому, что Кибер-Коробочка доминирует над мозгом. Когда «друг» встречает хозяина, то он начинает радоваться, естественно, как радуются люди, а не собаки, — ухмыльнулся Boredom. — Каждому другу хозяин выдает клички. Друг никогда не бросит хозяина и поэтому пойдет с ним в любое, можно сказать, приключение. А само доверие выстраивается уже на максимум, когда чип активируется при встрече со своим хозяином.
— Ты не помнишь его настоящего имени? — спросил Вилл.
— А зачем мне эта информация? — удивленно спросил Бора. — Я сразу ненужные имена удаляю из Кибер-Коробочки и из встроенного мозга.
— Раз Ты так не дорожишь своими «друзьями», то почему же Ты так забеспокоился о нем, когда он оказался в больнице? — в непонимании спросил Вилл.
— Все потому, что желания друзей — это корм, которым нужно кормить для того, чтобы он не потерял к тебе доверие. Даже если Я его и попрошу спрыгнуть с крыши, то он это сделает. Потому что множество желаний исполнено.
— Но Ты ведь говорил, что доверие уже устанавливается на сто процентов.
— Конечно, — кивнул Boredom. — Но чипу нужен корм, прям как мозгу. Во-первых: когда Ты выполняешь какое-нибудь желание, то активируется центр удовольствия. А чип в это время сам пожирает это же удовольствие. Потому что чип в мозгу — это как второй мозг, только которым контролируют. Но Я соорудил так, чтобы устройство не поглощало все химические вещества удовольствия. Иначе бы он оставил мозг без корма, а человек не получал бы от этого будущей мотивации и других веществ.
— А для чего чип пожирает удовольствие?
— Для того, чтобы выработать половину определенных химических веществ к своему хозяину. Доверие, чувства и так далее. Другая же половина остается в чипе как раз для нашего мозга. Мне приходится порой частенько выполнять желания людей, чтобы чип насытился желаниями.
— А как Ты узнаешь, сколько надо веществ?
— У меня есть один специальный пульт, который Я всегда беру с собой. Он похож на приставку. Благодаря нему Я и отслеживаю, чего хотят мои друзья.
— Знаешь, что Я сейчас понял? — спросил Вилл, хитро взглянув на Борейдома.
Boredom посмотрел на Вилла.
— Ты успеваешь играть даже с людьми. Ведь это очень похоже, как на какой-нибудь симулятор.
— Именно! — воскликнул Boredom, подмигнув Виллу.
— Но что тогда будем делать с Джорджем? — спросил Вилл.
— Придется действовать по другому плану.
Мы с Рэтом возвращались на наш шестой этаж, попрощавшись с девушкой.
Когда Мы вышли из лифта, Я поглядела на Рэта и сказала:
— И все-таки зря Ты с ней не переспал. Даже если Ты и бесполый, то мог бы хотя бы до крайностей не доводить.
Rat, который не нашел девушку интересной, махнул рукой, показав, что ему все равно. Но тогда Он с гордостью в голосе ответил:
— Зато она сказала мне свое имя и пригласила завтра к шести часам на фестиваль.
Я почувствовала, как у меня возникло сексуальное напряжение из-за которого Я не могла нормально сосредоточиться на игре и думала совершенно о другом. Это довольно странно, потому что обычно в подобных ситуациях оно никогда не возникало.
— Пошли к ней обратно! — обезумев, воскликнула Я, в надежде на то, чтобы посмотреть на зрелище.
Rat, не понимая моего возбужденного состояния, странно посмотрел на меня.
— Мисс, Мы только что от нее ушли, — ответил Rat с подозрительным взглядом.
— Да черт побери! — жалостно сказала Я.
— И вообще, — начал говорить Rat, — секс не входил в желание. Так что уговор был лишь на то, чтобы Я подкатил к ней.
Я ухмыльнулась, надеясь еще увидеть происходящее.
— Да, — с хитрой ухмылкой на лице ответила Я, — но это может оказаться в следующем раунде.
Rat настороженно посмотрел на меня, перепугавшись от моего будущего желания.
— Мисс, Вы с ума сошли? — тревожно спросил Он. — Просто так не получится.
— Ой-ой, — передразнила его Я. — Не получится у него. Да Ты своим первым появлением ее взбудоражил. Тем более, Я знаю, что у Вас, существ, аура нечеловеческая, — сказала Я, прищурив глаза. — Поэтому ко всем Вам так и тянутся люди, вне зависимости от пола.
Rat продолжал испуганно смотреть на меня, но затем его ужасное выражение сменилось самодовольной усмешкой, будто бы показывая, что Он понял, в чем здесь дело.
— Ты что-то явно задумала, — тихо произнёс Он, прищурив глаза и пристально глядя на меня.
Я нервно усмехнулась и пожала плечами, почувствовав на себе пристальный взгляд Рэта.
— А что Я могу такого задумать? — в непонимании спросила Я, делая вид, что ничего не знаю.
Док ухмыльнулся и медленно подошёл ко мне поближе. Я настороженно посмотрела на него, моё сердце начало биться сильнее, но Я не посмела пошевелиться, потому что его взгляд меня заинтриговал. Он наклонился к моему уху, нежно коснувшись губами моей щеки, а затем мягко прошептал:
— Вздрочнуть, небось, захотела?
Я, словно прикоснувшись к огню, резко отступила назад и начала махать отрицательно руками, спешно повторяя одно за другим:
— Не-не-не! Не-не-не!
Док старался удержать смех и поэтому ухмылялся надо мной.
— Да-да-да, — насмешливо передразнивал Он. — Я уже понял, что Ты по ночам на меня дрочишь, — сказал Rat, расплываясь в ехидной улыбке. — Поди ещё воображаешь, как Я тебе вставил, да? — продолжал Он стебаться.
— Нет! Ты все неправильно понял! — спешно заговорила Я, чувствуя, как лицо покрылось легким румянцем от прилива жара.
Я нервно стала махать руками возле лица, чувствуя, как мне становится не по себе.
Rat заметил моё слегка покрасневшее лицо и продолжил стебаться ещё настойчивее, чтобы заставить меня совсем смущенно зардеться.
— У-у-у, тебе не стыдно, а? — в попытке не засмеяться шутливо спросил Он, чтобы пристыдить меня. — Ещё на меня ссылаешься, будто Я здесь извращенец, а сама воображаешь подобное.
— Хватит уже! — в смешанных чувствах воскликнула Я, закрывая лицо ладонями от смущения и чувствуя, что лицо сгорает.
— Мисс, Я читаю Ваши мысли и знаю, что Вы привязаны ко мне до мозга костей, — сказал Он, подмигнув.
— Хоть Я к тебе и привязана, но это лишь снятие сексуального напряжения! — воскликнула Я, оправдываясь. — Меня возбуждают только женские тела. Вот мне и хотелось взглянуть. А твоё тело, наоборот, мне хочется иметь — добавила Я, поглядывая на дока.
Rat подошел ко мне и коснулся моих плеч.
— В каком плане? — иронично спросил Он с поднятой бровью.
Я резко убрала его руку с плеча и, ощутив еще большее смущение от его слов, воскликнула:
— Дурень! Я имела в виду, что мне нравится твое тело. И Я хочу такое же!
— Эх! — безнадежно вздохнул Rat, потянувшись и почесав затылок. — А Я уж думал, что тебе нравится мужское тело во всех аспектах. Хотя Я бы не назвал наше тело чисто мужским.
— Мне оно нравится, но это тело не возбуждает меня. Оно просто эстетически красивое. Люди, вне зависимости от ориентации, меня не влекут. Я отношусь ко всем одинаково, не скрывая никаких чувств. Я считаю, что самое главное в человеке — его разум и душа. И поэтому Вы мне невероятно нравитесь, потому что Вы — это Я, а также Вы очень разумны и духовно развиты. И то, что Вы бесполые, это наоборот очень круто, потому что Вам не нужно удовлетворение. А если вдруг захотите развлечься, то Ваше влечение происходит только к собственному «Я». Что касается тел, то мужское тело круче женского, по моему взгляду. Поэтому Я хочу такое же. Но если честно, Ваше тело намного круче. У Вас нет этих ненужных органов, зада, сосков, которые как раз и ломают всю картину эстетики. Вы совершенство, что меня возбуждает больше то тело, которое создали Вы. Идеальные сильные мускулы, пресс, широкие плечи и ничего лишнего. В моем понимании Вы олицетворяете именно идеал, каким и должен быть человек. Если бы только люди размножались по-другому, их дети развивались бы сразу в капсулах, а не были бы сопливыми младенцами, то Я бы с радостью захотела иметь младшего Товарища. Именно Товарища, а не сына или дочь. И он бы не называл бы меня матерью, а называл своим другом, истинным Товарищем! Таким образом Мы смогли бы создать настоящую колонию из собственных «Я» на этой Земле! И тогда все было бы проще.
Я уже мечтательно смотрела в потолок и молчала, воображая себе идеальную систему.
Rat смотрел на меня и тоже задумался над такой мыслью, а после ответил:
— Идею Ты, конечно же, неплохо подала мне для опытов. Но Я хочу огорчить тебя тем, что Ты бесплодная. Никто из нас не может создавать жизнь, даже Ты, потому что Madness — это разрушение и свобода. Я психологически настраивал тебя на это, говоря о том, что тебе не нужны дети. Однако в параллельном мире существует наша Ms, способная к оплодотворению. Если Она попробует такой способ, который предложила Ты, то это будет здорово. Вот только внедрить воспитание Товарищества может оказаться проблемой. Все эти инстинкты и прочее могут повлиять. Однако Ms — человек упорный, так что добьется своего, даже если и сломает психику младенцу. В худшем случае Она воспитает ребёнка-психопата, не способного любить, потому что, зная нашу нелюбовь и отвращение к маленьким детям, можно сделать такие выводы.
— Тогда, если у Ms будет младший Товарищ, то назовем его в честь тебя, — сказала Я, подмигнув.
Rat ухмыльнулся, представив себя в параллельной Вселенной.
— Только не устраивай в своей параллельной семейке инцеста, — иронично улыбнулся Он с некоторой насмешкой в голосе. — А то у тебя все будет как единое целое. И ребенок и будущий Товарищ.
— Но ведь в нашей с Вами семье всё так и происходит, — в недоумении ответила Я.
Rat на секунду задумался.
— Я бы не сказал, что у нас инцест, потому что у нас и семьи нет. Плюс, Мы одно целое, а если быть точнее, то Мы Безумие, не имеющее границ. К тому же наше экстравагантное воспитание хорошо повлияло на тебя в подростковом возрасте. Ты абсолютно здоровый и способный человек, а некоторые психические отклонения возможно вылечить. Они никак, на удивление, не повлияли на твой ум и способности. Но их нужно лечить, потому что они подобны мелким камешкам, застрявшим в механизме, которые ломают его бессознательно, даже если этого на вид незаметно в деталях механизма. Понимаешь?
— Да, — сказала Я кивнув головой. — Однако, Ты говоришь про то, что наша группа не является семьей. Если Мы не семья, то кто Мы?
— Я тебе уже сказал, что Мы — Безумие, выходящее за рамки общественных принципов. А семья у нас с тобой что такое, а? — умилительным тоном спросил Rat, заставляя меня вспомнить урок обществознания.
Я потупилась с ответом, потому что понимала, что это такое, но под воздействием прочих факторов и взгляда Рэта, который меня смущал, не могла ответить грамотно.
— Как что, — с подавленной усмешкой отвечала Я, — общество людей… э-э, где присутствуют родители, дети, муж, жена, тыры-пыры… — неуверенно добавила Я, спуская взгляд вниз.
Rat строго посмотрел на меня, как взрослый на виноватого ребенка, пронзая взглядом.
