Девочка что звали Агата

Сегодня было холодно. Холоднее чем обычно. В Городе всегда было прохладно. Но могло быть и гораздо холоднее если одна из многочисленных подземных котельных прекращала свою работу. Подземные коммуникации Города были особым отдельным от обычного Города пространством со своими правилами и законами. Но тем не менее все равно гораздо лучше лиминара от мыслей о котором Элизу до сих пор передергивало. Работники магистрата Города уже второй день обещали, что возобновят работу котельных, Элиза краем уха услышала что-то про забастовку саламандр и требований более лучших условий труда. А что бы Магистрат тратил больше чем он хотел? Какая возмутительность! Работники котельных и Магистрата так и не могли найти консенсуса будучи проклинаемыми всеми жителями района. Элиза хотела оставить не желающею никуда вылезать из-под теплого одеяла Агату в комнатке, но она не знала согласиться ли София с ней посидеть. А оставлять ее одну сродни катастрофе. Тем более сегодня у нее был свободный от обязанностей день, и ее ни за что было не загнать под опеку Нарьяны. Агата еще с приюта ценила свободное время и была готова бороться с любой попыткой покушения на него. Агата прихватила с собой их радио выставив его на волну, по которой шла аудио передача с различными небылицами. Поскольку в Городе всегда была одинаковая температура ни у кого не было теплой одежды многие укутывались в простыни и одеяла. Нарьяна достала где-то белый электрический нагреватель что мирно жужжал, обдавая трех недобросовестных теть теплым воздухом. Элиза начала нервничать, ожидая Софию. Ей было не по себе после того как она ее недавно довела она уже пару дней не появлялась в больнице. Да и кто в здравом уме пойдет в район Города с нерабочей котельной? Стекла снаружи уже начали промерзать, покрываясь причудливыми узорами. Шаманки сестричества с синих платюшках рисовали на окнах обогревающие знаки и развешивали в помещении огоньки света о которых пациенты могли погреться. Медсестры раздавали пациентам на входе пледы. Нарьяна включила электрический чайник и подставила руки под выходящий из него пар. -Да уж холодрыга та еще. Когда Магистрат уже договориться с саламандрами. -Как понимаю Магистрат не сильно расторопен? При церкви такого бардака не допустили. -Не то слово. Как налоги драть так он сама пунктуальность, как что-то за них делать не дождешься! Вы думали мы просто так все в больнице живем? Свое жилье непозволительная роскошь. И то они постоянно пинают своих бумагомарак чтобы все-таки вытрясти из нас свое. -Странно тут же зубы в ходу? Значит район под покровительством Церкви. -Ни да ни нет. Тут своя особая атмосфера. Но лампочкам и батарейкам тут тоже рады. Агата укутанная пледом взяла под него Блестяшку который совсем размяк и улегся у нее на голове. Агата взяла с собой недавно найденную книгу. Заметив ее Нарьяна аккуратно ее приподняла, на что Агата сильнее в нее вцеплялась. -А ты малышка оказывается знаешь древний язык? -Неа. Блестяшка знает. Низший соаклиш вроде называется. Нашла недавно тут сказки какие-то. Интересно очень. Но порой жутко. И картинок много. Агата показала Нарьяне картинку на всю страницу. Медсестра отдернулась на картинке были ящеры из города что когда-то будет в окружении причудливых созданий, имевших с ними общие черты. Ящеры собирали урожай с бескрайнего до жути поля. Буквы древнего языка тускло горели и один взгляд на них наполнял голову шепотом и разорванными отголосками мыслей. -Не волнуйся Агата мне по вечерам рассказывает, что там вычитала. Это что-то вроде их истории. Занятный мир конечно был до Города. -Ну это теперь многое объясняет почему ее Город не принял. Блестяшка оказывается отголосок мира что был. Интересно какие чудеса он видел. Нарьяна попыталась погладить блестяшку по торчащей из-под пледа головы, но успела отдернуть пальцы до того, как он ее за них цапнул. Элиза не сдержала радости увидев на входе Софию. Она же, заметив это улыбнулась и проплыва в ее сторону. В одной руке у Софии была коробочка, в которой она таскала обеды, в другой она держала что-то похожее на кадило, в котором на подложке из тлеющих углей спала жирная саламандра по телу которой плясали маленькие язычки огня. Шустрик обвил собой шею хозяйки сжимая в зубах ее вечно дымящею трубку. -Приветики подруга! Скучала без меня? Извини что не заходила. Привет Агата и Блестяшка. Я как обычно покушать принесла, небось давились эти пару дней тем непотребством из вашей столовой? Ну и холодрыга у вас! Я чуть в ледышку не превратилась пока сюда дошла. Хорошо вот переносной обогреватель взяла с собой. О, а вы кто? Я София рада знакомству. -Привет София! Привет Шустрик! -Нарьяна мы с вами иногда видимся в коридоре у вас очень запоминающаяся внешность. Повезло вам с перерождением. -Ой да не надо я всегда завидовала последователям церкви у девушек оттуда прям самый минимум изменений, большинство последовательниц ограничивается третьим глазом да второй парой рук. А с этим куполом немного не