Моя слабость

Шли недели, и я приноровился вести уроки в девятом «В» без ужасающих для себя последствий. Стараясь вовсе не глядеть в сторону девушки, безраздельно властвующей моими мыслями денно и нощно, я вел уроки, всегда стоя или прогуливаясь между рядами. Наверное, меня радовала эта меленькая победа, ведь выход был найден. Казалось, девушка даже сердится на меня за это, но я был безгранично горд собой и непреклонен. Так наступила зима, и я после уроков всегда задерживался, чтобы обкидать моих любимых учеников недавно выпавшим кристально чистым снегом. Он был липким от еще теплой погоды и очень податливым. Но холода надвигались, и наши игры во дворе становились все реже и реже. Зимние каникулы заставили меня чертовски скучать не только по классу в целом, но и по Алисе. Мне ужасно ее не хватало, я считал шаги, крутясь в крохотной съемной квартире, чтобы не умереть от скуки. В один прекрасный день меня осенило: нужно зайти на давно заброшенную страничку в соцсети и добавить девушку, заставлявшую меня лезть на стену от острой нехватки общения. Я радовался как ребенок, когда обнаружил бунтарку в «заявках в друзья». Тем же вечером она откликнулась на сообщение, посланное мной. Теперь мои дни стали проходить веселее. Я был приятно удивлен, когда узнал, что мы с девушкой имеем много общего: музыка, увлечения, взгляды на политику (да-да, она и в этом отлично разбиралась!), спорт, науку, современные технологии и тенденции в мире игровой индустрии. Но чем ближе мы общались, тем больше я понимал, что играю с огнем. Это просто не допустимо - влюбиться в ученицу школы. Конечно, я предпочитаю молодых девушек, но у меня еще работает голова, ведь это подсудное дело! Меня лишат педагогической практики или, того хуже, посадят в тюрьму! Кажется, она тоже все понимала и даже сожалела о том уроке, когда учинила со мной маленькую «шуточку». С началом новой четверти мы старались держаться друг от друга подальше. Наши отношения принимали рабочий характер, но мы оба каждый вечер сломя голову бежали пообщаться через чудо двадцать первого века - всемогущий Интернет. Но коварная весна, заставляющая голову идти кругом, а сердце гореть, окончательно разбила наши попытки заглушить чувство, возникшее между нами. В силу возраста и положения, я все же держался молодцом и не позволял себе лишнего, но на страницах непрекращающейся переписки можно было видеть откровенный флирт с юной воздыхательницей. Одним прекрасным днем я решил заглянуть в учительский туалет, чтобы справить нужду перед очередным уроком в девятом «В» классе. У меня было отличное настроение, а птички в моей душе весело щебетали, напевая мотив какой-то очень жизнерадостной песенки. Учительский туалет запирался на дверь с кодовым ключом, а изнутри он закрывался на шпингалет. На свою беду, решив подпеть птичкам в моей голове, я случайно забыл закрыть эту злосчастную дверную задвижку. Неожиданно замок двери уборной щелкнул, и я услышал, что кто-то решил потревожить мое туалетное спокойствие. «Какой же конфуз меня ждет!» - пробежала мысль, как я увидел перед собой не кого иного, как... Алису! Вот же бесстыдница, она следила за мной! Я расторопно отвернулся и засунул свое хозяйство обратно в ненавистные брюки, едва успев застегнуть ширинку. Девушка решительными движениями направилась ко мне. Она распустила свои шикарные густые волосы, которыми я всегда невольно восхищался, слегка одернула юбку, бросила свою сумку рядом с дверью туалета и исправила мою тупость, закрыв дверь на шпингалет. - Не надо, - дрожавшим и напуганным голосом сказал я, умоляюще протянув руки вперед. - Я больше не могу терпеть! - ответила она, продолжая свои движения. Я попятился к окну. Благо, то было закрыто уродливой фанерой, чтобы никто не видел происходящего здесь