Соседи

Утро пробралось в спальню сквозь щель между занавесками. Дайан, поморщившись от солнечного луча, приоткрыла глаза, в полусне не сразу вспомнив, чем это утро отличается от обычных. Но дремавший в кресле возле окна мужчина быстро привёл её в чувства — от увиденного она дернулась всем телом, и он, услышав шевеление, тут же открыл глаза. — Так, давай без глупостей, — он вскочил с кресла и поднял ладони вверх, показывая, что безоружен, — Я не причиню тебе вреда. Дайан в панике пыталась нащупать пистолет в районе пояса. — Я снял с тебя кобуру. — Ничего страшного! — вдруг взревела Дайан и, игнорируя резкую боль в правом плече, рывком потянулась за ножом, спрятанным за изголовьем кровати для подобного случая. Нащупав искомое, она вскочила на ноги и, попятившись, угрожающе выставила руку с ножом перед собой. От незнакомца Дайан отделяла массивная кровать. Девушка наконец встретилась с ним глазами — в его сосредоточенном взгляде она вдруг уловила какое-то едва различимое разочарование. — Вчера ты отключилась от боли, — он говорил медленно, будто с ребёнком, — Я зашил твою рану и отнёс тебя сюда. Дайан вдруг заметила арбалет, лежавший на кресле за незнакомцем, и ей отчетливо вспомнилась торчащая из тела стрела. Перемотанное плечо, вместе с тем, начинало пульсировать с новой силой. — Ты меня подстрелил?.. — спросила девушка, не сумев скрыть дрожь в голосе. Обрывочные воспоминания вчерашнего вечера никак не хотели выстраиваться в единую картину. Дайан поняла, что незнакомец просидел в её спальне всю ночь, не причинив вреда, но увиденный арбалет не позволял терять бдительность. Вдруг дверь позади Дайан распахнулась и с силой ударилась о стену, едва не доведя девушку до сердечного приступа. В комнату ввалился уже знакомый вчерашний гость. — Добрейшего утречка, дорогие соседи! — он сказал это настолько естественно, что можно было подумать, что он встречал «утречки» той же компанией далеко не первый год, — Услышал ваши вопли и вот пришёл на новостную сводку. Дайан, узнав мужчину, мельком оглядела его ногу на предмет повреждений и вскинула брови, заметив свой эластичный бинт. — А теперь объясните мне, что вы забыли в моём доме?! — наконец спросила Дайан, стараясь держать в поле зрения обоих мужчин. Шок старательно вытеснял дипломатию. — Меня зовут Мэрл Диксон, и ты вчера сломала мне ногу, — издевательски спокойным тоном начал мужчина постарше, — А это мой брат Дэрил, который вчера тебя подстрелил. Дайан казалось, что такого тревожного смятения она не испытывала ещё ни разу в жизни, а противоречия сейчас разорвут её голову изнутри. — Ты меня подстрелил, и ты же меня зашил? — она обратилась к мужчине помладше. Тот не ответил, явно ожидая продолжения рассказа от старшего. — Я, понимаешь ли, захотел наведаться к тебе в гости, — Мэрл говорил нарочито вежливо, — Но вот брата о своих планах не предупредил. Брат нагнал меня только тогда, когда мы с тобой, мадам, выдергивали мою ногу из ступенек. Правда, по темну брат решил, что ты пытаешься зарубить меня топором, потому и шмальнул в тебя стрелой. Потом, когда мы разобрались в этой нелепой ситуации, зашили тебя и отнесли в кроватку. Так что я не вижу поводов для истерик, — на последней фразе он вдруг повысил голос. — Что ж, моя очередь, — смятение и испуг заставили девушку резко перейти в «нападение», — Меня зовут Дайан, и я жила тут спокойно почти год, пока вы, извращенцы, не организовали себе смотровую площадку напротив моего дома. Дэрил, хоть и был обескуражен такой дерзостью, понимал, что это всего лишь защитная реакция, поэтому вместо ответа лишь гневно сжал кулаки. Мэрл же боролся с желанием взять Дайан за шкирку, вышвырнуть из дома и больше никогда не возвращаться к этому вопросу. Всё его существо настойчиво отторгало необходимость объясняться перед заносчивой особой, размахивающей ножом, который он в своей голове уже успел окрестить «зубочисткой». Однако, Мэрл понимал, что ещё одна выходка с его стороны может окончательно разрушить их с братом и без того хлипкие отношения. Он знал, что Дэрил долго не простит ему вынужденный уход из группы Рика и, как минимум, злится за вчерашний ночной побег, поэтому нехотя брал в расчет моральные принципы брата, хотя и не разделял их. — Мадам, полегче, — разорвал повисшую тишину Мэрл, — Я же сказал, мы тебя зашили и спать отнесли. — Если б твой брат в меня не выстрелил, шить и относить бы меня не пришлось, — ледяным тоном отрезала Дайан. — Если б мы тебя не спасли, ты бы сейчас лежала обглоданная на своей веранде. Спор распалял Мэрла, и он, хоть и понимал, что Дайан права, намеренно продолжал вести разговор по кругу. Дайан, утомленная бессмысленной перепалкой, снова переключилась на боль в плече. — И не думайте дёргаться. Кинуть нож в морду одного из вас в случае чего я успею, — Дайан, очевидно, боялась