удобно жить. -Тоже мне скажете. Как вспоминаю во что матери настоятельницы с возрастом превращаются жутко становится за себя. -Интересно, когда я стану взрослой я буду как Блестяшка или я буду как Элиза. -Даже не знаю. Но красавицей ты точно будешь Агата. Синий панцирь Блестяшки дополнит твое платюшко. Может быть даже крылья на спине будут будешь как сильф. Пока София пристраилась за рабочим местом Элизы за которым уже становилось тесно Элиза собиралась с духом чтобы извиниться. София призвала огонек света и подвесила кадило в воздухе словно оно там и должно быть. Стало заметно теплее, что было видно по пациентам и работницам больницы что задерживались рядом с прилавком Элизы. -София прости. Я не хотела тогда… -Все хорошо. Мне тоже не удобно что я перед вами тогда сцену закатила. Я наверно тогда перепугала Агату извини. Я не обижаюсь подруга. -Хорошо подруга. Да Агату еще надо постараться напугать. Ты сегодня сильно занята? Можешь посидеть с Агатой? -Да с радостью! Малютка Агата совсем как я в детстве мы прекрасно проведем время! -Надеюсь ты ее просто не особо знаешь иначе мне как-то страшновато становиться. -Она же просто лапочка подруга! Не волнуйся мы не будем искать приключений на попу. -А и, если она скажет, что знает короткую дорогу. Отказывайся. -Я сама хожу по лиминару. Все будет хорошо. Ох ладно ладно я понимаю, что с моим диагнозом мне особого доверия нет. -Просто проведите день нормально без приключений. Убедившись, что Агата не будет делать ближайшие пару часов ничего возмутительного Элиза закрыв прилавок начала дежурство, на которое ее сегодня поставили. Вместе с двумя другими медсестрами ее отправили прибраться в подвальном помещении. Из хорошего из-за близости к котельной там было гораздо теплее чем в остальной больнице. Из плохого работала только одна Элиза медсестрички помощницы прилагали все усилия чтобы отлынивать от дел. А еще тут было много обгорелых трупов и в целом стоял шум. Милиция магистрата носилась туда-сюда по подвалу. Кто-то с ожогами разной степени бежал на утек, бросая оружие. Кого-то загоняли на лестницу ведущею в котельную ударами дубинок и добрым словом. Вскоре в подвале раздавались приглушенные вопли и новые обгоревшие тела стремительно подымались по лестнице. Милиции вместо привычных тесла жезлов выдавали причудливого вида длинные палки с неизвестной Элизе маркировкой в форме четерехрукого и четырехногого человека, не прошедшего перерождение. Надписи на причудливых коробках напоминали древний язык из книги Агаты. Жирная с трудом передвигающаяся глубоководная рыба с фонариком поплавком, дергающимся из стороны в сторону орал на всех требуя результата. Чиновник магистрата уже ничем не напоминал человека кроме разве что склизких от слизи жирных ручек с перепонками и торчащими из них плавниками. Голова была широкая с торчащими игольчатыми зубами из широченного рта под стать телу. Мертвые рыбьи глаза тускло поблескивали, отражая тусклый свет электрических лампочек. Чем громче чиновник орал, тем сильнее расширялись его жаберные щели оголяя щеточки жабр красных от натекшей туда крови. Рыба чиновник обратила внимание на Элизу показав на нее пальцем после чего ее приволокли за руки к нему. -Так отрадно видеть храброго добровольца готового помочь магистрату в сей горький час! -Добровольца что!? -Ты же типа шаман или вроде того. Спустись вниз переговори с этими неблагодарными смутьянами не ценящими нашей доброты. -Да с чего я! Кто ты вообще такой! Я из церкви всевидящей истины! -Извиняюсь за грубость. Меня зовут Михаил Куратов помощник помощника старшего писаря при помощнике младшего помощника младшего клерка при магистрате. Как видите шишка я очень влиятельная, и у меня есть более важные дела чем сидеть в этом районе Города и заниматься вопросами вашего отопления. -Да мне без разницы кто ты! Почему я должна решать ваши проблемы! Отпустите меня немедленно нечестивые отродья! -Доброволец тут такое дело. Работники котельной не имеют никакого желания общаться с работниками магистрата. Но вы доблестный доброволец своим внешним видом говорите о том, что не имеете к нам никакого отношения! И может быть неблагодарные и бессовестные саламандры будут говорить с вами. Или зажарят за живо к сожалению, не отправив вас туда мы этого не узнаем. Но вашу жертву во благо города будут помнить. Пока Элизу сталкивали с достаточно высокой и крутой лесенки она успела несколько раз проклясть работника магистрата. Одно из проклятий ей даже удалось реализовать, вырвав руку и раскрошив один из зубов в кармане на который она планировала купить поесть сегодня. Чуть не навернувшись с лестницы Элиза лежала на теплом бетонном полу приходя в себя. Она почувствовала, как что-то склизкое взяло ее за ноги и потащило. Заметив, что Элиза все еще сознание переносчики исправили это ударом лопаты. Элиза так и не поняла, что это такое было. В себя она пришла в жарком сухом месте. Свет исходил от открытого огня и электрических лампочек, разбросанных по потолку создавая