Две сердечные жилы дракона: Близнецы

Гермиона должна была немедленно доложить директору Макгонагалл по прибытии в Хогвартс о событиях на платформе 9 ¾, произошедших утром. Минерва встретила свою любимую ученицу, тепло её обняла, и серьезно взглянула на неё. - Ты в порядке, Гермиона? - Да, профессор. Я в порядке. Правда! Даже царапины нет. Директор усмехнулась скептически и пристально посмотрела на Гермиону. - Я слышала, ты превратилась во что-то вроде… как это называют маглы? Ниндзя? Гермиона рассмеялась над попыткой использовать магловский сленг. - Наверное. Полагаю, что участие в войне хоть чем-то было полезно. - Гермиона... есть ли что-то... необычное... не найду лучшего слова, происходящее в твоей жизни сейчас? – тихо спросила учительница. - Необычное? Что вы имеете в виду? - Есть ли... что-то, о чем ты хочешь спросить меня? - Эм... нет? Я просто столкнулась со всем тем, с чем сталкиваются все остальные, полагаю. Ничего необычного,- быстро ответила Гермиона. Про себя она подумала: - Необычное? Нет, если не считать того, что почти каждую ночь я воображаю разнообразные способы, которыми наиболее печально известный Пожиратель Смерти в истории может меня унизить, за нечто 'необычное'... вот и все. Гермиона усмехнулась про себя. Минерва пристально посмотрела на нее.. - Ну что ж, моя дорогая, моя задача - помочь тебе влиться в привычный ритм жизни. Уверена, у тебя на уме было столько всего, что ты забыла о чём-то очень важном. Гермиона недоумевающе посмотрела на неё. Минерва нежно улыбнулась. - Твой питомец, Гермиона. На её лице появилось выражение ужаса. Живоглот был пропавшим без вести, все еще в Австралии! Она не могла заставить себя заменить его. Директор усмехнулась. - Твоё лицо говорит само за себя. У меня было предчувствие. Позволь мне представить тебе твоего нового питомца, если я могу позволить себе такую дерзость - Она протянула руку за спину и подняла большую черную кошку размером с собаку. На лице Гермионы появилась широкая улыбка. - Он прекрасен! - Она - Поправила директор. - Она прекрасна, но упрямая, как и ты. Ждать твоего прибытия было непросто, скажу я тебе. Она была настоящей занозой в заднице. Поэтому я думаю, что вы прекрасно подходите друг другу. - Она передала не впечатлённую черную кошку в нетерпеливые, протянутые руки Гермионы. Кошка сразу привязалась к ней, мурлыкая от одобрения на коленях Гермионы, пока она гладила её шерсть. На лице директора появился странный взгляд. - Ну что ж! Она точно выбрала тебя, Гермиона. Бедный дорогой Хагрид почти ослеп от неё! Гермиона улыбнулась, радуясь. - Ты меня ждала, киса? - Гермиона хихикнула, глядя на своего нового питомца, которая мурлыкала в ответ. Она посмотрела на Минерву. - У неё есть имя? - Эм... ну, нет, у неё нет имени. Необычная история, кстати. Она на самом деле принадлежала кому-то другому и была оставлена тебе в наследство после их смерти. Я лично её проверила. В ней ничего необычного, кроме того, что она ворчливая, старая, упрямая кошка... Черная кошка фыркнула в ответ на директора. Минерва усмехнулась. - Именно о чем я и говорила. Черная кошка с неохотой позволила себя погладить, но быстро устроилась у Гермионы. - Прежнее имя... не важно. Имена могут вводить в заблуждение, я думаю. На самом деле, ты должна дать имя своему новому питомцу. Какое оно будет? Гермиона задумалась на мгновение, потом в её глазах появился зловещий блеск. Она гладила шерсть своего существа и смотрела ей в глаза. - Я назову тебя... - Гермиона замолчала, в то время как кошка упорно смотрела на неё. - ...Щеночек! XOXOXOXOXOXO - Пссст! Драко! Мне нужна услуга. - Что тебе нужно, Грейнджер? - Мне нужно, чтобы ты меня сегодня заменил во время обхода. - Мне хочется знать почему? Гермиона взглянула на него нейтрально. - Лучше, чтобы ты... не знал. На всякий случай. Он вздохнул. За прошедший месяц он привык к этому, к Гермионе. - Пожалуйста, не погибай, Грейнджер. Я начинаю привыкать к тебе. - О, как мило! Посмотрите на большого плохого Пожирателя Смерти, становящегося все более сентиментальным... Он дружески ударил ее. Они действительно выработали некую рутину. Он был вежлив, усердно учился, серьезно относился к своей работе... и он поддерживал ее. Ее не переставало удивлять, насколько больше у нее