(Не) желанный сосед

- Ух сука блять... Хускар демонстративно громко топая, подошёл к своей тумбе и скинул все бутылочки с содержимым, а рваные грязные вещи швырнул в тазик, что тот от силы удара перевернулся и вещи высыпались на пропитанный сажей пол. Обернувшись, он посмотрел на самодовольного парня и смело подошёл к нему. Набрав слюны он смачно плюнул ему в лицо. - Уебывай с моей кровати, пидорас блять! Взяв того одной рукой за шкибарки, другой же он схватил его за лицо, обжимая пальцами его скулы и сверкая яростным взглядом. - Ты хули меня выводишь блять? Я тебе чё нахуй сказал? ЧТОБЫ ТЫ, ГОВНО ЕБУЧЕЕ, БЫЛ НАСТОЛЬКО НЕЗАМЕТЕН, ЧТО Я ЗАБИЛ БЫ НА ТЕБЯ ОГРОМНЫЙ ТОЛСТЫЙ БОЛТ БЛЯТЬ! А ТЕПЕРЬ СЬЕБАЛСЯ В УЖАСЕ ОТСЮДА! Хускар швырнул парня к шкафу, который от удара затрясся и с него на голову Асана упала коробка со всяким барахлом. Содержимое коробки разлетелось по полу, а коробка накрыла голову светловолосого. Не сказал бы, что удар был сильным, но затылок начал ныть от боли. Приподняв коробку, в глазах на секунду помутнело, но сфокусировавшись он всмотрелся в валяющиеся хлам. Это были старые вещи Хускара, которые он не знал, куда деть: фотоальбомы, с которых разлетелись рваные и пожженные фотокарточки, портсигар, который ему когда-то подарили, какие-то записки и... Сигарета? Почему сигарета лежала в этой коробке, было непонятно. Приподняв сигарету с пола, он решил рассмотреть фильтр, потому что её вид явно показывал, что сигарета была не из дишмана, который обычно курил Хускар. Пока парень сидел с коробкой на голове, тролль достал из тумбы чистые вещи. Использовав сладко пахнущий дезодорант, он накинул на себя белую, идеально чистую футболку, черные штаны стиля карго, закрепив их на поясе ремнем с карабином и надев тяжёлые, на вид армейские, черные берцы. Получив такими берцами по зубам – можно было к стоматологу уже не записываться... Смотришь на такого мужчину и удивляешься, почему до этого он расхаживал в бомжацких рваных вещах, если у него были вполне хорошо выглядящие вещи. А ответ довольно прост: из-за частых драк и отжиманий денег, в драке ему часто приходилось резать себя, иногда даже через шматье, это чувство боли предавало уверенности, решимость в бою была непоколебима и жажда получить желаемое только наростала в такие моменты, поэтому, полученные увечия были не всегда со стороны аппонентов. Ну... А целые вещи он хранит чисто для похода в шарагу, ибо за рваный шмот, испачканный кровью ему часто прилетало по шапке от преподавателей, что дико надоедало. Одевшись, он смахнул рукой мокрые волосы с плеча и обернулся в сторону сидящего на полу Асана. Он увидел, что тот хмырь потянул что-то из его коробки с "реликвиями" и заорал. - Слышь, блять!!! Положи, где взял нахуй!!! Он начал идти на Асана, скрегоча от ярости зубами. Так ещё и память прошибла... Сигареты то кончились... наблюдать за тем, как Хускар, словно фея превращается из гопника в презентабельного юношу было довольно завораживающе, если бы взгляд не был так замылен, его было бы просто не возможно отвести. а так, глаза Асана задумчиво бегали по полу, в непонятках блуждая в чужих воспоминаниях, цепляясь и внимательно рассматривая каждую выпавшую из коробки вещицу, уцепившись в конце концов за эту незаурядную сигарету. завидев сверлящий в свою сторону взгляд и услышав в голосе Хускара промелькнувшее на мгновение беспокойство, Асан сразу догадался, что к чему: – подойдёшь ещё ближе, я переломлю её пополам, – Асан вытянул перед собой табачную папиросу, крепко сжав её, доказывая что это не просто угроза. реакция не заставила долго ждать, бывший пару секунд назад в гневе тролль опешил: – даже блять не смей!! – агрессивно прокричал тот, готовый уже было броситься и тоже переломать, но уже не сигарету, а