— Вот Ты свои тыры-пыры будешь так говорить годовалому ребенку, — пристыдил Он. — Семья — это социальный институт, в основе которого лежит традиционная система — хозяйственность, а точнее — быт, брачный союз, продолжение рода.
— Да понятно это, — с дерзостью в голосе ответила Я, махнув рукой. — Я под этим и подразумевала. К чему эти принципы? — небрежно спросила Я.
— К тому, что в голове должна быть четкая формулировка, — объяснял Rat. — Это невежественно с твоей стороны, если Ты не будешь знать, когда тебя о чем-то спросят. Неважно где, будь среди общества людей или среди нас. Мы принципиально относимся к знаниям и фильтруем информацию, чтобы в голове не было бардака. Если бы Я тебя спросил о том, что такое половой акт, то Ты бы мне тоже ответила, что это когда «ах-ох, трах-тебидох?» — спросил Rat с насмешливой улыбкой.
— Да, — самоуверенно ответила Я с саркастической гордостью в голосе. — Русские бы меня поняли.
Rat махнул рукой, ухмыльнувшись.
— Вам с Райвером на пару весь мир истреблять, оставив только один род, — промолвил Rat, переводя взгляд в другую сторону.
— Кстати, насчет моего бесплодия, — с любопытством решила задать вопрос Я. — Почему в этом мире меня просто нельзя клонировать, при этом сделать клон с мужскими особенностями для оплодотворения? — с недоумением спросила Я.
— Чем больше народа, тем меньше кислорода, Мисс. И такой способ еще не реализовался, чтобы была колония из одних Я. Важную роль здесь играют гены. Если Ты скрестишься с самой собой, но мужской особью, то ребенок родится с заболеваниями. Подумай, что произойдет с тем ребенком, если совместить сестру с двоюродным братом. Болезни. Он может родиться уродом, — ответил Rat.
— Логично, логично… — согласилась Я, задумчиво притронувшись к подбородку и кивая головой под слова.
— Так что, — говорил Rat, — ничего бы у тебя не получилось. И Ты как думаешь, почему Мы не клонируем тебя здесь по несколько раз? В этом нет смысла. Нам нужны разные души и разумы, а не одинаковые тела. И клоны не имеют душ. Не существует еще такого, чтобы все стало одним целым. Ведь и в этом тоже нет смысла. И даже Мы, Мисс, Artozoes, и Ты в том числе, отличаемся друг от друга своими мыслями, идеями и разумами. И характером, когда существуем на этой планете. Одно целое Я может отличаться друг от друга, несомненно. Но клоны — нет. Клон — это зеркало, которое Ты видишь в своем отражении. А Я — это твой Товарищ, у которого своя душа и свой разум.
— Чем тогда отличается «Я» от человека, которого Я не знаю? — спросила Я.
— Хороший вопрос, Мисс. Во-первых: люди — это поверхностные существа, не способные читать мысли друг друга. Во-вторых: большей частью правят чувства, а не разум, поэтому они не могут обрести крепкого союза между собой, разводя конфликты и даже убийства. В третьих: у людей разные цели в их жизни. А Я — это сила. Мощь, которая развилась и разделилась. Безумие эгоиста, — Rat посмотрел пристально на меня, — который чувствует свои «Я», а Они чувствуют его. Это монстр, — говорил Rat, продолжая смотреть на меня, — который слился с ними. И поэтому его цель — это существовать и любить только себя и свои «Я». Он не станет вставать на чужую позицию, потому что разрушит ее. Ему никто не нужен. И ему и его «Я» нужна только выгода. Он сожрет все души и ему не станет плохо от этого. Потому что ради создания еще одного «Я» Он уничтожит все на своем пути.
Я немного задумалась над его словами. Rat так пристально смотрел на меня, будто бы заглядывая мне в душу. В душу Создателя, который породил их.
— И взгляни, — продолжал говорить Rat, размахнув руками, словно показывая настоящий мир вокруг. — У всех людей есть души, но они все равно не контактируют между собой сразу все. Поэтому существуют отдельные небольшие группы людей по своим интересам. И Мы существуем по своим интересам. Но только у нас связь в бесконечные разы крепче, чем у приземленных существ. Мы все знаем друг о друге. И у нас есть способности. Поэтому Я и говорю, что чем меньше народу, тем больше кислорода. Вас вон какая куча, а вы не можете поделиться, кто будет стоять на вершине горы, противостоя друг другу. Мы же избирательно подходим к тому, кто станет одним из нас. В вашей человеческой системе тоже есть такие ребята, которых называют «элитой». И они выбирают тех, кто им подходит. Но до такого уровня, как нашего, им еще как до другой Галактики. И жалкие горы, кто там будет стоять, нам не нужны. Мы равны друг другу. Я уже рассказывал тебе про власть и инстинкты, так что не буду повторяться.
После всей этой информации, которую рассказал мне Rat, Я совершенно забыла, что нахожусь в отеле, потому что когда Мы вели беседы с доком, то мне казалось, что Я перемещаюсь в пустоту, а точнее Белую Комнату.
— Я запуталась, — сказала Я, почесав затылок.
— Распутаешься, — ответил Rat, бодро хлопнув меня по спине. — Давай уже продолжим игру. А то Мы снова перешли на другую тему.
— Как всегда, — вздохнув, ответила Я, пожав плечами.
Ребята продолжали искать документ, светя фонариками в шкафчиках.
— А Ты, может, номер его записывал? — спросил Вилл Борейдома, опасливо оглядывая комнату в поисках подсказок.
— Никаких данных, кроме клички, — ответил Boredom с ноткой разочарования в голосе.
— Черт побери, что же делать… — промолвил Вилл, отчаяние звучало в его голосе.
— Проблема в том, что если Джордж встретит меня, он просто не скажет, как его зовут. Из-за чипа в мозгу часть информации может быть заглушена, — объяснил Boredom.
— Придумал! — воскликнул Вилл с внезапным всплеском энтузиазма. — Мы с Германом отправимся в больницу и спросим его имя. Как только мне сообщат о фамилии, Я передам тебе по микрофону. А потом Ты уже приедешь к нам с документом.
— Лады. Если не будет никаких проблем, — ответил Boredom, подозрительно озирая здание.
— Думаешь, что за это время может произойти что-то неприятное? — беспокойно спросил William.
— Кто знает, что тут за система, — ответил Бора, пожав плечами.
William положил все документы обратно в шкафчик и закрыл его.
— Эх! — вздохнул Вилл. — Ждите меня, сучьи вентиляции, — сказал Вилл и поднялся со своего места, подойдя к стене, в которой была вентиляция.
Мы стояли возле второй двери. В этой комнате проживала та женщина. Rat потирал ладони и ехидно улыбался:
— Секундочку, — сказал Rat, прислушиваясь к двери.
— За этими дверьми ничего не услышишь, — сказала Я, поглядывая на дверь.
— Уж у кого как, а у нас слух, как у летучих мышей. Даже лучше, — ответил Rat.
— Не понимаю, как Вы можете жить, когда всё слышите. Меня ужасно раздражает, когда Я слышу чьё-то чавканье или кашлянье, даже если человек находится на далеком расстоянии от меня. А что уж говорить о том, что видишь сквозь стены. Если увидишь порнографическую сцену в соседней спальне — глаза придётся промывать неделю.
— Если Мы умеем управлять мозгом, то и другими органами тоже, — сказал Rat, прикладывая ухо к двери. — Хотя бывали случаи, когда глаза неделю приходилось промывать, но это не было связано с порнографией.
— Что может быть хуже контента для взрослых? — с отвращением спросила Я. — Одно дело, когда сам переживаешь чувства, другое дело — смотреть, как кто-то это чувствует, фу… Это как раздражаться от чужого кашля, только в этом случае происходит отвращение.
— У каждого свои антипатии. Ваше человеческое сознание очень погранично, что доказывает пример с половым актом. Но половой акт — это естественно, а не ужасно. Однако, для маленьких детей подобное зрелище будет опасным, потому что их психика не подготовлена к такому. И теперь возьми нас в пример: Мы все знаем об этой жизни и все в ней видели, поэтому, если на перекрестке кого-то собьют, то для нас это обыденное дело. Если человек увидит то, что находится за границей его сознания, а точнее — жизни, то он, в высокой степени, сойдет с ума.
— Каждый день вижу, как трупы валяются на дороге… — промолвила Я.
— Ты у нас особенный ребенок, и Я говорю это не по зову родительского сердца, а говорю по фактам: Ты Madness, для которого земные зрелища — это малобюджетная порнография с дешевыми порнозвездами.
Rat постоял еще секунд пять, а потом отошел и, не отрывая взгляд от двери, сказал:
— Ставлю ставку на то, — говорил Он, указывая пальцем на дверь и глядя на меня, — что она проводит пальцами по сенсорному экрану телефона.
Я, выпучив глаза, ошарашенно посмотрела на Рэта.
— Нихрена себе у тебя слух… — тихо пробормотала Я, глядя на дока.
— Я же не слушаю музыку в наушниках весь день напролет, — сказал Rat, глянув на меня и толкнув локтем в бок.
— Э, — шутливо ухмыльнулась Я, взаимно толкнув его. — Нашелся, шут гороховый, — сказала Я, посмеявшись.
— Что правда, то правда, — сказал Rat и по своему методу постучал со всей мощью в дверь ногой.
Через пару секунд дверь распахнулась, а тяжелый воздух повалился на нас, и женщина в халате в порыве гнева и раздражения крикнула:
— Опять вы?! Меня-то незачем будить!
Я, без всякого разбирательства и бессмысленных диалогов, спросила:
— Вы сидели в телефоне?
Женщина возмущенно посмотрела на меня, не ожидая такой наглости с моей стороны.
— Имеет ли это значение?! — воскликнула женщина, метнув головой в мою сторону и строго посмотрев на меня.
Я, не почувствовавшая вины перед нервозной дамой, у которой явно были проблемы, продолжала смотреть на нее, ожидая ответа на свой вопрос.
Rat решил ворваться в диалог и, пытаясь успокоить женщину, быстро заговорил:
— Тише, тише, барышня. Мы лишь хотели познакомиться с соседями, — стал врать Он. — Да только у Вас явно какие-то проблемы? — поинтересовался Rat, которому даже не было дела до ее проблем.
Женщина, почувствовавшая от существа долю невероятного и холодного спокойствия, успокоилась, спустив взгляд вниз.
— Да, но Вас это не должно касаться, — сухо сказала женщина, глядя себе под ноги.
— Мы приносим свои извинения, что потревожили Вас. Мы не будем мешать Вам и пойдем, — мягко ответил Rat.
Женщина посмотрела на дока, который был невероятно невозмутим и спокоен. Его взгляд заинтересовал ее, и ей показалось, что Он является благотворителем, поэтому она, боясь потерять своего спасителя, спешным тоном заговорила:
— Нет, подождите. Я уже вторую ночь не сплю из-за проблем с мужем. Я знаю, что Вас это не беспокоит, но мне уже ничего не остается, как просить у кого-нибудь помощи…
Лицо дока оставалось таким же, однако внутри Он ухмылялся и понимал, что переманил жертву на свою сторону. Я переглянулась с Рэтом, который почесал затылок и снова взглянул на женщину.
— Почему же Вы не попросите помощи у экспертов? — спросил Rat с долей удивления в голосе.
— Меня направили к психотерапевту, — беспокойно объясняла женщина. — Но мне кажется, что даже он не поможет.
Rat стал пристально смотреть на женщину, от чего та слегка вздрогнула, словно от электрошокера. Его взгляд напоминал психопата, который, не обращая внимания на посторонние факторы, был нацелен только на свою жертву.
— Никогда не сомневайтесь в помощи экспертов, — спокойным тоном ответил Rat. — Я могу Вам помочь в этом случае, — сказал Он, протянув руку.