с улицы, ведь туалет был на первом этаже! Бунтарка подошла вплотную и крепко ухватилась за мой «ствол», молниеносно приведя его в состояние боевой готовности. В следующую минуту она опустилась на колени и попыталась стянуть с меня штаны. Я, отчаянно сопротивляясь, вцепился мертвой хваткой в ремень и оголдело смотрел на нее. Девушка, бесстыдно глядя мне в глаза все тем же возбуждающим взглядом, что я ловил на себе до зимних каникул, приоткрыла свой ротик и обхватила губами набухшую неровность моих штанов. Подумать только: пара миллиметров ткани сейчас сохраняла мою непорочность с этой баловницей. Вы спросите: А что ты чувствовал тогда? И я отвечу: - О боже, я хотел ее так, как никогда и никого в жизни не мог хотеть! Мои руки слабели под ее натиском. Через ткань я почувствовал, как теплая влага уже касается моей плоти. Я сдавался, закусив губу, чтобы не произвести стона, который бы только подбодрил мою подругу. Почти надломленный, я поднял голову к небу и закатил глаза. Юная искусительница мигом вскрыла незамысловатую застежку моего ремня. - Алиса, что ты делаешь? - едва уловимо прошептал я. - Заткнись! - указала ученица. Вдруг замок двери вновь щелкнул, и дверь дернулась под чьим-то натиском, но шпингалет нас спас. Моя проказница не хотела останавливаться, но очередная попытка взлома все же заставила ее прекратить издеваться надо мной. - Занято! - как-то смог выговорить я. - О, Александр Григорьевич! Поторопитесь, скоро начнется урок, а мне тоже надо успеть! - закричала спасавшая мое положение математичка. - Ольга Петровна, сходите в другой туалет, на втором этаже! - попросил я. - Нет, само сердце вело меня на встречу с Вами! Я хочу сюда! Алиса, вставая с колен, громко рассмеялась, я едва успел закрыть ей рот ладонью. Сам я тоже невольно улыбался. Вот же извращенная баба! - Вы там не один? - что-то заподозрила «хищная пантера» за дверью. - Как можно!? - возмутился я и шепотом добавил: - Тебе придется лезть в окно! - Черт! - выругалась девушка. - Ты же знаешь, эта карга не отстанет. Алиса, недолго думая, подошла к окну и ухватилась за перекладину верхней форточки. Тогда я заметил, что окно полностью не открыть: оно заколочено гвоздями. - Что уставился как баран на новые ворота? Помоги мне! - буркнула авантюристка. - У Вас все хорошо? Я слышу какой-то шум! - опять дала о себе знать неугомонная женщина по ту сторону двери. - Не стыдно ль Вам подслушивать, Ольга Петровна? Это мужские дела делаются! - откликнулся я. Я последовал указаниям своей ученицы и, прикоснувшись к ее попе, стал выталкивать девушку на улицу. Машинально мой взгляд пал ей под юбку, и слегка намокшие белые трусики выдали отношение хозяйки к недавно произошедшему факту. Я вновь почувствовал тесноту в области ширинки. Когда юная искательница приключений была спасена, я открыл двери заждавшейся Ольге Петровне. Чтобы не выдать себя, я слегка нагнулся и взялся за живот, имитируя острую боль и жуткое несварение. - С Вами все в порядке? - спросила учитель математики. - Как видите, живот разболелся, - ответил я, скорчив недовольную гримасу. - Уже уходите? - Вообще-то у меня урок! - воспротивился я, стараясь побыстрее сбежать от похотливой старушки. Я уже отошел на метр от злополучного туалета, как вновь услышал голос Ольги Петровны: - Это Ваше? - спросила она, указывая на забытую Алисой сумку. - Э... да, это мое... чье же еще? - стал неубедительно мямлить я. - Странно, она с кошечками, - начала разглядывать сумку женщина. - Сейчас так у мужчин модно! - прикрикнул я, мгновенно схватив сумку. - Не понимаю я вашу моду, молодежь! Я, прикрыв свою до сих пор не успокоившуюся крайнюю плоть, стрелой побежал прочь. Женщина, глядя мне вслед, еще, наверное, с минуту никак не могла зайти в туалет и заняться своими делами.