Соседи

Неделя прошла без происшествий. Мэрл всё крепче стоял на ногах и помог младшему с починкой забора, чем спас оставшуюся часть огорода, которую ещё не успели вытоптать периодически забредающие ходячие. Дайан сняла швы — о ночи знакомства с Диксонами теперь напоминал только малосимпатичный шрам на плече. Авантюра с травой к её удивлению работала чётко, Мэрл перестал казаться угрозой и беспокоил только тем, что никак не мог приучиться стучать в дверь перед заходом в комнату. Дайан интересовала Мэрла мало, даже когда он заставал её в коротких пижамных шортах: всё, к чему было приковано его внимание — «воскрешение» тайной теплицы на балконе. Мэрл, будто бывалый дачник, каждый день возился со своей неохотно поддающейся домашней плантацией. У Дэрила же была своя дилемма — он привязывался к сожительнице сильнее, чем мог предположить. Его подкупало особое её отношение, которое он отчётливо ощущал пусть даже и во всяких мелочах. Он прекрасно видел разницу в общении Дайан с Мэрлом и с ним самим. Дэрил привык, что Мэрл всегда перетягивал одеяло на себя, а сам он всю жизнь был вынужден оставаться в роли безвольной неказистой тени старшего брата. Теперь же внимание распределялось иначе — для Мэрла Дайан лишнего не делала и в целом помогала ему зачастую в обмен на ответную помощь. К себе же Дэрил напротив чувствовал даже некоторую нежность со стороны Дайан. Дэрил не понимал такого тёплого отношения, но бессознательно отвечал взаимностью, помогая Дайан раньше, чем она попросит, и даже однажды просидел с ней в комнате до рассвета за разговором. Общества Мэрла ему определённо не хватало для моральной разгрузки, Дайан же всегда выслушивала и была участлива, чем всё больше смягчала Дэрила по отношению к себе. Он как ни старался не мог отделаться от мысли, что почти перешёл некую незримую грань и вот-вот подпустит её слишком близко. Так длилось до тех пор, пока Дэрил явственно не заметил закономерные визиты Мэрла в комнату Дайан. Это совершенно не укладывалось у него в голове и вызывало неприятные чувства, которые он не в силах был разобрать. Дайан не прекращала проявлять заботу, однако факт оставался фактом — её с Мэрлом что-то связывало. Что-то, что заставляло Мэрла каждый раз выходить из её комнаты с ухмылкой на лице и воровато оглядываться. Дэрил пытался подавить в себе двоякие и отчего-то болезненные эмоции, но как только почувствовал, что не справляется, и накопленный гнев вот-вот вырвется наружу, решил отстраниться ото всех самым излюбленным способом — уйти на охоту. Охота отрезвляла, возвращала контроль и всегда служила громоотводом в подобных ситуациях. И всё бы было ничего, если бы не Дайан, отчаянно напрашивающаяся взять её с собой. Сейчас они вдвоём стояли в прихожей: Дэрил наперевес с мешком вещей и оружием и Дайан, едва успевшая поймать его перед уходом. — Ты будешь мне только мешать. — Да ладно, ты же знаешь, я быстро схватываю, — немного обиженно протянула она. — Мне плевать. Я не нанимался в учителя. Дайан на секунду опешила — такого холода в его голосе она не слышала уже очень давно. Она совершенно не поняла его поведения, и импульсивность тут же заставила её уколоть в ответ: — Я хочу научиться охотиться, пока ты ещё здесь. Мэрл, как видишь, почти здоров. Так что, пожалуйста, окажи мне услугу перед нашим скорым прощанием. Дайан сама не ожидала, насколько грубо прозвучит. Она заметно стушевалась и вдруг поймала на себе его ледяной взгляд: — Только потом не ной, — прошипел Дэрил, всучил ружьё ей в руки и не оборачиваясь переступил порог. Он не понимал, что взбесило его больше — суть её слов или то, каким ядовитым тоном они были сказаны. За прошедшее время он почти забыл, что живёт здесь на «договорной основе», а колкость Дайан, ещё недавно смотревшей на него с неизменным теплом, распалила его окончательно. Однако, она была права — охотиться ей определённо стоило поучиться. Дайан жила в основном на