Rat медленно подошел к женщине, которая стояла на пороге, и слегка прижался к ней, обняв за плечо и осторожно что-то всунул в карман ее халата. Я пыталась разглядеть, что доктор всунул ей в карман, но Он настолько сильно прижался к ней и незаметно скинул это в карман, что было невозможно разглядеть.
— Нервоз нужно лечить проверенными методами. Главное — не злоупотребляйте, — мягко шептал Rat возле уха женщины.
Он отошел и сделал два шага назад.
Женщина стояла в недоумении, словно в оцепеневшем страхе, который не позволял ей сдвинуться. Она без какого-либо возмущения и раздражения лишь смотрела на доктора с слегка приоткрытым ртом от удивления.
— Вы правда поможете? — тихо промолвила она, надеясь на странного незнакомца, который, на первый взгляд, казался богом, но на деле являлся Безумием.
— Бог Вам поможет, — ответил Rat, поцеловав два пальца и показав их женщине.
Женщина кивнула существу и тихо поблагодарила его. Закрывая за собой дверь, она все еще продолжала смотреть на Рэта, который уже смотрел в сторону.
Когда дверь захлопнулась, Я посмотрела на Рэта и спросила его из любопытства:
— Ты что ей всунул?
Rat усмехнулся, его взгляд упал на меня.
— Витаминки высокого качества, — сказал Rat, подмигнув.
— Врешь, а от меня Ты, сволочь, не уйдешь, — угрожающе сказала Я, пригрозив ему пальцем.
Но тут Он, вспомнив про игру, ехидно улыбнулся и сказал:
— Эй, Мисс, Я загадываю желание. Ведь у нее в руках был телефон.
Я вспомнила, что женщина держала телефон в правой руке, поэтому Rat и вправду угадал, что она проводила пальцами по сенсорному экрану.
Недовольно посмотрев на Рэта, даже не представляя, что Он захочет пожелать, Я утомительно спросила его:
— Ну и чего надо?
Rat снова начал подходить ко мне, как в тот первый раз, что меня напрягло. Однако на этот раз мне показалось, что в этом случае ситуация будет неизбежной, поэтому моя интуиция подсказывала мне нечто страшное, но одновременно безумное и волнующее. Я настороженно посмотрела на доктора.
Он приблизился ко мне и снова наклонился возле моего уха, а затем, спокойным тоном произнес:
— Помочь вздрочнуть?
Ночь. 23:57
William вместе с Германом подъехали к больнице, а точнее, к железным воротам в сетке, за которыми находилось возвышающееся здание. Тусклый жёлтый свет ламп освещал белое здание, а на улице не было ни души. В воздухе царила тишина, пронизанная только слабым жужжанием фонарей.
Таксист припарковался рядом с воротами. На парковке точно также не было ни одной машины, а лишь отдалённый звук скрипа ветвей на ветру брал волю в свои невидимые объятия.
Герман, вспомнив, что реанимация закрыта уже давно, сказал своему другу с ноткой разочарования в голосе:
— Вилл, но ведь здесь закрыто.
William вышел из машины и в отчаянии сплюнул себе под ноги, сложив руки на пояснице. Он озирался кругом, пытаясь найти какое-то решение, а после чего риторически произнёс:
— Придется действовать методом Рэта. Чертов вандал.
— Почему Вы не взломаете базу данных с его фотографией? — в недоумении спросил Герман.
— Boredom все подчистил, что даже фотографии настоящего «Джорджа» нет, — ответил Вилл.
— О как, — удивился Герман. — Тогда зачем Вам нужен человек на грани смерти?
— Дело в том, что нам нужен не просто человек, а чип в его мозгу. Если Мы выполним желание, то чип насытится этим. Нам потом придется забрать его тело в лабораторию, чтобы извлечь устройство. Вставить чип довольно просто, но извлечь его — дело затратное, — объяснил Вилл.
— А зачем Вам чип? — с некоторым подозрением спросил Герман.
— Они обычно хранятся в лаборатории нашего Товарища. Мы можем вставлять себе в мозг чипы, чтобы насытиться самими наслаждениями, которые поглотил чип. Это, конечно, искусственно, но прогрессивно. Жертв приходится брать много, но для нас это обыденное дело.
— О как. А я случайно не являюсь Вашей жертвой? — любопытно спросил Герман.
— Герман, — ответил Вилл, посмотрев на таксиста в машине, — вы все являетесь подопытными на этой планете.
Таксист услышал слова Уильяма, его глаза выразили удивление, словно он только что понял глубину скрытого значения за этими словами.
— Ждите меня в машине. А мне придется приняться за грязное дело, — сказал Вилл. Голос Уильяма прозвучал твердо и решительно, словно Он был привычен к этим «грязным делам», и его слова не допускали возражений. Его выразительные глаза наполнились решимостью, отражая внутреннюю уверенность в собственных действиях.
Он поправил свои рукава, выдохнул воздух и с большой уверенностью направился к воротам больницы. Взгляд был направлен только вперёд, словно ничто не могло отвлечь его от намеченной цели.
Тишина коридора создавала невероятное напряжение, словно каждый звук мог изменить ход событий. Я смотрела на Рэта, будто на свой собственный кошмар и зависимость, не дававшую мне покоя и от которой Я желала избавиться навсегда.
— Ты… нормальный? — тихо спросила Я, ощущая, как громко стучится сердце.
Для меня законы страстей и разврата природы выглядели невероятно ужасающими. Однажды коснувшись иглы, захочешь колоться снова и снова. Но когда ты становишься зависимым не только от своего тела, но и от другого, это превращается в настоящую сладострастную пытку, поглощающую тебя целиком, и ты страдаешь от этого. Я боялась стать зависимой не только от людей, но даже от самой себя. В параллельной Реальности у меня была такая же проблема: Я боялся поглотиться собственными фантазиями, которые преследовали меня всю мою жизнь. Я привык выплескивать свои чувства внутри себя с самого детства, перестав чувствовать их в настоящем мире до такой степени, что стал бояться потерять себя.
— Естественно, — спокойно ответил Rat, продолжая наклоняться ко мне.
— А походу нет, — отрицательно покачала головой Я.
Я начала потихоньку отступать, словно по рефлексу. В моей голове никак не укладывалось, как док посмел запросить подобное и в чем заключалась его цель. Мне совсем не хотелось, чтобы Он заходил за подобные границы. Но его было не остановить, ведь у Безумия даже не было личных границ.
— Мисс, да ничего в этом страшного нет, — успокаивал меня Rat. — Я и хирург, и врач, и специалист, и…
— Вы, хоть и гений, — непроизвольно кивнула головой Я, — но у Вас проблемы с психикой, — сказала Я, продолжая отступать, словно от нарастающей опасности.
Rat медленно приближался ко мне, пристально глядя спокойными и холодными глазами. Я начала ощущать себя одной из его жертв, потому что его аура невероятно пугала. Он никогда не отступал от своих целей, поэтому мог достичь их любыми способами, и в моей голове не возникало никаких вариантов спасения от этого безумного существа.
— Мисс, Я обещаю Вам, что ничего плохого Вам не сделаю, — продолжал спокойным тоном отвечать Rat.
— Я запрещаю тебе выполнять это желание! — в спешке воскликнула Я, в голосе прозвучало жуткое беспокойство и страх.
Его чрезмерная забота удовлетворяла меня, но чтобы заботиться обо мне в таком плане — для меня это было непостижимым и страшным.
— Такого Вы не установили, — сказал Rat с ехидной ухмылкой на лице. — А правил о том, чтобы ставить правила во время игры, тоже нет, — заметил Он.
Док всегда знал, что ответить, поэтому бесполезно было противостоять. Невозможно было идти против собственного Я, которое обыгрывает не только тебя самого.
— Не надо! Я не хочу уже! — продолжала спешно говорить Я, чувствуя, как тон становится нервным. — У меня нет настроения, и вообще… желания!
Он, как всегда в неподходящие моменты, с умилительной улыбкой на лице, начал дразнить:
— Нет желания со мной? А Я не прочь с самим собой. Я же тобой являюсь, Мисс.
Его шутки одновременно веселили и пугали меня, поэтому Я даже затруднилась в определении своих эмоций, не понимая, стоит ли мне смеяться или злиться в этой ситуации.
Казалось, что мое лицо искажается от учащенных перепадов настроения, причиной которых был сам док. Однако, разобравшись в своих эмоциях, Я связала несколько чувств сразу.
— Да хватит стебаться, обормот! У меня нервы на пределе, а Он тут из себя клоуна строит! — беспокойно воскликнула Я с нервным хохотом, который непроизвольно вырвался наружу. Взявшись за голову, Я почувствовала, как пульсирует в висках.
— Перестань, милая, — спокойно ответил Rat, словно не замечая моей панической атаки. — Если бы не свершилось одно, то свершилось бы другое. Ведь Ты бы потом заставила меня все равно перепихнуться с той девушкой. Лишь из-за того, что тебе это нужно. А Ты потом не пожелаешь такого. Так что здесь выгодно нам обоим.
— Очень мне выгодно, если кто-то полезет мне в трусы, — саркастически ответила Я, представляя себе отвратительную картину.
— Хочешь, чтобы твое зрелище увидели? — провокационно спросил Rat, продолжая подходить ко мне. — Я могу тебе в этом помочь.
Дыхание учащалось сильнее, и после подобных непристойных слов моё нижнее веко задергалось, когда Я подумала о том, что зрелище произойдет не с другим человеком, а со мной, чего Я абсолютно не ожидала.
— Нет! Зачем?! Зачем тебе?! — вскричала Я, быстро отступая назад.
— Это будет несправедливо, если Ты не выполнить желание, — ответил Rat. — Тем более, тебе же потом будет лучше.
— Не будет! — пыталась оправдаться Я.
— Это Ты сейчас так говоришь, — заметил Он, указывая на меня пальцем. — Не спорь с врачами.
Внезапное ощущение твердого препятствия за спиной заставило меня остановиться и развернуться. Мои руки наткнулись на что-то гладкое, когда Я почувствовала, что за моей спиной находится стена, неожиданно возникшая посреди пути.
Я развернулась и увидела Рэта, который уже стоял напротив меня. Тень падала на его лицо и одежду, что создавало впечатление, будто Он был монстром в запустелом лиминальном пространстве.
Не знаю, почему, но возможно, Я преувеличивала свои опасения насчет того, что доктор попытается мне сделать что-то плохое. Поэтому Я, сдавшись, опустила глаза и не стала сопротивляться.
— Всё, Мисс, — сказал Rat, стоя напротив меня. — Пошлите в номер.
Мне все еще было не по себе, потому что Я не хотела чувствовать этого и подчиняться доктору, который никогда не позволял себе делать подобное со мной.
Под воздействием волнения мои колени начали дрожать, едва не подрывая мою стойкость. Я села, опираясь на слабеющие ноги, и, покрыв лицо руками, предала волю слезам, позволяя им тихо обрушиться на мои пальцы.
— Я не хочу… — тихо прошептала Я.
Rat, все же выражая свое беспокойство ко мне, осторожно присел на корточки и ласково положил руку на плечо.
— Мисс, чего Вы боитесь? — произнес Он с ноткой волнения в голосе.
Я, с легким всхлипыванием, начала говорить:
— Я, наоборот, хочу избавиться от этих органов и не получать этого демонического удовольствия… А… Ты… Все равно заставляешь меня пойти на такое… Я не хочу на самом деле… Мне лишь нужно снять это дурацкое напряжение, которое мне не даёт спать…
Он внимательно слушал меня, а после чего бережно взял руку, немного сжав ее. Rat молчал, понимая, что Я не готова к подобной процедуре, которая была невероятным земным страданием и могла повести за собой последствия.