общего с "Драко версии 2.0" чем с ее лучшими друзьями. Он намекнул, более чем один раз, что она приглашена к нему домой на День благодарения в этом году. - Обещаю, Драко... один час, максимум два! Мне нужно проверить кое-что. - Хорошо, но если ты не вернёшься к половине времени, я иду прямиком к Макгонагалл. - Договорились. XOXOXOXOXOXOXO Черт побери, это стоило попробовать, хотя бы чтобы доказать, что она не склонна к шизофрении. Девушка-префект посмотрела вокруг, убедившись, что за ней никто не следует. Гермиона закрыла глаза. - Беллатрикс Лестрейндж. - прошептала она. Ничего. Ничего не произошло. Раздосадованная, Гермиона подумала, что могло пойти не так. - Конечно! Мерлинова борода, это же так очевидно! - проговорила она, улыбнувшись, затем закрыла глаза и более уверенно произнесла: "Беллатрикс Блэк." Гермиона внезапно была исчезла с места, на котором стояла. Она аппарировала вечность и неожиданно приземлилась с треском... где-то. - Ай! - воскликнула она. Она открыла глаза и сразу же прищурилась. Было ярко...солнечно...очень, очень солнечно! Когда Гермиона огляделась вокруг, она была почти ослеплена белым песком, тянущимся до горизонта. Она смотрела на самую красивую голубую воду, которую когда-либо видела. Это был рай. - Наконец-то! Гермиона вздрогнула от глубокого тембра голоса рядом с ней. Ранее незамеченная женщина загорала на пляжном шезлонге рядом с местом, куда она только что аппарировала. Гермиона была в шоке. Эта женщина выглядела на десять лет моложе Пожирателя Смерти, которого она, как думала, увидит. Ее кожа была здорового, почти светящегося цвета, немного загорелая; у нее были длинные, подтянутые ноги; она откинулась на стуле в черном атласном танкини и бикини, глаза скрыты за большими солнцезащитными очками. - Твою... мать... - прошептала Гермиона. - И тебе привет, малышка. - Прекрасная женщина подняла коктейльный бокал к губам и сделала глоток. Гермиона облизала губы, а затем снова открыла рот. Что. За. Черт... Темноволосая женщина фыркнула. - Ты просто будешь стоять и глазеть? Подойди - сказала она, похлопывая по стулу рядом с собой. - Я не кусаюсь. Гермиона ничего не сказала. - Ну, - женщина игриво улыбнулась, - давайте просто скажем, я не кусаюсь так, как ТЫ представляешь... по крайней мере, в твоих снах. Смущённая, Гермиона осторожно села на стул рядом с загорающей женщиной. Она почувствовала, как ее лицо покраснело, держа руку на волшебной палочке. Все еще в шоке, Гермиона произнесла: - Мерлинова борода, это ты. Беллатрикс Блэк. Она фыркнула. - Да ладно, кэп. Кого ты думала найти, когда аппарировала к Беллатрикс Блэк?' И они называют тебя самой умной ведьмой твоего поколения! Она засмеялась над шокированной ведьмой рядом с собой. Беллатрикс сделала еще один глоток из своего бокала, заметив, как Гермиона поглядывает на напиток. Она улыбнулась. - Малышка? Хочешь глоточек? - Она помахала бокалом перед Гермионой, пропахшим алкоголем. - Ты уже взрослая. - сказала она, поднимая свой фруктовый напиток. - Беллатрикс Блэк... - пробормотала Гермиона. - Мы уже обсудили это. - Беллатрикс невербальной магией создала второй фруктовый напиток и передала его шокированной молодой женщине рядом с собой. - Спасибо, э-э, Беллатрикс. - Пожалуйста. Зови меня Белла... Беллатрикс меня называл мой отец, когда у меня были проблемы. Так меня называли в мире, когда… - …когда ты убивала и калечила невинных людей, - вставила Гермиона, сжав челюсть. Белла в ответ сжала челюсть и ничего не сказала. Осознав, что ее жизнь может оказаться в опасности, Гермиона решила отвести разговор от неприятной темы, чтобы не обидеть Пожирателя Смерти. - Черт... Я немного вспотела, - сказала Гермиона. - Это потому, что ты в своей форме, а здесь, наверное, около тридцати пяти градусов, - с усмешкой сказала Белла. Гермиона разделась до бюстгальтера. Заметив внимательные глаза, пробегающие взглядом по ее телу с одобрением, и поднятые брови, Гермиона сказала: - Это спортивный бюстгальтер. Его можно носить отдельно, - объяснила она. - Кто жалуется? Я просто любуюсь видом, - сказала Белла, с похотливой улыбкой. - Уф. Так лучше, - сказала Гермиона, игнорируя комментарий. Она крепко держала руку на волшебной палочке. Странная парочка лежала на пляже в тишине. Что-то