Ради Великой Цели

— Вечно со всем приходится разбираться самому, — бурчал доктор Эггман, поправляя объёмную грудь, намеревавшуюся вывалиться из узкого платья наружу. Идти тоже было крайне неудобно: центр тяжести куда-то сместился, а каблуки то и дело подворачивались, так и норовя сломать лодыжку. Однако больше всего его возмущало другое: пусть и временно, но ему пришлось распрощаться с шикарными усами, да и в принципе с образом достопочтенного Роботника, преобразившись в миловидную крольчиху, чей облик он попросту выкрал, захватив чужое тело. Конечно, эффект был обратим, но прежде ему требовалось хорошенько потрудиться, чтобы потом отпраздновать победу в своём обычном великолепном образе. Эггман надеялся, что его гениальный план сработает. Он к нему тщательно готовился, следя за Наклзом и узнавая его вкусы в девушках, чтобы выбрать подходящую для миссии по захвату Мастера Изумруда. Была проведена огромная работа по анализу населения Мобиуса, дабы найти кандидатку на эту роль. Конечно же никто в здравом уме и по собственной воле не согласился бы помочь Эггману, потому он без зазрения совести забрался к крольчихе в мозги, а теперь мучился со слишком глубоким декольте и большой грудью, что шли в комплекте. Прежде чем решиться на такую сумасшедшую авантюру, Эггман рассматривал и другие варианты, однако даже наивный Наклз не повёлся бы на Метал Соника в юбке или другого бота под прикрытием. Надеяться на Руж тоже не стоило, ведь она в принципе являлась самой главной конкуренткой на драгоценность. А потому Эггман лично отправился на задание, чуток потренировавшись перед зеркалом стрелять глазками. В своём актёрском искусстве он даже не сомневался, хотя и образовавшийся сквозняк между ног слегка сбивал его с толку. Эггман обычно любил появляться помпезно: со взрывами, армиями роботов и кучей прислужников, но в этот раз он незаметно прилетел на остров Ангелов, стараясь не привлекать к себе внимания. Высадился где-то на окраине и проковылял оттуда пешком, ругая на чём свет стоит и ехидну, и его место жительства, и буйно разросшуюся растительность, о которую так легко споткнуться, особенно когда впервые встал на каблуки. Не помогла даже модельная походка, которая в теории разбивала окружающим сердца, а на деле чуть не сломала Роботнику ноги, пока тот выделывал замысловатые кренделя по пересеченной местности, самозабвенно покачивая бёдрами. Наклз обнаружился на полянке возле Мастера Изумруда и сразу среагировал на фееричное появление Эггмана в виде девушки мечты, которая вдруг неожиданно вывалилась из кустов. — Ты ещё кто такая? И как тут оказалась? — рявкнул он, как истинный защитник сокровища. А Эггман, как умный человек, сразу же включил дурочку, притворившись, что его испугался: округлил глаза, подпустил слезы в голос и беспомощно прижал лапки к груди, чтобы она как можно эффектнее заколыхалась. — Ой, даже и не знаю. Шла-шла, куда глаза глядят. Да и заблудилась! — пропищал он, подражая интонации Крим. — Мы на острове! — напомнил Наклз. — Как ты могла сюда дойти, если он находится в воздухе! И даже не пытайся задурить мне голову! Посторонним сюда вход воспрещён! — Правда? — наигранно изумился Эггман. — Ой, тогда я без понятия, как это могло произойти. В голове так туманно. Помню только яркий свет, злодейский смех и великолепные рыжие усы, а потом я оказалась здесь — вся беззащитная и несчастная! С этими словами Роботник, будто самая настоящая леди, театрально и довольно прицельно упал в обморок так, чтобы его вовремя поймали. Даже сам Наклз не совсем понял, как именно в руках у него оказалась крольчиха, на которой было крайне мало одежды. — Наверное, это был Эггман! — заявил ехидна, видимо, стараясь сохранять лицо перед незнакомой девушкой. — Но если что, я смогу от него отбиться. Он не