Мare vibrationes

Сенку с легким скепсисом во взгляде рассматривал пирамидки, башенки и кучки из камней, что были разбросаны по крохотной пещерке в рифе, где жил Хром. Сам тритон ловко плавал по ней, собирая в сумку скромные памятные вещицы. В основном это были предметы, добытые с затонувших кораблей, статуэтки, различные тонкие браслеты, и один узкий нож, напоминавший иглу. Шатен осмотрелся и довольно кивнув, после чего подплыл к дальней стене, и просунул руку куда-то сквозь малозаметную щель. Он достал небольшой сверток, и заметив взгляд Сенку, развернул его. Внутри лежал небольшой овальный бирюзовый полупрозрачный камень. На вид он был очень гладкий и хрупкий, что казалось вот-вот соскользнет с руки Хрома и разобьется на острые кусочки. — Это родителей, - тритон взмахнул плавниками, - Я было хотел подарить его, но … У него не очень хорошая концовка истории, так что… Ну дальше, ты и сам знаешь, про мои муки выбора. Осьминог выгнул бровь, и ткнул ближайшую пирамидку камней кончиком щупальца. Она пошатнулась и с дребезжанием рассыпалась по полу пещерки, далеко отлетевшие камни цепляли другие кучки и башенки, также разрушая их. Около минуты в ней стоял громкий перезвон. -Да, я вижу у тебя было очень много свободного времени, - тритон окинул поверхностным взглядом пол, усеянный камнями всех форм и размеров, и как-то нежно хмыкнул, - Здесь камней хватит на целый город, не то, что поселение, другим-то ты хоть гальку оставил? Хром картинно закатил глаза ни капли ни обижаясь на пару, он и сам знал, что малость перестарался с поиском и выбором подарка для него. И это могло закончиться плачевно для него. Он постучал пальцами по сумке, вспоминая не забыл ли чего. - Их не обязательно тут бросать, некоторые можно обменять на, - тритон задумчиво вильнул хвостом, - На что-нибудь, я не знаю, какие камни ценятся у осьминогов и ценятся ли вообще, поэтому и позвал тебя с собой помочь собрать вещи. Вторая бровь Сенку отправилась к первой, пока тритон широким движением рук не расчистил себе место на полу и взял в пальцы первый камень. - А мне казалось, ты умолял меня выпустить тебя из дома хоть и с сопровождением, - тритон отложил камень в сторону и взял другой, - Потому что я не собираюсь повторять, это в очередной раз, но без меня ты теперь никуда сам плавать не будешь. - Но ты повторил, - Хром немного скривил уголок губ в улыбке, беспокойство о нем пары было приятным. — Это все конечно замечательно, эти вот ваши игрища с камнями и не только, что от зависти блевать тянет, но можно поторопиться эти хвостатые смотрят, так словно собираются нас сожрать! Еще и не понятно в каком смысле! Тайджу охраняй тылы, главное не подставляй! Смотри не перепутай! Магма громко и резко появился в прорези входа наполовину, поставив локти на пол, он стал помогать Сенку откидывать чем-то не приглянувшиеся им камни. Тайджу мелькнул сзади с явно недовольным лицом, но послушно пристроился спиной к одному из острых граней прохода, сложив руки на груди. Хром же ссыпал понравившиеся осьминогам камни в сумку, и повторно проверяя отброшенные. Вдалеке мелькали яркие хвосты заинтересованных русалок и тритонов. Все же это было довольно необычно для них, что три тритона-осьминога в сопровождении всеми хорошо и плохо известного Хрома приплыли к ним в поселение на кануне начала, так сказать главного события в сезоне. Учитывая, что у одного из них было морское колебание на пальце, и они не просто держались за руки, осьминог еще и оплел их ладони щупальцем. Потому желающих посмотреть и узнать, что происходит, собралось достаточно. Это в свою очередь нервировало Магму и Тайджу. Во-первых, от хвостатых хорошего не жди, Хром так и быть не в счет. Во-вторых, насколько знал шатен пару на сезон тритоны так и не нашли. Сенку же было все равно на повышенное внимание к себе, его волновал только Хром и желание поскорее вернуться домой и задушить этого идиота в