Изумрудная верность

— Узнал что-то интересное? — Нет, совсем ничего. Эдвард произнёс столь откровенную ложь, что, бейся у него сердце, оно точно бы остановилось от возмущения. Да ещё и кому Мэйсон соврал — собственному отцу! Пускай и приёмному, конечно. Но ведь Карлайл был Эдварду ближе, чем отец биологический!.. — Ясно, — доктор потёр глаза пальцами, словно пытаясь избавиться от усталости; к сожалению, та если и была в теле Каллена, то только психологическая, а с ней такими трюками не справишься. — Жаль. Джаспер ещё выходил на связь? — Нет. Держи. Каллен принял из рук сына телефон и прочитал пришедшие от Джаспера сообщения. Никакой конкретики: приеду через пару дней, да и всё. Когда приедет, в какой аэропорт прилетит или Хейл будет на своих двоих, что произошло и из-за чего он решил покинуть Вольтерру… ничего. Не похоже на Джаспера. — Как-то это отдаёт влиянием Элис, — заметил Карлайл, возвращая сыну телефон. — Я тоже подумал об этом. В любом случае, мы ничего не узнаем, пока эти двое не вернутся. — Думаешь, Элис тоже скоро объявится? Эдвард неопределённо пожал плечами. Может объявится, а может и нет — кто провидицу знает, на самом деле. Ведомая дорогой своих видений, она не раз уже меняла собственные решения в последние мгновения. Ни перед кем, естественно, при этом не отчитываясь. Каллены к такому поведению привыкли. Даже раздражительная Розали, которая не любила менять планы по мере их исполнения. Больше Роуз предпочитала наметить цель и двигаться к ней с уверенностью танка, едущего по загруженной автостраде. Уже поднимаясь на второй этаж, Эдвард услышал замечание Карлайла, сидящего на диване в гостиной: — Не произноси лжесвидетельства, сын мой. — Я… прости. — Всё нормально, — Карлайл необидно хмыкнул, и в этом звуке Эдварду почудилось тепло отцовской любви. — Просто не ври. Нет смысла скрывать что-либо, но, если уж ты решил это делать, то просто скажи о своём решении. Мы договорились? Эдвард привалился бедром к поручню лестницы и пригладил волосы. — Договорились, отец. Прости. — Иди уже, конспиратор. «И как он понял, что я соврал, — думал Эдвард, медленно поднимаясь в свою комнату. — Может, выражение лица? Но он не смотрел на меня, а изучал досье Барбары и Джули. Сердце у меня не билось. Никаких намёков я тоже не делал…» — Ты задерживаешь дыхание перед тем, как врёшь, — услышал Эдвард, уже будучи в своей комнате. — Хватит ходить туда-сюда, надо мной потолок скрипит. — Прости. — Да-да, Эдвард. Я не в обиде. По настоянию Эсме в каждой жилой комнате Калленов появились кровати. Сначала Эдварду было неудобно, — он всё время спотыкался о незапланированную мебель и частенько разламывал её каркас, хоть и сам того не желал, — однако спустя пару месяцев Мэйсон вроде как привык к обновке. По крайней мере, было что-то приятное в том, чтобы лежать на мягком и просто разглядывать жизнь в лесу. Как белки прыгают по деревьям или как осыпаются иголки… правда, из-за этого нового увлечения пришлось тщательнее следить за чистотой стекла. Но, в принципе, не так уж это было сложно: вампиру для мойки одного окна требовалось чуть больше минуты. Зато наслаждаться видами, лёжа в собственной постели, можно было вплоть до следующего дня. Примерно за сутки на стекле накапливался тончайший налёт пыли, от которого всё же стоило избавляться, чтобы не отвлекаться на блеск пылинок при любовании природой. Эдвард лёг, сцепил руки на животе в замок и прикрыл глаза. Узнал ли он за прошедшую ночь что-то новое? Да. Важное? Непременно. Расскажет ли он про это всё клану? Ну… вот тут уже