первый раз пытается сюда пробраться! — Сам доктор Эггман? Неужели этот беспощадный диктатор что-то хотел сделать со мной? Только послушай, как часто бьётся моё сердечко от страха! — произнёс Эггман, положив лапу ехидны себе на грудь, хотя эта самая грудь ему технически не принадлежала. Наклз густо покраснел, но руку сразу не убрал то ли от культурного шока, то ли чтобы действительно проверить сердцебиение. — М-может быть, — пробормотал он, сильно смутившись, а Эггман мысленно себе поаплодировал, поздравив с маленькой победой. — Незнакомец, защити меня от этого восхитительно-страшного человека! — проговорил Роботник, понизив голос и добавив в него томной хрипотцы, как это порой делала Руж, когда хотела чего-то добиться. — Ты же ведь настоящий герой? — А похож? — Наклз приосанился, расправил плечи и выпятил грудь. Эггман сделал вид, что пришёл в неописуемый восторг от такого волшебного преображения. — Какая стать! Какие кулаки и мускулы! Настоящий самец, — прокомментировал он, описывая исключительно свои неоспоримые качества, а не Наклза, ставшего жертвой неприкрытой лести. Чтобы закрепить полученный результат, Роботник откинулся назад, словно случайно задрав повыше юбку, поэффектнее обнажив ноги. — Может быть, именно судьба свела нас вместе? Почему бы нам не узнать друг друга получше? Наклз от неожиданности чуть не поперхнулся, но быстро сориентировался. Он помог Эггману подняться, а потом аккуратно освободился из его цепких лапок и отступил на пару шагов, явно чувствуя себя не в своей тарелке. — Я не против заводить новых друзей. Меня зовут Наклз, а тебя? — представился ехидна, протягивая открытую ладонь. Роботник еле подавил желание заржать и с некоторым запозданием понял, что настоящее имя ему лучше не называть. Он открыл рот. Затем закрыл, немного растерявшись. Его фантазия вдруг дала сбой, когда дело коснулось такой простой вещи. Он задумался, по привычке попытавшись пригладить усы, которых у него уже не было. Этот факт его слегка огорчил и озадачил, но не дал подсказки о том, как именно могли звать белую крольчиху с аппетитными формами. Снежок? Сахарок? Булочка? Взгляд Эггмана устремился в небо, потом на землю, обвёл полянку, подбирая подходящее слово, которое бы не казалось уж слишком подозрительным. Листик? Травинка? — Меня зовут Изумрудинка! — наконец произнёс Эггман, крайне довольный собой. Он протянул лапку для рукопожатия, но тут же её отдёрнул, сообразив, что может себя выдать, если не поведением, то крайне подозрительным браслетом на запястье, где шёл обратный отсчёт, показывающий оставшиеся минуты до окончания маскировки. Эггман заранее прикинул, когда мозговые импульсы одолженного тела начнут сопротивляться чужому вторжению и рассчитал время так, чтобы у него оставалось пара лишних секунд для скорой телепортации и диверсии. В его планы совершенно не входило разоблачение, а потому он вновь навесил на лицо глупую улыбочку, призванную одурачить ехидну своим напускным дружелюбием. — Немного странное имя, — откликнулся Наклз, удивлённо округлив глаза, впрочем, не обратив особого внимания на некоторую странность своей новой знакомой. — Прям почти как у сокровища, что я здесь охраняю. — Говорю же! Это судьба, что мы встретились. Ведь я то ещё сокровище, мой дорогой спаситель, — сообщил Эггман, подмигнув так выразительно и пошло, что лишь за это его можно было посадить на восемь лет. Наклз громко сглотнул. На его физиономии застыло выражение искреннего восхищения и ужаса. Примерно такой реакции всегда ждал Эггман от своих приближённых. Жаль только, что получил он его лишь после того, как сменил пол, вид и сферу деятельности. — Ты правда так думаешь? — протянул Наклз, стеснительно опустив глаза, когда Эггман послал ему воздушный поцелуй, призванный сразить его наповал. Роботнику