объятьях. Целый склад драгоценных и просто полезных камней произвел на него сильное впечатление. Каждый из них был найден для него, и с мыслью о нем. Это было мило, хоть и пугало в какой-то мере. Им потребовалось около двух часов перебрать все находки тритона, за это время Тайджу восемь раз отказал тритонам и русалкам, и двенадцать за Магму, на что блондин был явно доволен численным перевесом, манерно откидывая белые патлы назад расческой. Тайджу лишь закатил глаза на это, и поправив сумку на плече, взмахнул руками и уплыл домой к Сенку. Осьминогу пришлось сплавать за запасными, все не поместилось в одну. Магма, захватив свою поспешил за другом, внимание хоть и льстило, но приятным не было. Хром с Сенку отстали от тритонов ненадолго, самые увесистые и тяжелые сумки они отдали, кроме той, что собирал сам шатен. Но возвращались они дольше, все немногочисленные знакомые тритона подплывали поздороваться и спросить, что океан его дери с его плавниками и обмотанным хвостом. Следом они охали над Сенку узнав, что он официально стал парой Хрома, и с нескрываемой завистью облизывались на морское колебание. После этого им было интересно кому он отдаст свою «уютную» пещеру, и тут же тяжко вздыхали как им жалко, что она попадет не в те руки и хвост, но вот он или она самый лучший кандидат. У Сенку едва не начал дергаться глаз, а рука сама потянулась за ножом, чтобы прекратить эту бесполезную и выматывающую канитель из пустой болтовни. Она отвлекала внимание Хрома от него, с чем осьминог был не готов мириться с каждой прожитой минутой. Как рядом появился старик с длинной белой бородой и темно-коричневым чуть треснутым панцирем, одного его взгляда хватило, чтобы почти всех любопытных смыло. Рядом остались только трое, не считая старика. Маленькая медуза терла глаза под плотной зеленой шапочкой и просила Хрома хоть иногда ее навещать, и словами, что будет очень скучать. Осьминог знал, что старик это Касеки, а медуза Суйка по рассказам пары, но вот кто два других тритона он представления не имел. Первый был петушком с золотистыми волосами до плеч и ярко-красным хвостом и плавниками, карие глаза были с круглым зрачком. Он, громко смеясь хвалил Хрома за экзотические аппетиты и за сохранение семейной традиции, постоянно бья его ладонью по спине. И клятвенно обещал проведать его на новом месте и не важно, что думает об этом другой тритон. Шатен на него недовольно ворчал с просьбой заткнутся и не глушить всех вокруг своим тупым хохотом. Второй же был акулой с синим гладким хвостом и белой полосой посередине спереди. У него были короткие шатеновые волосы с локоном челки посередине, зеленые глаза с вертикальным зрачком смотрели на всех с серьезным прищуром, а шрам под глазом добавлял суровости. Он терпеливо дождался, когда петушок перестанет уже давиться смехом, и спокойным глубоким голосом заговорил, обнажая три ряда зубов. С его слов, хоть это и не по правилам, но он рад за Хрома, и был бы тоже не прочь после сезона узнать, как устроился тритон на новом месте. Естественно, если это не будет противоречить правилам осьминогов. Хром кивнул, и бросил извиняющийся взгляд на Сенку, что всем своим видом выражал, что их ждет серьезный разговор. Опять. - Так, ну все, плывите у вас, что дел своих нет? А то еще минута, и вас придушат, - Касеки замахал на тритонов и медузу перепончатой лапой, видя, как руки осьминога начинают подергивать в конвульсиях, - А ты бери и береги свою пару, это ж надо нашелся такой, что готов мириться с тобой рядом под боком. Сенку благодарно улыбнулся старику, и без лишних разговоров оплел, тело тритона руками и утащил его к расщелине под веселое улюлюкание медузы и красного петушка. Оставшуюся дорогу до дома они молчали, и только начав, разбирать сумки с камнями осьминог спросил. - Кто эти двое? – тритон недовольно вытрясал содержимое на пол. - Что это за странный тон в голосе? – Хром оплыл вокруг Сенку, и игриво