привлекло внимание Гермионы. - Это был... это был единорог? - Возможно, - сказала Белла, безразлично. - Где мы? - На острове далеко от Англии. Он принадлежит моей семье... и поскольку я старшая, он принадлежит мне. Он не отмечен на картах, не задокументирован, но воды здесь легендарны. - Почему? - У них восстанавливающие и целебные свойства. Мой прапрадед услышал о них, купил остров и попытался использовать их для лечения Проклятия Безумия Блэков, но безуспешно. - Проклятие Безумия Блэков? - Да, - сказала Белла, грустно выпивая. - Поражает мужчин, обычно в их четвертом десятилетии. К сожалению, как может подтвердить мое избитое тело после издевательств моего сумасшедшего отца, это не сработало. - О. Это... печально. Белла пожала плечами. - C'est la vie. Но это сделало чудеса с моими ранами после битвы, и как ты можешь видеть, это помогло единорогам, которых Темный Лорд пытался принести в жертву. Гермиона указала в недоверии. - Это из Запретного леса? - Да." - Что? Как они сюда попали? - Я попросила кентавров привести их... после. - Ты? Почему? Белла закатила глаза, как будто это было очевидно. - Это преступление - жертвовать единорога. - Знал ли Волд- ээ, твой Темный Лорд, что ты сделала это? - Нет, - просто сказала она. Они снова сидели в тишине. Это было многое для Гермионы. Наконец, Белла выпила глоток своего напитка и заговорила. - Для твоего сведения, малышка, я на самом деле убила только одного человека. Одного. Гермиона фыркнула. - А все эти Круцио, которые были твоим фирменным знаком? Правда? - Правда. Хотя они и очень болезненны, они предназначены только для пыток. Не для убийства. Я не убиваю людей. Только одного. - Позволь угадать… твоего двоюродного брата. - Нет. - Мы видели это, Белла! -Вы думаете, что видели. Вещи не всегда такие, какими они кажутся, щеночек. Гермиона смотрела на воду. Это было так красиво... солнце сияло, а рядом с ней беззаботная женщина ошеломительной красоты... Гермиона чувствовала себя совершенно растерянной. - Хорошо, тогда кто? Кто этот единственный человек, которого ты убила? - Родольфус Лестрейндж. Глаза Гермионы расширились. - Что? Однако Белла просто игнорировала ее, откинувшись на спинку стула, загорая. - Белла... ты убила Родольфуса? Он был твоим мужем! Она резко повернула голову. - И что? - И что? И... ну, неужели ты, знаешь, любила его? Белла фыркнула и засмеялась горько. - Любила его? Нет! Я ненавидела его! Иногда я забываю, что ты... родилась в магловской семье, и ты не знаешь, как работают чистокровные семьи. Браки - это деловые сделки, предназначенные для объединения мощных союзов и поддержания "бренда". Они не о любви, или в моем случае, даже симпатии. Он был жесток, злоупотреблял, был пьяницей, и что хуже... он был просто глуп, и ему нравились Yankees. Я никогда не могла бы любить человека, как Родольфус; он полная противоположность всему, что я ищу в партнере! Глаза Гермионы расширились. Это было больше всего, что Белла когда-либо сказала ей за один раз. Ей было трудно сообразить, что ответить. - Не могла ли ты... я не знаю, развестись с ним? - Нет. Это почти так же позорно, как... любить магла. Гермиона наклонила голову. Она не могла не заметить тонкие изменения, которые были не только физическими, в прекрасной женщине перед ней. Белла ни разу раньше не употребляла слово "магл"; только "грязнокровка" или что-то хуже. Младшая ведьма прокашлялась и заговорила. - Так, ты убила его? Белла фыркнула. Старшая ведьма подняла свои солнцезащитные очки так, чтобы они были над ее головой. Она взяла резинку на своем запястье и собрала свои темные кудри в неряшливый пучок над головой. Эффект был, мягко говоря, захватывающим. Гермиона пыталась сосредоточить свои мысли, несмотря на эротические мысли о элегантной шее Беллы, вызванные этим простым жестом. Белла просто сказала. - Нет. Я убила его, потому что он собирался убить... тебя. Гермиона посмотрела в ее глаза, впервые не закрытые солнцезащитными очками, когда она сказала эти слова. Молодая ведьма вгляделась в них и увидела в них только правду. - Меня? Я не понимаю. Когда? - В битве за Хогвартс. Ты сражалась... я не помню, думаю, с Ноттом, возможно. Ты держалась. Неплохо, я должна добавить... - Она подняла брови. Гермиона почувствовала прилив необъяснимого