скудной растительной пище, тушенке и иногда пойманной по наитию рыбе, и все эти ресурсы неумолимо быстро расходовались, а предстоящая зима делала всё ещё хуже. Дэрил злился до дрожи, но отчего-то всё равно передумал и не смог отказать ей в помощи. Теперь он стремительно двигался вглубь леса в известном одному ему направлении. Дайан торопливо плелась рядом и, пока не решаясь задавать вопросы, лишь украдкой рассматривала своего спутника. Дэрил шёл уверенно, при том почти бесшумно, будто сливаясь с завыванием ветра и опускающимися на лес сумерками. Здесь он несмотря на всё наконец почувствовал себя спокойно. Хоть лес и не прощал ошибок, но никогда не предавал и был беспристрастно справедлив, предоставляя идущему то, что заслужено: хорошему охотнику — выслеженную дичь, неумелому путнику — голод и холод. Это Дэрил запомнил с самого детства, оказываясь по обе стороны. Сейчас же он улавливал каждый звук, отчётливо зная — когда опускается ночь, речь леса становится яснее. Дайан следила за ним уже неотрывно: он казался непоколебимо спокойным, но обострившиеся инстинкты выдавал азартный блеск в глазах и какая-то нечеловеческая хищная сосредоточенность. Сейчас он и сам походил на зверя, чем будоражил сознание Дайан, заставляя её завороженно наблюдать за собой. — У каждого существа целый арсенал повадок и способов уходить от преследователя, — вдруг вкрадчиво затянул Дэрил, — Хитрость в том, чтобы предугадать действия добычи. Зайцы запутывают следы, барсуки прячутся в норы, куропатки сливаются с растительностью, оленя ты никогда не догонишь, если учует тебя. — И кого мы будем ловить? — нетерпеливо, немного по-детски выпалила Дайан. — Гусей. — …Гусей? — она удивлённо вскинула брови. Дэрил выглядел так грозно, будто собирался пристрелить не меньше, чем гризли, потому ответ её совершенно обескуражил. — Думаешь, это легко? — ехидная улыбка на секунду коснулась его губ, — Гусь крайне умная птица. Охота на него целая система. Дайан выглядела растерянной, но заинтригованной. Поймав её внимательный взгляд, он продолжил: — Сейчас, вероятно, начало октября, самое время. Гуси движутся на юг и делают стоянки в определённых местах. В паре километров от твоего дома, выше по реке, есть приметное место. — И как ты это понял? — Они останавливаются в запрудах на отдых и водопой, а кормятся остатками урожая с полей. Там, куда мы идём, есть и то и другое. Я видел пролетающую стаю днём. Если у них и есть стоянка, то там. — А почему ты решил охотиться только вечером? Вдруг уже улетели? — Ты всегда задаешь так много вопросов или только когда нервничаешь? — хмыкнул Дэрил, прищурившись, — Поймёшь по ходу дела. Дэрил, ухватывая последний час до наступления темноты, по пути демонстрировал любопытной спутнице некоторые приёмы выживания в лесу. За непродолжительную дорогу Дайан узнала, что корневища можно чистить и есть, трухлявые пни нужно переворачивать и осматривать на наличие питательных жуков, а под корой деревьев прячется заболонь, которую за неимением альтернатив варят и даже делают из неё муку. Ловить лягушку и вырезать из неё ядовитые железы, чтобы она стала пригодна в пищу, Дайан отказалась, чем лишь вызывала у Дэрила разочарованный вздох. Вскоре лес расступился, открывая вид на широкое поле. Под пронизывающим ветром прижимались друг к другу ростки пшеницы, луна медленно поднималась над небольшим скоплением туч, заливая всё вокруг густым холодным сумраком. — Тащи сюда листья, ветки, всякую такую дрянь. И пшеницы нарви, как можно больше, — Дэрил принялся рыть землю сапёрной лопаткой. — Это засада? — Верно, — он довольно кивнул, — Гуси летают со стоянки на кормёжку утром. Сейчас они, вероятно, на запруде, а здесь их можно ждать к рассвету. У них отличное зрение, нужно основательно залечь, иначе заметят и облетят метров на двести, не подстрелишь. То, что мы сейчас будем строить, называется скрадок. Он делается на подлёте к месту