неизвестно. Эдвард решил дать себе немного времени на размышления и личные изыскания, — и на то, чтобы поговорить с Джейком, если он его выловит сегодня, — а ещё стоило бы дождаться Элис. Его сестра наверняка появится в резиденции клана намного скорее, чем им всем казалось. Возможно даже, что раньше Джаспера. — Хм… почему бы не… Эдвард встал с кровати, нашёл среди книг одну уже не нужную закладку и написал на ней послание к Элис. «Надо поговорить, есть информация.» Ниже приписал нынешнюю дату, после чего отнёс закладку в комнату Элис и приколол к одной из декоративных подушек на кровати. Провидица в любом случае вернётся в своём возможном будущем домой и увидит бумажку — Эдвард ведь закладку не собирался никуда убирать. Так что Элис будет знать, что с сегодня её брат ждёт одного маленького хитрого сбежавшего из дома эльфа для приватной беседы. Или не очень приватной — тут уж как пойдёт. Учитывая способ работы Элис со своим даром, было вполне вероятно, что к моменту возвращения в Форкс разговор с Эдвардом для провидицы будет в прошлом. А вот для самого Эдварда эта беседа может даже не произойти. Однако он увидит её в мыслях Элис; после этого ему придётся лишь смириться, что какая-то из его вариаций в бесконечной мультивселенной всё же говорила с сестрой, и что эти двое даже могли к чему-то прийти во время разговора… Ох уж эти условности их даров. Или их проклятий. Хотя в последнее время Эдвард больше всё же причислял себя к одарённым, чем к проклятым. Впрочем, это всё было философией и к реальности пока относилось мало. Гораздо интереснее Эдварду было бы понять, что ему делать со свалившейся ему на голову, — или на уши, если занудствовать, — информацией… Андрэ оказался настоящей находкой. Он действительно долгое время пробыл в Вольтерре, — точнее говоря, рядом с ней, но на полезности его информации это никак не сказывалось, — и многое видел в «странном городе». Нет, до мыслей о вампирах или сверхъестественном у Штольца не дошло. Зато про коррупцию, отвратительных чиновников и гадких богатеев с непомерной жадностью до старых артефактов Андрэ говорил чуть ли не три часа кряду. — Ты понимаешь, дело всей моей жизни! — пьяно икал Штольц, рассматривая муть в своём стакане; по носу у парня катились солёные слёзы, падающие в текилу, намешанную с соком. — И меня вот так взяли и выставили с раскопок! А это я, между прочим, её нашёл! — Её? Задачей Эдварда было покупать выпивку, следить за тем, чтобы Штольц окончательно не уплыл в пьяный бред и задавать правильные вопросы. Затуманенный мозг учёного был подобен паруснику без вёсел или мотора: куда подует — туда и поплывёт. — Да девку эту… — Белз? — Да не твою, блин. Мне на твою вообще хер положить хочется… со всем почтением. Я про девку из кув-ик! -шина. Кувшинное погребение! Сделанное в нашем веке, представляешь? Шестисотые года где-то… но не это самое главное! — А что? — Я еле-еле натёр себе костной пыли на анализ. Пришлось брать охрененно острые ножи из какой-то мега-закалённой стали… в нашей экспедиции такие были только у одного сынка какого-то учёного, я с ним дружбу не водил, так что пришлось того-этого… подворовать немного. Но это же ради науки, смекаешь?! Да и как бы я анализ сделал, если бы не наскрёб материала. — Естественно. — Набрал костной пыли я, совсем чуть-чуть. Едва не угробил этот супер-ножик, потому что кость оказалась крепче всего… зря мы боялись останки вытаскивать из кувшина, ничего бы им не было. Наверняка и крысы о них зубы пообламывали, то-то удалось собрать целый скелет потом из находок… такой чистенький