шею Асана. сам же эльф пристально наблюдал за каждой лицевой мышцей Хускара, мысленно сдавливая того в тиски. подождав ещё немного, Асан, запрокинув голову, небрежно кинул в руки соперника его награду. – молодец, хороший мальчик, – с такими словами парень, шатаясь как лист на ветру, привстал и открыл шкаф, находящийся за ним, копошась в своей дорожной спортивной сумке в поисках одежды на смену промокших джинс. на стоявшего за спиной Хускара, он уже и не обращал внимания. Поймав табачное изделие, Хускар крепко сжал его в руке и начал выискивать место, куда ее можно было спрятать, но взглянув на рваные старые фото, он передумал. Достав одноразовую зажигалку, которую невозможно было заправлять, когда кончится газ, он аккуратно подкупил ее, набрав полные лёгкие дыма. *- Пусть воспоминания будут во мне, а не в жалких вещицах...* Подумал тролль, грустно поглядывая на тлеющую сигарету. Облокотившись на стол у кровати, он скурил половину сиги и почувствовал небольшой дискомфорт. Ему захотелось есть. Конечно, не мудрено, ведь ел он только утром прошлого дня и все, а в холодильнике его ждала постоявшая шавуха. Он зажал сигарету в зубах и решил открыть холодильник, чтобы забрать пищу Богов и попутно заглянуть, что вообще есть из содержимого в холодной камере. Мда, вид внутри холодильника был плачевным, мало того, что холодильник из-за старости плохо морозил продукты, так ещё и полки практически пусты, что можно было сказать об этом "В холодильнике мышь повесилась". На дверных полочках лежало всего 3 яйца, пару кубиков из супового набора и один мертвый таракан. Благо, еда не была проблемой, потому что с ним всегда делился Этриан, хоть тот и иногда возмущался из-за нахлебничества. Прихватив холодный фаст-фуд, Хускар снял с верха холодильника грязную от бичпакетов сковородку и направился на кухню. Мужчина открыл ключом дверь, попутно сбив щеколду сковородкой, напоследок он посмотрел на Асана, копошащегося в шкафу. *- Урод... Шантажировать вздумал? Я тебе ещё устрою нахуй, будешь сопли об мать свою вытирать...* Мелькало в голове Хускара. Он захлопнул дверь и зашёл на кухню. Там сидели Этриан со Стригвиром, которые чаевали и курили, но гопник проигнорировал их, закинув грязную сковороду на плиту и положив в нее шавуху. Бедой было то, что нужно было ждать, пока электроплитка разогреется, питание в сети было очень слабым, что тоже постоянно огорчало. Работает несколько электроприборов – на нахуй, пробки повылетали. Хускар стоял над той несчастной сковородой, как неприкаянный, ему не хотелось возвращаться в комнату, чтобы не видеть белобрысого мудозвона, но и с кентами тоже оставаться не хотелось, потому что они явно за сторону новоприбывшего. Эта мысль просто разрывала троллю голову. - Эй, Хускар, может сядешь с нами? Чё ты стоишь над той плитой, будто ее спиздят ща? – хихикнул Стригвир, дернув товарища за руку. - А? Та не, я постою... – ответил тролль, судорожно докуривая сигарету чуть ли не вместе с фильтром. - Что-то случилось? Ты выглядишь как-то неважно. – поинтересовался Этриан. - Ничего... Просто отъебитесь... ОТЪЕБИТЕСЬ ОТ МЕНЯ ВСЕ НАХУЙ!!! – крикнул мужчина, в ярости уебав по рукояти сковородки. Сковорода от такой хуйни взлетела в воздух, вместе с содержимым, но тролль был ловким. Он поднял голову и поймал обеими руками и сковороду, и теплый деликатес. Напоследок ебанув сковородой по столу перед соседями, он устремился в свою комнату. Проигнорировав Асана, Хускар швырнул элемент посуды в сторону холодильника, за который он благополучно провалился. Матернувшись на вздохе, он переставил от стола невысокий стул, сел на него и сперся руками на его спинку, начиная трапезу. Жадно поедая глазами свой невьебенный завтрак, Хускар пустил в ход и челюсть. Правда, как бы