новых знакомых гораздо больше, чем они её, и от того бесконтрольно переходила на угрозы. Она, ещё раз пристально взглянув на каждого из братьев, аккуратно принялась разворачивать марлевую повязку на плече и обомлела от увиденного. — Когда ты, говоришь, зашивал? — испугано обратилась она к Дэрилу. — Часов семь назад. — Отёк должен был начать спадать к этому времени… — задумчиво протянула Дайан, разглядывая криво наложенные швы. Отёк спадать и не думал — плечо, казалось, стало в полтора раза шире от изначального размера, края раны горели, кровавая корочка сильно сочилась лимфой. Представшее зрелище несколько обескуражило Дэрила, который вчера как мог старался сделать всё правильно и отчего-то сильно ощущал ответственность за свои медицинские манипуляции. — Мне нужны антибиотики, — пытаясь сохранить самообладание, констатировала она, — Судя по всему, это инфекция, и если проблему не решить, в ближайшие сутки рана начнет наполняться гноем, а я — гореть от лихорадки. — Тебе принести аптечку? — на удивление услужливо уточнил Мэрл, который после вчерашнего потрошения кухонных шкафов успел мысленно обозначить себя «завхозом». — У меня нет антибиотиков… — сказанное осадило саму Дайан. — То есть, у тебя нашлась хирургическая, сука, нить, по при этом нет антибиотиков?! — Слушай, я притащила домой всё, что смогла, а ты бы лучше сказал спасибо за бинт, — спешно оправдалась девушка. Рассказывать о том, что последние антибиотики были так некстати потрачены на внезапный цистит, она не захотела. — В радиусе двадцати километров есть аптеки или больницы? — включился в разговор Дэрил. — Больниц нет, а всё то немногочисленное, что было в аптеках, я уже перетаскала, — задумчиво тянула Дайан, — Единственное, что осталось — ветеринарная клиника, полдня ходьбы на запад, вдоль шоссе. Там вполне могут быть подходящие антибиотики. Вот только в прошлый раз, когда я пыталась туда залезть, меня едва не укусили. Ходячих было слишком много. В висках болезненно отстукивало от напряжения. Дайан боялась не успеть добыть антибиотики до лихорадки, но и просить помощи у новых знакомых, которые, вроде как, убивать её все-таки не собирались, она не решалась. Даже если и помогут, она останется обязана. Дайан на секунду прикрыла глаза, чтобы сфокусироваться и понять, что пугает её больше — идти за антибиотиками, рискуя отключиться по дороге, или жить с двумя мужиками, один из которых, судя по всему, пытался её ограбить, а другой — подстрелил, в попытке остановить авантюру первого. «Господи, они ведь даже собственные действия согласовать не могут» — ещё раз прокрутив в голове рассказ Мэрла, подумала Дайан. — Я пойду туда. К вечеру уже вернусь, — не терпящим возражений тоном отрезал Дэрил, будто прочитав её мысли. Конечно, движущей силой для Дэрила являлось желание без ругани остаться в безопасном доме, по крайней мере на время, пока у Мэрла заживает нога. Выгонять Дайан в случае несогласия он не хотел, а жить с ней, постоянно ожидая ножа в спину, просто не смог бы. Но был и другой, совсем не прагматичный мотив, который он безнадежно пытался задвинуть подальше: ему действительно было жаль Дайан. Он отчетливо ощущал вину как за рану на её плече, так и в целом за внезапное вторжение. Попусту подвергать смертельной опасности одну из немногих выживших ему совсем не хотелось. — Слушай, я не идиотка, — Дайан посмотрела ему в глаза, — И я так понимаю, твой мотив в том, чтобы я разрешила вам остаться? Дэрил и не ожидал, что она расценит его порыв как «рыцарство», но ядовитый тон Дайан накалил его так сильно, что он все-таки не сдержался. — А с чего ты взяла, что вообще можешь мне что-то разрешать или не разрешать? — сквозь зубы процедил он. — Хватит! — вмешался Мэрл, — Детишки, это называется взаимовыгодное со-тру-дни-чес-тво! Ты, мадам, сама прекрасно понимаешь, что можешь не дойти за своими лекарствами, а мы хотим по крайней мере на время остаться в безопасном доме. — Хрен с вами, по рукам! — неожиданно даже для самой себя выдала Дайан, — Если Дэрил добудет антибиотики, можете оставаться до тех пор, пока у тебя, хромоножка, срастется перелом, — она перевела взгляд на Мэрла, — Я даже помогу сделать так, чтобы он правильно сросся, и даже дам вам еды в дорогу, но имейте в виду: это только на пару недель. Дальше я буду выгонять вас отсюда с оружием. Мэрл закатил глаза от того, насколько нелепо ощущал себя, выслушивая угрозы от раненой девчонки, но все-таки протянул ей руку. Она скрепила рукопожатие и вопросительно посмотрела на Дэрила. — Идёт, — сухо ответил тот и также пожал ей руку. Дэрил закинул арбалет на плечо и, кивнув Мэрлу, вышел из комнаты. Вскоре громко хлопнула главная дверь. — Ну что, соседушка, сварганишь что-нибудь пожрать? — весело оскалился Мэрл. Дайан поняла, что для неё это будет долгий день.