Моя слабость

Спустя три месяца после моего знакомства с девятым классом, я чувствовал совершенную раскрепощенность и легкость в общении со всеми своими учениками. Оказалось, что они все очень способные дети, которых просто отказываются понимать взрослые. Мне было проще: я всего чуть больше пяти лет назад сам сидел за школьной партой. Время от времени я начал ловить на себе странные взгляды моей любимой ученицы-бунтарки. Прошу прощения за неловкость, кажется, я до сих пор не познакомил Вас с моей лучшей ученицей - черноволосой мятежницей - Алисой. Однако в последнее время она меньше стала спорить со мной, больше слушала, я даже начал беспокоиться, все ли с ней в порядке. Девушка лишь кивала головой и отводила взгляд. Все проверочные она писала исключительно на «пятерки», а по ее небольшим эссе я понимал, что юную особу очень заинтересовал мой предмет, что она читает не только школьный учебник. В один из дней она заявилась сама на себя не похожая: школьная форма с юбкой в клетку на японский манер, весьма открытая белая блузка и аккуратные туфельки на небольшом каблучке. Девушка была весела, даже игрива, что, несомненно, меня обрадовало. С приподнятым настроением я начал урок. По обычаю, стал начитывать материал, чтобы к концу урока мы смогли проиграть какую-нибудь сценку, как заметил, что моя лучшая ученица не сводит с меня глаз. Я вопросительно глянул на нее, она стояла на своем, продолжая пялиться, слегка отклонившись на спинку стула. Взгляд девушки потряс меня, она смотрела с каким-то желанием, страстью и похотью. Я, смутившись и сглотнув слюну, отвернулся и продолжил что-то рассказывать классу. Дальше было только хуже. Она незаметно под партой скинула с себя свои новые туфельки и едва прикоснулась носочком своей ножки к моим брюкам. Я покраснел, когда девушка стала скользить по моей ноге, направляясь все выше к моему мужскому достоинству. Мои мысли стали путаться, взяв листочки с конспектом материала, я уткнулся в него и стал читать непонятные слова, изредка запинаясь. Я ощущал жар и неумолимый взгляд вожделения со стороны юной соблазнительницы. Когда она достигла желаемого, я почувствовал напряжение в нижней части своего туловища. Казалось, что я вот-вот сделаю дырку в столу, чему мои черные строгие брюки только способствовали. Зайди сюда какой-нибудь учитель, я бы не смог и пошевелиться, не выдав себя. Штаны-предатели сковывали все движения, делали из меня заложника собственного положения. Становилось все сложнее что-то плести, во рту все пересохло, а нахальная ученица все продолжала прощупывать и исследовать свою новую «игрушку». Неожиданно для меня конспект закончился. Нужно было начинать сценку, но ни одно слово не лезло в голову. Я был полностью погружен процессом, происходившим под учительским столом. Девушка, казалось, не собиралась заканчивать, а вот я был уже напряжен до предела. - Теперь будем обыгрывать материал, Александр Григорьевич? - послышался голос одного из учеников. «О, да, сейчас мне только «обыгрывать», - пронеслось в голове, - черт, что же делать?» Риск быть замеченным возрастал, потому что дети больше не строчили материал урока, а с любопытством ждали практического занятия. - Все... свободны, - еле удалось промямлить мне. - Но как же? Еще целых пол-урока! - сопротивлялись дети. - Идите! - Ну, пожалуйста, мы хотим показать себя, дайте нам шанс! - продолжали они настаивать. Я резко опустил листочки, прикрывавшие мое лицо, подался вперед, чтобы максимально отдалить «игрушку», которая начинала взрываться праздничным фейерверком, от девушки и прокричал: - Урок «кончен»! Вы свободны! Дети, испугавшись моего разъяренного вида, мигом засуетились, убирая свои тетрадки и ручки по сумкам. Ребята спешно стали выходить из класса, а моя обольстительница, по всей вероятности, никуда не торопилась. Она медленно укладывала школьные принадлежности в свою черную сумку через плечо, белая мордочка с розовым бантиком Hello Kitty издевательски смотрела на меня. Чувствуя совершенное бессилие, я стукнул лбом об стол, а девушка, по-видимому, добившись своего, покинула кабинет, оставив за собой мятно-аскорбиновый запах волос.