тепла от этого слегка похвального слова, брошенного в ее адрес красивой ведьмой. - В общем,- Белла ухмыльнулась, прежде чем снова стать серьезной, - я увидела, как Родольфус подкрадывается сзади; он готовился к заклинанию. Он был меньше чем в десяти футах. Ты и не подозревала." - Ох... о мой! Я бы была... - Ее голос смолк. - Мертвой. Легко. Поэтому, когда сражаешься, всегда держи спину прикрытой, чтобы какой-нибудь трус не ударил тебя сзади незаметно. - Но почему? Прекрасная ведьма посмотрела на Гермиону. - Ты действительно спрашиваешь меня об этом? - Белла покачала головой в недоумении. Гермиона была в недоумении. Она чувствовала многое, вихрь перепутанных эмоций, все сразу. - Полагаю, что да. Я имею в виду, неужели ты... разве ты не ненавидела меня? Белла вздохнула. - Нет, - тихо сказала она. - На самом деле, совсем наоборот. - Что? Когда? - Вопросы, вопросы, вопросы! Ты по-настоящему неумолима, не так ли, щеночек? - Старшая ведьма вздохнула. - Хотя эти вопросы справедливы, и я, конечно, не ожидаю, что ты это поймешь... но давным-давно было предсказано, что я влюблюсь в магла. И что это одно действие любви к этому человеку поможет изменить мир. Шокированная словами, которые говорила женщина… шокированная тем, что она намекает, что любит… - Меня? - Прохрипела Гермиона. Белла забавно ухмыльнулась. - Да, щеночек, тебя. Она сделала большой глоток и посмотрела на воду. Черноволосая ведьма закрыла глаза, как будто очень устала. После долгого момента молчания, она снова открыла глаза, только чтобы увидеть, как маглорожденная сидит, застывшая, с тем же шокированным выражением лица. Белла засмеялась. Этот смех разрушили транс Гермионы. Она сказала первое, что пришло ей в голову. - Это просто абсурд! Ты, влюбленная в меня? Белла пожала плечами. - И страннее вещи случаются. Знаешь, мы живем в волшебном мире. - Но я? Что? Я имею в виду, я такая... обычная.... - Ты вряд ли обычная. - И я маглорожденная! - Мы уже это обсудили, да. Отсюда и пророчество. - А ты… ты…. Гермиона показала на Беллу. Белла наклонила голову, ожидая, что последует дальше, с удовольствием. - Ты прекрасна! И ты больше, чем жизнь! Ты Беллатрикс Лестрейндж! Белла засмеялась. - Во-первых, Щенок, спасибо за комплимент. Во-вторых, многие скажут то же самое о тебе.... - Никто бы не сказал то же самое обо мне! Я имею в виду, я просто ребенок! А ты посмотри на себя! Ты ... женщина! Белла не смеялась. Глядя на Гермиону, которая в данный момент была одета только в штаны и бюстгальтер для йоги, глаза Беллы оценивающе скользнули по молодой девушке. Этот интенсивный взгляд заставил Гермиону чувствовать себя весьма неловко. Белла облизнула губы, заставив Гермиону немного содрогнуться. Низким и опасным голосом, Белла сказала: - Вряд ли ты ребенок, дорогая. Ты стала... женщиной, Гермиона. Ты теперь совершеннолетняя. И физически? Это неоспоримо. Ты выросла. Белла выглядела, как будто хотела наброситься на нее и сожрать ее, живьем. По правде говоря, была необъяснимая часть Гермионы, которая хотела, чтобы она это и сделала. Она хотела, чтобы Белла съела ее, живьем. Взгляды, которыми обменивались две женщины, были абсолютно порнографическими. Если бы кто-то посторонний наблюдал за этим обменом, он бы почувствовал себя очень неуютно за свое вторжение. Гермиона почувствовала, как ее тело нагревается, от этого маленького признания. Мысли молодой женщины моментально побежали вперед, к тому, как это было бы... сделать больше, чем просто смотреть. Потрогать ее? Действительно почувствовать женщину перед собой… руки на своем теле… поцеловать ее? Как это было бы, быть с ней голой? Почувствовать ее, близко? Голос прервал ее мечту. - Не сейчас, Щеночек. Не сейчас. - Черт возьми! Гермиона фыркнула, осознав, что она опустила свои стены, беспечно позволив Белле - мастеру легилименции - заглянуть в свои темные мысли. Белла засмеялась, глубоким заливистым смехом. Ничего похожего на хохот, который был ее визитной карточкой. - Я так... запуталась. Я так запуталась сейчас. - произнесла Гермиона тихо. - Это понятно. У меня было больше времени, чтобы привыкнуть к этой идее. Гермиона подняла голову. - Сколько времени? Белла прищурилась, глядя на небо. - О, давайте посмотрим. Ну, я знала о пророчестве с тех пор, как я была….