Часть 14. Я хочу всё исправить
26 января 2024 г., 21:13
— Бяша, твою мать, что ты делаешь? — Орал как сумасшедший Антон в лапах огромного ворона.
Шум ветра в ушах мешал услышать даже собственный голос. Кроны деревьев стремительно проносились под пятками Петрова, звериные когти крепко впились в его кожу, никак не сбежать.
Успокоив свои мысли, Антон решил дождаться объяснений от друга, но он никак не ожидал, что Бяша принесёт их к дому Марены. Сам факт того, что он снова стоял там, на поляне, уже озадачил Петрова.
Бяша скинул свой звериный облик и мигом бросился к дому богини. Петров резким прыжком ухватился за ногу друга, повалив его на землю, но Бяша зарядил Антону стопой кроссовка прямо в лицо.
— Ах ты ж сука! — Держась за нос, прошипел Антон.
Бяша тем временем уже забежал в дом, парень суетливо переворачивал каждый ящик, каждую полку в поисках нужного предмета. Он уже слышал, как по земле расходится топот ног, Антон, не теряя времени, спешит настигнуть бывшего товарища.
— Предатель! — В дверном проеме резко появился Антон.
Заранее схватив громоздкую глиняную вазу, Бяша швырнул ее прямо в друга. Толстая затвердевшая глина с треском разбилась об голову блондина, откинув парня за порог дома.
— Прости, брат, не сейчас, на, — Бяша кинулся продолжить свои поиски, — ну где же, блядь!
Вокруг все замедлилось, затихло, лишние детали перестали тревожить взор. Бяша использовал острое зрение своего ворона, и это решение быстро принесло плоды. Из-за маленькой шухляды, сквозь щель, едва заметно пробивалось серебристое свечение.
— Наконец-то, на! — Бяша одним ударом проломал деревянную стенку ящика и достал нож.
Ритуальный нож, скрепляющий договор на крови. В следующее мгновение бурят полоснул лезвием по своей ладони.
— Я больше не буду поддаваться, козлина, — позади Антон уже принял форму демонического Зайчика, злость просто выливалась через края, мешая рационально принимать решения.
— Ну давай, подходи, — Бяша повернулся к другу, заняв оборонительную позицию и держа в руке нож.
Мощный заячий прыжок проломал деревянный пол под его лапами, меньше секунды потребовалось Антону, чтобы вцепиться в Бяшу и выбить его телом окно. Заяц вцепился в шею буряту, победно возвышаясь над противником.
— Отвечай, — Грубым, хриплым голосом орал зверь, — что всё это значит?
— Прости меня, Тош, я всё исправлю, — Антон почувствовал едва ощутимую боль в районе кисти, которой он прижимал друга.
Бяша грустно улыбался, держа в свободной руке нож с кровью Зайчика на лезвии.
В груди что-то ёкнуло, сдавило, словно цепи сковали его душу. Душу Зайчика, не Антона.
— Этим договором мы заключаем сделку, — Бяша вдруг заговорил словно не своим голосом, — Дух лесной, что Зайцем кличут, ты теперь подвластен мне!
Тучи сгущались, образовывая черную воронку над друзьями. Вонючая шерсть, острые когти, огромные звериные мышцы начали испаряться, превращаться в пыль, оставляя за собой лишь беловолосого юнца.
— Что ты сделал? — В ужасе осматривая себя, кричал Антон.
Бяша с легкостью убрал руку, что прижимала его к земле, в сторону, и скинул с себя Антона. Туман, что образовался после ритуала, Дух Зайчика закружился вихрем вокруг Бяши.
— Долго объяснять, — грустно вздохнул Бяша, — это я сделал так, чтобы вернулся Лёха, это я виноват в том, что сейчас происходит. За всё приходиться платить… Ты бы умер, если бы остался с Зайцем.
Вихрь просачивался в кожу бурята, в каждую клетку его тела, заполняя сосуды, вены черной, густой кровью. Внутри Бяши творилась бойня, три души никак не могли поделить одно тело. Ворон, Заяц и Бяша. Тело едва справлялось с давлением.
— Засыпай, мой друг, и прощай! — Последние слова, что услышал Антон, так как силы стремительно покинули его, словно с потерей Зайчика ушла и часть его души.
Поднялся сильный ветер, Бяша пал на колени, стараясь сдерживать в себе могущественную силу, слишком великую для простого смертного. Петров валялся без сознания, даже не ведая еще всего масштаба ситуации.