— Соня, — стал спокойным тоном объяснять доктор, — пока у Вас есть репродуктивная система, то Вы не избавитесь от этого. Помимо системы, есть еще и мозг, так что и с этим тоже проблема. Я понимаю, что Вы, люди, несовершенны. Но поймите, что это нормально для Вас и Вашего здоровья. Ничего позорного в этом нет. Потребности нужно поддерживать. И человек будет подобен животному не только в этом плане. Это лишь тело, в котором Вы заключены, чтобы пройти все испытания в своей жизни. Оболочка распадётся в прах, наслаждение исчезнет, чувства пропадут. Для Вас это будет невероятным счастьем, когда это произойдет. Однако сейчас Вам нужно жить.
— Это отвратительные тела… — тихо пробубнила Я.
— Уж не спорь с этим. Если бы Вы знали, Мисс, какие существа обитают на других планетах, то Ваши человеческие тела — совершенство по сравнению с другими. Примите ту жизнь и то тело, в котором Ты живешь. И не отвергай то, что естественно.
Я не смотрела на дока и спустила взгляд вниз.
— Я все равно избавлюсь… избавлюсь от всех этих ненужных потребностей. Этого не существует. Удовольствие подобно наркотику, которое… не нужно…
— Вы не избавитесь. В чем смысл противостоять своей природе, пока Вы являетесь живым существом? Я повторяю: пока оно встроено в Вас, то это будет очень сложно. Даже Мы, хоть и имеем другое тело с органами, но оно тоже нуждается в питании. Только в другом питании. Все тела, Мисс, абсолютно все механизмы в чем-то нуждаются. Логические конструкции есть в каждой задумке. Благодаря слиянию клеток зарождается новое. Разве ли это неудивительно? Благодаря, в первую очередь, мозгу, подавшему сигнал, произошла эволюция на планете. И люди не вымерли. И все это сделано не зря. Даже если это иллюзия. И Создатель человеческих тел создавал их тоже не просто так. В любом создании и действии есть смысл. Люди не замечают глубоких смыслов и мелких атомов, которые они не видят. Но видят Другие, кто создал это.
Он посмотрел на меня, а затем погладил по голове.
— Заговорился Я снова. Идем? — спокойно спросил Rat.
Я, почувствовав облегчение после его слов, кивнула головой, слабо улыбнувшись. Существо бережно взяло меня на руки и понесло по коридору. Взгляд дока был утонченно нежен, словно Он знал о каждом моем внутреннем трепете и поэтому, несмотря на мое упорство, знал, что мне нужно. Это и было страшным, что Он всегда был до Безумия заботливым и опекающим, но меня это вовсе не отталкивало от него, лишь пугало, как физически слабую жертву маньяка.
В этот момент дверь с треском полетела внутрь, открывая доступ в темное и мрачное помещение.
William со всей силой выбил дверь ногой, и отлетевшие осколки стекла зашипели по полу. Сигнализация моментально активировалась и начала издавать невыносимую сирену. Существо не обращало на это внимание и твердым уверенным шагом шло по коридору, открывая все двери палат, словно маг, открывающий телепатически. Больные, испугавшись, подскакивали с кроватей; сильно больные просто лежали и не издавали звуков.
— Ох, мистер William, — промолвил Герман в машине, услышавший сирену полиции вдалеке. — Не ожидал от Вас такого.
Шум открываемых дверей и поднимающихся вверх предметов наполнил узкий коридор, создавая ощущение нарастающего хаоса.
Когда William обратился к пациенту в соседней палате, его слова перекликались с визгом сирены, подчеркивая напряжение и невероятные обстоятельства, в которых они оказались.
— Не знаете ли Вы, — спрашивал Вилл в дверном проеме, — в какой палате находится молодой человек по кличке Джордж?
Пациент трудом удерживал дрожащие губы, его голос перекликался со звуком сирены, которая продолжала визжать в унисон с биением его сердца.
— О-он находится в с-соседней палате, — сказал пациент, поднимая на себя одеяло в постели.
— Благодарю, — сказал Вилл, поспешно сняв шляпу.
И вот, распахнув дверь соседней палаты, William вошел в нее, быстро направляясь к койке и продолжая свою стремительную просьбу:
— Имя, фамилия, возраст.
Пациент, полуживой, словно прикованный к постели, тяжело поднял взгляд на Уильяма, уставившегося на него с непоколебимой решимостью.
— Имя, фамилия, возраст, — твердо повторил William, его голос пронзал тишину палаты.
— Вы… пришли за мной… на сдачу в морг? — спросил пациент, его голос дрожал от страха и неопределенности.
— Можно и так сказать. Я Мистер William Hedonist. Boredom рассказывал Вам обо мне.
— А-а… Точно… — промолвил пациент. — Он мне обещал от Вас страхование на жизнь…
— Быстрее говорите своё имя и фамилию, — спешно говорил Вилл.
— Вы… Ради бумаг совершили такой… вандализм?
— Не в этом дело. Быстрее назовите своё имя, — говорил Вилл, долго не желая отводить глаз от пациента. — Твою ж мать! — прокричал William внутренне, параллельно копаясь в мыслях пациента. — Этой информации нет в его голове!
Пациент слабо промолвил:
— Я… не помню… своего имени.
William уже слышал, как полиция начинает подъезжать ближе. Он решительно взял микрофон:
— Прием! — воскликнул Он. — Что, черт побери, Ты натворил с его мозгом?! — раздался его голос по комнате.
Boredom отвечал:
— Прием, Я ничего не натворил. Видимо, ему отшибло память, когда Я проводил над ним опыт.
— Он не помнит своего имени! — говорил William, поглядывая в окно за полицией. — Мало того, что здесь засада.
— Вилл! У меня идея! — воскликнул Boredom. — Посмотри в его мыслях, чего он хочет больше всего и исполни это. Думаю, что страхование сейчас не настолько важно.
William медленно приблизился к пациенту и начал просматривать информацию в его мозгу. Мысли человека заполняли воздух словно монолог:
— Я так устал от этой жизни… Я познал слишком многое, когда существо проводило надо мной эксперимент. Мои глаза не хотят больше этого видеть. Вся правда крылась от нас столько лет, что я просто не смогу жить дальше счастливой жизнью. Я хочу в другой мир. Я хочу умереть. Я бесконечно благодарен существу, что Оно открыло передо мной свет.
Вилл устало взглянул на пациента, осознавая тяжесть ситуации. Он решительно подошел к прибору и отключил кислородный концентратор, сжимая кулак на мгновение.
— Спасибо… Вам… что создали… для нас… красивую иллюзию… — прозвучал слабый голос пациента, а затем он ушел из жизни.
William вздохнул и связался с Борейдомом:
— Прием, Я выполнил его желание.
— Супер, супер, — в спешке отозвался Boredom, прячась под столом. — А твоя засада подключилась и ко мне…
— Черт побери! — воскликнул Вилл. — Справишься?
— Еще бы! Конец связи! — шепотом воскликнул Boredom.
Boredom мельком посмотрел из-за стола и заметил, как полиция с фонариками разыскивает существо.
— Извините, мистер William, — говорил Boredom, — но придется воспользоваться методом Рэта.
Я сидела на кровати, ожидая того, когда Rat поменяет свои перчатки на чистые. Он стоял возле тумбочки спиной ко мне, и мне было не по себе, наблюдая за тем, как Он их меняет, потому что казалось, что эта процедура будет насильственной.
После того, как Он их поменял, Он подошел к кровати, сел за мою спину, опершись о спинку постели и нежно прижав меня к себе.
Я неподвижно сидела и чувствовала, как Он слегка приподнял мою рубашку и сунул руку под нижнее белье.
— Мисс, у Вас такое сильное сердцебиение. Вам до сих пор страшно? — спросил Rat, гладя меня по голове.
— У меня все в порядке, — отрывисто сказала Я, дернувшись.
Rat удивленно заглянул мне в лицо, склонив голову. Я неподвижно сидела на кровати, с дергающим глазом глядя в стену. Почувствовав его палец во влагалище и трение, Я облегченно выдохнула.
— Я нервничаю, потому что устала после сегодняшнего дня. И после такого насыщенного дня мне сейчас просто необходимо расслабиться.
Rat ухмыльнулся и сказал:
— Не зря все-таки Я вывел Вас из дома. У нас с Вами получилось отдохнуть и забыть обо всех мыслях.
Почувствовав безопасность, Я расслабилась и положила голову ему на грудь. Однако возбуждение не могло возникнуть без какого-нибудь насильственного эксперимента. Доставать перочинный нож из кармана было очень рискованным делом, потому что Rat мог сразу увидеть его. Был вариант того, чтобы отпроситься, якобы пойти в туалет. Но даже отпрашиваться было страшно, потому что просто так обыграть Высшее существо было невозможно. Он мог в любую секунду читать мысли. Даже без прочтения мыслей их стратегические навыки были совершенными. В любом случае предпринять что-то нужно было.
— Подожди, — тихо промолвила Я, взяв его за руку. — Мне надо отойти на пару секунд.
Rat смиренно промолчал, а потом спросил:
— В туалет?
— Да.
— Вынь у себя все из карманов, — сказал Он, погладив меня по голове, словно пытаясь смягчить свой приказ.
Я поджала губы, но другого выхода не было, кроме как вытащить из кармана все, что было. Я вытащила из кармана ножик, а также мелочь и фантики из-под конфет.
— Всё, — спокойным тоном промолвила Я, боясь того, что Он проверит карманы еще раз.
Но Он, не став проверять, сказал:
— У тебя есть пять минут.
Понимая, что Он уже начал меня подозревать еще с того момента, когда Я отпросилась, меня стал охватывать страх, и Я совершенно спокойно спросила:
— Ты что, издеваешься? А если мне надо…
— Если Ты не вернешься через пять минут, то Я вправе зайти, — строго прервал Он.
Противостоять не было смысла, потому что Rat знал, в чем здесь был подвох.
Встав с постели, Я дошла до ванной и зашла в нее, закрыв за собой дверь.
Время пошло.
— Черт с два! — промелькнула мысль в моей голове, от которой Я взялась за голову.
Я ходила по ванной комнате, в попытке чего-нибудь придумать.
Полная тишина и желтый свет заставляли чувствовать страх, словно ты находишься уже не в обычном отеле, а в психиатрической клинике.
— Может, разбить зеркало и сделать порезы? — мелькали мысли в моей голове. — Нет, Он сразу услышит. Сказать, что бумага закончилась? Нет, здесь есть запасная.
Волнение становилось прозрачной пеленой, которая покрывала разум и не давала хороших здравомыслящих идей. Чтобы успокоиться, Я стала делать глубокий вдох и выдох. Немного успокоившись, Я облегченно выдохнула, словно в последний раз, и перестала думать о плохих мыслях, которые могли воплотиться. В голове Я считала секунды, которых прошло уже девяносто две, что означало — времени у меня оставалось мало.
Мой взгляд перевелся на швабру с ведром, стоящими в углу возле двери. Я сразу вспомнила, что в приборе был маленький болтик, который можно было вытащить. Однако Rat мог прислушиваться к ванной комнате, поэтому, чтобы не вызывать подозрений, нужно было придумать новую идею.
Я совсем немного приоткрыла кран, чтобы вода издавала струйный звук, и осторожно взяла швабру, вернувшись обратно к крану, который продолжала то открывать, то закрывать. Проблема заключалась лишь в том, что Rat мог понять, откуда исходит звук, а точнее — на каком расстоянии. И если его не подводит зрительная память, то Он вспомнит, где находится раковина.
Открутив болтик из швабры, Я задрала одну штанину, под которой был пластырь. Наносить урон следовало в том же месте, где и всегда. Иначе новая рана вызовет подозрения.
Я медленно отодрала пластырь с гнойной раны, кровь из которой уже давно запеклась.
Самым страшным было то, что Я могла занести заражения на гнойную рану. Но ради чего только человек не готов пойти, чтобы достичь удовольствия.
Принятие решения было необходимо, поскольку прошло уже сто восемьдесят секунд.
Чтобы не сделать хуже, Я, не потеряв равновесия, подняла колено и проколола острием болтика кожу возле раны, продолжая открывать и закрывать кран.