аккуратно он не старался есть шавуху, весь майонезный соус растекался по рукам аж до локтей, капая на пол. И тут, решающий укус иии... Дно лаваша рвется, от чего часть содержимого вместе с соусом вывалилась на пол. - Да ну ёб твою.... Асан обернулся и, созерцая данную картину, сильно скривился одновременно удивляясь, как он этим соусом чистые вещи не засрал, а только и без того грязный пол... Асан разрывался между двумя состояниями: когда хочет от души постебаться над горе студентом, и когда его до тошноты воротит от каждого его действия. в представшей перед ним картине было особенно много причин для отвращения: небрежное, почти свинское поведение, выдающее в нём всё ту же быдловатую натуру, да и сама "пища", которую за обе щеки уплетал Хускар была особенно неприятна, как на вид, так и на вкус. хотя, на счёт последнего, Асан не мог точно утверждать, ведь он ни разу в жизни не пробовал шаурму или что-то близко похожее на эту бюджетную версию сэндвича. скорее всего проблема была в сомнительном качестве данных изделий, или же в их составе, куда входило мясо. мясо. вполне обычный ингредиент, являющийся неотъемлемой частью рациона каждого. но не Асана. точно не возможно было сказать, что повлияло на подобный отказ от приема мясных изделий. возможно, корни этой травмы вели из глубокого детства, когда будучи ещё мальчишкой, он стал свидетелем ужасающих своей жестокостью вещей, возможно каждый раз смотря на мясо, он вспоминал тот неприятный трупный запах, преследующий его до сих пор, вспоминал растекающуюся по ледяному полу бордовую кровь, вспоминал ужас, застывший в уже мертвых глазах. также есть предположение, что мясо в понимании парня, ассоциировалось с падалью, а падалью не возможно насытиться, падалью питаются только низшие и примитивные формы жизни, к которым он себя не причислял. но эту гипотезу не возможно было проверить, ведь мясо ещё живого существа, Асан тоже не пробовал, да и было бы странно если бы было обратное. вкус крови, который то и дело чувствовал у себя во рту Асан, тоже не вызывал у него восторга. терпкий и отдающий железом, он ассоциировался с полученными физическими увечьями. это был вкус боли. прокрутив всё это у себя в голове, по спине парня резво пробежались мурашки, он с отвращением отвернулся, торопливо закрывая шкаф и приподнимаясь, параллельно натягивая на себя черную обтягивающую водолазку без рукавов. на смену мокрых джинс пришли почти точь в точь такие же, но на коленях уже не красовались разрезы, да и сидели они не так обтягивающе, как предыдущие. изюминкой образа был ремень, с двумя рядами железных вставок, а выбор обуви пал на чёрно-белые конверс. как бы Асан не пытался, игнорировать громко чавкающего за столом Хускара он не мог, да и он был уже не в силах себя обманывать и сдерживать накопившийся за сутки голод. но кажется, в рюкзаке находилась пара упаковок салата и сэндвичи без мяса, купленные как раз вчера, по дороге в общежитие. перебрав всё содержимое, парень достал упаковку бутеров вместе с банкой энергетика. по правде говоря, после бессонной ночи, он бы не отказался от кофе, но пойти на кухню и копошиться с утварью было последнее, что он хотел сделать. с характерным щелчком открыв банку, парень поймал на мгновение взгляд соседа, который тут же повернулся обратно, избегая дальнейших зрительных контактов. на фоне неуклюже жующего Хускара, Асан выглядел как натурщик художника, что делало контраст между ними ещё более ярким и заметным. в спешке закончив ставшую совместной трапезу, парни начали потихоньку, всё также молча собираться на учёбу. со стороны, их молчание могло сойти за особый, понятный только им язык. хотя, с другой стороны, им вряд-ли было что обсуждать. Доев шавуху, Хускар с горем пополам убрал после себя созданный