Сердце постоянно останавливалось, а затем снова начинало биться, кости так болели, словно ломались одна за одной, а в голове в сумасшедшем потоке витали голоса. Насмешки, крики, два духа вели бой за тело человека, но никому из них не было суждено его заполучить.
Вскоре, на поляне показались Марена, что несла на своих руках Ярославу, и Николай. Лишь заметив Бяшу богиня Смерти изменилась в лице, ужас сменил тоску и печаль. Аккуратно передав тело дочери Николаю, Марено кинулась к Бяше.
— Что ты наделал? — Судорожно тормошила она парня, бегая глазами по его телу.
Эти черные полосы, чёрная кровь, что текла под кожей, не сулили ничего хорошего. Человеческого с каждой секундой оставалось меньше и меньше, но ритуальный кинжал Бяша не выпускал ни на секунду.
— Я принес тебе Зайца, — едва выдавив из себя, сказал Бяша, — и спас своих друзей.
На лице растянулась широкая улыбка, а со рта по подбородку побежала черная струйка крови. Бяша был счастлив, действительно счастлив, оставалось лишь одно — умереть.
— Ты думала я действительно отдам тебе своих друзей, даже одного? — Бяша с трудом вставал на ноги, — Если да, то ты полнейшая дура!
Бурят понемногу заливался смехом под удивление богини. Конечно, всё, что до этого делал Бяша, вело к этому. К спасению его друзей от необходимой жертвы и к собственной смерти.
— Тело человека не проживёт и десяти лет с духом, да я знаю, поэтому нужно было убить Антона, но, — Бяша начинал психованно улыбаться, торжествуя над соперницей, — во мне ты тоже поселила духа, так зачем умирать двум, если можно и одному!
Марена захотела коснуться парня, но тот лишь занёс лезвие кинжала перед своим горлом. Погода еще сильнее ухудшалась, а что более странно, Марена не могла это контролировать. Не она сейчас царила в этом лесу, не жалкая частичка Хозяина Леса в священнике, а Бяша. Лес избрал нового Хозяина, пусть и ненадолго.
— Антона ты не получишь, Лёху тоже, мою душу, пожалуйста, как и договаривались, — Бяша демонстративно плюнул под ноги Марене. — Забирай! Вместе с твоим Зайцем!
Не обращая внимания на Марену, Бяша собрал остатки своего рассудка и сил, подняв с земли тело своего друга, направился в сторону посёлка.
— Эй, ты куда это? — Преградил ему путь Николай, что вот-вот собирался выпустить Хозяина Леса на волю.
— Убери своего пса, — грубо прохрипел бурят, — я иду домой, я имею право выбрать место, где умереть.
Внезапно для себя богиня поняла, что по ее щекам бегут слёзы. Перед глазами мелькали странные картинки, словно фрагменты чужой жизни. Поцелуй, свадьба, рождение ребёнка. Стало так приятно на душе, но в то же время и грустно.
— Убери! Своего! Пса! — Громко повторил Бяша.
— Пусть идёт…
Николай недовольно взглянул на Марену, а затем на Бяшу. Они были в чём-то похожи, оба защищали то, что было им дорого. Он Ярославу, свою единственную дочь, а Бяша друга, что смог влюбиться в неё.
Бяша медленно пошёл в сторону посёлка, оставив позади Марену, все свои страхи и прошлую жизнь. Вперёд, навстречу финалу.
Каждый шаг давался невыносимо тяжело, кости ныли, голова раскалывалась, а зрение практически исчезло. У поляны, где произошла первая битва с зверьми, бурят смог разглядеть силуэт, что вышел навстречу.
— Жалкий предатель, — тихо завывала фигура.
Пусть он и не мог уже разглядеть знакомое лицо, но голос он всегда узнает. Пятифанов тяжело шёл навстречу, еще не оклемавшись от травм. От бессилия клинок волочился по земле, едва не выпадая из рук.
— Ромыч, почему ты один? — Тихо спросил Бяша.
— Лёху забрали в больницу, у него рёбра сломаны, — неподдельная ярость и обида вырывалась из слов Пятифанова.
Взгляд Ромы устремился на тело Петрова. За секунду в голове пронеслось множество мыслей, и в тот же момент разум заслепила тьма.