хоровод теней. Помещение было импровизированно огорожено вышитой тканью с различными узорами. Элиза лежала на чем-то мягком, руки и ноги были связаны. Голова болела. Элиза попробовала дотянуться до зубов, но заметила, что все ее вещи пропали. Элиза попробовала выползти из своей опочивальни, за чем и была пойманная в весьма дурацкой позе. Две гигантских саламандры в спецовках с лопатами в руках приближались к ней. У них на плечах сидели горящие саламандры на вроде той которую сегодня с собой приносила София. Кочегары были замкнутым народом поколениями, обитавшими под землей в окружении огненных духов. Кочегары боготворили огненных саламандр отчего приобретали после перерождения сходство с ними. -П п п п п Пожалуйста не бейте по голове снова! -Наша хотеть ты говорить. -Да да. Наша хотеть знать, что говорить вонючий рыба с поверхности. -Вонючий рыба скинул меня сюда против моей воли! Не бейте я не из магистрата. -Твоя как мы. Поганый магистрат обижать тебя, как и нас. Мы помочь тебе. Пролетарий должен быть один. Только так мы можем отстоять свои права перед вонючий рыба! -Да да. Мудрая ящерица так говорить. Мудрая ящерица нам помочь. Мудрая ящерица прислать нам великий воен что защитить нас! Вонючий рыба идти сюда с мерзкой свист труба. Они хотеть убить нас нас. Они думать другие бояться их их. Но могучий воен мудрая ящерица нам помочь! -А вы не могли бы решить проблему с вонючими рыбами так чтобы наверху не было так холодно? Правда мы там скоро все замерзнем совсем совсем. -Наша жаль. Наша делать тепло. Тепло нас ценить. Мы хотим лучше условий. Вонючий рыба не хотеть давать лучше условий. Значит мы не давать тепло. -А если я вам помогу с вонючий рыба вы давать нам тепло? Кочегары стукнулись лопатами и хором ответили. -Да да. Мы ценить нам помогать. Элиза не имела ни малейшего понятия как ей выпутаться из всего этого. Впрочем, кочегары оказались весьма приятными людьми. Хоть и горячими в буквальном смысле. Они развязали ее и отдали ее вещи. Кроме ее посоха тотема, вместо него ей дали лопату. -Что это? Где мой тотем. -Палка гореть гореть. Нам жаль мы не хотеть. Давать лопата она как палка. Кочегары не соврали, только прикоснувшись к горячей лопате Элиза почувствовала в ней отголосок чуда. По крайней мере этим тотемом можно сделать смачную отбивную из того помощника помощника когда она выберется на поверхность. Элизу отвели в подвальные помещения где кочегары обитали. Сквозь стены из висящих полотен повешенных на веревках бегали обычные дети не прошедшие перерождения. Взрослые кочегары отдыхали после работы выпивая и возясь с огненными саламандрами которыми они порой буквально обмазывались, покрывая себя ими целиком. Поселение обеспечивало себя водой в наглую сливая ее из городской системы водоснабжения. Питались кочегары крысами, грибами, растущими в подвалах и консервами. Рацион, как и порции был не богат. Среди огненных саламандр что были по всюду, детей и кочегаров иногда на глаза Элизе попадались явно неместные гости из города что когда-то будет. Мелкие незаметные прямоходящие ящерицы пучеглазики с длинными палками из кости в каких-то мясных накидках что исчезали из видимости стоило было отвлечься. Некоторые из пучеглазиков катались верхом на жутковатом двуногом существе чьи передние лапы едва касались пола. У существа была тупая морда, заканчивающаяся клювом, а в районе хвоста росли сотни кристаллических иголок. Рядом с шатром бригадира стояло двое ящеров в костяной броне и красных ободранных юбках. На головах были шлемы черепа, которые на всех картинках светились ярко красным светом. Сейчас же впадины символизирующие отверстия в черепе рептилии были черными. Элиза заметила на них постоянно движущиеся прозрачные ворсинки, отсвечивающие радугой. В руках ящеры сжимали костяные алебарды что опять же на картинках, которые Элиза видела во время обучения в сестричестве должны были пылать пламенем, но не пылали. Элиза невольно про себя подумала, что кругом одно разочарование на разочаровании не такие они и страшные. На что один из охранников отреагировал сначала, потрещав длинными перьями, растущими из задней части головы после чего кромка костяной алебарды запылала ярким пламенем, а впадины на шлеме загорелись ярким красным цветом. Элиза в ужасе отпрыгнула от ящера схватившись за сердце. Оба ящера издали клекочущий звук. -Обижать отрицание. Она товарищ пролетарий. Мы помочь. Она помочь. Мы хотеть она говорить бригадир мудрая ящерица. Ящеры молча расступились, уступив дорогу. -Они говорить ты смех. Они нас твоя позволять говорить бригадир. -Но они же ничего не сказали. -Мудрая ящериц говорить внутри голова. Мудрая ящериц всегда знать правда. Внутри шатра сидела ящерица в богатом красном наряде вышитом золотом. На воротнике наряда ящерицы было четыре острых костяных шипа между которыми была натянута ткань образуя причудливый воротник, об который скреблись головные перья. Внутри шатра были горшки с папоротниками невозможного зеленого цвета ведь все знают, что