было не выгодно тянуть время, вдобавок ему немного поднадоел этот цирк. Поэтому он решил пойти на ехидну с козыря, ведь по себе знал, что путь к сердцу мужчины лежит через желудок. — Да, а раз мы уже познакомились, то пора вместе и поужинать. Почему бы нам не узнать друг друга получше за едой? — Всё равно тебе лучше тут не задерживаться, раз где-то поблизости ходит Эггман. Мало ли что ещё может прийти ему в голову? Я, конечно, герой, но у меня есть обязанность оберегать Изумруд, — предостерёг Наклз, изучая траву у себя под ногами, видимо, стараясь не встречаться взглядом со своей соблазнительницей. Эггман же раздулся от гордости, ведь его явно стали побаиваться уже как минимум в двух ипостасях. — Оберегай заодно и меня, — предложил он, строя моську. — А я пока поищу для тебя червячков, недалёкий ты мой! Наклз похоже это предложение не особо понравилось, так как на лице его отразилось удивление, затем неподдельное отвращение. Эггман слишком поздно сообразил, что его познания о вкусовых предпочтениях ехидн могут быть ошибочными. — В смысле… Заморим червячка? Правда классная оговорочка вышла? А? А-ха-ха-ха! — вывернулся Роботник, переведя всё в шутку. А потом для достоверности разразился хриплым и «совсем не злодейским» смехом. Наклз захохотал в ответ, но наверное больше из-за самой реакции «Изумрудинки», чем из-за её остроумности. — Действительно. А ты забавная. Вот только я не могу надолго оставлять свой пост. — Не беспокойся! Я не только забавная, но и мастерица на все руки! — похвастался Эггман, потирая лапки. — Дай мне пару минут, чтобы организовать нам ужин. — Подожди, ты же вроде искала защиты? — усомнился Наклз. — Ты обо мне уже беспокоишься, дурашка? Как мило… Но не переживай. Я быстро управлюсь. Даже глазом моргнуть не успеешь, как вернусь! С этими словами Эггман скрылся в кустах, отойдя на всякий случай подальше, чтобы его не было слышно с поляны. Там он немного поколдовал над техно-браслетом и вызвал парочку ботов, чтобы те поскорее доставили на остров Идеальный Десерт. Требовалось впечатлить Наклза, а потому Эггман приправил свои пожелания отборной руганью и угрозами разобрать на шестерёнки неугодных, если те не справятся с поставленной задачей. Вдоволь наоравшись на нерасторопных прислужников, он принялся ждать. Вскоре боты вернулись и торжественно преподнесли ему украденный пирог на красивой тарелочке. Тот ещё был горячим, будто только из печки, и распространял приятный сладкий аромат. Пирог почти соответствовал всем требованиям Эггмана. Вот только на его корочке красовалась фигурка Соника, любовно выложенная сдобным тестом — явно руками Эми, которая его просто обожала. — Это что ещё за гадость?! — указав на украшение, взвизгнул Эггман с таким отвращением, будто домохозяйка, обнаружившая на кухне мышь. — Вы что сюда приволокли, идиоты? Боты задрожали и попытались спрятаться друг за другом, но лишь повалились на землю, каким-то чудом не опрокинув при этом пирог. Отобрав у непутёвых прислужников Идеальный Десерт и отвесив им пинков для острастки, Эггман оторвал фигурку Соника и растоптал её каблуком до состояния крошки. — Вот! Что было сложного в том, чтобы не раздражать меня такой вульгарностью?! Выдав такую яростную тираду, он развернулся на каблуках и поцокал на полянку, держа пирог перед собой как бомбу. Всю дорогу Эггман репетировал будущий диалог, потому перед своим единственным зрителем появился уже подготовленным, вовсю сверкая улыбкой, чтобы не портить образ дурочки. — Как и обещала — подарочек для моего дорогого тугодумчика, — тоненьким голосом сообщил он, выплывая из-за кустов. Наклз как раз старательно натирал свой Изумруд тряпочкой, потому среагировал на помпезное появление новой знакомой слегка с запозданием. — А? Ты про что? — подозрительно спросил