Мертвый
Пронеслось в голове. Мозг не мог проанализировать все варианты, выбрав самый ожидаемый. Частичка сознания отказывалась верить в то, что его лучший друг, брат, убил Антона. Не мог Рома принять этот факт, но бездыханное тело, Бяша, что явно предал своих друзей, говорили, кричали об обратном. — Т-ты, что ты сделал с Тохой? — Запинаясь спросил Пятифанов и сжал рукоять клинка. — Ром, я убил его… Слово стрелой, эти слова пронзили сердце, разрушив все надежды и окунув его в отчаяние. Рома пал на колени, отбросив клинок в сторону, слёзы вырывались наружу от тоски и досады. Несправедливость, непонимание, за что это всё? Почему именно на их жизнь обрушилось столько бед. Бяша молча продолжил идти с телом Петрова на руках. — Ты куда это мразь собрался? — Крикнул Рома, когда Бяша проходил мимо его, — А ну стой! Пятифанов вскочил с колен, догоняя бывшего друга. Рука достала нож бабочку из кармана штанов, готовясь нанести удар своей жертве. Рома силой развернул Бяшу и мгновенно всадил лезвие ножа в грудь буряту. — Предатель! — Орал во всю мочь Рома, — Ненавижу! Бяша упал на землю вместе с телом Антона. Всё вокруг меркло, тускнело, окутывая в мрак. Из груди торчала рукоятка, рядом лежал Петров, а Рома просто смотрел на него, словно забил насмерть паразита. Легкая улыбка появилась на лице бурята, всё случилось так, как и должно было. — Пр. ост. — Больше не оставалось сил что-то говорить. Хриплый голос Бяши выдавал лишь едва различимые звуки. Злоба внутри Пятифанова росла с каждой секундой, подчиняя себе тело и разум. Больше его не волновало то, что перед ним умирает его когда-то лучший друг. Сейчас он хотел лишь одного — отомстить Марене. Демону, что испоганил, превратил в ад жизнь его и его друзей. Оставив позади тела двух своих товарищей, Рома медленно поплёлся вперед, захватив с собой клинок. Клинок, которым он собирался положить конец этой истории. Силуэт Пятифанова скрылся за кустарниками и ветвями елей, Бяша не мог даже повернуть голову, наблюдая лишь за тем, как медленно плывут облака на синем небосводе. Конечности стали мерзнуть, парень почти перестал ощущать своё тело, а сон неумолимо заставлял закрыть глаза. Вот бы еще немного полюбоваться небом, хоть раз еще бы полетать над кронами сосен, еще хотя бы раз посмеяться от души с друзьями у костра. Засыпай. Ты исполнил свой долг.***
— Мам, проснись… В темноте кто-то настойчиво пытался растормошить ее тело. — Маам, пожалуйста, вставай! Яркий свет ослепил глаза Марены, она и не поняла как потеряла сознание после ухода Бяши. Это вообще нормально, что богиня потеряла сознание? Или может она больше человек, чем думает. Все время, что она была без сознания, ей снился приятный сон. Теплый и яркий. Выпускной, первый поцелуй, свадьба, палата роддома, маленькое чудо, завёрнутое в пеленки, что смотрело на нее своими милыми глазами. — Мама, — прекрасный голос, что говорит первые слова в своей жизни. А дальше тьма. Слезы мужа, больничные палаты, врачи, жизнь, что словно тлеющий фитиль, неумолимо покидала ее. — Мама? — Окончательно вывело из полусна. Марена схватилась за голову, пытаясь привести мысли в порядок. Неподалёку рыжеволосая девочка и Николай с опаской смотрели на нее. Богиня не понимала, но чувствовала странную близость с этой девочкой. Материнскую близость. — Пап, что тут происходит? Мне страшно! — Ярослава вцепилась в рубашку отца как за последний шанс на защиту. — Ты говорил мама умерла от болезни! — Дочь, всё хорошо, тебе ничего не угрожает… Марена с трудом смогла подняться на ноги, ее тело выворачивало наизнанку, словно кто-то рвется наружу, пытается вернуться домой. Бред, богиня Смерти прекрасно знала, что Ярослава не ее дочь. — Ярослава, послушай меня внимательно, — начал Николай, пока Марена всё ближе и ближе подходила к девочке.Твоя мама правда очень болела, ты была очень маленькой еще. Ни один врач не мог нам помочь, все просто пожимали плечами. Молитесь! Говорили они мне, и я молился, верил, что Бог спасёт твою маму. Но он молчал… Когда я совсем отчаялся, мне явилась Марена — богиня Смерти и зимы. Она предложила мне сделку — я позволю ей забрать тело моей жены, в обмен на то, что она излечит её.