был скелетик, красота просто! Подобные находки для антрополога, чтобы ты знал… — Что не так было с этой девушкой из захоронения? — У-у-у… не хочешь меня слушать, — Андрэ залпом выпил текилу из коньячного стакана и передёрнулся; глаза у Штольца были большими и круглыми, как у филина. — Тело старше кувшина и вещиц, которые были в нём. Понимаешь? Это же чисто древняя фальсификация! — И датировки?.. — Кувшин в нашем веке, делали радиоуглеродный анализ. А девка — точно старше на полторы тысячи лет. Понимаешь, какая разница? Это же пиздец! Он уронил голову на руки и снова заплакал, как большой ребёнок. — И это всё забрал тот урод из Вольтерры! Белобрысая тварь, лишившая меня возможности совершить историческое открытие! Так он ещё и всё, что было в кувшине, тоже забрал! А браслет покойницы отдал твоей девахе — изменяет она тебе, вот что! Ты хоть представляешь, сколько такая штука… у-у-у… Штольца исключили из археологической экспедиции, едва Андрэ принялся возмущаться неправомерностью действий Маркуса — имя забравшего «его прелесть» учёный услышал от Белз. Очень удачно вышло, что Колокольчик что-то спрашивала у вампира. Колокольчик, которая была в Вольтерре. И какого, спрашивается, чёрта? — А в кувшине было что-то ценное? — спросил тогда Эдвард. — Ну… ошмётки промасленной ткани, следы вулканического пепла, следы сухих цветов. Кстати, остатки цветочной пыльцы также нашли в глазницах черепа покойницы. Очень необычный ритуал захоронения. — Да… необычный. — Бармен, ещё текилы! Я надерусь сегодня до отказа печени, не будь я… не потеряй я свою мечту! Ну же, Энтони, давай! За моё прекрасное научное будущее, не чокаясь!.. Эдвард позволил Штольцу напиться до потери сознания, как тот и хотел, и даже в знак благодарности оттащил безвольное тело в ближайший более или менее приличный отель. Оплатив там пребывание на два дня и несколько коктейлей для будущего похмелья Андрэ, Мэйсон оставил учёного одного. От Штольца Эдвард в любом случае узнал всё, что только можно было вытащить из человека. Даже то, что сам Андрэ уже и не помнил — к примеру, то, как ему было хорошо рядом с красавицей-вампиршей и что Эмили Янг больше интересовалась не Белз, а нежданной в Сиэтле кровосоской. Нет, про Белз Янг тоже спрашивала. Вот только, едва услышав про вампиршу, сильно перепугалась и уже начала задавать вопросы про неё. Очень толковые вопросы, выдающие, что Эмили знала больше, чем все Каллены вместе взятые… Не считая Белз, Бри и Элис, само собой. Особенно не считая Элис. В общем, это уже была ниточка. Толстая такая, как канатная дорога; учитывая, что Блэк тоже зачем-то приставал к Эмили Янг, — и даже успел отхватить от её жениха-оборотня по лицу, — то наверняка женщина скрывала что-то… что нужно узнать. И чем быстрее — тем лучше. Вот только Эдвард помнил просьбу Элис, которую сестра выдала перед своим отъездом: — Постарайся ни во что не влезать, твоё дело — клёны. Если что узнаешь, то свяжись со мной. И никому ничего не говори! Особенно Карлайлу. — Карлайлу-то почему? Его опыт мог бы быть полезен, разве нет? — Ну… Вампирша тогда отвела взгляд и расстроенно покусала нижнюю губу. — У него будет сложное время, зачем ещё добавлять ему проблем, да?.. «И он не сможет нормально оценивать события, — добавила Элис мысленно. — Так что не мешай ему делать то, что он делает, но при этом не добавляй информации, хорошо?.. Хорошо». Эдварду оставалось только согласиться с просьбой сестры и надеяться, что Элис всё же вернётся в резиденцию Калленов до того, как ему потребуется связаться с провидицей. К