беспорядок, но жирные следы от майонеза все таки на полу остались в виде разводов от измученной временем мокрой тряпки. Время летело, на удивление, довольно быстро. Хускар заглянул в экран своего телефона, через побитое стекло он рассмотрел, что до первой пары оставалось ещё примерно полчаса, то есть, ещё каких-то минут 15 можно было спокойно поебланить. Зыркнув на холодильник, он вспомнил, что за него упала сковорода, которую он швырнул буквально недавно. Мужчина решил достать ее сейчас, ибо потом могло быть просто впадлу. Хускар отключил холодос от розетки и начал его отодвигать. Каким бы сильным и мускулиным он не был, такая гробовозка, как советская холодильная камера была довольно тяжёлой и плохо поддавалась на какие-либо сдвиги. Обхватив двумя руками металлическую коробку, он начал тянуть ее на себя, но так ни на миллиметр не сдвинулась. Кинув взгляд на Асана, сидящего за столом, он рыкнул: - Слыш, мурло, помоги сковороду достать. Эта хуйня ебучая не двигается, пиздец. Он продолжал настойчиво тянуть на себя кусок старой мебели, смотря на сидящего паренька. Асан и мизинцем не дрогнул, лишь демонстративно закинул ногу на ногу. - Давай-давай, плохо стараешься, неженка. – язвил Асан, усмехнувшись. От этих слов стало заметно, что у Хускара покраснели кончики ушей, он переполнялся гневом. Сделав рывок он смог отодвинуть холодильник с громким криком: - СУКА, ДА ЧТОБ ТЫ СДОХ БЛЯТЬ!!! КАК ТЫ МЕНЯ ЗАЕБАЛ!!! Злой тролль залез за холодильник и поднял сковородку, которая нацепляла на себя кучу пыли и паутины, скрывающуюся оооочень долгое время меж мебелью и стеной. Крепко сжимая посуду в руке, он в плотную подошёл к Асану. - Ну чё, говно, чем будешь шантажировать на этот раз? Готовься зубы по полу собирать нахуй! улыбка с лица Асана резко пропала, ему надоел язвительный подход, он решил повысить градус напряжения, подстроившись под оппонента. сорвавшись с места, парень приподнялся и решительно ухватился за ту же ручку сковороды, что и Хускар, впившись холодными пальцами в его ещё теплую кожу. одним движением руки, Асан с лёгкостью приподнял сковороду над ними, лишив соперника изначального преимущества в этом бою. сдавливая чужую руку всё с большей и большей силой, Асан ждал когда тот расколется и поддастся, но Хускар держался. вдобавок, свободной рукой, он попытался атаковать его в бок, но Асан ловко поймал и эту руку, также обхватив пальцами кулак. блондин ещё сильнее сжал и повернул руку, из-за чего сковорода выскользнула из рук парней, с грохотом, слышным соседям снизу, прокатившись по грязному полу. бойцы неподвижно застыли, словно каратисты, тренирующие удар, пристально и яростно смотря друг другу в глаза. – урод, – сорвалось с уст Хускара, в сопровождении с финальным ударом. – блять, – вскрикнул юноша; в конце концов, Асан всё же получил под ребра коленом, это заставило его ослабить хватку и разжать руки, отстраняясь на полшага назад и потирая место удара. ощущалось будто лёгкие вдавились в позвоночник, в глазах потемнело, а последующий вдох сопровождался кашлем. но этого было мало для того чтобы утихомирить агрессивно настроенного тролля, подобрав укатившуюся несколько секунд назад утварь, Хускар со всей дури метнул её, будто бы это был дротик для дартса, целясь прямо промеж глаз эльфа. парень чудом смог уклонится, согнувшись в три погибели, сковорода звонко отскочила от бортика второго яруса кровати и также звучно попала обратно на пол. - Сука ты ебаная! Я тебе башку пробью, не отделаешься!!! На удивление, кровать и сковорода остались без царапин и сколов, чего не скажешь об Асане, который скрючился, держась за бок. Он начал готовиться к новому удару, но белобрысого спас настойчивый стук в дверь. - ХУСКАР, ОТКРЫВАЙ БЛЯТЬ! – настойчиво стучал и орал голос