примерно в твоём возрасте... так что давно. - Пророчество предсказало меня, Гермиону Грейнджер? - Не совсем. Но ты родилась в сентябре, не так ли? - Да. - И ты маглорожденная, верно? - Да. - Вот и все. - Но это не имеет смысла! Должны быть сотни маглорожденных, появившихся на свет в сентябре.... - Да, но есть только одна ты, Гермиона Джин Грейнджер. Белла улыбнулась. - Я узнала тебя, как только увидела тебя впервые. - В битве в Министерстве? - сказала Гермиона, недоверчиво. - Да. Ум Гермионы бросился назад к тому дню, пытаясь вспомнить его с этой новой перспективой. Гермиона считала это невозможным... как? Затем она вспомнила первую встречу с Беллатрикс. Она вспомнила, как у нее перехватило дыхание, когда она впервые увидела, впервые в жизни, темную силу природы, которой была Беллатрикс Лестрейндж. Она вспомнила теперь, что в тот момент, когда их глаза встретились через комнату, Гермиона почувствовала странное соединение. Несмотря на шум, хаос, взрывы и проклятия вокруг, она чувствовала, что на одну секунду они были единственными в комнате. Гермиона вспомнила, как у нее подкосились колени и сердце ушло в пятки. Она списала это на страх, тогда, на понятную панику; отрицая тот факт, что она не могла выкинуть образ Пожирателя смерти из своей головы с тех пор. Гриффиндорка покачала головой. - Невозможно! Вопреки ее эмпатическому утверждению, однако, ум Гермионы немедленно был заполнен ночными снами, которые повторялись без исключения с тех пор, как они встретились в усадьбе Малфоев. Потные образы двух обнаженных и сплетенных тел женщин вышли на передний план ее сознания. Она не могла отрицать, что Белла была предметом некоторых темных фантазий почти каждую ночь с тех пор. До этого момента Гермиона всегда пыталась рационализировать это. Она говорила себе, что это какое-то странное проявление ПТСР, и какой-то больной способ, которым ее подсознание пыталось взять контроль над ужасающей ситуацией, отказываясь признать, что это может быть притяжением. Она была девочкой из Золотого Трио! Она не могла быть привлечена к чему-то такому... темному. Гермиона покачала головой в отрицании. - Я просто не верю в это! - Я ожидала, что ты скажешь это. - сказала Белла тихо. - Вот почему, когда ты вернешься в Хогвартс, чтобы спасти моего племянника, графа Драко-кулу, от прикрытия твоей задницы, ты поднимешься в кабинет директора и скажешь Минерве, что ты готова. - Минерва? Типо директору Макгонагалл? Белла закатила глаза. - Есть ли другие Минервы в Хогвартсе? - Полагаю… нет. Так что я ей говорю, что я готова... готова к чему? - Готова использовать омут памяти. Она ждет твоего запроса. Гермиона покачала головой, отказываясь принимать эту реальность: Беллатрикс Лестрейндж в образе Беллы Блэк. Здоровая. Прекрасная. Прекрасная женщина. Белла Блэк, влюбленная... в нее? В молодую девушку, рождённую в семье маглов, которая могла бы быть ее биологической дочерью? В ведьму, к которой она явно относилась с презрением в прошлом? В девушку, которую она беспощадно мучала? - Я не верю в это. Я не могу. - Я не могу контролировать твои убеждения. Просто иди и поговори с директором. -Но ты... ты ненавидишь меня! Белла вздохнула. - Мы не сможем двигаться вперед, если будем снова и снова обсуждать те же темы. Гермиона, я уже говорила тебе, я не ненавижу тебя! - Ты пыталась меня убить! - Я никогда не пыталась тебя убить. Если бы я хотела, ты бы уже была мертва. Кроме того, если ты вспомнишь, я спасала тебя... дважды... недавно. Гермиона удивленно вздохнула. Два одновременных заклинания. Белла? Гермиона покачала головой, не веря в происходящее. Белла надела солнечные очки и отвернулась от упрямого подростка. - Как Беллатрикс Лестрейндж может быть способна на любовь? И к рождённой от маглов, не меньше? - в голосе Гермионы звучало явное отвращение, и она потеряла контроль, подняв голос. Ее сердце бешено стучало. - Да. Она не может. - Белла повернулась к ней, снова подняв солнечные очки. - Но можешь ли ты принять возможность того, что возможно, просто возможно, Белла Блэк может? Гермиона не слушала. - Ты мучила меня! Ты... прокляла меня! Ты вырезала это на моей руке! Гермиона теперь полностью кричала на темную ведьму. Она вытянула руку в сторону бывшего Пожирателя Смерти, где