сожалению, вышло как вышло. Мэйсон вернулся к себе в комнату и снова упал на кровать. Утро… Какое-то время Эдвард просто лежал, слушая стук дятла далеко в лесу и надеясь, что скоро раздадутся звуки чужих шагов. Он ждал Джейкоба — пришло время поговорить с парнем. Никто из клана особо к тому не лез, — слишком уж сильно Блэк переживал пропажу девочек, своей волчьей ипостаси и отказ одной из сестёр признавать их родство, — старались поддерживать на расстоянии и не надоедать. Джейкоб уходил, когда и куда хотел, обычно даже без сопровождения. И делал в лесу что-то… что-то. Никто точно не знал, что именно. Роуз и Эммет говорили, что он просто кружил в птичьей форме над кронами деревьев, словно во время охоты. Мог летать так часами, совсем не уставая, а мог сделать пару виражей и спуститься на землю, чтобы такими же кругами ходить между сосен. Непонятно, что именно он выискивал, — и выискивал ли что-либо вообще, — однако даже издалека было заметно, что Блэк впадает в какое-то трансовое состояние. Эдварду сначала вспоминалась история с маленьким клёном, к которому Джейкоб ходил по ночам, но тут, видимо, всё же было что-то другое. Блэк отлично помнил, что он делал во время транса, и даже мог рассказать это, лишь спроси! Однако никто не настаивал, чтобы он всё-таки раскололся и поведал, что же он такого выискивает по одному и тому же маршруту. Едва заслышав чужие шаги, Эдвард мгновенно поднялся с постели, схватил куртку и поспешил на улицу. Хотел было выйти через окно, но в последний момент передумал: судя по мыслям Карлайла, Блэк по лесу шатался всю ночь, — опять! — так что стоило захватить с кухни что-нибудь из еды. К счастью, Эммет перед тем как уехать в город сделал Джейкобу целый пакет с разными бутербродами, а Розали заварила огромный термос с травяным согревающим сбором. Схватив эту нехитрую еду, Эдвард выбежал из дома и направился к Джейкобу. И только подбежав к нему на расстояние где-то в километр, вампир вдруг заметил, что шагов слишком много. Не мог один человек топать за троих! Поняв это, Эдвард нахмурился, замедлил бег и вышел к Джейкобу на обычной человеческой скорости. — Привет, — улыбнулась Мэйсону Элис, приветливо помахав брату. — Давно не виделись, Мистер Меланхолия! Эдвард хмыкнул и удивлённо покачал головой: ну надо же! Он просто не услышал мыслей Элис — те были настолько тихими, что голодные размышления Джейка их просто перекрыли. Но вот то, что Эдвард так же не услышал ни единой мысли девушки рядом с сестрой… Порыв ветра ударил в спину Джейку, Элис и незнакомке — последняя была одета в длинную шубу и укутана так, что Эдвард мог видеть только ярко-синие глаза над крупной вязкой серого шарфа. Однако запах, донёсшийся до Мэйсона, внезапно оказался знакомым. Да настолько, что Эдвард опешил. — Бри?.. — Сейчас не особо, — Элис чуть ли не вприпрыжку добралась до брата, схватила того под локоть и потащила в сторону дома. — Давайте-давайте, вашество, мы почти пришли! — Какой активный ребёнок, — услышал Эдвард от «сейчас-не-особо-Бри». — Поскорее бы уже. Гидья промёрзла до костей. Блэк закатил глаза и, дойдя до Эдварда, выхватил у того из рук термос. Быстро отвернув крышку, Джейк наполнил её травяным чаем и протянул исходящий паром напиток «сейчас-не-особо-Бри». — На. Изнутри согреет. — Благодарю, посланник. Элис любопытно вытянула шею, смотря как «не-Бри» оттягивает шарф и пьёт чай. Глаза у сестры при этом были чёрно-магическими; недолго думая, Эдвард тоже активировал колдовскую способность. Иное зрение давало другую картинку: поверх подросшей фигурки Бри рябью