Wrong

— Удовольствие можно получать не только с помощью омег, — хмыкнул Тэхён. Его забавляла наивная неосведомлённость мужчины. — Хочешь сказать, что альфы, которые спят с альфами, действительно существуют? — Чонгук… Какой же ты всё-таки ещё неопытный, — Тэхён цокнул языком, успешно скрыв лёгкий смешок, о чëм свидетельствовали проявившиеся на щеках симметричные ямочки. Чонгук снова невольно выпал из реальности, попадая в плен до боли изысканных черт его лица, но парень резко вернул его к действительности неожиданным вопросом. — А мы сейчас чем по твоему занимаемся?       И правда, что они сейчас делают? Этот вопрос за последние несколько часов Чонгук задавал себе миллионы раз, но каждый из разов старательно выталкивал его из своей головы, повинуясь целенаправленным действиям молодого парня напротив и растворяясь в переливах его уверенного голоса. Осознание приходило медленно, динамичными вспышками, принося глубокое, горькое разочарование. Так в чëм же мужчина был так разочарован? Ответ был уже близко, совсем на поверхности. Он снова посмотрел на Тэхëна. На лице парня он смог различить неподдельный, живой интерес и, возможно, ещё не успевшую сгореть искорку непонятного ему воодушевления. Чонгук понял: он был разочарован в себе. Неужели он настолько пал как альфа, раз спихнул заботу о собственном возбуждении на другого такого же альфу, вместо того, чтобы пойти и разобраться с этим так, как диктуют законы природы.       Наверняка Тэхён уже тысячи раз возненавидел его за это. Чонгук и сам бы себя проклял сейчас: как можно было заставить этого вежливого, отзывчивого парня стать средством для удовлетворения своих собственных сексуальных потребностей.       Но Тэхён смотрел чётко в его глаза, не выражая при этом неприязни или отрицания. Хотя, может быть, возбуждённый мозг Чонгука просто сыграл с ним злую шутку. — Тэхëн. — Да, Чонгук, я вижу как тяжело тебе даётся осознание, — он понимающе вздохнул, согревая тревожно трепещущее сердце мужчины этим простым действием. — Значит, ты не соврал, когда сказал, что с тобой такое впервые. — Нет, просто… — он даже в такой ситуации пытался его поддержать, но мужчине из-за этого было лишь ещё более противно от себя. — Тэхён, если тебе это так неприятно, ты можешь прямо сейчас встать и уйти отсюда, я правда не стану тебя удерживать.       Ответом ему стал заливистый, мелодичный смех, что пробежал по периметру маленькой ванной комнаты, отскочил от кафельных стен едва различимым эхом и так же резко затих. — Боже, Чонгук, я не знаю, что и сказать. Хотя, наверное, слова тут будут лишними, — вместо продолжения парень с громким стуком отставил подарочную коробку, что всё это время держал в руках, в сторону, положил руку на шею мужчины, несильно сдавил и притянул к себе, ловя его распухшие от собственных же махинаций губы своими и затягивая в долгий, чувственный поцелуй, то ли пытаясь успокоить, то ли заткнуть прорывающийся поток никому не нужного раскаяния.       Чонгук не знал и не хотел знать сколько это длилось, ему хотелось раствориться в этом моменте, остановить время и застыть навсегда, будто мраморное изваяние, символизирующее чувственность и настоящее блаженство, тесно граничащее с отчаянием. Краем ещё остававшегося на грани с реальностью сознания он услышал тихое копошение, но так и не придал этому ни малейшего значения, пока не почувствовал нечто холодное и вязкое в районе ягодиц. Следом там же появилась теплая рука Тэхёна с бархатистой кожей и, если сначала Чонгук был настолько растерян, что собирался прервать столь необходимый ему сейчас поцелуй, то уже в следующую секунду расслабился, как и прежде отдавая полную власть над своим телом молодому альфе, который наверняка отдавал отчёт своим действиям гораздо яснее, чем он сам. Вторая рука Тэхёна незаметно оказалась на члене мужчины.       