Бета-распад

Ладно, возможно, я переборщил. Не стоило тратить силы на мысли о том, как подчинить человека, когда в первую очередь стоило бы подумать, как подчинить собственные эмоции. Обещаю справиться с этим первым делом. Отныне никакого гнева, только умиротворение, принятие и… Эй, какого чёрта Пак Чимин делает в моём доме?! Я приехал к сёстрам на выходные и как только открыл дверь услышал голоса, которые в моём представлении никак не должны были звучать вместе. — Эта тема тебе тоже нужна? — Да. — Хорошо. Тогда изучим её на следующей неделе. — Чем это вы тут занимаетесь? Он даже не вздрогнул; не обернулся, не посмотрел. Чимин сидел на кухне ко мне спиной и стучал по столу пальцами, а напротив него, держа учебник в руках, сидела Юнджи. Она подняла взгляд и приветственно улыбнулась, когда заметила моё присутствие. — Привет. Это Пак Чимин. Мы изучаем биологию. — Почему у нас дома? — Здесь удобнее, чем в общежитии. Там соседи. Всё ещё ноль реакции. Уснул он или что? Хотя пальцы до сих пор стучали. Я положил руки на спинку его стула, сжал до неприятного скрипа — дробь по столу прекратилась. Ну вот, теперь он наверняка прочувствовал моё присутствие. — Юнджи, можешь ненадолго оставить меня наедине с твоим гостем? — Зачем? — Хочу с ним поговорить. — Зачем? — Чтобы узнать, в курсе ли он, что лишится места в университете, если посмеет тебя обидеть. Юнджи сделала глубокий вдох. По недовольству на её лице я понял, что она не собиралась это делать. — Юнги, ты же помнишь, что обещал мне летом? — Мм? Многозначительный взгляд. Хоть убейте, но я понятия не имел, о чём она говорит. — Ты обещал, что… — Юнджи, я лишь хотел попросить тебя сходить до магазина. У нас закончился чай. Невежливо будет оставить Чимина без кружки горячего напитка, ты так не думаешь? — Но у нас есть чай. — Нет чая. — Есть. Я отошёл от Чимина, чтобы открыть настенный шкафчик, достать три пачки чая — всё, что у нас было — и выбросить в мусорное ведро. После этого я повторил, не готовый принимать возражения: — У нас нет чая. Юнджи вскочила, уперев ладони в стол. — Юнги! — В магазин. Живо! Она смерила меня гневным взглядом — семейный навык, но у меня в нём преимущество практики длиною в пять лет — и всё-таки потопала в коридор, где хлопнула дверью демонстративно и несдержанно. Я обошёл стол, остановился возле пустого стула. Чимин поднял взгляд. Он сделал это медленно, почти пугающе, если бы не заведомо проигрышное направление — снизу вверх. Не улыбнулся, не поприветствовал, не солгал, что рад меня видеть. Что же он чувствовал в эту секунду? К сожалению, никто не расскажет. — Ты что здесь делаешь? — Пришёл позаниматься биологией, как и сказала твоя сестра. — Ты физик. — Это мешает мне интересоваться другими науками? — Нет, но запрещает интересоваться моей сестрой. Какие у тебя на неё планы? — Методические, полагаю. Программа первого курса. — И всё? — А должно быть что-то ещё? — У тебя есть девушка. — Знаю. Но почему это знаешь ты? Я снова схватился за спинку стула — теперь уже другого. Мне хотелось увеличить оказываемое давление, нависнуть над ним не только морально, но и физически. — Возьми меня, — само слетело с губ. — Что? — Возьми меня в преподаватели. Я готов читать лекции по биологии вместо Юнджи. У меня знаний больше, да и помимо банального зачитывания информации я могу параллельно отвечать на возникающие вопросы. — Ладно. — И всё? Так просто? — А что, ты собирался умолять? Манера и тон его речи жутко раздражали. Грубо, резко, обтёсано со всех сторон наждачными знаками препинания. У него там ограничение на символы в голове или что? Почему такие короткие предложения? Никто и никогда не говорил со мной без уважения, но он посмел, ещё и продолжал, и это раздражало. Сумасшедший, что ли? Из коридора донёсся шум. На кухню вбежала запыхавшаяся Юнджи и поставила между нами пачку чая. Я посмотрел на часы. — Ты успела сбегать в магазин за две минуты? — Позаимствовала чай у соседки. Моя ошибка: забыл, что сестра не глупая, умеет соображать (ещё один семейный навык). Но, к счастью, я уже получил от Чимина всё, что хотел, так что выпить с ним чай был совсем не против. Только я поднялся, чтобы это озвучить, как он тоже встал и заявил, обращаясь к Юнджи: — Спасибо за лекцию. Остаться на чай не смогу, прости. — Затем посмотрел на меня без единой эмоции на лице и добавил: — Увидимся. — Ты не взял мой номер, как ты меня найдёшь? — Подойду к тебе на собрании студсовета, очевидно. Мне понадобилось время, чтобы осознать сказанное. Когда Юнджи увела его в коридор, я смог это сделать, и тогда удовольствие само растянулось на моих губах. Хосок справился. Не знаю, что он сказал Чимину, но он справился! О, никогда не отпущу его от себя, этот парень слишком талантлив. Надеюсь, в будущем Хосок порадует меня искусством беспрекословного подчинения ещё много раз. Юнджи вернулась на кухню, набычившись и грозно сжимая кулаки. Не будь она моей сестрой, поверил бы, что ударит. — Юнги, — угрожающе. — Он больше не придёт сюда. Теперь Чимин будет заниматься биологией со мной. — Юнги! — сердито. — Я не позволю какому-то альфе крутиться возле тебя. Ничего хорошего на уме у таких парней не бывает. И у него есть девушка, между прочим. Сомневаюсь, что он тебе об этом рассказал. Не рассказал ведь, да? — Юнги… — разочарованно. Её голос прозвучал так грустно, что на секунду я усомнился в правильности своего поступка. Я не солгал, это действительно была всего лишь попытка её защитить, и поступил бы я подобным образом с любым альфой, посмевшим к ней подкатить. Но отвадить от неё Чимина было вдвойне приятно, не отрицаю. К тому же, свою выгоду я тоже получил. Блеск в глазах сестры потух. Я спросил участливо: — Что, так сильно понравился? — Да нет же, Юнги. Он мне большие деньги за занятия обещал. Я хотела накопить на съёмную квартиру. Опустив плечи, она поплелась к чайнику. Я моргнул несколько раз, но в себя так и не пришёл. Только что на ваших глазах я помог Чимину променять платные занятия с моей сестрой на бесплатные со мной каждую неделю. Зная это, ответьте всего на один вопрос: я идиот?