Покалывание и слабая боль придавали прилив возбуждения, хотя и не будоражащий меня полностью. Это напоминало массаж, но более болезненный и неприятный. Я слегка царапнула кожу, на которой появилось небольшое кровяное пятно.
Двести двадцать секунд.
Дело было дрянным, потому что, поглощенная слабым удовольствием, Я не заметила, как оставалось совсем немного до трехсот секунд. Однако это покалывание было достаточным для возбуждения, поэтому Я вкрутила болтик обратно в ручку швабры и заклеила гнойную ранку заношенным пластырем. Вокруг ранки остались маленькие круглые красные отпечатки.
Я уже давно закрылa кран, поэтому в последний раз оторвалa от рулона туалетной бумаги кусочек, который выкинула в урну, а затем нажала на кнопку слива на крышке унитаза.
Расправив штанину и убрав швабру на место, Я заметила, как в голове досчитала ровно до трехсот. Досчитав до последней секунды, Я медленно начала открывать дверь, за которой почувствовала приятный запах, и мельком увидела руку в перчатке.
Сердце невыносимо сильно застучало, словно сейчас выскочит из груди. Моё дыхание стало нестабильным, когда Я осознала, что за дверью стоит Rat, со сложенными руками, внимательно глядя на открытие двери.
Я полностью распахнула дверь и встретилась с ним взглядом.
Мои руки дрожали, а голос застрял в горле, когда Я тихо пробубнила:
— Мать моя существо…
В это время Boredom ловко уворачивался от группы полиции, которая пыталась поймать существо.
— Это вам за то, что вы зашли не по адресу, — сказал Boredom, спихнув ногой одного из сотрудников полиции в портал, что тот в ужасе заорал, когда провалился в чертовщину.
— Это демон! — в панике воскликнул один из сотрудников. — Активировать стрельбу!
В существо начали стрелять, но Оно уворачивалось с идеальной реакцией, что никто даже не мог понять, как это происходит. Boredom пробежал по нескольким машинам, проламывая капот, и добежал до сотрудников. Подпрыгнув вверх, Он активировал перед ними портал и закинул сразу двоих. Существо ловко перекувыркнулось и приземлилось на землю, спрятавшись за машиной. Взяв упавшее оружие из портала, Он быстро перезарядил его и начал из-за капота машины стрелять в последних сотрудников.
— Срочно выгружайте все… — не успел сотрудник сообщить по рации, как пуля попала в его голову, а темная кровь брызнула по воздуху, и он отшатнулся, упав на асфальт.
— Ух, — выдохнул Boredom. — Не успел сыграть в лазертаг с ребятами, так отыграюсь здесь.
— Черт побери! — беспокойно шептал один из сотрудников, прятавшийся за машиной. — Если сейчас хоть раз высунемся, то кранты.
— Сэр, демоны слышат любой шорох… Нам сейчас…
— Именно! — с энтузиазмом воскликнул Boredom, взлетев из-за машины вверх поперек над сотрудниками с автоматами и прострелив их головы. Существо сделало стойку на руках, а затем встало на ноги.
Бора активировал микрофон.
— Прием! — воскликнул Boredom. — Как дела, Вилл?
— Прием! — кричал William, который ехал с бешеной скоростью на скорой машине. — Превосходно! Везу твоего мертвого дружка в фургоне.
— Как обстановка? — спросил Boredom, осматриваясь по сторонам.
William посмотрел в боковое стекло машины, в которой ехали три полицейские машины.
— Ты не против, чтобы Мы завершили игру? — спросил Вилл. — Я слишком устал, чтобы играть в третий раз.
— Я всегда за! Конец связи! — радостно воскликнул Boredom.
William протянул руку в открытое окно и щелкнул пальцами. Машины с грохотом позади начали проваливаться в порталы, которые поглотили все три машины.
— Довольно скучно с вами играть, господа, — сказал Вилл, глядя в боковое стекло, где уже не осталось никаких машин.
Я продолжала смотреть на него, а Он продолжал смотреть на меня с надменным выражением лица, от которого мне становилось не по себе.
— Вы уложились ровно в пять минут, что очень странно, — сказал док, с подозрением глядя на меня. — Зачем Ты засекала время?
Мне было сложно вымолвить слово, потому что его взгляд пугал. Одно неправильное слово, действие — и все могло разоблачиться.
Тогда в дело вступила импровизация.
— Ну как же зачем? — с веселой улыбкой начала говорить Я. — Думаешь, приятно будет, когда сидишь на толчке, и тут к тебе врывается какой-нибудь маньяк?
Rat продолжал подозрительно смотреть на меня. Однако его взгляд уже не напрягал меня, поэтому Я смело продолжала включать юмор в серьезное дело.
— И ведь не знаешь, когда этот маньяк ворвется, поэтому надо всегда быть начеку и засекать, сколько Ты сидишь, — сказала Я, размахивая руками в воздухе.
— В таком случае надо закрываться, — ответил Rat. — А Ты, видимо, с радостью готова была принять маньяка, — добавил Он, иронично улыбнувшись.
— Да просто тут ручка барахлит. Не всегда закроешься, а потом и вовсе не откроешься, — оправдалась Я.
— Ручка барахлит? — передразнил Он меня. — В отелях отличные замочные скважины. Это тебе не школьные туалеты.
У меня заколотилось сердце, потому что Я стала предчувствовать свой проигрыш, но все равно продолжила оправдываться, чтобы выиграть хоть какой-то шанс.
— А, э, — пыталась говорить Я. — Ты мне сказал, что войдешь, поэтому Я не стала закрываться и подумала, что выломишь дверь потом.
Доктор очень удивленно посмотрел на меня, подняв брови. Он продолжал стоять со сложенными руками, но после чего отпустил их и стал приближаться ко мне.
Приблизившись, Он взял меня за плечи и посмотрел очень невинными, словно наигранными, глазами.
— Милая, разве Я похож на такого педофила, который ради зрелища будет выламывать двери, а? — нежным и умилительным тоном произнес док.
— Нет… — тихо промолвила Я, спуская взгляд вниз и почувствовав страх, когда Он ко мне приблизился.
— Именно. Ты бы могла закрыться, потому что понимала, какая будет угроза. Но Ты не сделала этого, потому что, как Я и сказал, с радостью готова была принять маньяка. У тебя сексуальный мазохизм, понимаешь?
Я молча глядела в пол, чувствуя страшное оцепенение, которое не позволяло мне сдвинуться с места.
Rat, присев на корточки, прижал меня к себе и гладил по спине. Я чувствовала его уравновешенное, приятное запахом дыхание. Это чарующее, нечеловеческое обаяние пугало и одновременно манило к себе, как насекомое в паутину. Я перестала чувствовать страх, но жуткая, волнующая волна бессознательности нарастала.
— Не переживай, Я вылечу тебя от этого полностью, и потом Ты будешь стонать лишь от легкого прикосновения моих пальчиков, — мягко шептал Он, ласково поглаживая меня по спине. — А теперь идем в постель, — добавил Он, выпрямившись.
— Я не…
Я не успела договорить, как Он ловко подбросил меня к себе на руки и закрыл дверь в ванную комнату.
01:20
William доехал до того здания, возле которого был Boredom.
Повсюду лежали кровавые трупы полицейских. Асфальт был изрыт пулями, а на капотах машин виднелись явные следы столкновения.
William остановился неподалеку от Боры, который ему помахал.
Бора взглянул на Вилла и быстро взошел в машину, закрыв за собой дверь.
— Куда направляемся, путник? — лихо спросил William, когда Бора сел вперед.
— В гранд-отель, — ответил Boredom, закрыв дверь машины.
William нажал на всю педаль газа, и машина рванулась вперед, оставляя за собой позади опустошенные улицы с трупами.
— Слушай, — спросил Boredom, — а где Герман?
— Я сказал ему не спеша отправляться домой, чтобы его не заподозрили, — ответил Вилл.
— А куда Мы спрячем Джорджа?
William неспешно ответил, задумавшись на мгновение, прежде чем произнести:
— Если нам нужен только чип, то отрубим голову, а тело закопаем.
— Может быть, тогда Мы лучше вынем устройство в этом городе? — спросил Boredom, поглядывая на Вилла.
— Можно. Обращусь к Рэту. За такое дело Он с радостью возьмется, — ответил Вилл.
— Это точно, — подтвердил Boredom, кивнув.
Ребята подъехали к отелю, где парковка была забита машинами и Boredom, выходя из машины, беспокойно спросил:
— Вилл, а как Мы… потащим его?
— Черт, — задумчиво ответил Вилл. — Устройство невидимости брал?
Boredom отрицательно помотал головой.
— Придется его здесь пока оставить, — сказал Вилл, пожав плечами.
Boredom затревожился еще больше:
— А если кто-нибудь увидит?
— Тогда действуем прямо сейчас, — твердо проговорил Вилл. — Надо только Рэта позвать, — добавил Он.
— Свяжись с ним по микрофону.
William активировал микрофон, нажав на небольшую кнопку, после чего Он извлёк из наплечной сумки белый шар, на котором серым цветом были выведены имена. Вилл выбрал доктора и, подождав пару секунд сигнала из устройства, услышал из микрофона лишь помехи и слабое жужжание, что означало, что владелец переговорного микрофона отключил его.
— Странно, — тихо промолвил Вилл в удивлении. — Чего это Он его отключил? — риторически спросил Он.
Boredom пожал плечами и сказал:
— Может быть, Они уже легли спать? Время-то уже позднее, — сказал Boredom, вынимая из кармана часы и глядя на время.
— Но Rat спит только под воздействием наркотиков или когда напьется в стельку. Он хоть и спал той ночью в номере, но потом рассказывал мне, что сон был беспокойным, и Соню только потревожил.
Товарищи ненадолго задумались, оглядываясь по сторонам и глядя в сторону отеля.
— Сейчас попробую позвонить Мисс, — сказал Вилл, заново выбирая имя на белом шаре.
Однако и другой владелец микрофона отключил его, возможно, даже снял с уха, поэтому помехи возобновились.
Вилл начал уже возмущаться:
— Да что Они там, сквозь землю, что ли, провалились?!
— Не знаю, — безразлично ответил Boredom.
Но тут его безразличное выражение лица сменилось на ехидную улыбку, и прищурившиеся глаза, словно Он щурился от яркого солнца.
— Скорее всего, Они что-то замутили, — ответил Boredom, щелкнув пальцами.
Вилл знал, что Бора всегда опирается на интуицию, но в этом случае Он как будто не понимал, что может произойти между двумя Товарищами, которые всего лишь находятся в номере. Вилл предполагал, что Они могли заниматься очередными шутками, либо устроить пожар, а то и потоп, в своем номере, потому что даже два безумца вместе — плохая идея.
— Что Они могут такого устроить без нас с Вами? — в непонимании спросил Вилл.
— В каких-то делах наше участие точно не пригодится.
Уж после такой новости Вилл поднял брови и похлопал глазами, взглянув на Бору.
— Безобразие! — возмутился Вилл с грубостью в голосе. — Как можно что-то делать без своих Товарищей? — удивленно спросил Вилл с приподнятыми бровями. — Я должен в этом разобраться!
Вилл, как всегда, уверенным шагом направился к отелю, размахивая руками.
— Я лучше останусь здесь, — промолвил Boredom.
— Если Они снова решили поспорить из-за уборки, то им мало не покажется! — отозвался вдалеке Вилл, который уже доходил до отеля.
Он зашел в отель, а затем направился в лифт, где нажал на шестой этаж.
Доехав на лифте и подойдя к нашему номеру, Вилл остановился и взялся за дверную ручку. Почувствовав странное вибрационное поле и запах, Он вскинул брови, не ожидая такого поворота событий.
