Кактусы

- Серёж... Меня так ломает, - Арсений лежал рядом после очередной сессии. - Мне нравится тот результат, к которому мы идём, но мне... Некомфортно. В начале сессий я не слушаюсь, но ты меня подчиняешь. А после сессий я так переживаю, что мог быть неискренним, мог расстроить... Или недостаточно стараюсь, потому что каждый раз тебе приходится заново показывать, где моё место. Брюнет свою голову сложил на чужую грудь. - Арсюш, это ощущение неприятны, но нормальны. Их нужно перетерпеть. У тебя сейчас диссонанс в голове от того, что меняется твоё поведение. Ты всё больше раскрепощаешься, всё больше доверяешь и от этого труднее перестроиться. Тебе просто нужно время. Я думаю, что сейчас пойдёт на пользу сократить количество обычных сессий и увеличить количество маленьких, незначительных. Это поможет проработать именно поведение. - Хорошо, - звучало вроде логично, а кто Арсений такой, чтобы не доверять своему доминанту, он же тоже волнуется за него. Но прошёл месяц и всё осталось прежним. - Сергуль... Я плохо сплю. Мне некомфортно. Как будто ничего не поменялось... Я весь на нервах... Давай сходим, пожалуйста, к специалисту, - Арсений и правда выглядел уставшим, невыспавшимся. Сказывалась и полугодовая отчётность. Но дело было не только в ней. - Конечно, - разве может он отказать? - у тебя есть хорошие врачи на примете? Или поищем вместе? - Вместе. Серёжа опаздывал. Он же даже выехал пораньше, но чертовы пробки... Хоть пешком иди. Из среднего ряда даже не выехать никуда. Впереди авария и светофор... При всём желании он не успевал. - Арс... Прости, пожалуйста, тут пробка мертвая, мы совсем не движемся, я уже час стою. Я наберу сейчас кого-нибудь, попрошу прийти, повести машину, а сам на метро к тебе... Но я точно опоздаю. - Ничего... Я начну без тебя, ты только приедь, пожалуйста... - Конечно-конечно... Я не хочу оставлять тебя одного. Если совсем получаться не будет, я всегда на телефоне, хорошо? - Угу... - Арсений сидел у двери кабинета. Он нервно включал и включал телефон, следя за временем. - Арсений Сергеевич и Сергей Борисович, заходите, - выглянул врач. Неровно выдохнув, сабмиссив зашёл в кабинет. - Что вас беспокоит? - специалист взял листы бумаги, готовый записывать жалобы. - Мне кажется... Я в какой-то момент перестал слушаться своего доминанта. - В каком именно смысле? Арсению не хватало Серёжи рядом. Хотелось банального "подержаться за ручку", чтобы было проще. - В начале наших отношений он меня всегда хвалил за примерное поведение... Я был тактичен, учтив, смирно сидел рядом. А сейчас... Как от рук отбился... Он ставит меня на место, но мне некомфортно от того, что ему это приходится делать из раза в раз. - А что ваш доминант говорит по этому поводу? Вы обсуждали это с ним? - Да... Он сегодня должен был приехать, но где-то в центре встал в пробке... Надеюсь, успеет к концу приёма. А вообще Серёжа думал, что это из-за переучивания. Мы не очень давно вместе... Он после заключения договора дал мне большую свободу. Это для того, чтобы я не боялся ошибаться, не боялся расстроить его. Я ему доверяю, я считаю, это было правильным решением. Мы хорошо проработали этот момент. И.. Я не понимаю, что сейчас идёт не так. Мы не ссоримся, много разговариваем, обсуждаем всё, что не понятно. У нас всё действительно хорошо... - То есть вы чувствуете дисгармонию с собственным психотипом? - Да, наверное, да... - Вы пробовали медитации? - Пытался... Бесполезно. - Йога, физическая активность? - Да. Мой доминант придерживается здорового образа жизни, соответственно и я с ним. Каждые выходные, если мы не планируем серьёзную сессию, у нас катание на лошадях или зарядка на свежем воздухе. Мы ездим на роликах, велосипедах, Серёжа даже умеет на скейтборде. Он внимательно следит за тем, чтобы в моей жизни было достаточно спорта. Врач несколько призадумался. - А через сколько, вы говорите, приедет ваш доминант? - Он уже подъезжает к нужной станции метро, - Арсений увидел сообщение в телефоне. - Хорошо... Тогда, пока его нет, я объясню вам, в чем может быть дело. Смотрите. Организм сабмиссива устроен так, что нуждается в постоянном, пусть и минимальном, контроле. Я думаю, вы это знаете. В вашем случае объективных причин для