оставленные обещания в стеклянных бутылках.

они любили драться и бунтовать.

Утром голова раскалывается, живот всё ещё вздутый как шарик, а когда встаёшь с кровати, в горле чувствуется неприятная жижа, прожигающая горло. Чонин привык к такому, пытается себя сдержать от еды, но всё валится крахом, когда-то при переедании он заставлял себя блевать, а сейчас просто будто бы…смирился? Честно, он сам не знает, для него странное ощущение чувствовать вину, когда ешь, но когда ты живёшь с Бан Чаном, вечно откармливающем тебя при любом случае, лишь бы не сдох - весьма необычное дело.  Парень встаёт с кровати и идёт на кухню, где и встречает Сынмина, вспоминает как вчера после успокоения Джисона они вновь нахрюкались все, кроме ботаника, и именно ему пришлось следить за Айеном. Это было забавно, но что куда пугающе - приятно.  — Видишь воду? — спрашивает Ким, вопрос смешной, по-этому реакция заразительного смеха парня не была чем-то удивительным, но тот кивнул — Выпей её, тебе пригодится — улыбается он. Ухаживать за пьяным одноклассником для Сынмо было интересно, ведь с пьяни он может рассказать куда больше, рот захлопываться не умеет, а разум вообще отключается, так что сидя на диване в гостиной парень узнал многое, но когда Ян рассказал о своей заинтересованности к нему, мальчик не просто был шокирован, он чуть не помер от смешанных чувств. Для них это всё в новинку, всё весело и непонятно. Чонин не чувствовал к кому-то заинтересованность и какие-то странные чувства, не понятные для него, а Ким никогда не заботился о ком-то, не задумывался о человеке на всю ночь. Да, именно, Сынмин свихнулся и ночью решил посетить крышу, ведь после услышанного ему стоило проветрить голову и подумать об этой странной тяги младшего.  — Да бесполезно, я ща всю канистру в рот засуну.   Сынмо усмехнулся.  — Спирта?  — Пива.  Шутки шутками, а Ян серьезно принял решение попытаться сегодня выпить меньше и градусами и объемами. Почему сам не знает, а ещё, он бы пожелал сегодня провести день с новым товарищем, он уже рад тому, что Ким сказал больше одного слова и успел пошутить, это максимально веселит с утра, будто бы похмелиться успел. Но потом парень переводит взгляд на часы и замечает, что на дворе двенадцать утра, среда, и невольно задано вопрос: — А ты чё в школу не планируешь?! — проснувшегося мальчика немного удивило то, как ботаник сидит всё ещё дома, по виду не скажешь, что он прогульщик.  Тот поправил очки и глянул на часы. Вообще наплевать. Именно так и всегда думает Сынмин про учёбу, приходит туда лишь ради убития времени и мыслей, так что сейчас, когда он обрёл друзей, можно и прогуливать.  — Похуй. Я и не планировал так-то — Айен удивился ответу старшего и открыл рот — Что? Я тоже умею материться, в этом нет ничего плохого.  — Ебать!  — Слушай, по факту это обычные слова, которыми считают плохими!    Ким улыбается и наблюдает как младший тянется за стаканом с водой, из скольких вариантов начать общение с людьми, он выбрал пьяниц и наркоманов, безумцев и дебилов. Причина такого странного выбора не понятна, хотя даже если бы он подружился с той самой одноклассницей-милашкой, то долго бы общаться не получилось бы. Слишком скучно.  А Ян только рад, что этот зануда сумел в коллектив влиться, только вот одного он не понимает, что делать дальше? Как справиться со своей заинтересованностью, о которой он хочет разговаривать с ним двадцать четыре на семь? Это раздражает, но что самое главное, Чонин даже не помнит о вчерашнем своём признании, он вообще ничего не помнит.  Он отпивает воду, рыгает, смеётся и садится рядом, задаётся вопросом где остальные парни, но Сынмо это заметил и перебил.  — Чан на работе, Чанбин в школе, а остальные не сказали куда собираются, сказали, что это сюрприз  — говорит он улыбаясь. Наверное, из всей компании, он выбрал бы Чонина в качестве лучшего друга - не потому что он познакомился первым с ним, а просто из удобства, этот парень единственный, кто зашёл так далеко и завлёк в нити алкоголизма. Ян Чонин - единственный, кто завлекает юношу и располагает к себе, что довольно необычно и странно, никто даже не пытался узнать причину такого напряженного молчания рядом с Кимом, но этот пацан совсем не такой, он наоборот, пытается прибодрить его, разговорить и развеселить, узнать о нём что-то больше.  Неужели тебе не надоедает это, Ян Чонин?  А ему хоть бы хны, он даже не подозревает, что уже сам заинтересовывает Сынмина, это странно, всё так непривычно и непросто, что-то внутри явно меняется, но понять трудно. Возможно становится ярко в жизни? Или может тепло? Не совсем понятно.  — Ты вообще слушаешь что я говорю?! — поднимает бровь Айен, психуя как маленький ребёнок, вскакивает со стула и тянется к старшему, подозревая, что все слова вновь пролетели мимо ушей.  Тот головой тянется подальше, лишь бы носами не стукнуться, так же хмурится и сдерживает смешок, так весело ему не было никогда.  — Я просто задумался.  Младший заметно взбушевался и плюхнулся обратно на стул, скрестил руки на груди и отвернул голову, вовсе не обижаясь, а просто дразня собеседника, так ему намного привычнее и лучше.  — Как тебе идея сходить в парк? — Хуёвая идея.  — Я куплю тебе сахарную вату.  — Хуёвая идея — вновь пробубнил — Но я согласен! — вскакивает Чонин и бежит в комнату.                       *** Если вы когда-нибудь подумаете о том, что родители Чана и Чонина бездельные бедняки, то они кинут вам пачку денег в лицо и вы поменяете своё мнение. Всю жизнь, все семнадцать лет, родители работают не покладая рук, поначалу они действительно заботились о своих сыновьях, но позже вся ответственность свалилась на маленького Кристофера, который даже сам не знал как приготовить гречку или рис. Командировки увеличились, ссоры и плохое отношение к детям стали настолько непосильной ношей для Бан Чана и Яна, что приходилось жить на улице, дабы не получать новых синяков и претензий, но как итог: их оставили совершенно одних в квартире, позабыв о них вообще, изредка кидая деньги на карту, чтобы не померли где-нибудь в канаве.  Чонину так жить спокойнее, когда под боком есть заботливый и любящий старший брат, а под рукой находится целая компания, таких же как он, подростков. За все семнадцать лет он повидал кучу дерьма, но единственное, что он не видел - обыденные детские мероприятия и милый парк, что находится рядом с домом. Именно сейчас, когда Сынмин привёл его в парк, он радуется обычной сладкой вате больше, чем джину, и это сильно радует глаза.  А сам мальчик просто в восторге от красивых, пушистых деревьев, от яркой травы и вагончиков с мороженным, что расположены на каждом шагу. Это безумно удивляет и заставляет улыбаться, он конечно радуется и веселится, но часто эти чувства - не больше, чем обычная маска на лице.  — Если хочешь, то мы можем пойти к реке — улыбается Ким, наблюдает как младший скочит впереди и лижет мороженное, тот быстро кивает — Тогда не упади в реку я тебя умоляю.  И они бегут к речке, хоть на улице и пасмурно, людей мало, но рассматривать красивое место становится приятно. Ян не может не радоваться, он берёт за руку рядом стоящего и бежит по дороге, даже не думая ни о чём, но вскоре останавливается, потому что лёгкие уже давно успели почернеть от количества дыма в них. Они садятся на лавочку и тогда парень успевает доесть мороженное и испачкать в нём белую футболку, измазать чёрные джинсы в клубничной начинке.  — Тут реально ахуенно! Сынмин, почему ты не появился раньше?! — смеётся белобрысый и удивляет окликающего, но всё же приходит в себя сразу же, как видит знакомые два силуэта.  Будто бы удар в бок ножом, будто ломаются кости или падение с высоты. Улыбка слезает с лица, а к глазам подходят слёзы, шок внутри просто закипает, но больше всего, что ощущает Чонин - агрессия. Невероятно сильная злость на тех, кого он видит впереди, руки из-за этого начинают дрожать, а голос своего товарища он вовсе не слышит.  Родители.  Он впервые за три года видит маму и папу.  Увидеть русые, длинные волосы, голубые глаза мамы становится самым трудным испытанием для мальчика. Увидеть грубые черты лица и мускулистое тело отца, становится непосильной картиной для парня. Айен не видел их три, мать его, года, с начала он писал, звонил и интересовался родителями, он нуждался в них, но никто так и не ответил, а сейчас юноша видит перед своими глазами двоих людей.  Которые умудрились бросить своих детей, которые ругались и били, которые научили пить, но так и не научили жить.  «Ты должен всегда пить первым, потому что младший, у нас такая традиция в семье была, Йенни» Глаза на мокром месте, а тряска, что создаёт Сынмин, вообще никак нормализовать состояние не помогает.  «Йенни, ты сегодня провинился, ты же знаешь наказание?» А наказанием был обычный ремень с тяжёлой металлической бляшкой, попадавшей в спину и в лицо.  Чонин просто встаёт с места и медленно шагает в сторону предателей, осмелиться и сказать «мама, папа» он не сможет, но сможет наказать, как наказывали его. Он зол и невероятно сильно хочет отомстить, а когда родители его замечают, то точно так же встают в ступор не веря своим глазам.  Он такой худенький, такой милый и по прежнему лисьи глазки испепеляют весь мир.  — Так вот она какая…командировка — усмехается парень с печалью, подходит к отцу и убирает руки в карманы, он вовсе не любуется человеком, скорее испытывает отвращение от знакомого парфюма и физиономией, которая скоро рот закрыть не сможет.  — Йенни — отчеканивает мать, не в силах сказать что-то другое.  — Я бы тебе рот заткнул, да только Чан меня учил, что женский род бить нельзя.  — Не зря мы на Криса ответственность положили — гордо отшучивается отец.  Но Ян не может себя больше контролировать, этих слов было вполне достаточно, чтобы взять за воротник отца и резко притянуть к себе. Ему всё равно, что сделает ему мужчина, похуй, лишь бы Кристофера не трогал и не смел имя его из своих грязных уст произносить, глаза мальчика нацелены в чужие, они стреляют так, что отец сильно напуган.  А так и надо, парню это до безумия нравится, и страх родителей он хочет видеть здесь и сейчас.   — Ты бы лучше молчал, а если больше пиздеть будешь, то я тебе глотку перережу — шипит пьяница, забивая на то, как рядом стоящая женщина что-то бубнит и удивленно ахает, он так же поворачивается к ней, и та сразу замолкает.  — А-а-а — тянет мужчина — вон оно как…А ты вырос, Ян Чонин. Но тебе до меня далеко — толкает парня, почти швыряет, на асфальт, но тот совсем не прост, он лишь отскакивает назад и скалится, снова уголок ногтя ковыряет и подходит снова.  Страх - чувство, которое приходит из-за опасения, но мальчик родился совершенно бесстрашным, ему всё равно на себя, если он и боится, то максимально редко и максимально тупых вещей. Сейчас, подходя к отцу, он не чувствует ничего кроме зла, обиды и ненависти, он просто хочет показать всю ту боль, что они приносили двум братьям на протяжении всех лет, он просто хочет замучать и убить, и похуй, что он за это отсидит в решётке, главное, что он освободится от этих чувств и за Бан Чана отомстит.  — Ты слишком глупый, ты слишком мерзкий и самовлюблённый, ублюдок — бьёт в чужую челюсть мальчишка, затем моментально сбивает с ног мужчину и добивает ногами, но старается сдержать свою силу. А мать? А мать стоит и смотрит, шокированная зрелищем она, не зная как поступить просто стоит в ступоре, закрывая рот руками и роняя телефон в реку.  Сынмин, наблюдающий за этим со стороны, совершенно никак не реагирует, но считает, что его друг абсолютно прав, и если уж с эмоциями он справиться не смог, то пусть лучше выпустит, честно говоря, был бы его отец рядом, то он сделал то же самое. Конечно, он мог бы попытаться остановить Айена, но какой смысл? Если он хочет как-то отомстить, если хочет извинений от родителей таким путём, то почему бы и нет? Это единственный вариант угомонить обиду и злость внутри.  Бесполезно останавливать человека, если его желание слишком сильное. — Малыш перестань! — кричит женщина и оттягивает паренька, что собственно, получается.  — Сынмин, пошли в квартиру, нам тут больше ловить нечего — диктует он и уходит, беря за собой спокойного Сынмо, а тот перед тем, как уйти оборачивается и осуждающе осматривает двоих, цыкает и закатывает глаза.  — Ты, сука такая! — кричит отец, но его уже давно никто не слушает.  Ребята бегут со всех ног, пока не пришла охрана и не арестовала их, на кедах показывается кровь, на белой и клубничной футболке так же капельки крови, на руках, на джинсовке Сынмина - везде кровь. И это никого не смущает, только радует, наверное хорошо, что Чонин просто решил доверится чувствам, решил отомстить за себя и брата, но страшно, что они прийдут и отомстят за себя, хоть и выглядит глупо и ребячливо.  Но Чонин сам по себе глупый и ребячливый.  Они бегут по холодному асфальту, держатся за руки и звонко смеются, не обращая внимания на прохожих, выглядят словно психи, но это их не волнует. Младшему кажется, что ни с кем больше вести себя как ребёнок он не сможет, кроме Сынмина, он хоть и загадочный, не разговорчивый и вечно с каменным еблом, но при этом сам того не понимая, уже начинает открываться пьянице, и это безумно нравится. Ян даже не помнит сколько дней назад они начали дружить, как долго продержится такое общение тоже непонятно, но надежда на бесконечную дружбу не гаснет в мальчике, а только разрастается и все мечты, которые надумывались сами собой, сбываются, что безусловно радует ещё сильнее.  — Ты десять минут назад был злым до чёртиков, а сейчас ты пиздецки веселый! Я тебя понять не могу! — смеётся Ким, запрокидывая голову на лавочку. Оказывается общаться с кем-то бывает не скучно и не больно, а что если открыться именно Айену? Он же не такой как они, верно?.. Парень случайно хрюкает от смеха и смешит этим соседнего, затем так же откинул назад макушку, разглядывая туманное небо и деревья, что закрывают их от маленького дождика. — У меня часто настроение меняется — уточняет он, с улыбкой на лице, будто бы это обычное дело. Но на самом деле нет, он давно знает, что его непостоянное настроение, провалы в памяти и дрожащие руки - последствия алкоголизма. Он не отрицает то, что алкоголик хотя мог бы, но не стал, да и психическое здоровье у парня давно уже испортилось, он давно уже не мальчик с детскими рисунками в руках, в глазах его весь мир серый и скучный.  Сынмин такой же, только не зависимый, не болеет расстройством пищевого поведения, но режется при каждом удобном случае, единственное, что стало лучше в его положении так это то, что он перестал забываться в работе и забыл о голодовках.  Наверное, они действительно были созданы друг для друга, оба страдают, но Ян убивает себя с каждым днём больше и больше, а Ким выбирается из ямы, не осознавая этого.