Давно потерявший голову от таких щедрых ласк Чонгук уже и вовсе отключил свою бдительность. Вдруг неожиданно резкая боль сзади заставила его дёрнуться. Один из длинных, аристократичных пальцев Тэхëна медленно вошёл в его анус. — Боже, что ты делаешь? — к глазам подступали непрошенные слезы — то ли от боли, то ли от обиды и непонимания. — Успокойся, Чонгук, ты уже взрослый мальчик, неужели ни разу не слышал, что у альф тоже есть особая точка, которую можно стимулировать только изнутри? — он переместил большой палец второй руки на головку члена мужчины и с лёгким нажимом обвёл ее по кругу, посылая мелкую дрожь удовольствия по всему телу и на пару мгновений заставляя забыть о неприятных ощущениях сзади. — Я всего лишь пытаюсь помочь тебе. Твой член уже горит от трения, скоро ты совсем не сможешь к нему прикасаться. А это, пусть и не сразу, но принесет тебе то самое, нужное удовлетворение. Ты веришь мне? — Верю, но… — Тише, скоро ты поймёшь, как это приятно. Нужно всего лишь немного потерпеть. Можешь развернуться ко мне спиной? Думаю, так будет удобнее.       После этих слов ему стоило бы встать, привести себя в порядок и как можно скорее уйти, но поскольку они принадлежали именно Тэхёну, альфа не мог ослушаться. Он просто не мог себе позволить умышленно потерять и минуты наедине с этим парнем.       Чонгуку не хотелось верить в происходящее. Прямо сейчас другой альфа собирался войти в него пальцами, чтобы доставить удовольствие, о котором он раньше даже не догадывался. И будь на месте Тэхëна кто-то другой — он счёл бы его сумасшедшим, но этому человеку он отчаянно хотел верить, поэтому послушно развернулся и застыл в ожидании, а уже спустя мгновение почувствовал на свой спине лёгкий толчок. — Наклоняйся и упрись на руки, — прозвучало тихо, но настолько повелительно, что Чонгук не смог ослушаться.       А в следующий момент в него проникло сразу два пальца. — Тэхëн. — боль была настолько невыносимой, что он не смог сдержать громкий стон. — Это слишком, — но даже сейчас он думал не о собственных ощущениях, а о том, каково Тэхёну, который прикасается к нему там. Сознание услужливо провело параллель между ним и Чанёлем: у того никогда не было проблем с выделением естественной смазки во время секса, поэтому сам Чонгук никогда не тратил время на растяжку жениха. А Тэхен всё продолжает терпеливо разрабатывать его, время от времени добавляя новую порцию искусственной смазки. — Всё хорошо, расслабься, — вторая рука парня невесомо прошлась вдоль лопаток и ушла вниз, к груди альфы, на ощупь находя до постыдного чувствительные соски. — Осталось только найти её. — на этих словах Чонгука словно прострелило молнией, колени предательски затряслись, а перед глазами нещадно потемнело. — Что… Что это было? — только и смог выдавить мужчина, придя в себя. — Это твоя простата, Чон Чонгук, и ты только что ощутил часть её возможностей, — самодовольно разъяснил парень, продолжая исследовать альфу пальцами изнутри. — Ах, боже, — Чонгука вновь прошибло волной наслаждения. — Это так странно… — он не успел договорить, потому что Тэхён неожиданно резко вышел из него.       Мужчина внезапно для себя понял, что даже немного расстроился. Неужели это всё? Он только-только начал познавать возможности своего тела. Или же это была заслуга умелых пальцев Тэхëна? Но не успел он привести дыхание в порядок, как почувствовал между ягодиц что-то новое. Это был прохладный металлический предмет, по ощущениям превосходящий пальцы парня по обхвату сразу в несколько раз. — Не волнуйся, это просто игрушка, но она точно должна тебе понравиться. Она не большая, всего пару сантиметров в диаметре, — пояснил молодой альфа, опережая вопросы старшего.       На ягодицы Чонгука попала новая порция смазки, а в следующую секунду Тэхён уже начал аккуратно надавливать игрушкой на колечко мышц, медленно, миллиметр за миллиметром, вводя её внутрь.       Непривычная боль всё ещё ощутимо сковывала всё тело, но предусмотрительный парень сглаживал все неприятные ощущения поцелуями вдоль позвоночника. — Тэхён, ты… Невероятный, знаешь? — Тише, сейчас начнётся самое интересное. Готов? — не дожидаясь ответа, альфа негромко чем-то щёлкает, и странный предмет внутри Чонгука начинает быстро и мощно вибрировать, почти в прямом смысле выбивая искры из глаз, а заодно и рассудок мужчины.       Ванная наполняется высокими мужскими стонами, но Чонгуку плевать. Плевать вообще на всё. Он давно потерял связь с реальным миром, без остатка отдаваясь ощущениям, паря где-то в невесомости между небом и землёй. Сейчас для него существовала лишь бешеная пульсация внутри, посылающая судороги удовольствия до кончиков пальцев, и Тэхён, что заполнял своими горячими прикосновениями весь его разум.