обмахнул его плавником, - Ревнуешь? - Было бы к кому, - осьминог посмотрел на свою ладонь, что с потрохами выдавала его веселеньким зеленым цветом, - Что-то я не помню хоть одного слова или упоминания о тех двоих. - Да рассказывать было не о чем, - Хром взял руку с камнем и поцеловал костяшки пальцев пары, - У родителей были братья и сестры, у которых были свои дети, так что они можно сказать моя родня, ну из тех, кто хоть иногда говорит со мной. Думаю, будь я чистым петушком или акулой, я бы даже жил с кем-то из них. Если бы кто-то решился впустить к себе возможно зараженного в дом. - Хорошо, но мог бы и раньше рассказать, что у тебя осталась родня, - Сенку глубоко вздохнул, и понемногу успокоился. Хром же потом еще долго беззлобно подначивал его за то, что тот такой собственник и ревнивец. Остаток дня и вечера прошел, за спорами куда какой камень положить, прерываемые на объятия или дразнящие поцелуи и прикосновения. Тритон почти полностью восстановился, хоть на это и уходило много сил. Так что не удивительно, что первым тягу ко сну ощутил Хром, от повышенного взаимодействия с другими тритонами и русалками. Он прилег на краешек кровати, и меньше чем за пять минут сонно засопел. Сенку аккуратно и бережно пододвинул тритона на середину кровати, и поправил шатенувую прядку, закрывшую глаз. И чем дольше осьминог всматривался в мирное и беззаботное лицо пары во сне, тем сильнее его становилось мрачным и отрешенным. С улицы послушался легкий звук щелчка, Сенку встрепенулся, его рука нежно огладила скулу Хрома напоследок. Осьминог как можно тише выплыл через окно, и подплыл к друзьям, что были в отдалении. Тайджу был на удивление собран, а у Магмы отсутствовала его излюбленная расческа. Оглядев друга, они практически одновременно спросили. - Ты не передумал? - Нет, - голос тритона звучал, казалось отрешенно, но морское колебание уже покрылось кроваво-черными трещинами, - Ведите. Осьминоги коротко переглянулись, но тут же сорвались с места. Путь был не близкий, если они планируют успеть все до рассвета, то необходимо спешить. По дороге к ним присоединилось еще несколько сородичей, которых заинтересовала куда они собрались плыть в ночи. Сенку не мог точно ответить, насколько далеко они заплыли, в его голове и сердце была только одна мысль, что он вынашивал, стоило ему впервые увидеть окровавленную пару. Так просто Сенку не спустит это никому. Вода становилась прозрачней, а дно все ближе, пока Магма резко не остановился со словами: - Приплыли. Сенку, что молчал всю дорогу, пока другие осьминоги тихонько переговаривались, спросил: - Почему вы уверены, что это здесь? Тайджу молча кивнул на песчаное дно. Тритон приблизился к нему, и провел рукой по песку, поднимая ворох частичек под пальцами остались мелкие осколки ракушек и десяток погнутых и разорванных темно-синих чешуек. - Хорошо, - Сенку нежно огладил порванный край, и достал нож, зная, что остальные сделали то же самое. Он поднял взгляд, прекрасно понимая, что выглядит сейчас как безумец, со сверкающими ненавистью красными глазами, и наточенным острием ракушки в напряженной руке. Глазами, что не видят сейчас перед собой сородичей, а видят лишь истерзанное тело пары. Глазами, что хотят и жаждут видеть Хрома только счастливым и с клыкастой улыбкой на губах. Осьминог не смог защитить свою пару от боли, но он может отомстить за нее. И он не отступиться от своего решения. Осьминоги всплыли на поверхность. Утром люди огорчаться не только от разорванных в клочья сетей, и выброшенных на берег сломанных ловушек, даже пирс и лодки ушедшие под воду их не так опечалят, как сброшенные в кучу тела жителей с белыми волосами и потухшим зеленым взглядом. Причитания сменялись криком отчаяния слез и горя, на что небольшая старушка, стоявшая ближе всех к телам, покачала головой со словами: - Говорила ж я вам, никогда не подходить к воде пока морские твари беснуются от любви.