проступала мужская. Мужчина был огромен, — настоящий гигант! — с рыжими волосами, голым торсом и россыпью шрамов-веснушек на бледной коже. Прямо поверх всех этих отметин краской были прочерчены полосы, складывающиеся в рунические ставы и вязи. Сама Бри на таком фоне смотрелась крошечно-сахарной, словно ненастоящей. Куколка рядом со своим кукловодом. Рыжий гигант взглянул на Эдварда, — глаза у странного духа были ярко-синими, как радужки одержимой Бри, — и ухмыльнулся, обнажив крупный желтоватый клык. — Что, скальд, нравлюсь? — Не отвечай, — одёрнула Эдварда Элис. — Вашество, почти дошли до дома. Согрелись? — Змеица, — фыркнул в ответ на вопрос провидицы рыжий. — Детёныш Ермунгарда. — Значит, мы с вами родственники, — не растерялась Элис, на буксире таща за собой окончательно растерявшегося Эдварда. — Идём, идём. Дома наверняка есть еда. Эта новость рыжего обрадовала. — Что-нибудь тёплое, м-м-м… рыбный чай, к примеру. Всегда его уважал. — Если рыба будет, то сообразим. Но что-то мне подсказывает, что готовых супов у нас дома нет. Рыжий пожал плечами, словно говоря, что это его не волнует. Заказал, значит, рыбный чай — он и рассчитывает получить рыбный чай. И ничего другого. Элис хитро взглянула на Эдварда. Как всегда, словно ничего необычного не происходило. Мэйсон вернул себе обычное вампирское зрение и даже головой мотнул, чтобы избавиться от наваждения. Позади раздавались шаги Джейка и Бри, однако Эдвард всё ещё слышал тихую осторожную поступь, не принадлежащую ни оборотню, ни Сырку. — А Белз… — Мы не смогли её вытащить, — помрачнела Элис. — У неё ещё есть дела в том месте, где она сейчас, — добавила Бри; в её голосе Эдвард слышал другой, мужской. — Так что в ближайшие пару месяцев не встретитесь. Хотя… Эдвард обернулся и увидел неестественно широкую ухмылку на лице Бри; говоря откровенно, с таким выражением девушка выглядела донельзя отталкивающе. — Возможно, ты с ней скоро свидишься. Особенный мальчишка, ха-ха. Не хочешь заделаться моим личным скальдом, а? — Ни с чем не соглашайся, — предупредила Эдварда Элис. — Вообще ни с чем. «Не-Бри» расхохоталась. — А если я скажу, что небо голубое? Элис обернулась и показала «не-Бри» язык. — Скажу, что на закате оно розовое, а утром персиковое! И вообще, мы в Форксе сейчас, тут голубого неба практически не бывает. Одна сплошная серость. — Да-да, дочь Ермунгарда. Чую свою кровь в твоих словах… Пускай будет, как скажешь. До дома дошли без каких-либо происшествий, разве что «не-Бри» напевала, — напевал? В каком роду правильно о нём-ней говорить? — что-то на языке, немного похожем на скандинавский. Эдвард пытался не вслушиваться, но всё равно нет-нет да и разбирал отдельные слова довольно грубого наречия. Сам он пытался уложить в голове происходящее. Бри дома. Относительно; пока Эдвард не поговорит именно с Сырком, а не с чем-то, — кем-то, — кто занял её тело, утверждать что-либо было нельзя. Элис, конечно, рядом совершенно спокойная — а значит, всё идёт по плану… только какой у сестры был план, Эдвард даже представить не мог. Ещё было странно, что Джейкоб едва ли не спокойнее Элис. И вообще, во всей этой ситуации нервничали, кажется, только Карлайл и сам Эдвард! Патриарх клана встречал их компанию на крыльце дома. При виде отца Эдвард, если честно, неприятно передёрнулся: было во взгляде Карлайла что-то такое… нехарактерное и, чего уж скрывать, отвращающее. Впервые, глядя на Карлайла, Эдвард действительно, — на самом деле, — понял, что этот человек мог быть действующим членом Святой Инквизиции. «Не-Бри», шедшая