Ярослава не могла поверить своим ушам. Для юной девушки всё это казалось глупым несуразным сном. Буквально час назад она праздновала вместе со своими друзьями, а сейчас встретила свою давно погибшую мать. Марена пала на колени перед Ярославой, взяв девочку за щеки, с ее глаз текли ручьем слёзы. — Но она меня обманула! — Николай взял богиню за волосы и отбросил подальше от дочери, — Ты обещала мне вернуть жену! А что в итоге? Крик мужчины был слышен во всей округе, даже Рома, что шёл за их головами, услышал это. Николай впервые пошёл против своей госпожи, ведь его сердце уже отчаялось вернуть свою жену. Долгих десять лет он ждал, что коварная богиня сдержит своё слово, однако она лишь пользовалась им. — Я всё делал, чтобы ты была довольна! — Священник упорно шёл к богине, — Впустил в себя демона! Был готов убить детей ради тебя! Николай едва сдерживался, чтобы не отдать контроль Хозяину Леса, что так и рвался наружу защитить свою жену. Священник замахнулся кулаком, уже готовясь избивать Марену, но вдруг в его руку вцепилась Ярослава. — Пап! Не надо, прошу! — Плакала Архипова, сдерживая в объятиях отца. — Ты не такой ведь, давай пойдём домой! — Да хрен там он куда-то пойдёт! Из лесных дебрей вышел Рома, держа свой клинок наготове. Сил было мало, но ярость и гнев помогали не замечать усталость и ранения. Рывок в сторону врага, Рома собирался перерубить Николая, пусть и вместе с Ярославой. Для него уже не было границы между друзьями и врагами. Николай в последний момент закрыл спиной свою дочь, подставившись под удар. — Папа! Удар оказался не смертельным, оставив лишь неглубокий порез на спине. Недостаток сил всё же сказывался на ударах. Рома уже готовился нанести следующий удар, лезвие клинка неслось к шее священника. — Хватит! — Эхом разлетелся крик Марены. Рома замер, как и его клинок, что остановился в сантиметре от цели. Пятифанов резко перевел взгляд на богиню, что встала во весь рост, приближаясь к нему. Рома отпрыгнул назад, заняв оборонительную стойку. — Что ты сделал с Бяшей? — Внезапный вопрос застал врасплох Рому. — Сдыхает, — коротко ответил Рома, собравшись напасть на Марену. Его намерения быстро поменялись, когда он увидел слёзы на глазах богини. Что-то в ней менялось, будто возрождалась человечность. — Он просто защищал всех вас, — сквозь слёзы, шептала Марена. — Я должна всё исправить. По всему телу засияли узоры, напоминающие старинный орнамент. Вокруг Марены поднимался ветер, охватывая всё ее тело, в один момент она исчезла прямо на глазах у Пятифанова, но в ту же секунду позади раздался голос. — Засыпай… Непреодолимая сила опустила веки на глаза Ромы, последнее, что парень видел, это удивленные лица Николая и Ярославы. Сознание отключилось, а тело глухо упало на землю.***
Пробуждение выдалось резким, Антон жадно глотал воздух руками, ощупывая свое тело. Живой, ран не было, только порез небольшой на руке. Вдруг в голове начали приходить воспоминания с его стычки с Бяшей. Странные слова друга и ритуал с ножом. Петров подскочил на ноги, осматриваясь по сторонам. — Бяша, — с ужасом крикнул Антон, увидел умирающего друга. Нож-бабочка торчал из груди, а со рта струей текла алая кровь. Антон первым делом пытался нащупать пульс, паника мешала чётко ощутить пульсацию крови, но он убедил себя, что Бяша жив. Едва уловимое дыхание все еще было, давало надежду на спасение. Петрову было плевать, что случилось до этого, почему Бяша так поступал. Сейчас он хотел лишь спасти друга. — Держись, Бяша! — Петров поднял друга на руки и собрался рвануть к посёлку. Антон напряг мышцы ног, собираясь использовать заячьи прыжки, но, к своему ужасу, осознал, что больше не ощущает в себе Зайчика. Внутри было глухо, пусто, никто не отвечал, а прежних сил больше не ощущалось. Вспомнились Бяшины слова, сложив дважды