у нормальных растений красная или бурая листва. И маленький стеллаж, уставленный разноцветными кристаллами. На потолке росла какая-то плесень, светящая тусклым фиолетовым светом. Рядом с ящерицей было странное устройство из кроваво красного кристалла, на котором пробегали непонятные изображения. Элиза почему-то знала, что перед ней она. В голове Элизы начали проноситься отголоски воспоминаний и мыслей. Она словно сама ползла в подземных туннелях, грызла мелкую живность. Это существо видело мир иначе все более синим и фиолетовым. Она искала грибы, ей нравился их вкус. Замерзнув в канализации она со своими братьями, товарищами, спутниками пошла в сторону котельной где было тепло. Элиза так и не могла подобрать слово под подразумеваемую концепцию. Кочегары встретили их настороженно, но впустили внутрь погреться. Ее возмутила нищета кочегаров она же их и подбила на забастовку. Бригадир саламандр погиб на переговорах с магистратом. Его, как и других кочегаров разорвало на части древнее оружие которое принес с собой клерк магистрата раздав его милиции. Элиза откровенно говоря удивилась жадности магистрата. Все требования саламандр состояли в том, чтобы им в обмен на тепло давали больше консервов и угля. Да не сказать, чтобы много, а хотя бы чтобы не голодать. Раз уж магистрат запретил им самим собирать грибы и живность обитающею в подземных катакомбах. После смерти бригадира мудрую ящерицу сделали новым бригадиром. Элиза начала подозревать какая мысль родилась в голове у мудрой ящерицы. Она начала отрицательно махать головой и водить руками. Мудрая ящерица оскалилась, но Элиза понимала, что это улыбка и закивала. Перья на ее голове начали энергично шелестеть. Мудрая ящерица взяла Элизу за руку и вывела из шатра. На удивление в худой костлявой словно обтянутой кожей руке была нечеловеческая сила. Выйдя в середину помещения где горел костер мудрая ящерица подняла руку Элизы вверх и зарокотала. Кочегары и их дети вышли из своих покрывальных домов и восторженно подняли лопаты над головой. -Мудрая ящерица указать твоя большой бригадир! Наша слушать бригадир! Мать одиночка, отлученный еретик, и теперь вождь племени огнепоклонников глядишь к концу цикла так еще парочку титулов можно обрести подумала Элиза. Элиза попробовала представить, что происходит в голове у Агаты она бы уж точно вытянула бы все возможное из этой ситуации. Элиза ощутила в голове намек на вопрос в духе, у тебя есть какие-нибудь мысли как с этим разобраться? Элиза повернулась к мудрой ящерице. -Я надеялась у тебя есть идеи. Элиза почувствовало в голове концепцию меня, форма, отвращение. И образы воинов ящеров разрубающих жителей города костяными алебардами оставляя в месте удара обугленную плоть. Горы трупов милиции и визжащих от ужаса клерков магистрата у которых из склизких от слизи лап выпадают бумаги о расходах и убытках. -Вот теперь я узнаю ваш каноничный образ. Резня резня резня. Мудрая ящерица воплотила в голове у Элизы образ того как клерки магистрата вытирают ноги о жителей города сменяющимися тем как они целуют ноги ящерам из города что когда-то будет. В ее голове сложились слова. Они уважают только силу. Страх и насилие лучшие методы убеждения низших тварей. Элизу напугало понимание, она только сейчас почувствовала, как ящеры видят жителей города. Ящеры от этой мысли Элизу скрутило неприятное чувство она словно сама себя поправляла Соах. Оказывается, они называются Соах, небесные владыки, звездный ужас, повелители жизни и десятки других титулов чей смысл уже давно был утерян. Они относились к жителям города как люди к духам. Как к животным, которые могут быть полезны, которых можно есть если будет нужно, которых можно убивать если они мешают. Мудрая… Элизу снова скривило словно по ее позвоночнику ударил электрический ток. Матриарх Налика прониклась кочегарами как маленький ребенок забавными мяукающими домовыми духами. Они ее забавляли, но вот касательно жителей поверхности она уже не была такой гуманной. -Если ты можешь странствовать в мыслях почему бы не убедить помощника помощника пойти на уступки? Зачем все это? Элиза представила чудовищного вида механизм поглощающего сам себя, и кукол марионеток за ниточки которых дергала Налика. Каждая кукла Налики перемалывалась в жерновах механизма. -У нас есть более простое слово. Бюрократия. А если Магистрат разрешит им снова искать еду в катакомбах? Они же не всегда голодали надеюсь? В ответ в голове Элизы раздалось пару слов, напитанных отвращением и ненавистью. ОПТИМИЗАЦИЯ и ЭФФЕКТИВНЫЙ МЕНЕДЖМЕНТ. Элиза росшая в традиции церкви не особо поняла их смысл, но поняла, что это что-то очень нехорошее. В это время. Все-таки Элиза все поняла правильно, и София сразу же нашла с Агатой общий язык. Начали они хорошо, сходили в кафе, посмотрели кино в кинотеатре что-то про гигантского динозавра, громящего город, в котором жили странные люди с очень узкими глазами. После чего они подорвали общественный туалет взрыв пакетом после чего пошли на городской