на руке был едва заживший шрам. - Ах, да. Это. Посмотри на это, Гермиона. Что ты видишь? Гермиона посмотрела. - Это странно... - сказала она. - Что странного? - спросила Белла, полная надежды. - Мой шрам... он стал бледнее с утра. - Что на нем написано? Выражение лица Гермионы снова стало отвращением. - На нем написано то, что всегда было, когда ты написала его, Беллатрикс! - Голос Гермионы звучал жестко. - На нем написано ГРЯЗНОКРОВКА. - О. - сказала Белла тихо. - Не задавай вопросы, на которые ты знаешь ответ, Белла. Не играй со мной! Ты не способна на любовь. -Гермиона встала, оделась и исчезла. Белла закрыла глаза, откинувшись на своем стуле, и если быть честными, сдерживая слезы, которые угрожали вырваться. Затем она открыла глаза, испугавшись, когда почувствовала кончик палочки у своего горла. Гермиона держала бывшую волшебную палочку ведьмы перед ней, готовой к атаке.. - Дай мне одну хорошую причину, почему я не должна убить тебя, Беллатрикс Лестрейндж, или лично не отдать тебя в Азкабан, прямо сейчас. Гермиона говорила низким, грозным голосом, без всяких эмоций. Белла не выглядела испуганной, обеспокоенной или злой. Она выглядела... грустной. - Ну? - прошипела Гермиона, снова надавив кончиком ей на горло. Белла не попыталась схватить палочку или переиграть молодую ведьму, она просто заговорила. - Ну, Гермиона, я не могу предсказать твои действия. Однако, я могу предложить следующее: насколько я знаю тебя, и насколько мне известно из моих наблюдений, ты всегда была расчётливой. Представляю, как тебя будет мучить совесть, если ты примешь необдуманное решение. И если ты последуешь этому решению, ты никогда не узнаешь всю историю, так? Гермиона размышляла над этим. Белла продолжала, контролируя свой тон. - Как насчет этого... пойди и поговори с директором. Послушай остаток истории. Затем, если ты все еще хочешь убить меня или отдать в Азкабан, пожалуйста. Я позволю тебе это сделать. Без лишних вопросов. - Ну конечно. Какие гарантии у меня есть? Слово Пожирателя Смерти. Белла пожала плечами. - Ты можешь взять мою палочку в залог, пока ты не вернёшься. Она там. Белла указала на патио. Гермиона посмотрела, подошла к столу и взяла свою старую палочку. Она была такой... незнакомой. - Странно. - сказала она. - Странно, в самом деле. Знаешь, Гермиона, это действительно удивительная волшебная палочка… - сказала Белла, не отворачиваясь от Гермионы, которая была у стола на веранде. - Она очень сильна в искусстве исцеления. Ты должна была многих...исцелить, за свою короткую жизнь. Гермиона качнула непонятной палочкой взад-вперед. Отстранённым голосом она бормотала: - Ну, попробуй стать лучшим другом мальчика, который выжил, и его рыжего приятеля. В начале нашего обучения, Гарри "лишился костей", к моему ужасу, и я тайно начала учиться по книгам мадам Помфри. Это пригодилось. - Могу представить. Я вылечила свои ребра, колено, левый глаз и спину с его помощью. Как новые. - Ну...повезло тебе, тогда. Она подобрала палочку и вернулась обратно к месту, где откинулась Белла. Положив две палочки в левую руку, она протянула правую к ведьме, лежащей рядом. - Так что, по рукам? - сказала она, протягивая руку. Белла медленно пожала руку Гермионы. Как только их ладони соприкоснулись, обе почувствовали маленькую искру... почти как от электрошока. Обе напуганные, они посмотрели друг на друга. Затем Гермиона посмотрела на свою левую руку. - Что за чудеса? - произнесла она. - Что, Гермиона? - Почувствуй это! Забыв, что буквально несколько мгновений назад она направляла эту палочку против этой женщины, она схватила ее руку и положила ее на палочки, на свою собственную руку. - Ого… - сказала Белла. - Они как бы...звенят, почти. Как это возможно? - Они воссоединились. - просто сказала Белла. Гермиона села на кресло Беллы, рядом с ней. Обе были зачарованы синергией двух палочек и смотрели на их соединенные руки, завороженные. - К сожалению, ты не знаешь о происхождении своей палочки. Но я слышала. Твоя палочка и моя имеют одно и ту же сердцевину - сердечная жила дракона, как ты знаешь. Гермиона кивнула, все еще завороженная. - Но вот чего ты не знаешь, это, что она происходит от легендарного дракона. Аномалии природы. Близнеца, ну, двух близнецов...