два, Антон понял — Зайчика в нём больше нету. — Твою ж мать! Бяша, что ж ты наделал? — Петров не знал радоваться или нет, но сейчас ему очень нужна была сила Зайчика. Черная кровь стекала по рукам, падая с пальцев на землю. Нужно было спешить, Петров собрал все доступные ему силы и рванул к посёлку, в надежде, что люди повстречаются ему раньше. — Беги! Беги! Не останавливайся! Тебе не тяжело! — Пребывание Зайчика в его теле дало свои плоды, тело было крепким, сильным, хоть уже и не имело тех возможностей. Впереди показалось озеро, где они праздновали День Рождение Софии. В глаза сразу бросился автомобиль, что ехал навстречу по дороге. Внутри всё сжалось, неужели есть шанс на спасение? Автомобиль затормозил прямо перед Антоном, с салона выскочил напуганный Костя. — Антон! Что у вас случилось? Лёшу скорая забрала, Ромы нигде нету. — Не знаю! Бяша! Нужно помочь Бяше! — Антон уже затаскивал тело друга в кабину автомобиля. Константин, не спрашивая лишних подробностей, сел за руль и сделал так, как просил Антон. Тихонов не убирал ногу с педали газа, уже через десять минут показались первые дома посёлка. — Ещё немного, Антон! — Подбадривал Петрова участковый. Проезжая первые дома, двигатель предательски застучал и автомобиль заглох без всякой возможности продолжить путь. Никакие попытки завести транспорт не увенчались успехом, Костя вышел из машины и побежал к ближайшему дому. — Скорую! Звоните в скорую! — Кричал Костя выбежавшим на шум жильцам. — Держись, Бяш, — Антон сжимал руку друга, но в голове уже всплывали образы похорон. Каждая секунда ожидания скорой помощи казалась вечностью. Прошло пятнадцать минут, но такое ощущение словно целый час. Пульс практические не прощупывался. Было чудом уже то, что Бяша до сих пор оставался жив. — Что у вас сегодня происходит? — Спрашивал знакомый врач у Кости, забирая тело Бяши на носилках. — Не спрашивай, Сань, давай по газам, как можно скорее! — Я с вами поеду! — Антон вскочил в карету скорой помощи, сев напротив носилок с Бяшей. Включив сигнальные огни, скорая рванула с места к больнице. Петров не отлипал от тела друга, чем очень мешал врачам. — Парень не мешай! — Врач скорой помощи надевал кислородную маску на Игоря. Машина остановилась. Врачи открыли двери скорой и вытащили носилки с Бяшей. Водитель быстро доставил их к больнице, что придавало надежду. Такую хрупкую, но надежду. — Вторая группа крови, резус-фактор положительный, ранение холодным оружием в грудную клетку, состояние критическое! — В пункте приема скорой помощи началась работа. В бешеном ритме врачи четко выполняли свою работу. Антон судорожно искал пачку сигарет, садясь на лавочку около больницы. Дрожащие пальцы с трудом смогли зажечь огонь, но никотин все же проник в легкие. Мысли хаотично носились в голове, обдумывая все возможные варианты. Рома?! Антон не хотел в это верить, но улики указывали только на него. Постепенно, внутри зарождалась такая ярость, что даже Зайчик не смог бы перечить парню. Подъехала белая шестерка, Соня с Катей мигом кинулись к другу. — О Боже! Что случилось?! Мы ничего толком не поняли, — Соня подбежала к Антону, осматривая парня. Его одежда была вся пропитана кровью Бяши. — Ну что ты молчишь?! Тош, ты сам то хоть не ранен?! Что с Бяшей? — Катя пыталась докричаться до Петрова. — Я… нашел его в лесу, очнулся а он уже… — Антон звериными глазами посмотрел на Софию, — в его груди торчал нож Ромы… Соня оцепенела, девушка была готова услышать любое объяснение, но не это. Катя также отказывалась верить в эту чушь. Предательство непростительный поступок, но девушки отказывались верить, что это сделал Рома. Катерина села рядом с Антоном, схватив его за руку: — Ты же понимаешь, что это бред? Не мог Ромка это сделать. Возьми себя в руки, прошу! — А вот это мы скоро, блядь, и узнаем…