— Какая странная энергия, — удивленно проговорил Вилл. — Неужто она исходит из этого номера…
William решил рискнуть и приложил свое ухо к двери, чтобы понять, что происходит в номере. Как только Он это сделал, Он с выпученными глазами стал смотреть в одну точку, чувствуя, как лицо покрывается легким румянцем. Вилл, не отрываясь от двери, слушал, продолжая не верить в то, что происходит за дверью. Его ожидания крайне подорвались.
Из номера доносились громкие, сладострастные стоны, пронзавшие весь номер и отзывавшиеся эхом.
— О-о-х… хватит!
Следом за ними раздался грубый мужской крик:
— Я достигаю все свои цели, поэтому Ты обязана исполнить моё желание!
— Обойдешься, ублюдок! Хватит совать свои пальцы так глубоко!
— Тебе нравится, правда ведь? — прозвучал завораживающий мужской шепот. — Давай, детка, признайся в этом.
После этих слов донёсся очередной стон, словно подтверждающий сказанное.
— Засчитаю это как за «да», — ответил мужской голос.
William, отскочив от двери, словно от тока, стал прочищать ухо.
Он никак не мог осознать и поверить в то, что происходит в номере.
— Слуховых галлюцинаций у существ не должно быть, — промолвил Вилл.
Заново прислушиваясь, Он продолжил слышать голоса.
— Убь-ю-ю! — звучал грубый девчачий голос.
— Люблю или убью? — прозвучал ехидный мужской голос. — Я не против умереть от маленьких ручек Архитектора, который убьет любя.
— М-м-м!
— Говорил Я себе не засиживаться в своем клубе, — ругал себя Вилл, продолжая чистить ухо. — А что теперь? Слышу стоны.
William, собравшись с духом, решил приоткрыть дверь. Когда Он прошёл мимо ванной комнаты, то в ступоре остановился, оцепенев от удивления и непонимания, увидев зрелище, которого даже не предполагал увидеть.
Он даже закрыл лицо ладонью, словно ребёнок, который не хочет ломать себе психику.
В это время Я лежала на Рэте в вертикальном положении, который быстро копался рукой в моих брюках и расшатывал меня на себе взад-вперёд. Лежа на его теле, Он заставлял меня плавно изгибаться, потому что проникновение в орган было чересчур приятным.
— Пресвятые розы-мимозы… — в страхе промолвил Вилл, с подергивающимся глазом.
Порой Вилл не верил, что Архитектором Безумия является девочка, с которой вытворяют все, что угодно двухметровые бесполые… э-э-м… ни мужчины, ни женщины, существа, которые воспитывают её не просто как родители, а как… *у автора закончился словарный запас. Он под сильными эмоциями с этой сцены*.
— Да рожай Ты уже, сучка! — возмущался Rat, выражая раздражение. — Ты нарочно не хочешь кончить?!
Я заметила, что William зашел в номер и крикнула:
— Вилл, помоги!
— Еще одной рукой? — попытался подшутить Вилл с испугом в голосе.
— Нет! — крикнула Я, раздражаясь на его шутку.
Но тут Rat, обратив внимание на Вилла, ехидно заулыбался.
— Вилл, Ты вовремя! — крикнул Rat, радуясь прибытию Вилла. — Помоги ее добить!
Я, выпадая из состояния экстаза в неопределенный страх, почувствовала, что словно ломом ударили по голове после того, что сказал Rat.
Но William, понимая, в какой абсурд Он вляпался, отказался от нашей компании и стал пятиться назад, собираясь покинуть номер.
— Я не в форме, — ответил Вилл с нервной усмешкой в голосе. — Ты нам сейчас срочно нужен в одном деле, — скромно добавил Он.
Док продолжал тереться всем телом о постель и расшатывать меня на себе. Он, заинтересовавшись в деле, спросил:
— В каком?
— Джордж-то, сдох, — ответил Вилл, — и его чип нужно вынуть из мозга.
Rat, перестав обращать на меня внимание и сбавив нажим на орган, продолжал задавать свои вопросы:
— Где труп?
Я воспользовалась моментом, когда Он стал медлить, и попыталась вытащить его руку. Однако Он, не поглощенный никаким чувством экстаза, был очень бдительным, поэтому сразу обратил на меня внимание. Я почувствовала неприятное чувство, когда палец просунулся глубже, чем раньше. От этого Я вскрикнула и перестала пытаться вырваться.
— В машине. Правда, на нем нет пакета, — ответил Вилл, который скрылся за стеной ванной комнаты, чтобы не видеть нас.
Шанс на высвобождение еще был, поэтому Я уверенно, в легких стонах, тяжело дыша, сказала:
— Ну вот, у тебя дела поважнее… а-а… есть… Иди… м-м…
Rat, ухмыляясь моей хитрости, склонил голову близко к моему лицу.
— Я никуда не уйду, пока Ты мне не кончишь здесь, — ответил Rat и слегка подбросил меня на себе, чтобы пододвинуть поближе.
— Ну так что? — спросил Вилл, ожидая ответа.
— Вилл, — сказал Rat, — у тебя есть средства для своих шлюшек?
От подобной идеи доктора Я почувствовала себя настоящей жертвой изнасилования, от чего мое лицо не покрывалось легким румянцем, а показывало смесь ужаса и отвращения.
— Не думаю, что смазка в Вашем случае поможет, — сухо ответил Вилл. — Здесь зависит не только от движений и изгибов телосложения, но и от фантазий индивида, которые он представляет в своей голове.
Rat, догадавшись о моем плане, усмехнулся и промолвил:
— Ага, хороший ход, Мисс, что решила отключить свою фантазию.
Я промолчала, чувствуя недобрые намерения от него.
— Хитро, хитро, — ехидно отвечал Он. — Но Я-то сильнее, — добавил Он с гордостью в голосе.
Rat вынул другую руку из-под моего топа и положил ее на мою голову.
— Сейчас Я настрою тебе мысли, — сказал Он, ехидно улыбаясь.
Существо в прямом смысле этого слова изнасиловало меня не только физически, но и ментально. Порнографические сцены лесбийского порно мелькали в моей голове, из-за чего Я начала закатывать глаза. Помимо изображений были отчетливо слышны звуки, которые казались слуховой галлюцинацией. Это виделось в голове настолько отчетливо, что начинало мелькать перед глазами. Из-за бурного воображения у меня закружилась голова. Подобные симптомы безумной радости напоминали мне о героине, который будоражил меня на протяжении всего дня.
Стоны вырывались громкими и отчетливыми, словно умоляли продолжать это безумие в голове. От этого блаженного и сладострастного звука Вилл, не собираясь поддаваться чувствам, спешно выбежал из номера, тяжело выдохнув.
— Фу-х-х, — облегченно выдохнул Вилл. — Я только что решил воздержаться от своего клуба, а Они тут решили устроить мне пропаганду, — ворчал Вилл с недовольной гримасой на лице. — Тьфу, — сплюнул Он вдобавок, выражая свое недовольство.
Под влиянием этого транса из головы вылетели все здравые мысли, и уже не имело значения, нормально это или нет, потому что бессознательность вновь взяла верх. С одной стороны Я осознавала, что не могу нормально расслабиться, так как считала это вульгарным. Но док… Он всегда разрушал все мои страхи и неприязнь к чему-либо. Ему никогда не было отвратительно в этой жизни, Он не испытывал антипатии к природе, потому что она естественна, а сам Он смотрит на жизнь с позитивной стороны и поддерживает меня, несмотря на то, что Мы все находились в состоянии тоски и депрессии.
Он стал расшатывать меня на себе быстрее и шептать ласковые слова поддержки, сам почувствовав, как устает от этой процедуры, но не отвлекаясь от поставленной цели.
Я почувствовала, как сладкое приливное ощущение окатило мою голову, и Я не сдержала стон, который прозвучал громче обычного.
— Отлично, отлично, — спешно заговорил Rat.
Он быстро просунул руку под мой топ, чтобы нащупать эрогенные точки в области груди.
Прилив продолжал бурно возбуждать мой мозг, поэтому Я взяла руку существа и ускорила движения, дергая ее туда-сюда. Под бессознательным влиянием ноги сами стали подниматься выше, поднимая при этом ноги существа.
Я закрыла глаза и перестала издавать звуки, лишь почувствовав, как уронила наши ноги на постель, выдохнувшись.
Тяжело дыша, Я ощутила прерывистое дыхание дока, который вынул свою руку из моих брюк и проговорил:
— Фу-х-х… умница… молодец. Тебя трахать — это как спортом заниматься… Фу-х…
Rat трогал влажной перчаткой мои губы, пытаясь просунуть свои пальцы в мой рот.
Мне стало неприятно от этого дерзкого поведения, и Я вынула его пальцы изо рта, сплюнув прямо на постель.
— Не надо мне этого пихать, — сухо проговорила Я, с неприязнью в голосе, вытирая губы локтем.
Rat ухмыльнулся, понимая мою неприязнь, и нежно погладил меня по голове.
— Тебе и вправду нужно снимать лишь напряжение. Знаешь свое дело, — сказал Он.
— А можно еще?.. — спросила Я, уже протягивая свою руку.
— Да Ты сумасшедшая… Если бы не фантазия, то Я бы тебя еще час трепал, — устало сказал Он.
— Мне надо еще.
Но Rat не собирался давать волю моей зависимости, поэтому Он осторожно убрал мою руку и поднял меня с себя.
— Так, спокойно, — сказал Rat. — Нельзя злоупотреблять ничем.
Rat посадил меня на кровать и слегка похлопал по лицу, чтобы привести меня в чувства. Я быстро помотала головой и осмотрелась, словно выходя из транса.
— Ох-х, — тихо промолвила Я, касаясь своего лба.
Rat снял перчатки и прошел к урне, которая стояла в углу возле входной двери, и выбросил их. Затем Он вернулся к тумбочке, где лежали чистые перчатки, и стал надевать их. Во время замены перчаток Он параллельно спрашивал меня, как Я себя чувствую.
— Как состояние? — холодно спросил Он.
Несмотря на то, что происходило со мной в тот момент, когда Я находилась в этом состоянии, Я почувствовала, что словно перезагрузилась, а мой взгляд остановился на докторе, когда Он задал мне вопрос. Глядя на него, мне показалось, что Он оставался таким же невозмутимым и неуязвимым, словно ничего не произошло. По всей видимости, ему на самом деле было все равно на подобные акты. Однако мне было интересно изучать его отношение ко мне, потому что Он был невероятно загадочным в плане отношений. Но если существа не являются людьми, то что для них означает подобный акт? Я часто замечала, что док смотрит на меня манящим взглядом, словно на жертву, добычу, которую в любую секунду может сожрать. Скорее всего, их первобытные инстинкты были связаны с пожиранием, а то и каннибализмом, и в их взгляде остался жуткий отпечаток прошлого, который можно заметить и ужаснуться от зловещего существа. Однако их эволюция на Земле достигла такого уровня, что Они вполне могут обойтись без пищи, что меня очень радует.
— На данный момент мне не стыдно. Но Я понимаю, что это пока что. В любом случае, это нормально. Чувствую себя бодрее и радостнее, — ответила Я, сидя на кровати.
Rat на секунду задумался, а потом щелкнул пальцами и радостно воскликнул:
— Мисс! У меня идея! Как насчет того, чтобы назначить это за процедуру?
Его идеи мне всегда нравились, потому что они были очень оригинальными и интересными. Однако порой Он выдавал такое, что даже сложно себе представить. Ему не нравилось воспринимать обычные вещи такими, какие они есть. Он бы всегда отвечал, что влюбленность — это химия, семья — социальный институт, романтика — дофамин, окситоцин, счастье — мозговая иллюзия. И как док может смотреть на жизнь в позитивном ключе, когда сам Он воспринимает жизнь за маленькие атомы, а не как за счастливый подарок судьбы? Некоторым людям было очень сложно ужиться с ним в параллельной Реальности, когда Он проживал внутри той же Мисс.