как это называется? Сиамские близнецы? - Сиамские близнецы. - А, да, спасибо, доктор Грейнджер. Да. Сиамские близнецы. У этих драконов были отдельные конечности, хвосты, мозги; почти полностью отдельные, за исключением одного маленького слияния: их груди. - Грудная клетка. - Да, да... хватит, щеночек! В общем, они были сросшиеся у грудной клетки, и несмотря на то, что у них были уникальные органы везде, они разделяли одно... - Сердце - закончила Гермиона, шепотом, глаза ее были широко раскрыты. - Да. У них было одно сердце. Гермиона не заметила, как близко они сидели, руки переплетены; она была менее чем в футе от лица Беллы. Она моргнула, понимая, что смотрит на старшую женщину. Однако она не отстранила свою руку и вообще не двигалась. - Это должно было быть сложно для драконов...они были отвержены стаей? Гермиона подумала о том, как мало терпимости имеет животный мир к деформациям или аномалиям, которые "ослабляют" стаю. Это было немного похоже на чистокровных, подумала она, иронически. - Нет, наоборот, на самом деле. Это был, возможно, самый мощный дракон того времени. Даже мощнее Василиска, например. - Правда? - Правда. На самом деле, пока дракон был жив, это был самый длинный период мира. Говорят, что в тот день, когда он умер, началась Первая мировая война. - Интересно, сказала Гермиона. - Не так ли? - сказала Белла, смотря прямо в глаза Гермионы. Они сидели там, не двигаясь, руки переплетены вместе, ощущая гипнотическое гудение палочек, которые были сжаты вместе. Впервые Гермиона не чувствовала себя нервной под взглядом этой женщины. Она чувствовала...спокойствие. Бессознательно, она почувствовала, как начинает наклоняться вперед, медленно, говоря. - Ты думаешь...все это время...они пытались вернуться друг к другу? Белла смотрела на губы Гермионы. - Возможно. - Только один раз - шепотом сказала Гермиона. - Один - ответила Белла.И просто вот так, Гермиона, сокращая расстояние между ними и нежно прижимая свои губы к губам Беллатрикс. Она опустила волшебные палочки им на колени и двинулась вперед, протягивая руки в волосы Беллы, разрушая ее беспорядочный пучок. Сумасшедшие локоны обрушились на голову Беллы, быстро запутавшись в пальцах Гермионы, которые сжимали их. Она запустила пальцы в дикую копну волос и углубила их поцелуй. Гермиона, не задумываясь, прижала свое тело к Белле; лишь легкое прикосновение их тел, даже в одежде, заставило ее вздохнуть. Их языки встретились. Это заставило темную ведьму вздохнуть в ответ. - Ммм... Гермиона - стонала она, прижимая женщину ближе, полностью затягивая ее на себя, и страстно целовала ее. Гермиона с голодом искала больше от ведьмы, и когда она почувствовала, что Белла притягивает ее ближе, Гермиона больше не могла отрицать огромное возбуждение, которое пронизывало ее. Она чувствовала, как ее тело горит! Гермиона хотела больше, больше, просто больше! Больше ее рта, ее языка... ей было не по себе от того, насколько она этого хотела. Ни разу в жизни Гермиона не испытывала ничего подобного. Она чувствовала, что ею овладели…Она оседлала Беллу, просунув колено ей между ног, глубже прижимаясь к ведьме, когда та целовала ее все сильнее. Их поцелуи становились все более небрежными и жёсткими от необузданного желания. Белла отклонилась и посмотрела на молодую женщину на себе. У Гермионы был совершенно дикий взгляд, и она зарычала. Белла скользнула рукой вниз по спине Гермионы, под край ее мантии, и под нее. Как только ее руки коснулись спины Гермионы, она вздрогнула, а ее соски стали твёрже. - Мерлина ради… чувствовать тебя так чертовски невероятно… - Белла ахнула. - Я хочу тебя… я хочу тебя, так сильно — произнесла Гермиона, когда ее рот нашел шею Беллы, прижавшись к ее пульсирующей точке. Она засасывала, она кусалась; она даже не знала, что делает. Она почувствовала, как сильнее двигает коленом между ног Беллы, сильнее прижимая его к ее телу. Гермиона задыхалась. Она почувствовала возбуждение… жар. Она не знала. Она не знала, что делает. Но эротический стон, вырвавшийся изо рта этой женщины, должен быть незаконным, подумала Гермиона, потому что он чертовски горяч. Гермиона потеряла самообладание. Она убрала руки от волос Беллы, теперь скользя по ее телу. Ни секунды не колеблясь, ее рука оказалась на правой груди, сжимая