водоканал, на котором обитали тинные стрекозмеи. Агата облокотилась о ржавые перила над резервуаром, заросшим водорослями. София, паря над железным полом бросала в резервуар умерших от яда крыс которых стрекозмеи свившие гнезда на стене ловили налету. Блестяшка с опаской смотрел на верх переместившись с головы Агаты ей в ноги под подол ее платьица. -Ты резких движений не делай. Они это не любят могут и укусить. Яд у них забористый людей на смерть скашивает. Обычных. А еще я из него такую настойку делаю от нервов помогает. Как видишь, любят они влажные места. Детишек выращивают в воде. Видишь личинки плескаются. -А какие чудеса они делают? -В основном все что связанно с ядом. Видела, как я всех этих крыс усыпила? Но к счастью без шамана они им могут пользоваться только если укусят. София улыбаясь приподняла охапку мертвых крыс которых держала за хвосты. Агата кивнула и показала большой палец в одобрение. -Удобно наверно от тех, кто не нравиться избавляться. -Твоя мама это бы не одобрила. -Элиза. -Элизе это не понравилось бы. Да и есть один недостаток слишком характерный у стрекозмеев яд, сразу понятно, как и почему несчастье случилось. А если им просто оглушать и обездвиживать… В магистрат нажалуются и будет очень много проблем. Кстати стрекозмеи так же позволяют парить над землей. Мне это не особо полезно я и так воздушная. Но что ни будь в воздухе подвесить полезно. Можно быть таким же быстрым как они, но это ты и так умеешь. Агата кивнула. -Я читала они в темноте видеть могут. -Не то что в темноте они тепло чувствуют. Очень удобное чудо кстати. Ты же хочешь парочку поймать для контрактов? Сейчас покажу как их приручать. София дала Агате всех крыс оставив себе одну и подхватив этой же рукой баночку, покрытую мембраной. София подманила одного стрекозмея крысой и схватила его голой перепончатой рукой за шею в основании головы и ловко подменила крысу на баночку заставив извивающегося стрекозмея сцеживать в баночку яд. Когда баночка наполнилась она сунула стрекозмею в рот крысу и резким рывком оторвала ей лысый хвостик, который отдала Агате. София повторила так несколько раз пока не закончились крысы набрав внушительное кол-во яда и пучок крысиных хвостиков. Последнего стрекозмея София оглушила, призвав чудо и дала Агате. -Держи в основании головы так он не сможет тебя укусить. Вообще это можно сделать более гуманно, часто приходить сюда и подкармливать их. Они любят тех, кто дает им поесть. Но я не думаю, что Элиза позволит нам часто сюда наведываться. Сейчас он очухается и начнет дергаться держи его крепче. Подожди пока он перестанет дергаться. А потом поглаживая большим пальцем по голове предложи ему заплатить за свою свободу. Агата кивала на каждое указание Элизы четко выполняя все команды. Стрекозмей был сильным он чуть не вырвался из ее маленьких ручек хлестая ее за бок своим хвостом. Агата ускорила процесс угрозами что если он не будет слушаться, то она скормит его Блестяшке на что стрекоза с радостью отреагировала, взлетев и начав щевелить многочисленными челюстями рядом с головой стрекозмея. Далее Агата повторяла за Софией. -Змейка змейка стрекозец. Отплати за доброту. Как отплатишь отпущу. Агата аккуратно начала ослабевать хватку до последнего не желая отпускать руку с шеи стрекозмея. Освобожденный стрекозмей завис перед Агатой уткнувшись маленькими глазками в нее после чего выплюнул в ее подставленную ладонь один из своих зубов. Улыбающаяся Агата показала его Софии. Тетя погладила не своего ребенка по голове. -София перед тем как вернуться можно в лиминар заглянуть мне надо отметиться что-то вроде работы. Давно не появлялась. -Если расскажешь куда и зачем пойдем. Сама знаешь, что за место. Ничего я Элизе не скажу. -Перед знакомыми соах появиться чтобы не теряли. Ну и кое чего им отдать. Агата показала Софии несколько наборных дисков подобранных с разбитых телефонов. -Хорошо пойдем. Давно я их в лиминаре не видела забавные ребята. -София что надо делать если встречаешь незнакомых? -Отвести глаза, не говорить и ничего не брать из рук. -Молодец. Элиза хоть и стала большим бригадиром, но чувствовала себя какой-то девочкой на побегушках бегая из подвала в больницу и обратно. Попытка уговорить помощника помощника разрешить кочегарам самим добывать еду закончилось быстро. -ВОЗМУТИТЕЛЬНО! Там дети старших кле… эээ брррр НЕ ТВОЕ ДЕЛО ДОБРОВОЛЕЦ! Предложение Налики использовать работников магистрата как пищевой ресурс Элиза в серьез не восприняла, но шутки ради сообщила о нем жирной рыбе. -Возобновите работу? Замечательно! Так постой те если котельная будут работать, то нам и не будет нужды посылать туда милицию! Вы предлагаете непозволительную растрату средств! -То есть за исключением последнего вас все устраивает. -Постойте как пищевой ресурс вы что предложили использовать!? -Ооооо вот как до вас доходит то. -Не смейте мне дерзить доброволец! Ваше предложение возмутительно! На предложение решить проблему с пищей самостоятельно соах отказались, сославшись