Моя слабость

Знаете, я всегда был таким: непосредственным, раскрепощенным, возможно, любознательным и... странным. Эта моя странность заключалась в том, что меня всегда привлекали девушки много младше. Не подумайте, я не извращенец или педофил какой, вовсе нет! Просто с ними было интересно. Юные, порой робкие женские сердца каждый раз замирали, когда я соглашался рассказать им о своей взрослой жизни, поделиться опытом будь то в литературе, науке, искусстве или, несомненно, в сексе. Еще со школы я задавался вопросом о том, почему же я такой? Почему всем моим друзьям нравятся ровесницы или даже девушки постарше? А я же нахожу особое упоение в развращении нетронутых и наивных девичьих представлений о реальной жизни за пределами школы, института и родительского дома. Таким образом, я увлекся психологией, чтобы в первую очередь понять себя. По этой причине мне пришлось поступить в педагогический вуз, после окончания которого я стал учителем психологии в средней школе. Это был мой первый учебный год, когда педагогическая практика начала приносить мне хоть какой-то грошовый заработок. Преимущественно женский коллектив воодушевленно встретил нового мужчину - члена их гордой ассоциации «несчастных женщин, срывающих свою злобу на детей». Вообще, закончив институт, я понял две вещи: во-первых, взрослые всегда стремятся переложить свои конфликты на младших воспитанников, во-вторых, психология не даст мне ответа на вопрос, который мучил меня все эти годы. На общем собрании педсовета, который был проведен тридцатого августа, я понял, что все учителя, включая директоршу, страдают недостатком мужского внимания. Женщины, не стесняясь своего возраста, строили мне глазки и всячески старались обратить на себя внимание. Престарелая математичка оказалась самой наглой: она подсела ко мне совсем близко и со страстью в голосе спросила: «Вам нравятся октаэдры, молодой человек?» Что? Баба, кажется, совсем сбрендила из-за своей алгебры... или геометрии? Я лишь вежливо покривил улыбку в ответ и отвернулся к директорше, делая вид, что очень интересуюсь туфтой, которую предводительница этого «притона разврата» старалась донести аудитории.