сзади, завидев Карлайла, затормозила. Элис, как главный миротворец их маленького отряда, устало вздохнула и взъерошила и без того находящиеся в беспорядке волосы. — Карла-а-айл, — протянула она. — Я тысячу лет дома не была! Давай сейчас без прелюдий, хорошо? Я всё расскажу, только дай мне хотя бы помыться! И вообще, мы с его превосходительством подружились, чтобы ты знал. — Хм. — Мне думалось, что вас всех давно перебили, — протянула «не-Бри». — Удивительно видеть кого-то из внутреннего круга подлецов. Карлайл неожиданно улыбнулся. — Давно меня так не называли, — он приглашающе махнул рукой. — Заходите в дом. Друзья моей дочери… — Твои друзья? — хмыкнула «не-Бри». Улыбка Карлайла стала тёмной, как горький шоколад. — Мои гости, — мягко поправил он духа. — Заходите. — Хочу рыбный чай! — выдала «не-Бри». — Подлец, приготовь его, а? Забавно, что это «подлец» не звучало по-настоящему оскорбительным. Скорее как обычная кличка; даже обидеться было не на что, если честно. — Обойдётесь обычным чаем, ваше превосходительство. Давайте, хватит уже на пороге стоять. Эдвард переглянулся с Элис. Эльф свела глаза к переносице и вытащила кончик языка, кривляясь, как ребёнок. Рассеянно взъерошив её волосы, Эдвард пропустил Джейка и «не-Бри» вперёд. Карлайл позволил Блэку и духовному гостю пройти в резиденцию Калленов, кивнул Элис и зашёл в дом сам. Когда Эдвард решил пройти следом, Элис его остановила. — Поговорить надо, — сказала провидица. — Пошли. Она завела его обратно в лес, настолько глубоко, что, будь Эдвард обычным человеком — непременно бы испугался. Однако как вампир, он понимал, что лишь такое расстояние позволит сохранить конфиденциальность их диалога от Карлайла. — Кого ты привела? — спросил Эдвард, едва они остановились. — Что за дух? Элис зафыркала, словно услышала что-то очень весёлое. — Дух? Бери выше, Энтони. К нам в дом пришёл сам Его Величество Локи, наследный принц Асгарда и Йотунхейма… вроде бы, — не очень уверенно добавила она. — Если честно, мне было не до мифологии, так что единственное, что я о нём знаю, это что по легендам он подарил людям магию. Опять же «вроде бы». — И ты не боишься оставлять у нас дома тёмного бога? — поднял брови Эдвард. — Я тебя умоляю. Там Карлайл. Разберётся как-нибудь. Не маленький, в самом деле. Она пожевала губу, как всегда делал в задумчивости или нерешительности. — Я не смогла вытащить Белз, — сказала Элис; в её голосе Эдвард слышал чистейшее раскаяние, словно неудача была огромнейшим тяжким грузом на хрупких плечах. — Как и сказал Локи, у нашего Колокольчика в Вольтерре ещё остались дела. Эдвард ощутил покалывание — неприятное чувство сродни мурашек у людей. — Вольтерра? — пробормотал он, почему-то совсем не удивлённый этим открытием; в самом деле, после откровений Андрэ Штольца… — Но то, что это не получилось у меня, — продолжала Элис, будто не обращая внимания на растерянность брата, — не значит, что это не выйдет у тебя. Так что вот что ты должен сделать. Выслушав план сестры, Эдвард потёр шею. — И что, это точно сработает? — с сомнением спросил он. — Они меня скорее убьют, чем… Элис мотнула головой. — Не убьют, ты слишком нравишься Аро. А от Карлайла без ума Кайус. Ну а Маркус — от Белз, а ты для Белз брат, так что не станет же он её расстраивать, верно?.. — Ты сама не уверена в том, что говоришь. Элис пожала плечами. — Кто не рискует, тот не пьёт шампанское. Эдвард вздохнул. — Верно, конечно… только мы вампиры, Элис. Я даже если рискну, шампанское пить не буду. — Можешь разбавить кровь газировкой — какие проблемы вообще?