такого состояния нет, поэтому, скорее всего ваш доминант... Как бы не справляется. Вам нужно, чтобы с вами были строже. Я не уверен, что Сергей вам подходит. Часто подобное ведёт к плохим последствиям... - Нет. Он может быть строгим. Очень строгим... - Арсений вспоминал, как поначалу его учили сдерживать оргазм. - Просто, наверное, волнуется, что я ещё не готов к новому этапу. Он ведь может поставить меня на место, может приручить... - Что ж... Это замечательно. Тогда, когда он приедет, я объясню ему, что стоит делать. В дверь постучали. - Здравствуйте, - Матвиенко заглянул в кабинет. - Можно? - он увидел Арсения, но не зашёл сразу, вдруг сейчас ему нужно побыть в коридоре. - Да-да, проходите, - врач указал на место рядом с брюнетом. - Мы уже о многом поговорили с Арсением и, кажется, нашли причину его недомогания. Сергей, скажите, насколько строго вы относитесь к своему сабмиссиву во время сессий? - Попов аккуратно взял мужчину за руку, для него этот приём был действительно трудным. - Я отношусь достаточно лояльно. Глобально мы находимся на самом первом этапе обучения. Я делаю всё, чтобы Арсений не боялся ошибаться, не боялся использовать стоп-слово, мог сам направлять меня во время сессий и остановить, если что-то пойдёт не так. - Возможно, в этом и проблема. Вам стоит сузить рамки. Усильте контроль и ограничьте свободу. Например, используйте поводок. Арсений покраснел и неловко поправил прядь за ушком. - Понимаете, - абсолютно спокойно говорил доминант, - мы придаем большое значение традициям и обычаям, поэтому поводок - больше чем просто контроль. А мы, наверное, пока не готовы заключить брак. - Хорошо, в таком случае обычный бондаж. Я так понял, что во время переучивания вы дали большую свободу сабмиссиву. Попробуйте начать её ограничивать. - Я волнуюсь, что мы могли не полностью проработать все... Аспекты. - Я поговорил с Арсением, думаю, что он вполне готов к большему. А вот это ощущение вседозволенности - верный признак того, что ему стало слишком легко и того, что он вам достаточно доверяет. - Хорошо, - Серёжа спокойно выдохнул, всё-таки специалисту в данном случае виднее. - Если возникнут ещё вопросы, обращайтесь. В остальном у вас всё хорошо. Я, на самом деле, не часто встречаю пары, которые предпочитают такое включение сессий в жизнь и чувствуют себя при этом комфортно. Даже в качестве профилактики вам нечего посоветовать... Вы и так всё делаете. Арсений улыбнулся этой фразе. Он знал, что Серёжа действительно прекрасный доминант. И их отношения, стоит признать, в большей степени удачные благодаря нему. Сам Попов только слушается, предлагает новые техники и позволяет себя подчинять. А Матвиенко готовит сессии, учится использовать новые девайсы, читает огромное количество специализированной литературы, составляет индивидуальные планы "занятий", следит за своим сабмиссивом, но тут нужно сказать, что Арсений помогает. Он никогда не скрывает своих ошибок и всегда идёт с повинной к своему доминанту. И Серёжа доверяет. Знает, что не обманут. Если Арсений пропустил одну тренировку в отсутствие доминанта по не уважительной причине... Заленился, например. То он всегда об этом честно напишет. И вечером по видеозвонку обязательно сделает её, добавив штрафные упражнения. - Мне показалось, что ты обиделся, - они вышли из кабинета. Арсений был действительно напуган, когда специалист сказал эту фразу "не справляется". И ещё больше испугался, когда понял, что это всё услышит Серёжа... Для доминанта это сродни оскорблению. - Это, конечно, немного задевает самолюбие, но твоё состояние мне важнее. Прости, что опоздал... - Ничего, а где машина? - Всё ещё в той пробке, я попросил Диму помочь. - Спасибо, что приехал. Для меня это было очень важно, - Арсений крепко обнял мужчину, он слишком устал за последнее время. Серёжа стал действительно строже. Баловаться теперь не представлялось возможным. Матвиенко, постепенно ограничивая свободу, начал наказывать даже за малейшие провинности, и Арсения отпустило. Как будто даже дышать стало проще. Никаких лишних телодвижений. Всё строго по заданию. Серёжа сам стал замечать, каким спокойным и умиротворенным остаётся его сабмиссив после сессий. Он почти сразу засыпает, а утром лезет