на то что они могут обустроить в катакомбах грибную плантацию, но их забавляет процесс убийства низших тварей. Да и если они решат проблему сами, то из принципа не позволят жителям поверхности что и пальца о палец не ударили получить вожделенное тепло. -Слушай помощник помощника. Там внизу сидят злобные ящерицы который воспринимают нас, то есть и меня и тебя как ходячие консервы и им этот конфликт только в радость. Вы даете кочегарам столько еды сколько они хотят и перестаете их кошмарить. Все будут довольны. У нас будет тепло, ты будешь заниматься своими важными делами. А ящеры просто уйдут потому что им будет некого убивать и им станет скучно. -Возмутительно как эти грязные гастарбайтеры из города что только будет смеют не платить налогов! Не бывать этому! И где гарантии что они не вырежут всех работников котельной. Я не могу рисковать гражданами города идя на поводу у грязных подстрекателей и чужаков. -Ага, а убивать их бригадира не твоей ли идеей было?! Твоей мамкин ты гений?! Раздраженная Элиза начала тыкать указательным пальцем в голову работника магистрата. За такое неуважение к магистрату ее снова сбросили с лестницы. Уже запыхавшаяся Элиза присела передохнуть. Она заметила огненную саламандру прижатую свист трубой. Странное длинное устройство не было похоже на трубу, и Элиза в принципе не понимала, как оно работает. Но судя по некоторым знакомым предупреждающим знакам явно на электричестве. Прижатая саламандра извивалась из всех сил пытаясь выбраться. Вода, сочившаяся из пробитой трубы, медленно приближалась к ней. Элиза взяла длинное устройство в руки, освободив саламандру размером с ее локоть. Странное устройство с удивительным удобством легло в руку словно тот, кто его проектировал подразумевал его использование самым последним имбецилом. На ее дальнейшем поступке сказалась общая установка думать, как Агата. В другом случае Элиза просто отбросила бы непонятное устройство. Нащупав рычажок на рукоятке, она нажала на него после чего отбросила древний артефакт от себя. Свист труба с характерным звуком и искрами извергла что-то из себя вырвав из стены кусок. Успокоившись Элиза догадалась как вытащить из свиста трубы батарейку что, она сделала и с другими древними артефактами, разбросанными вокруг брошенных обожжённых трупов. Все это время спасенная огненная саламандра наблюдала за ней. Элиза заметив это уперла руки в бока как любила делать Агата. -И что мне с тобой делать малыш? Иди ты теперь свободен. Или они убили твоего шамана и тебе некуда возвращаться? Огненная саламандра кивнула и загорелась. Она попробовала подползти и погладить головой подол ее платья от чего он начал тлеть. Отскочившая Элиза потушила подол, стараясь не подпускать к себе земноводное близко. Саламандра медленно, но неумолимо следовала за ней. Потухнув она начала блестеть от слизи. В сестричестве учили что огненные саламандры выделяли огнеупорную слизь, помазав которой руки можно было голыми руками вынимать горящие угли. Элиза не верила в это, но с ухмылкой вызвала огонек света на кончике пальца. -Серьезно? Я не самый лучший хозяин для тебя. Склизкая саламандра попробовала забраться по подолу ее платья оставляя на нем жирные следы от слизи. Элиза преодолевая отвращение перед слизью, положила саламандру себе на плечо. -Буду звать тебя… Уголек? Огонек? Свисток? Я же нашла тебя под свист трубой. Будешь Свистком. Новый дух Элизы одобрительно кивнул. Агата с Софией за положенные пол часа добрались до коридора, освещенного фиолетовым светом, заросшим жутковатыми зеленными растениями, которые назывались папоротниками. Она сказала Софии не смотреть на лампы иначе глаза заболят. Мелкие ручейки воды текли по полу служа поливом для растительности. Агата была рада тому как София хорошо шла в лиминаре не нарушая ни одного из его правил. Самое страшное что они встретили за всю дорогу были ожившие мертвецы и то они их пропустили стоило заплатить им дань в виде зубов. Местами обгоревшие скелеты в глазницах которых пылало живое пламя пожелали гостьям хорошего пути надрывными шипящими голосами. Не дожидаясь как отплатившие дань, путники скроются из вида два костяка продолжили вырывать куски плоти зубами из валяющегося на полу свежего трупа что продолжал светиться как глубоководная рыба. Стоило плоти коснуться их зубов как ее охватывало всепожирающее пламя обращающее ее в пепел. Агата заметила мелкую притвору что следила за ними. Его хозяева позволяли ей видеть его, София же на его месте видела пустоту и уже чуть случайно не была готова врезаться в него в ответ на что притвора тыкал в ее сторону своим оружием. Мелкая пучеглазая ящерица в балахоне из волокнистой ткани сжимала орудие с собственный рост похожее на костяную иглу растущею из чего-то пульсирующего и пузатенького. Из трубки на конце которой был настоящий глаз рос пучок сосудов, заходящих притворе в одну из глазниц. -Добрый день мистер притвора. Хозяева дома? Это София она со мной не трогайте ее пожалуйста. София громко