он, повернувшись в пол-оборота, чтобы не выпускать из вида сокровище. — Про наш будущий романтический ужин! — Эггман гордо прошествовал к нему вплотную и протянул пирог, почти сунув его под нос. — Только полюбуйся. Правда он такой же аппетитный, как и я? Наклз часто заморгал и открыл рот. Он явно не ожидал, что его будут столь откровенно соблазнять едой. — Почему ужин сразу романтический? Мы же только познакомились, — нашёлся Наклз спустя пару томительных секунд, отойдя от шока. — И да… Как ты его приготовила? К подобным умным вопросам Эггман был не готов, но быстро подключил к решению проблемы всё своё природное обаяние и актерское мастерство. Он прижал лапки к груди, используя чужую внешность по максимуму, чтобы казаться легкомысленным и совершенно безобидным кроликом. — Романтический потому, что тут очень романтично! А приготовила я пирог… Э…Руками? Разве это не прекрасно? Наклз в недоумении покрутил головой. Похоже, объяснение показалось ему не очень правдоподобным. — А как ты смогла приготовить его на острове? — поинтересовался он. — Где ты взяла продукты, да ещё и так быстро? На чём пекла? Странно немного… Эггман тоненько захихикал, кокетливо накручивая на палец прядь длинных светлых волос с головы, раз уж у заимствованного тела не имелось усов. — С помощью любви и заботы к тебе разумеется! Это моя особая супер-сила — превращать траву в еду. Только работает она, когда на меня никто не смотрит, ведь я очень стеснительная. — Ого… — с толикой восхищения протянул Наклз, разглядывая подношение уже другими глазами. — Ты так умеешь? Здорово! Эггман же тем временем сделал попытку подобраться к Мастеру Изумруду поближе, но его трюк тут же заметили и остановили окликом. — Погоди! Туда нельзя! — Ой, да я всего лишь хотела поужинать с тобой в тенёчке, — проворковал Эггман, устраиваясь на ступеньках возле пьедестала, на котором возвышалось сокровище. К нему тут же подскочил Наклз. Судя по всему, он до сих пор не понимал, как ему реагировать на столь напористую и наглую особу. Поэтому просто сел рядом. — Стой… С пирогом что-то не так, — сообщил Наклз, разглядев угощение получше. — Ты меня обижаешь! Как можно было подумать, что я его отравила или подсыпала снотворное! — возмутился Эггман плаксивым тоном. Он действительно слегка расстроился из-за того, что настолько простые идеи не пришли ему в голову. Тогда и маскарад можно было закончить гораздо раньше. — Вообще-то я имел в виду другое, — с подозрением проговорил Наклз. — У него почему-то корочка посередине треснула… Эггману хотелось заявить, что такими темпами у кого-то рожа скоро треснет от тупости, но в последний момент ему удалось сдержаться от едкой фразы. — Такое иногда бывает, когда спешишь, — попробовал оправдаться Эггман, отчаянно строя глазки. — Я же хотела поскорее отблагодарить тебя за твою защиту. Но если ты сомневаешься в моих благих намерениях… То я сама съем первый кусок! С этими словами Эггман разломал пирог на две части, заграбастав себе кусок побольше. Ждать, пока Наклз сообразит, что произошло, он не стал, тут же приступив к еде. Во все стороны полетели крошки. Пирог оказался очень вкусным, да настолько, что от него было сложно оторваться. Эггман не стеснялся своего аппетита, поэтому уплетал «романтический ужин» за обе щёки, смачно чавкая и совершенно позабыв про образ благочестивой леди, которого следовало придерживаться. Наклз же наблюдал за этим процессом с толикой восхищения и шока. Видимо, раньше он считал, что девушки едят исключительно как птички, даже если внешне те похожи на кроликов. Эггман быстро расправился со своей порцией и незаметно скосил глаза на дисплей «часов», что отсчитывали минуты до окончания «маскировки». Оставалось совсем немного времени до того, как его сознание и сознание крольчихи поменяются