с нежными поцелуями и объятиями. Сократилось и количество ошибок в отчётах, Арсений начал успевать сдавать всё в срок. Матвиенко им гордился, хоть и корил себя, что не смог вовремя понять, что нужно его сабмиссиву. На обед Попов пришёл в столовую, но Серёжи на их обычном месте не было. Он мило беседовал с какой-то девушкой-сабом. Та кокетничала и объективно строила глазки. Сказать, что Попов ревновал - не сказать ничего. Но он старался успокоиться. Серёжа любит только его, только на него смотрит с обожанием, только ему приказывает... Арсений нервно крутил браслет с инициалами на руке. - Сергуль, а кто это? - Арсений мысленно перемалывал суп в пюре. - Маша из отдела кадров, она спрашивала, какие специалисты нам нужны. Сабмиссив старался остыть, ревность ведь не обоснованная... Матвиенко со всеми тактичен, особенно с сабмиссивами. На каком-то корпоративном празднике Серёжа галантно помог встать беременной девушке, придерживая за руку и слегка за спину. Надел на неё куртку и проводил из ресторана. И только сейчас в голове у Арсения щелкнуло. Серёжа хочет семью. Он так вежлив с девушками и приветлив с детьми... Наверняка его доминант мечтает о собственном ребёнке, о счастливой, покорной жене, с которой секс не ограничен в количестве. Арсений уже видел эти картинки в голове, где Серёжа гладит беременную Машу по животу, целует её... А она, такая радостная, с кольцом на пальце и красивым чокером... С Его инициалами. От этих мыслей что-то сжималось внутри и слёзы сами наворачивались на глаза. Но ведь... Если любишь, отпусти, да? Серёжа будет счастлив без него... Арсений пытался отключиться, расслабиться... Обычно нравившаяся порка не приносила ничего, кроме боли. В голове плотно засели мысли о расставании. Попов знал, уйдёт сам. Но как же больно было даже думать об их последнем разговоре... В ящике стола на работе уже лежало заявление на увольнение. После особенно сильного удара он не выдержал, упал на бок и заплакал, сжавшись в калачик. Даже без сказанного Арсением стоп-слова Серёжа понял - что-то не так. - Арс... Арсюш... - он отложил плеть и присел рядом, стараясь хоть как-то приобнять мужчину. - Что случилось? - Мне плохо... - единственное, что он смог из себя выдавить, заходясь в плаче. - Чшш... Тихо-тихо, - доминант гладил по голове, пытался успокоить, показать, что он рядом, но параллельно осматривал мужчину, пытаясь понять, что он сделал не так. - Арсюш... Расскажи мне, что тебя беспокоит. Я ударил слишком сильно? - Нет... - из глаз катились слезы, он всё ещё лежал на полу. - Что-то болит? - Нет... - болели ягодицы и ноги, но сейчас это не имело значения. - Ты о чём-то переживаешь? - Да... Очень сильно... - Арсений разревелся ещё пуще. Стыд, обида, горе - эмоции накрывали с головой. - Поделись со мной, ты ведь можешь мне доверять, - беседу о том, что стоит говорить о своих переживаниях до сессии Серёжа решил оставить на потом. - Ну... Ты... Ты ведь наверняка захочешь семью, детей... - начал мужчина. - А я не смогу тебе их родить. Ты так ухаживаешь за девушками. А Маша, уже весь отдел знает, давно на тебя глаз положила. Вы с ней смотритесь... Она красивая... Она тебе подходит. А я... - он снова разревелся. - Давай расстанемся сейчас, потом мне будет слишком больно, пожалуйста... - сердце как будто разрывалось изнутри. Не хотелось верить, что вся эта сказка, в которой он жил почти год, может вот так оборваться. Кто он без Серёжи? У него снова не будет доминанта, он снова будет гладить кактусы в одиночестве... В голове моментами пролетали их сессии... От первой и до последней... Везде Серёжа заботился, оберегал, учил, иногда даже ставил на место, подчинял. Это был лучший доминант в его жизни... И он точно заслуживает счастливой семьи, детей, которых вырастит достойныии людьми... Если бы Арсений был девушкой, он был бы счастлив вынашивать его ребёнка. - Арс... - Серёжа не мог подобрать слов. Попов тоже ревнует... Только в отличие от Матвиенко он винит себя, а не партнёра. - Неужели ты думаешь, что мне интересны другие сабмиссивы? Я однолюб. Для меня есть ты и только ты. - Но... Но ты так обходителен с девушками, всегда подаёшь им пальто... Особенно беременным. Ты на них так восхищённо смотришь. - Арсюш, а ты