ойкнула, когда притвора показался прямо перед ней. Рептилия ответила шипящим кряхтящим голоском, не забывая при возможности облизывать свои глаза языком. Набор несвязных звуков в голове отдавался эхом и складывался в осмысленную речь. -Опознан биологический образец Агата. Проход разрешен. Хозяин вас ожидает. Зафиксирован биологический образец София. Проход разрешен под ответственность образца Агаты. -Да хорошо мистер притвора. Ой новый наверно, родился недавно, обычно они более живые в общении. Но глупенькие. Как маленькие дети. -Ну и жуть они что невидимыми становиться могут? -Ну да. Если дружить с соах они не опасны. -А если нет? Агата задрала голову и открыла рот обдумывая ответ. Спустя протяженную паузу она ответила. -Однажды я видела, как они прорезали огненными лучами дорогу сквозь нестабильные участки лиминара. Местные обитатели стояли прямо перед ними и не понимали, что их убивает. София нервно захихикала чем напомнила Агате Элизу когда они с ней в первый и последний раз были в лиминаре вместе. В заросшем растениями коридоре обитало много живности в основном мелких рептилий и ядовитых змей. Ядовитые змеи разных расцветок расползались перед ними в стороны давая пройти. Остановившись перед заросшей мхом дверью Агата начала стучать в нее после чего дверь сама открылась. Помещение было похоже на лабораторию посреди разрушенной природой цивилизации. Повсюду росло что-то зеленное. Но в основном папоротники. У стены стояло несколько полупрозрачных резервуаров обвитых сетью капилляров. В некоторых из них даже что-то плавало и шевелилось. Рядом с каждым резервуаром была странная табличка из кроваво алого кристалла, на котором шевелились непонятные изображения. Все оборудование состояло из сплетение красных кристаллов, костей и пульсирующей плоти. Здесь обитали мастер Калик, который при виде Агаты вытирал передние лапы и пытался как ни будь прикрыть разделываемый на столе труп из которого уже были вынуты внутренние органы аккуратно разложенные по банкам. Цимисх и Рикоти как обычно занимались очередным бессмысленным занятием которыми они скрашивали свое время в лиминаре. В этот раз они швырялись своими костяными алебардами в стену на которой были нарисованы люди. София стала свидетелем очень увлекательного диалога. Вернее, его полного отсутствия Агата как будто сама с собой говорила, ящеры периодически реагировали на нее шубуршанием головных перьев и клекотом. Агата вытряхнула из своей сумочки все собранные наборные диски и пару странных вещей. Синий кирпич с белыми крапинками с грохотом упал на пол пустив по нему трещины, кусок янтаря при виде которого ящеры явно начали нервничать и мелок из горящего уголька. Главный ящер повертел синий кирпич в руках оторвал от него кусочек поменял какую-то металическую пластину и вернув кусочек на место вернул его Агате. Она приложила кирпич к уху на что ящер одобрительно кивнул. Расплатились они с ней громадной кучей любимых вафель Агаты которые они аккуратно упаковали в коробочку на вроде той с которой София ходила проведать Элизу. Пару вафель Агата успела урвать и съесть до того, как ее награду полностью упаковали. Поблагодарив их Агата рукой позвала Софию за собой и в припрыжку поскакала к выходу что-то насвистывая. Выходя София заметила у другого угла комнаты импровизированную кухню с перемотанной скотчем и изолентой электрической вафельницей и парой других непонятных, но явно предназначенных для кухни устройств. -Вот как ты эти вафли полюбила. Я все понять не могла почему тебя на такие дорогие тянет. -Они вкусно готовят. Значительно лучше, чем в городе их делают. -А что мы скажем Элизе откуда у тебя столько вафель? -Выиграли во что ни будь. Или ты купила, скажи, что не могла отказать мне. Думаю, Элиза поверит. Добрая ты София, в городе таких мало, а кто остался тех разводят как лохов. -Это как-то даже обидно. Значит и Элизу ты считаешь доброй? -Да но… Прям чуть чуть не дотягивает. Она в городе, как и я не пропадет! -Ну ты и бяка Агата. Я думала мы с тобой друзья. София показательно надулась и сложила руки на груди отведя взгляд в сторону. Погрустневшая Агата потормошила ее за руку пока София не дала ее ей. -Извини. Ты не лохушка. Элиза вышла на тропу войны. Помощник помощника нарушил собственное перемирие и послал в котельную новую милицию с свист трубами. Они бросили взрывающиеся шарики после чего начали спускаться по лестницы в слепую паля свист трубами. Несколько пучеглазиков и пара воинов соах встретили рыболюдей залпом огненных лучей, разрубающих плоть. Отсеченные конечности и части тела кубарем повалились с лесенки. Одному пучеглазику попаданием свист трубы разорвало голову забрызгав все кровью. Костяная броня соах же более-менее выдерживала попадания, но и она давала слабину. Одному из двух воинов оторвало руку, он отполз в следующее помещение прихватив оторванную часть тела. Кровавые ошметки начали тянуться друг к другу и срастаться вместе, вскоре приращённая рука зашевелилась. Один из пучеглазиков тащил тело