за дверью. Это был Марс. Так как он жил практически через стенку, ему было слышно чуть-ли не каждый шорох, который происходит у соседей. Он продолжал настойчиво колотить кулаком дверь комнаты под номером 22, пока Хускар не соизволил оторваться от покалачивания соседа по комнате. Дверь отворилась и Марс схватил тролля за ворот куртки. Ему надоело, что Хускар ведёт себя, как с цепи сорванный, хотя пока он жил сам – все было нормально, иногда были разногласия, но они казались пылью по сравнению с тем, что происходит сейчас. - Чё блять здесь происходит? Хускар, мне коменданта позвать или чё нахуй? Это че за хуйня? – возмущался староста боока, показывая свободной рукой на валяющуюся утварь и держащегося за бок эльфа. - Все заебись. Просто я с верхнего яруса пизданулся неудачно. – отрезал Асан, аккуратно разгибаясь. Он начал сверкать своей лучезарной улыбкой, прищурив слегка глаза. Такого милого личика, которое растапливало своей теплотой любой ледник, не видел ещё никто. Мужики, стоящие в дверном проёме комнаты ахуели с этого, но Марс продолжил: - А сковородка? Я уверен, что вы ней тут в биатлон хуярили, не отвертитесь. – прищурился староста, сбитый с толку улыбкой Асана, которая продолжала сиять ярче любого источника света. - Я уронил ее, отвечаю. – Хускар расплылся в улыбке, отмахиваясь руками. Правда, такая улыбка вселяла лишь сомнения, потому что это было больше похоже на оскал голодного хищника, нежели на миленькую ухмылку. Хотя, наверное, если бы он просто ухмыльнулся, было бы от того больше пользы, чем от оскала, сеющего сомнения. - Блять... Вы пиздец странные. Ладно, похуй, я все никак не привыкну к шуму по утрам. Собирайтесь на пары и старайтесь не шуметь, ок? Иначе я влеплю вам дежурство, в частности Хускару. На месяц. – протараторил Марс неспешно покидая комнату соседей по блоку. - Слыш, погоди нахуй! Я не буду блять месяц парашу с кухней драять! – возникал тролль. - Хорошо, два месяца. – сказал Марс, продолжая следовать в свою комнату. - Продолжить? - Блять, иди нахуй... – сказал на последок гопник, закрывая дверь. Прикрыв дверь и накинув щеколду, он начал медленно подходить к Асану. На его лице можно было прочитать недоумение и капли злости. - Эй, это че было нахуй? Ты... Не сдал меня? Слыш, отвечай гандон!!! – на повышенных тонах доебался тролль к откашлявшемуся пареньку. Асан взглянул из-под лба на своего ошарашенного соседа, он знал точный ответ на все его вопросы, но он не видит смысла в этих ответах, потому что слова – пустой звук, а действия – это подвиг, каким бы хорошим или ужасным он ни был. – ага, всегда пожалуйста, – коротко отрезал тот в ответ, поднимая с пола бывшее несколько минут назад оружием, кухонное приспособление и вручая его ничего не понимающему Хускару, – за тобой должок. Хускар, судя по всему, и так был по уши в долгах: постоянные займы продуктов у соседей, каждодневные попытки вымогательства денежных средств у других студентов, и тому подобные махинации, из-за чего последние сказанные в его адрес слова вызвали особую реакцию, похожую на недовольно рявканье. схватив поясную сумку, свисающую с верхнего яруса, и перекинув её через плечо, Асан словно лодочка в шторм, пошатываясь проскользнул через всю комнату к выходу: ещё пары минут нахождения здесь он бы не выдержил. глухой щелчок замка. покидая комнату, парень несколько раз огляделся по сторонам, будто бы покидал место преступления, желая избежать нежелательных свидетелей и преследователей, на мгновение, он даже обернулся на Хускара, всё ещё сердитого и в недоумении стоящего и провожающего его взглядом. молчаливо кивнув ему, как бы говоря: "ждать не буду, если что догонишь", Асан тихонько прикрыл дверь и быстро скрылся за поворотом, направляясь в сторону лестничной клетки.