представляешь, какого это носить в себе целого маленького человека? У тебя почти всегда болит спина, меняются вкусы, тошнит от еды, а потом ещё и ходишь неуклюже, как пингвин, не в состоянии даже обувь надеть самостоятельно... Поверь, я бы не хотел, чтобы дорогой мне человек так мучился. Каким бы мазохистом он не был... И потом... Мы не обсуждали эту тему и, возможно, время пришло. Я не хочу детей. Может быть, это эгоистично, но я хочу жить для себя и для моего сабмиссива. Может быть, когда-то я изменю свое решение, но ведь усыновить какого-нибудь прекрасного мальчика-сабмиссива никогда не поздно? - Ты не хочешь детей... - Арсений как-то отрешенно смотрел в сторону. Он не особо над этим думал, но ему хотелось воспитывать кого-то... Вырастить самому целого маленького человечка. - Если ты хочешь, то, я уверен, мы сможем найти компромисс, - заверил доминант. - Мне важно твоё мнение. - А почему именно мальчика-сабмиссива? - Потому что им приходится труднее всего. Я бы хотел просто помочь, заложить очевидные вещи, рассказать, какое отношение к себе он должен требовать от доминантов. - Я бы тоже хотел мальчика-сабмиссива, - Арсений скромно улыбнулся. Девочки-сабы, как правило, очень характерные, да и кто из них сможет объяснить всю гигиену? А с доминантом в подростковый возраст справится только Серёжа. - Хорошо, - Матвиенко всё-таки смог поднять мужчину с пола и посадить, уложив спиной на себя, - но давай не сейчас... - он обвил талию руками. - Давай поживём для себя хоть сколько-то, ладно? - Арсений угукнул и прижался ближе. - А Маша? - Рано или поздно она поймёт, что это бесполезно. Возможно, ей стоит увидеть обручальное кольцо на моём пальце... - как бы невзначай сказал мужчина. - После всего, что я наговорил, ты хочешь расписаться? - было так стыдно... Он ведь мог просто поговорить, просто рассказать, что его беспокоит. - Сядь в кресло и закрой глаза. У меня кое-что есть для тебя. Арсений мигом выполнил приказ, совсем не хотелось ослушиваться. Серёжа где-то копошился, видимо, ища что-то. Наконец, Арсений услышал шаги, Матвиенко подошёл и... Присел? - Открывай, - доминант стоял на коленях, держа в руках ошейник с поводком. Попов закрыл лицо руками, не веря в происходящее. Самая старая и красивая традиция - предложение руки и сердца. Единственный раз в жизни доминант опускается на колени перед сабмиссивом, прося надеть ошейник с поводком. Длина поводка указывает на будущую свободу нижнего. Полтора метра - почти без ограничений... Можно даже прировнять к свободным отношениям. Полметра - самая короткая длина, означающая, что сабмиссив фактически будет на привязи. Длина поводка Серёжи была около метра. - Сергуль... - брюнет снова расплакался. - Арсений, ты не представляешь, как я хочу сделать тебя полностью своим. Я знаю, что ты хотел повременить, поэтому если ты сейчас откажешься, я пойму. Просто хочу показать, что у меня действительно только серьёзные намерения. Сабмиссив пытался сморгнуть слезы, но не выходило ровным счетом ничего. Он дрожащими руками принял новый ошейник. Сняв уже несколько изношенный чокер, он застегнул на шее красивую, достаточно грубую черную полоску. В этот раз инициалы были плотно вбиты в кожу, а не вышиты. - Я согласен, только... Хочу, чтобы поводок был короче. - Я всегда могу намотать его на кулак, - Серёжа ласково улыбнулся, этот сабмиссив теперь только его. Он поднялся с колен. Арсений же наоборот опустился к ногам мужчины, довершая традицию. Остался последний штрих. Брюнет сложил руки за спиной и, опустившись ниже, поочерёдно поцеловал тыльные стороны стоп. Чем ниже поцелуи - тем больше уважение к доминанту. - Господин... Простите меня, я должен был сказать о том, что меня волнует. Извините... Я обещаю так больше не делать и вести себя лучше, - чужая рука зарылась в чёрные волосы, доминант не злился. В полном смирении Арсений принимал все удары ремнем. Он наказан за свой проступок. Брюнет не кричал, не уходил от ударов и даже не плакал. Было больно, но, видимо, организм привык. Он послушно подставлял ягодицы под кожаный ремень. - Работа! - до него дошло не сразу. - Я не чувствую боли. - Ты сегодня поразительно тихий. - Серёжа отложил ремень и взял аптечку, нужно обработать синяки. - Как