Я покосилась на доктора и неуверенно спросила:
— Ну… тебе не кажется это странным?
— Странность — наш девиз, — бодро сказал Rat, сажаясь рядом со мной. — Я буду отслеживать в своей лаборатории Ваше психологическое и физическое состояние, чтобы определить, через какое время Вы нуждаетесь в таком процессе.
— И зачем тебе это?
— Во-первых: Мы сможем зафиксировать определенный цикл нужды. Таким образом, Ты поймешь, когда этого хочешь, а не тогда, когда требует этого твоя зависимость. Во-вторых: Я сам ничего против этого не имею и, наоборот, поощряю. Это помогает не только поднять настроение, но и влияет на здоровье. В-третьих: это не должно происходить ежедневно или раз в неделю. Потому что чем чаще, тем выше вероятность, что Ты сорвешься. Лучше опробуем на протяжении двадцати дней.
— Ну… это долго, — томительно сказала Я.
Rat хотел помочь мне избавиться от этой зависимости, поэтому Он посмотрел мне в глаза и твердо сказал:
— Мисс, Вы хотите избавиться от этого наслаждения навсегда?
— Хочу. Но ведь…
— Тогда давайте опробуем для начала такой подход. Если Вы избавитесь от этого, то Я буду согласен пойти на то, чтобы сделать Вам операцию по полной вырезке репродуктивной системы, — добавил Он.
Однако, глядя ему в глаза, Я сомневалась в том, что Он осмелится сделать это, потому что эта операция могла значительно навредить мне. Мои «хочу» были не столь обоснованными, потому что Я не представляла даже того, как все это будет происходить, если это связано еще и с мозгом. Что изменит эта операция? С какой целью это нужно сделать? Лишь для того, чтобы не получать наслаждения? Не думаю, что она будет наилучшим выходом и как-то осчастливит меня в жизни. Ведь это всего-то тело, которое мне дано в этой жизни. Поверить тому не могу, что сейчас прихожу к таким мыслям, словно эта процедура на самом деле перезагрузила мои мысли и дала прийти к другому выводу. Доктор на самом деле прав в том, что природа — это норма, которую не нужно отвергать. И мозг является природой, поэтому если попробовать навредить той же репродуктивной системе, то может пострадать сам разум, который мне внедрен на этой планете. Я начинаю осознавать, что нельзя разрушать чужое, когда ты не правитель в нем. И если ты хочешь стать наравне со своей природой, не разрушая нейронных сетей в мозгу, то стоит принять определенные правила. Это похоже на пример с моим сознательным воздержанием от алкоголя и наркотиков. Если ты не хочешь проблем со здоровьем, то просто не принимай вредные вещества. Довольно очевидные вещи, но не каждый сможет принять их, прямо как Я не могу принять природу, которая внедрена в меня.
Я согласилась с доктором, но мне стало как-то неловко от тех действий, которые Я делала в ванной комнате, поэтому в голову мне пришла мысль о том, чтобы рассказать об этом Рэту. Я знала, что Он не станет смеяться и придумывать различные шутки, как обычно делает, потому что в ответственных делах Он никогда не шутил и относился к этому серьезно.
— Послушай, — обратилась Я к нему.
Rat сразу повернул голову в мою сторону и оперся кулаком о подбородок, опершись локтем о колено.
— Когда Я находилась в ванной комнате, то мне пришлось открутить болтик из ручки швабры, чтобы нацарапать себе небольшие шрамы возле ранки под пластырем. Ничего же ст…
Я не успела договорить, как Rat подскочил с кровати и дошел до шкафчика, вынув из него небольшую белую коробочку, похожую на аптечку. Только в этом случае крест на коробочке был не красным, а черным, с другим градусом наклона.
Rat положил аптечку на тумбочку и вытащил из маленькой коробочки темную бутылочку, скорее всего, это был йод, а следом одну ватную палочку, которую Он обмакнул в темном растворе.
— Мисс, ну Вы сдуревшая, конечно же, — беспокойно сказал Rat, подходя ко мне с ватной палочкой. — Так не делают. Давайте, снимайте штаны.
— Прием, — разговаривал Boredom с Уильямом, ожидая нас на улице, — Вилл, где Вы там? — без возмущения спросил Он.
А Вилл, как слетевший с катушек, начал под эмоциями жаловаться на весь коридор, теревшись ногой о ногу:
— Да Ты бы знал, что тут происходило! И ах, и ох, и трах-дебидох! Да Я только собрался воздержаться, а Они как назло! Да что же это за судьба-то такая нынче пошла. Да Я им! Я им!..
Но Бора, глядя в одну точку с каменным лицом и не желая слушать эмоциональные жалобы Вилла, перебил его:
— Вы скоро?
Вилл недовольно фыркнул, понимая, что жалуется в пустую, и холодно ответил:
— Сейчас спрошу. Конец связи.
Я сидела со спущенными брюками и наблюдала, как существо, сидя на коленях, бережно обрабатывает все ранки, которые были под пластырями.
— И пожалуйста, — говорил Rat, — не причиняйте себе вреда. Если вдруг возникнет потребность в удовлетворении, то приходите ко мне, Я смогу помочь. И не стесняйтесь, хорошо?
(Как упоминалось, у существ нет полового влечения, проще говоря, доктор и Мисс были асексуальными личностями, для которых секс являлся лишь способом снятия напряжения или процедурой. Однако, как говорит автор, будущие исследования между этими двумя продолжаются. Скорее всего, это демисексуальные личности.)
Я кивнула и, как заботливого родителя, обняла его за шею, поцеловав в щеку, когда Он закончил обрабатывать мне рану.
В это время зашел напряженный Вилл, излучая свою негативную ауру, который ошарашенно посмотрел на нас.
— Ах, так Вы еще не всё… — промолвил Вилл, стараясь подавить свою злость и снова собираясь покинуть номер.
— Нет. Уже всё, — сказал Rat, поглядев на Вилла.
Вилл снова недовольно фыркнул и возмущенно спросил:
— Ну?!
Rat поднялся с коленей и сказал:
— Вилл, Ты не злись на то, что Мы тебе тут устроили лишний стояк, но…
Но William даже слушать не стал, потому что уже был взбешен из-за ситуации, которую ему пришлось увидеть.
Он, перебив Рэта, резко рявкнул:
— Да у нас труп в машине лежит!
Rat, вспомнив про свое дело, сказал:
— Точно! Мисс, направляемся на рубку голов! — радостно поддержал Он.
— Чего? — спросила Я, натягивая брюки. — А Я разве не должна сейчас лечь спать и…
— Потом, потом! — в возбуждении сказал Rat, взяв меня за руку и побежав из номера за Уильямом. — А то проспишь самое интересное!
В это время нетерпеливый Бора все еще продолжал ждать нас, ходя кругами. Но как только Он увидел, что Мы втроем выходим из отеля, то устало промолвил:
— Ну, наконец-то…
Мы вышли на улицу. Я села в машину на переднее сиденье. William сел за руль.
— Посмотрим, что у нас здесь, — сказал Rat, открывая дверцу фургона. — У-у, — тихо произнес Rat, когда увидел трупа.
Существо увидело мертвого, окровавленного с ног до головы человека, лежащего на койке под потрепанным одеялом. Простыня и койка были перепачканы кровью, которая уже потемнела.
Rat запрыгнул в фургон, закрыв дверцы, и сел на небольшую скамеечку напротив Боры, который смотрел на труп.
— А куда Мы поедем? — с энтузиазмом спросила Я Вилла, предчувствуя очередное приключение.
— На кладбище, — спокойно ответил William, заводя машину.
Док, не обладая нужными инструментами для дела, спросил существо:
— Бора, Ты взял приборы?
— Пока Я Вас ждал, то смог найти кое-что, — ответил Бора.
Boredom указал пальцем под скамейку. Rat взглянул и увидел под ней лопату и топор.
— А где хирургические приборы?
Boredom указал на скамейку Рэта. Rat посмотрел под нее и обнаружил черный чемоданчик, который принадлежал Уильяму.
— Отлично, — тихо сказал Rat, потерев ладони.
William выехал с парковки, а затем на трассу, и Мы отправились по ночному освещенному городу. Небо было чистым, и яркие звезды сияли на его темном фоне. Рекламные баннеры оживляли улицы, бросая множество красочных отражений и создавая магическую атмосферу городской ночи.
— А там призраки водятся? — заинтересованно спросила Я Уильяма, повернув голову в его сторону.
— Вполне возможно. Это души, которые еще не решились покинуть мир, — ответил William, глядя на дорогу.
— А почему они не хотят покидать эту планету? — удивленно спросила Я.
— У всех разные причины. Это уже не связано с чувствами к тому, что они этого не хотят, а с более высшим понятием.
— То есть некие Высшие выбирают для них другой путь? А самим призракам остается лишь ждать?
Вилл одобрительно кивнул.
Я задумалась над тем, почему души сами не могут выбрать свой путь, и, не понимая, спросила:
— Тогда о какой «свободе» здесь идет речь?
— Здесь все зависит от того, какая это душа. Если это развитая и сильная духом душа, то она сама вправе выбирать свой путь. Мы же в этом случае ставим опыт очищения, чтобы помочь душе развиться. Наша, по человеческим словам, религия, является единственной свободной среди всех миров и высшей по иерархии всех запредельных Вселенных, потому что Мы достигли всего благодаря единому Я.
— А почему эти опыты ставятся в таких жестоких условиях? — продолжила задавать вопросы Я.
В это время Rat, слушая наш диалог, начал тихо ворчать на меня:
— А почему, а почему. Вот почемучка-докапучка. Все ей надо знать.
Boredom подтвердил слова дока ехидной ухмылкой.
— Потому что, — объяснял Вилл, — люди живут под сильной иллюзией, которую создал для них мозг. Чувства, эмоции, цвета — всего этого нет. Мы уничтожаем у человека все: семью, любовь, имя, разрушая при этом границы самого мозга, показывая ему действительную Реальность. И лишь некоторые из них готовы выйти из иллюзии. Есть лишь голая информация и цифры.
— А-а, — от озарения проговорила Я. — Физика, математика и прочие связанные с этим науки только? — спросила Я.
— Для человечества можно и так сказать.
— Я всегда знала, что после смерти человек не может просто попасть в никуда. Потому что это нелогично. Знаете, чем больше Я от Вас узнаю, тем больше понимаю, что сдохнуть не самое страшное. Да и, походу, ничего страшного в этом мире нет.
Но тут Мы услышали громкий ор дока:
— А-а, двухвостка! Boredom, вали ее!
В фургоне все начало трястись, кушетка с трупом перекатывалась сначала влево, а потом вправо. Бора стоял на скамейке, немного пригнувшись, наблюдая за Рэтом, который резко подскочил на ноги и стал топтать насекомое, громко прыгая и сразу топча двумя ногами. Я обратила на это внимание и обернулась назад, чтобы заглянуть в верхнее окошечко фургона.
— У них Джордж ожил? — спросила Я Вилла.
— Да этот балбес насекомое увидел, — сказал Вилл, смеясь над ситуацией.
— А-а-а! Сдохни, мразь! — орал Rat, агрессивно прыгая на одном месте, в котором насекомое уже давно переломало себе все конечности. — Долой твою нечистую душу!
— Вали ее! Вали ее! — радостно орал Boredom в поддержку Рэту, сжимая кулачки и продолжая стоять на скамейке.
Я перестала обращать внимание на произошедшее и сказала:
— В любом случае, эта иллюзия, созданная не только мозгом, но и Вами, очень классная.
— Поэтому Мы и называем ее нашей игрой, — сказал Вилл, улыбнувшись.
Мы прибыли на кладбище в ночное время, припарковавшись неподалеку от него. Уличные фонари озаряли парковку, создавая яркие пятна света на асфальте. В то же время кладбище, погруженное в ночную тьму, казалось пугающе мрачным, окутанным плотным серым туманом, который придавал ему призрачное и загадочное обличье. Этот мистический контраст добавлял неповторимую загадочность и дополнительную дрожь, вызывая ощущение тайны, скрытой в этой черной густой краске.