сородича, которому разорвало голову. Воины начали метать в дверной проем куски янтаря, взрывавшегося с грохотом, закладывающим уши. Кочегары с лопатами бросали в служащих милиции раскаленные угли, появляющиеся из неоткуда на их лопатах. Снаряды свист трубы разрывали на части кочегаров, стоящих одного за другим выкашивая пространство. Всех кочегаров и саму Элизу охватила неизвестно откуда взявшаяся жажда крови. Она сама набрасывала с лопаты в сторону людей в выглаженных мундирах и искренне радовалась тому как они вспыхивали и начинали вопить от охватывающего их пламени. Когда штурм закончился Элизу трясло, она первым делом побежала к стене выплескивать наружу все свое внутреннее содержимое. Кровь, ошметки, обугленные разбросанные по всему коридору части тел. И двое соах обгладывавших трупы. Один пучеглазик вынул из нескольких свист труб батарейки и собрав из них что-то одно отнес наверх и кинул в подвальное помещение. Вскоре оттуда послышались вопли и громкий взрыв. Переполняемый радостью пучеглазый вечно улыбающийся ящер с улюлюканьем соскальзывал по перилле лестницы вниз. Собрав оставшиеся батареи Элиза встала у подножия лестницы ведущей наверх и заорала. -Эй вы там утырки. Договариваться будем?! В ответ в дверной проем высунули палку с белой тряпкой. Элиза поднимаясь на верх надеялась, что жирную рыбы разорвало на части, той штукой, которую бросил туда пучеглазик. Но к сожалению, добро в жизни не всегда побеждает. Помощник помощника был живее всех живых. Элиза демонстративно его проигнорировала и пошла к Тетушке Катерине. Если Город не хочет кормить тех, от кого зависит его жизнь, то кочегаров накормят его жители. Тетушка Катерина была очень удивлена увидев Элизу всю в крови и копоти с лопатой в руках и огненной саламандрой на плече. Старшая медсестра смотрела на нее как на труп. -Здравствуйте тетушка Катерина. У нас в столовой лишние места есть? -Элиза что с тобой случилось? -Да так я скоро этой лопатой пришибу одного помощника помощника. В целом кочегары внизу хотят есть. Магистрат свою позицию высказал явно. И в целом либо мы их сами уже накормим и у нас будет тепло или мы так и будем мерзнуть. -Накладно конечно выходит. Это нужно с глав врачом обсуждать. -СУКА! Если и она упрется я ее этой лопатой забью! Как и подобает любой организации хоть как-то связанной с церковью глав врачом была женщина на финальной стадии перерождения. Она была похожа на громадную паучиху с женским торсом выше талии, но у нее во рту все равно можно было разглядеть постоянно шевелящиеся хелицеры. Вокруг основной пары глаз было еще три пары мелких глазенок. Выползающие у нее из рта мелкие паучки добавляли особого шарма к ее образу. Ее секретарша была в более приемлемом виде, на таком этапе обычно останавливалось перерождение у большинства служительниц церкви. В довершение к восковой коже, арахнодактилии и третьему глазу на лбу, добавлялась вторая пара рук и четыре мясистых щупальца на голове несущих по глазу. Паутинные железы на запястьях и ядовитое жало на языке обычно в глаза не бросалось. Признаки перерождения у служительниц церкви всегда были стабильными, чем вызывали зависть у остальных жителей города, у которых перерождение было сугубо индивидуальным и не всегда оставляли у подвергшегося ему человека хоть что-то человеческое во внешнем виде. Впрочем, конечно были исключения из общего плана, но, чтобы выглядеть как этот глав врач или тетушка Аглая нужно было быть особенно упертым еретиком и грешником. В кабинете глав врача было тепло потому что вокруг нее была расставлена пентаграмма из обогревателей. Но несмотря на это ее морозило. Ее секретарша принесла чай для всех. Глав врач Инесса отнеслась к предложению Элизы с восторгом. Несмотря на явные убытки, вызванные обеспечением лишних ртов Инесса уже была готова на все чтобы отопление возобновилось. -Так все-таки вы согласны? -ДА ДА ДА! Что угодно лишь бы этого холода больше не было! Эти морозы скоро меня до могилы доведут! Я сейчас же распоряжусь чтобы уже сегодня им всем накрыли. Только уточните пожалуйста сколько их там ртов и передайте что мы согласны. Элиза понимая, что уже задержалась медленно, ооочень медленно пила предложенный ей чай. Ее уже осточертела вся эта ходьба и ей хотелось передохнуть. Элизу приводила в ужас сама мысль о том, что ей нужно было куда-то еще сходить. На удивление все прошло гладко. Но жирная рыба сопротивлялась до последнего выискивая малейшую возможность уцепиться и вырвать для себя выгоду. Раздраженная Элиза так и быть вновь сходила до Налики и попросила ей посодействовать. Для помощника помощника переговоры запомнились полной капитуляцией и черепно-мозговой травмой, вспомнить о том, как же он ее получил клерк, так и не смог. Элиза спросила Налику может ли она стереть ему память и получив утвердительный ответ начала избивать Михаила Куратова помошника помошника старшего писаря при помощнике младшего помощника младшего клерка при магистрате лопатой до состояния собственного удовлетворения.