давно ты перестал ощущать ремень? - Не знаю... Я не сразу понял, господин. Наверное... Это было что-то сродни сабспейсу. - Мне нужно убедиться, что ты достаточно наказан. - Боль ведь не заканчивается поркой, господин. Я ещё недели три буду вспоминать об этом случае, просто садясь на стул. - Тоже верно... Арс, - он развернул мужчину к себе лицом, - почему ты не рассказал мне? - Я... Я не знаю. Мне показалось, что это будет звучать, как обвинение... И я стеснялся... И боялся.. И... Я больше так не буду, - брюнет виновато смотрел на мужчину. - Я исправлюсь, я не хочу тебя разочаровывать. Серёжа видел испуг и стыд в глазах. Его нижний точно изменится и будет ещё лучше. - Вот за это я тебя и люблю, - Матвиенко потянулся за поцелуем. - Ты умеешь признавать свои ошибки и работать над ними. Это одно из лучших качеств для сабмиссива. Ты не представляешь, насколько я счастлив быть твоим доминантом, - Арсений улыбнулся и смущённо отвел взгляд. - Так значит... Возьмём мальчика из детдома? - голубые глаза так просяще смотрели. - Возьмём... Лет через семь. - Через два-три года, - настаивал брюнет, - мы потом будем старые. - Через пять лет. Возьмём постарше. - Но... - Арс, а ты сам-то уверен, что можешь дать хороший пример сабмиссиву? Я только что тебя наказывал. - Через пять, - согласился мужчина, не отлипая от доминанта. Может быть, Серёжа прав. Ему самому ещё учиться и учиться быть примерным нижним. Да и Матвиенко в ближайшее время точно не готов брать ответственность за ещё одного человека. Стоило повременить. Тем более сейчас у них начнётся самое прекрасное время... Время, когда влюбленность переходит в любовь, когда выучены все привычки друг друга, когда можно провести вечер пятницы как в клубе, так и в кровати за фильмом. - У меня есть небольшой подарок... - Арсений смущенно крутил обручальное кольцо. Они наконец-то остались одни после свадьбы. Оба устали, поэтому планировали сразу завалиться спать. - Показывай, не стесняйся, - доминант подошёл ближе и коротко поцеловал. Сабмиссив разделся полностью, повернулся левым боком и показал татуировку с короткой надписью "С.Б. Матвиенко" на бедре. Буквы в точности скопировали почерк доминанта, видимо, Арсений втихую сфотографировал подпись на каком-то документе. - Она временная, - после затянувшейся паузы начал оправдываться мужчина. - Сойдёт через месяц-два, но можно оттереть быстрее. Для настоящей пришлось бы спрашивать твоё разрешение, а я хотел сделать сюрприз, вот... - Арсений нервничал, вдруг он не имел право делать даже временное тату. - Мне нравится, - Попов выдохнул. - Но я бы хотел, чтобы она была у тебя под сердцем. И настоящая. - Правда можно? - сабмиссив просиял, сейчас, когда они в браке, только доминант решает, что делать с его телом. Конечно, многие отходят от этого, делая людей более свободными и равными. Но Попову этого не понять. Зачем стремиться к равенству, когда можно наслаждаться покровительством доминанта? - Да. Но сначала мы убедимся, что у тебя нет противопоказаний. И имей в виду, что на рёбрах бить тату очень больно. Но мне будет приятно, если ты её сделаешь. - Спасибо, Сергуль! - Арсений почти вскрикнул. - Кстати, ради короткой надписи не обязательно было полностью раздеваться... - Ну... - мужчина взял доминанта за руку, положил его ладонь на своё бедро и медленно повёл к ягодицам, - возможно, у меня есть ещё один подарок... - чужие пальцы, касаясь ложбинки, нащупали стоппер от пробки. - Если ты не очень устал, мы могли бы провести первую брачную ночь не за пересчитыванием денег из конвертов... - Сколько ты с ней? - Не больше часа. Вставил, когда отходил в туалет, подготовился утром. - Молодец, - улыбнулся Серёжа. Когда Матвиенко узнал, что его сабмиссив иногда ходит с пробкой больше трёх часов, он провел долгую и поучительную беседу в формате сессии о вреде анальных игрушек при длительном использовании. - Ты ведь просил стек на свадьбу? - Арсений смущённо закусил губу и кивнул. - Я купил нам целый набор. Попробуем что-нибудь сегодня? Сабмиссив тихонечко угукнул и опустился на колени. Внутри всё ликовало, он теперь на своём месте рядом со своим доминантом. Строгим, суровым, не терпящем баловства. Он там, где и должен быть. У ног любимого мужчины.