Я вышла из машины вместе с Уильямом. Он решил устроить небольшой перекур, закурил свою трубку и оглядывался по сторонам. Дверцы фургона открылись, и из них вышли два Товарища. Rat передал мне черный чемоданчик и топор, а Бора передал лопату и фонарик Уильяму, который уже престал курить. Я подошла к Виллу и вместе с ним ожидала, когда ребята вынесут тело.
— Куда же подевался сторож, интересно знать, — риторически проговорил Rat, вытаскивая тело за ноги вместе с Борейдомом.
— Поди, встретил призрака, — ухмыльнувшись, сказал Boredom, таща тело под подмышки.
— Уж не шути так, Бора, — отреагировал Rat. — Сторожи еще те сумасшедшие, как и Мы. Особенно если это какой-нибудь дед.
— Это было не шуткой, а моим блестящим предсказанием, которое мне подсказывает интуиция, — сказал Бора, подмигнув Рэту.
Мы с Уильямом пошли следом за Борой и Рэтом, которые медленно тащили тело.
Как только свет фонарей отдалялся, Вилл включил фонарик и освещал им путь.
— А что, деды все того? — спросила Я, несущая приборы.
— Смотря какой дед, — ответил Rat.
Я продолжала идти следом и смотрела на множество могил с крестами, на которых были написаны инициалы.
Поглядев на труп, которого тащили ребята, меня напрягло их небрежное отношение к уже умершему человеку. Однако Я сама числилась в списке дурных личностей среди общества, поэтому мне не было дела до людей, как и до их мнения обо мне.
— А что, Мы его, как… собаку похороним? — поинтересовалась Я.
— Да Boredom и относился к нему как к собаке, — ответил Rat, ядовито улыбнувшись.
— Джордж прослужил мне около месяца, — сказал Boredom, оглядываясь назад, чтобы не споткнуться. — А это рекорд для человека, дружащего со мной.
Обычно Бора дружил с людьми около двух недель, а потом сразу же забирал их чипы из мозга и отдавал доктору тела жертв.
Ребята остановились около дерева и осторожно положили тело на траву.
— Супер! — бодро сказал Boredom, отряхивая руки.
Rat положил голову мертвого тела на пенек, который был напротив высокого дерева.
Док посмотрел в мою сторону и сказал:
— Мисс, кинь топор, по-братски.
Я, размахнувшись, прищурила глаза и ехидно улыбнулась, целясь на существо.
— Тебе в какое место пульнуть? В голову или ногу? — провокационно спросила Я, предлагая сыграть.
Rat, который хотел скорее заняться своим делом, настойчивым, но при этом уравновешенным тоном, сказал:
— Сейчас не время играть в дартс, Мисс. Кидай уже топор.
Я, размахнувшись, прицелилась ему в голову, но как только Я кинула топор, то док сразу же ловко поймал его за острое лезвие прямо перед своим лицом. Лезвие даже не поцарапало его руку, а только совсем немного образовало царапину на перчатке.
Бора был свидетелем нашей игры и, как самоуверенный судья, сказал:
— Счет один ноль в пользу полосатой мишени.
— Да черт побери! — разочарованно завопила Я. — Эту чертову мишень ничто не берет!
Док ухмыльнулся, выражая свое превосходство, и прошел до пенька, с топором в руке.
William стоял напротив пенька и светил фонариком, ожидая действий дока.
— И раз, и два! — шепотом воскликнул Rat, замахнувшись топором.
Размах был сильным, как и пронзающий звук лезвия. Существо отсекло мертвому телу голову, которая чуть не перевалилась с пенька. Темная кровь медленно потекла по всему дереву, что полилась струйка, лившаяся на траву.
Rat снова обратился ко мне с серьезной просьбой:
— Мисс, возьми лопату и пойди копать возле дерева. Бора, Ты иди нам свети фонариком.
Бора подошел к двум Товарищам, а после чего взглянул на дерево и внимательно пригляделся к нему.
— Хм, — задумчиво промолвил Бора. — У меня есть идея.
Rat с Уильямом вопросительно посмотрели на Борейдома.
Boredom взял фонарик у Уильяма, покрутив его, и настроил его на более высокую мощность. Подойдя к дереву, Он пригляделся к нему и нашел сучок. Достав из кармана использованную липкую штуку, которая уже была без газа, Он растянул ее, сделал из нее веревку, привязав фонарик. Крепко подвесив веревку с фонариком на сучок, Boredom отошел в сторону и подошел к ребятам, улыбнувшись.
Теперь наша территория освещалась намного лучше, даже мне было видно, где копать.
— Отличная идея, — одобрительно сказал Rat с Уильямом.
Я взяла лопату и проходила мимо ребят, поглядывая на трупа. William оттащил тело без головы подальше и взял чемодан с приборами, который Я оставила на траве.
Двое Товарищей сели на колени и приступили к разрезу тканей головы.
— Скальпель, — отрывисто сказал Rat Виллу.
William передал скальпель Рэту и параллельно взял еще один прибор из чемодана.
Мне было забавно с самой собой, потому что из-за существ мои роли в жизни значительно менялись ежедневно, поэтому Я иронично проговорила:
— Эх, кем Я только не была в своей жизни. Теперь могилы копаю.
— Могильщиком быть здорово, — поддержал Boredom.
— Сказало существо, — саркастическим тоном ответила Я, ухмыльнувшись.
William вместе с Рэтом в это время разрезали ткани головы в поисках чипа.
— Бора, Ты куда ему этот чип засунул? — с некоторой грубостью в голосе спросил Rat, лазя щипцами в голове.
— В лобную долю, — ответил Boredom.
— А кстати, — говорила Я, копая яму, — а у Вас рептильный мозг есть?
— Естественно, — ответил Rat, лазя пальцами в мозгу и марая свои перчатки.
— А почему Вы тогда такие, ну… это само…
— Мисс, Мы им управляем, — ответил Rat, снова раздражаясь от моих «а почему». — Понимаешь? Поэтому Мы такие бесстрашные и сумасшедшие. А еще наш разум выше остальных.
— Круто, круто… — тихо проговорила Я, оглядываясь по сторонам.
Мне казалось, что среди нас был кто-то, кто следит за нами. Однако никаких звуков и следов не было, но моя интуиция подсказывала, что здесь нечисто. Я, побеспокоившись, настороженно спросила ребят:
— Слушайте, а тут точно сторожей нет?
Доку постоянно было наплевать на все, поэтому Он редко за что-либо переживал, кроме как за меня, поэтому Он грубо спросил:
— Че тебе этот сторож? Мы его все равно завалим.
— А вдруг этот сторож еще тот жук, — беспокоилась Я, копая уже в самой яме.
Rat недовольно фыркнул, бесясь на мои переживания.
— Единственный здесь жук — это Rat, — ответил Boredom, посмеиваясь.
— Колорадский, — подколол Вилл, подмигнувши Борейдому.
Вилл и Бора часто подкалывали Рэта, впрочем, Мы все время от времени издевались друг над другом, поэтому лишь дружно смеялись с этого. Но доку сейчас было не до смеха, потому что ему не нравилось такое отношение к себе, когда Он был занят любимым делом.
— У меня скальпель в руке, — угрожающе сказал Rat, сверкая взглядом. — Не отвлекайте.
— Да ладно тебе, — передразнил Вилл, насмехаясь. — Ты же мозгом рептильным управляешь. Так что не долбоящерь тут нам.
Rat уже сжимал скальпель в пальцах и, не сдержавшись, проткнул головной мозг, что было слышно хлипкие, скользкие звуки.
— Не отвлекайте меня от своего дела, — твердо сказал Rat, пристально глядя на Вилла с угрожающим взглядом. — Может, Я им и контролирую, но это безумно бесит, когда меня отвлекают от своих дел.
Мне, совершенно как и доку, всегда не нравилось, когда меня отвлекают от дел, особенно в параллельной Реальности.
— Понимаю, — проговорила Я.
Я решила отдохнуть, поэтому вылезла из ямы и отложила лопату, прохаживаясь неподалеку и оглядываясь по сторонам, все еще настороженно вглядываясь в темное кладбище.
— Чего Ты такой злой и недовольный постоянно? — спросил Вилл, лазя скальпелем в мозгу.
— Я не злой. Для меня это привычное состояние, — сразу успокоившись сказал Rat. — Я от этого не страдаю. Так что доволен собой.
— Да ну, — сомневался William. — Мне кажется, что Ты всегда чем-то недоволен.
— У меня все нормально, — ответил Rat. — Я Вам объясняю, что это состояние — норма.
— Чем объяснишь? — спросил Boredom, в поддержку Виллу.
— Тем, что у меня характер такой, — сказал Rat, ехидно улыбнувшись. — И на меня перевалилась самая огромная часть Мисс Сониного Я. Так что, — гордо говорил Rat, — Я тут первейший из Вас всех.
— Тоже мне, — ворчливо заговорила Я, — нашелся черт из табакерки. Докапучий балбес, который ищет приключений на свою задницу. Ты представь, каково той Мисс из параллельной Реальности живется, когда столько личностей в башке. Это Вы тут еще разделены, а там, у-у-у… Гражданский переворот.
Но тут Бора, услышав шуршащий звук, шепотом воскликнул:
— Граждане! Там что-то в кустах шевельнулось.
Я тоже обратила внимание на кусты и обернулась назад, тревожно глядя.
— Мисс, пойди проверь. Поди, кот какой-нибудь, — сказал Rat без волнения в голосе.
— А если сторож?! — тревожно спросила Я, резко повернув голову в сторону Товарищей.
— Тебя заело с этим сторожем? — шепотом спросил Rat, пристально поглядев на меня, пронзая взглядом. — Иди, проверь. У тебя тем более есть перочинный нож.
Я все еще затруднялась отправиться туда, где находилось неизвестно что. Это мог быть хоть кто: сторож, кот, а может быть даже шпион. Однако, собравшись с духом, Я повернулась в сторону кустов и стала пристально смотреть на них, а после чего уверенным шагом направилась вперед, не оглядываясь назад.
Вилл забеспокоился и посмотрел в сторону кустов, в которые Я уже проникла.
— А Мы ведь правда не видели сторожа, — тихо сказал William, щелкая щипцами.
Однако Рэту было безразлично, поэтому Он без сомнения ответил:
— У нее самооборона нормальная. Так что пырнет его.
Я зашла в кусты и выглядывала кого-нибудь поблизости. Но никого в кустах не оказалось. Я собиралась уже уйти, но обратила внимание на то, что на земле в кустах лежит красная роза.
Мне стало любопытно, и Я обернулась к ней.
— И чего здесь одна валяется, — удивленно сказала Я, — тут же не растет роз. Тогда откуда она здесь…
Я подняла с земли розу и обсмотрела её. На вид она была самой обыкновенной, но чем-то она напоминала розы, которые растут в нашем саду. Они были особенно прекрасными, потому что наш садовод придавал им невероятно красочный и здоровый вид, что всегда отличало их от других цветов.
— Роза розой, — думала Я про себя, продолжая глядеть на цветок.
Я положила её обратно на землю и собиралась выйти из кустов. Но не успела Я этого сделать, как вдруг почувствовала, что меня повалили на землю, потому что за шею меня схватили холодные тяжелые клешни, от чего Я начала задыхаться. Попытаться вырваться было невозможно, и меня охватил страх неизвестности, которая ждет меня впереди. Клешни медленно поволокли меня обратно.
— А-э! — только и успела воскликнуть Я.
Этого звука хватило, потому что существа разом повернули голову в сторону кустов и спохватились, кинув все свои приборы.
— Мисс! — заорали ребята, которые рванули ко мне на помощь.
