Слухи и клятвы

Она стояла рядом с мужем, и была карикатурно выше его на голову. Но его внимание привлекло не это. Она похудела. Видят боги, она очень похудела! Там, где раньше были плотные мышцы воительницы, теперь можно было пересчитать все кости. На ней было голубое атласное платье в тон её глаз с открытыми плечами, что визуально делало её талию гораздо тоньше, чем она была на самом деле (или теперь она действительно была такой?). Всё это делало её похожей на... женщину. Джейме и сам не осознал, что подумал об этом как об оскорблении. Как же мне тебя не хватало, Бриенна Тарт. Волосы собраны в тугой узел у шеи, из-за чего лицо хорошо открыто. Не хочет прятать свои шрамы. Широкий рубец стал светлее со временем, но на её осунувшемся лице будто занимал гораздо большую площадь, чем раньше. Открытый вырез платья подчеркивал лоснящиеся розоватые шрамы, и каждый из них напоминал, как близко и неотступно смерть сопровождала их той зимой. Джейме проследил взглядом самый длинный из них, вспомнив, как дрожащей рукой прижимал к её груди снег, пока она задыхалась от боли. Тогда выжить казалось невозможным, непозволительным чудом, чем-то, чего он точно не был достоин. Зато он прекрасно понимал, что она, эта храбрая, упрямая, сильная женщина, которая не спала со своими кровными родственниками (а скорее всего, вообще ни с кем не спала), не калечила детей, сбрасывая их с башни, и не предавала королей, которым клялась в верности, достойна жизни, жизни долгой, счастливой, гораздо более счастливой, чем у него когда-либо была и будет. И в отчаянии наблюдая, как жизнь вытекает из неё толчками, он впервые за много лет вспомнил богов, поклялся сделать все, что они пожелают, в обмен на её высокую, несуразную, нелепую и такую благородную душу... Джейме вздрогнул и посмотрел на Бриенну Тарт, замужнюю женщину, не воина, будто видел её впервые. Ключицы над сеткой шрамов выпирали так сильно, что хотелось заключить её в свои объятия, отнести в комнату и накормить. Джейме пришлось себя одернуть. Чужая жена. От комичности ситуации хотелось выть. Второй раз в его гребанной жизни. Спасибо, что не единоутробная сестра.