Почему опять?

После банкета. От лица Пенелопы:

      Я смогла встать с кровати только через четыре дня.       — Леди… Вы сейчас в порядке, правда же?       Первой, кого я увидела после пробуждении, была Эмили с мокрыми глазами.       — Да. Со мной все хорошо.       — Какое счастье! Знаете, как я волновалась? Его светлость герцог и трое молодых господ тоже очень беспокоились о вас, леди.       — Это так?       Я отвечала без особого энтузиазма, предполагая, что Эмили могла иметь в виду не то, что говорила. Затем она размашисто кивнула и защебетала.       — Конечно! Первый молодой господин, и юный господин были бледный. Особенно первый господин, когда вбегал в особняк с леди на руках!       — ….Мой старший брат?       — Да! Его светлость герцог отдал приказ и привел каждого одаренного доктора столицы, а дворецкий едва смог остановить второго молодого господина, собравшегося выезжать в императорский дворец.       Её следующие слова меня несколько шокировали.       Может быть, она немного преувеличила, но, если отбросить лишнее, то, что они заботились о Пенелопе, было неожиданно.       — Я думала, что с вами, может, что-то случилось, леди….       — Должно быть, у тебя настали трудные времена, Эмили.       — Трудные времена — мой хлеб! Не говорите так. Я личная горничная леди.       Кажется, пока я была в отключке, произошло довольно много всего.       Я немного в прострации рассматривала Эмили, заплаканную девушку, при мне упомянувшую свой статус «личной горничной», что была той же служанкой, которая когда-то колола меня иглой.       — Ах да! Сейчас не время для болтовни. Я скоро вернусь, как только расскажу, что вы, леди, проснулись!       Эмили проворно вскочила, когда я кивнула и обронила:       — Захвати немного дынного шербета по пути.

***

      *Тук Тук Тук       — Ваша светлость. Леди Пенелопа прибыла.       — Пропусти её.       Дворецкий открыл ей дверь, все так же очень почтительно, после того как герцог в кабинете ответил.       — Пожалуйста, пройдите внутрь, леди.       Пенелопе было немного неловко входить в комнату. Он будто успел пройти курсы повышения квалификации, пока она болела.       — Ты пришла.       Сегодня герцог сидел на диване перед его рабочим столом.       — Вы звали.       Леди поприветствовала его поклоном головы. Он кивнул в ответ на её приветствие.       — Присаживайся.       Она села на диван напротив герцога. Затем подготовила оправдания, которые выдумала специально для этого разговора. Герцог некоторое время молчал, а после медленно заговорил:       — Причина, по которой я позвал тебя сегодня….       — Отец. Могу ли я сначала быстро кое-что сказать?       Она молниеносно прервала его. Потом встала с дивана и опустилась рядом с ним на колени.       — Прошу прощения за все.       Таким был её план. Извиниться прежде, чем что-то произойдет.       — Похоже, я не вынесла урок из своего наказания, даже вновь подняла шум на императорском банкете, опозорив семью.       Заготовленные ею слова текли подобно льющейся воде.       — Нет, подожди.       Кажется, её план сработал, потому что на его лице отразился, вероятно, испытываемый им шок.       — Я не смею молить о прощении. Я прекрасно понимаю, что это моя вина.       — Я беспрекословно приму любое ваше наказание. Потому…       — Довольно!       Она собиралась попросить его немного пощадить её, но он закричал, подняв руку в верх и заставив её замолчать, прежде чем она смогла сделать это.       — Пенелопа Эккарт.       Герцог назвал её имя низким и тяжелым басом. ‘Ох. Раз я уже однажды использовала эту стратегию, больше этот номер не пройдет? ’       Она начала беспокоиться и, глотнув, ответила:       — …Да, отец.       — Поднимись.       — …Прошу прощения?       Это было неожиданно, так что она переспросила. Когда Пенелопа это сделала, у герцога дёрнулась бровь.       — Эккарты не опускаются на колени, какой бы ни была причина, поэтому не преклоняйся так легко, Пенелопа.       —…       — Никто не может заставить тебя встать на колени, пока ты Эккарт. Даже если этот «кто-то» один из членов императорской семьи!       Герцог повысил голос на слове ‘императорской’. Далее, он предложил:       — Если ты это поняла, тогда поднимайся с пола сейчас же.       — …Х-хорошо!       И в этот момент вдруг в комнате разнеслось голос:       — Ваша светлость. Господа пришли.       — Пусть войдут       Поклонившись, дворецкий, распахнув дверь с той же изысканной вежливостью, как-то ответил герцог в своем кабинете.       — Пройдите, пожалуйста, внутрь, юные господа Кейл, Деррек и Рейональд вошли в кабинет герцога, держась строго и уверенно. Кейл, самый младший, смотрел на всех с безразличием. Слуги подумали, что он опустошен из-за случившегося на банкете . В то время как Деррек, самый старший сын, выглядел как настоящий наследник своего отца — суровый и решительный. Рейональд, средний из братьев, просто смотрел в сторону, словно он был весьма раздражен неожиданным вызовом к отцу.       Герцог сидел за столом, выглядел сосредоточенным и серьезным. Он взглянул на своих сыновей и спросил строгим голосом:       — Что вы думаете об этой всей ситуации?

***

После разговора. От лица Кейла.

      — Господин, вы вернулись.       Рони поприветствовал меня, как только я вошёл в свою комнату. Я осторожно кивнул и поспешил сесть за стол. Пока я размышлял и сегодняшнем дне, он подал мне чай.       — Кхе-кхе. «Этот чай с лимоном что-ли?! Почему даже здесь я не могу не пить этот Чертов чай!»       — Что-то не так господин? — с очень «добродушной» улыбкой, от которой по моей спине пробежали мурашки, спросил слуга.       — Н-нет, все хорошо. Этот чай с лимоном? — с опаской спросил я.       — Конечно, молодой господин. Вы ведь так любили этот чай, когда я вам давал.       Сглотнув от испуга, я выпил чай за мгновение, стараясь не морщится и поблагодарил его.       — Вы планируете закупиться новыми аксессуарами к предстоящему фестивалю?       — Фестивалю? «Точно фестиваль… Иклис, рыцарь, должен появиться в особняке примерно в то время, когда проходил фестиваль.»       Стоило мне растерянно спросить, как Рони сразу же ответил:       — Юный господин, на следующей неделе пройдет фестиваль, посвященный дню основания нашей страны.       Я раздраженно махнул Рони, что начал изучать моё лицо, рукой:       — Хорошо, можешь идти.       — Как прикажете, молодой господин       Рони покинул меня и в комнату пришла тишина. В глубокой задумчивости, я постучал пальцем по поверхности стола.       — Так значит, на следующей неделе фестиваль, да…       Я резво выдвинул ящик стола и достал листок, который спрятал до этого. Быстро отбросил свою рукопись и пробормотал:       — Мне нужно заполучить его раньше чем герцог или Пенелопа.       Молодой и талантливый рыцарь, и является третьим принцем страны варворов страны, которая была разрушена по неизвестной причине. Физически очень силён и способен без колебаний убить человека. Такой человек и нужен для безопасности. «Прости, конечно сестрёнка, но он мне будет важнее чем тебе»       — Иклис.