ее. - О, мой… Ммммм - Гермиона ахнула, поглощенная ощущением груди Беллы в своих руках, податливой к ее прикосновениям; и она сильнее прижала колено к центру Беллы. Она почувствовала, как ногти Беллы впились ей в шею и спину, и отвлекаясь подумала, что, возможно, у нее текла кровь. Кто-то стонал; может быть, это были они обе. Она не знала. Ей было все равно. Вскоре их губы снова встретились, продолжая изучать друг друга. Они целовались глубоко, безоговорочно. Как любовники. Страстно. Целовались, как будто они были вместе… вечность. Гермиона не выдержала. Ее тело буквально горело. Она была чертовски возбуждена. Полна желаний, что не знала, как сложить все воедино. Она не знала, что делать. Она чувствовала руки Беллы, скользящие по всему ее телу, и это поглощало ее. Гермиона знала одно, и только одно, когда смотрела свысока на женщину, которая вторгалась в ее мечты полтора года… — Возьми меня, Белла, — простонала Гермиона. - Я хочу, чтобы ты… сделала меня… своей Внезапно она почувствовала, как чьи-то руки оттолкнули ее. - Нет… нет! Не так, нет! Гермиона… мне так жаль… - Слезы пошли из глаз Беллы. - Какого хрена? Что? — сказала Гермиона, ошеломлённая. Она чувствовала, как руки Беллы гладят ее лицо. Гермиона была в ужасе. - Ты…. Разве ты не чувствуешь то же самое, Белла? О, честное слово, я так… Белла немедленно перебила ее. - Стоп, стоп, стоп! Гермиона… моя красивая девочка… ты нужна мне больше чем воздух. Я хочу тебя больше всего на свете. Белла села, опустив свой топик, и крепко обняла Гермиону, поцеловав ее в макушку. - Моя красивая Гермиона, я так хочу тебя… это правда! Но… Я не хочу тебя… так. Гермиона отстранилась от ее объятий, пытаясь найти в ее глазах хоть каплю злости. Не найдя ничего подобного и вздохнув с облегчением, она произнесла тихо: - Прости, Белла. Это я во всем виновата. Я… я воспользовалась ситуацией… - Нет. Ты ничего плохого не сделала - Белла перебила ее, резко. - Я просто хочу… Подождать. Пока не буду уверена, что это что-то настоящее. Гермиона кивнула, поднявшись на ноги, разглаживая свою одежду. - Прости меня? Белла спросила, нежно. Гермиона вздохнула. - Нечего прощать, Белла. Как только она готовилась аппарировать, она обернулась и бросила свою старую палочку на колени Беллы. - Вот - Она сказала. - Тебе это понадобится. У тебя развивается весьма заметный, эм, синяк… на шее. Гермиона повернулась и тихо произнесла: - Башня Гриффиндора И вот так, она исчезла, оставив в шоке ведьму, которая трогала свою шею, прежде чем она исчезла во тьме. XOXOXOXOX Драко вздохнул с облегчением, когда услышал, как Гермиона шепчет ему из-за статуи, что она вернулась. Ему совсем не хотелось объяснять директору Макгонагалл потерю девочки из Золотого Трио. Однако его улыбка исчезла, когда он хорошенько ее рассмотрел.. - Гермиона! У тебя кровь... на шее! - О... да? - Она сказала замечтавшись, потрогав свою шею. - Боже, я, должно быть, наткнулась на какие-то шипы, даже не осознав этого! Как я ненавижу аппарацию! - Она фыркнула. Драко выглядел не убежденным. - О, остынь, граф Драко-ула. Все в порядке! Я собираюсь идти в свою комнату и привести себя в порядок, ладно? Она повернулась в сторону своей комнаты и почувствовала руку на своей. - Гермиона… Драко был бледным. -Что? Она сказала, раздражённая. - Только один человек когда-либо называл меня так раньше - Он сказал, с широко раскрытыми глазами. - О чем ты говоришь? - Это прозвище. Это была наша маленькая "тайна", когда я был маленьким. Это прозвище, которое моя тетя использовала, чтобы звать меня… - Тебе идет. - Она сказала с уверенностью и поспешно ушла в свою комнату. Когда она была в безопасности внутри стен своей собственной комнаты, дверь заперта, защита поднята, она наконец-то выдохнула. Она дрожала, снимая свою одежду. Душ освежит мою голову, она подумала с облегчением. Она отодвинула занавеску, заметив что-то странное. Она прищурилась, и снова посмотрела. Осознав, что ее глаза ее не обманули, она вздрогнула. Там, на ее руке, шрам изменился, снова. Последние две буквы исчезли! Ее шрам побледнел, и теперь читалось только: MUDBLO Гермиона стояла там, что казалось вечностью, глядя на него, пока наконец не вошла в душ и решила выкинуть это из головы, по крайней мере, на данный момент.