обратно. Но у него ещё имелся шанс довести план до конца и подобраться к Мастеру Изумруду. Эггман собирался телепортировать своё тело, как раз в тот момент, когда действие прибора завершиться. Его появление должно было стать неожиданным и ярким, чтобы застать ехидну врасплох и украсть сокровище. — Видел похожий сервиз у Эми, — протянул Наклз, указав на уже чистую тарелку. — Ты знакома с Эми? — А разве это важно? Главное, что я знакома с тобой, — почти промурлыкал Эггман, вживаясь в роль роковой женщины. — Дашь его потрогать, раз уж мы стали так близки? В ответ Наклз сглотнул и покраснел даже сильнее, чем обычно. — Т-ты про что? — Про твой Изумруд, глупенький. — Так не-нельзя, — упрямо пробормотал Наклз. — Я же не собираюсь его использовать в своих целях, чтобы поработить Вселенную! А лишь погладить. Вот как твою руку сейчас. С этими словами Эггман действительно накрыл ладонь Наклза своей, почти не передёрнувшись от омерзения. — А теперь закрой глаза, глупышок. Тебя ждёт небольшой сюрприз за твои подвиги. Видимо, Наклз был настолько сбит с толку, что послушался, не задавая лишних вопросов. Эггман же не растерялся. Он со всего размаху шлёпнул его ладонью по лицу. Пусть в кроличьем теле было мало силёнок, но за счёт неожиданности Наклза получилось повалить на землю с одного удара. Уже на бегу Эггман с удовольствием заметил, как тот в замешательстве отплевывается от пыли, не пытаясь преследовать. До заветной цели оставалось совсем немного, совсем чуть-чуть… когда вдруг коварно подломился каблук и подвернулась лодыжка. Нужно было преодолеть всего пару ступенек, чтобы достичь Мастера Изумруда, но Эггман не смог удержать равновесие и упал плашмя, Прибор, который менял местами сознания, ударился о камень. Раздался громкий хруст. А потом резко наступила пугающая темнота.

***

Пришёл в себя Эггман в камере уже в своём собственном неотразимом теле. А это означало, что он очутился дома. А раз из-за сбоя прибора телепортация не сработала, то и крольчиха вместо него осталась на острове Ангелов — разбираться с разъярённым Наклзом. Эггман, конечно же, был расстроен из-за того, что его план не сработал, но зато с удовольствием отметил, что отвечать за диверсию придётся не ему. — Внимание! Боты, активизировать программу «Откат»! — скомандовал он, расправив усы и похлопав себя по родному пузу, чтобы проверить, что с ним всё в порядке. — Код: девять, пять, три, ноль. Ситуация: преждевременный возврат в исходное тело. Вывод: открыть двери камеры и выпустить своего Создателя. Выполнять! Парочка ботов, что дежурили возле решётки, оживились и подкатили ближе, чтобы рассмотреть «заключённого». — Повторяю для дураков! Код: девять, пять, три, ноль! — грозно прокричал Эггман, не понимая почему его не спешат освобождать. — Что стоите и пялитесь на меня как истуканы? Я вас сделал, чтобы вы выполняли мои приказы! А на случай неудачи вложил в вас специальный протокол! Подчиняйтесь! Боты задрожали и переглянулись между собой, но открывать дверь не спешили: — А к-как же во-волшебное с-слово? — продребезжал один из них, пригибаясь от грозного взгляда Эггмана почти до самого пола. — Какое ещё такое волшебное слово? — рявкнул тот, недоумевая. — Ничего я вам такого не говорил! — Д-другой вы с то-тонким голосом недавно умолял нас выпустить себя, но не знал специального ко-кода, — заявил другой бот, трясясь от страха. — Поэтому предупредил, что когда вспомнит код, надо будет подтвердить де-действие во-волшебным словом, которое знают в-все… — Будь ты проклят, Наклз ехидна! — гаркнул Эггман, потрясая кулаком, а потом силой вопля погнал ботов-неслухов искать Метал Соника, чтобы тот его освободил без всяких там слов «пожалуйста». Да, ради Великой Цели Доктор Эггман был готов пойти на всё… Ну или почти на всё… кроме вежливости.