кормёжки, но не слишком близко. Если они сменят место, больше охотиться на них не сможешь, а если сделать всё правильно — сможешь обстреливать их отсюда сколько влезет. — Хитро. — Главная хитрость в том, чтобы предугадать действия, как я и говорил. Стрелять любой дурак может, а научиться понимать, как мыслит добыча, куда сложнее. Вскоре скрадок был устроен — в углубление был помещен захваченный из дома плед и густо усыпан пожухлой травой. Из веток Дэрил сделал небольшой импровизированный каркас, в который можно было поместиться только лёжа, и укрыл его сверху собранным снопом пшеницы. Теперь они вдвоём залегли внутрь. — Зачем мы пришли так рано? — Дайан чуть смутилась собственному вопросу, побоявшись, что Дэрил расценит это сомнением в своём охотничьем опыте. — Гуси тебе не офисные работники. Расписания у них нет. Могут появиться часа через четыре, могут и совсем скоро, с первыми лучами. Могут вообще не появиться. После его слов Дайан, шумно выдохнув, устроилась поудобнее. Они лежали бок о бок на животах: Дэрил — настороженно вглядываясь в ночную темень, Дайан — уныло рассматривая листву на земле. Она отчётливо ощущала его отстранённость. Дайан отчего-то с грустью вспомнила ту ночь, когда спокойно прижималась к нему в объятиях. Теперь же она чувствовала, что Дэрил может мгновенно взбеситься от любого прикосновения к себе. — Если хочешь, немного поспи. Я разбужу перед рассветом, — вдруг обратился к ней Дэрил. В голосе едва заметно промелькнула прежняя мягкость. — Тебе без меня скучно будет, — Дайан воодушевилась и слегка пихнула его бедром, будто бы проверяя реакцию на тактильный контакт. Дэрил хмыкнул, но не отодвинулся. Хоть он ничего и не ответил, напряжение, висевшее в воздухе, начало понемногу спадать. Несмотря на всё, их тянуло друг к другу, пусть они оба признавали это не слишком охотно, и каждый по своей причине не спешил идти на диалог. Дэрил, размышляя о своём, вглядывался в ночь. Дайан, пригревшись о его бок, вскоре всё-таки задремала. — …Ну ты серьезно? — одними губами прошептал Дэрил, заметив это, и тут же передразнил её, — Тебе без меня скучно будет… Он слегка улыбнулся. Периодическое проявление слабости Дайан его даже умиляло. Травинка щекотала ей лицо, отчего она забавно морщилась. Дэрил цепким взглядом пробежался по ней, неясно, то ли беспристрастно рассматривая, то ли с интересом изучая. Вдруг он заметил, как она подрагивает от ветра, то и дело забирающегося под воротник сползшей рубашки. — Тоже мне охотница, — он поправил её рубашку и, поколебавшись, всё-таки оставил руку на её спине. Он пролежал так пару минут, но дрожь до конца не проходила. Дэрил, шумно выдохнув, притянул Дайан ближе к себе, не выпуская из другой руки арбалета. Время до рассвета пролетело быстро, и хмурое небо уже пронзали первые лучи. Вскоре из-за леса с раскатистым гоготом вдруг выпорхнула пара длинношеих гусей. Дэрил слегка потряс Дайан за плечо. Она сонно приоткрыла глаза и, услышав гогот, тут же дернулась за ружьём. — Рано, — прошептал Дэрил, рукой прижав её к земле, — Я же сказал, гуси крайне умные. Это, можно сказать, разведчики. Основная стая прилетит за ними. Уловив внимательный кивок, он продолжил: — Дождись, когда косяк уже пролетит мимо нас. Стрелять нужно вслед, а не навстречу, так они не сориентируются. Целься не просто в стаю, а в конкретного гуся. И не медли. Ты должна выстрелить, пока видишь их лапы — как только упустишь их из поля зрения, значит, слишком далеко, чтобы попасть. Дайан сосредоточенно напряглась, лихорадочно пытаясь уложить в голове полученные советы. Она, осторожно взявшись за ружьё, пробежалась взглядом по залитому росой полю. Совсем скоро на горизонте показалась целая стая белых гогочущих птиц. Они стремительно рассекали небо, двигаясь к месту кормёжки, но адреналиновая пелена заставляла Дайан воспринимать всё будто бы в замедленной съемке. — Приготовься, — Дэрил вскинул арбалет и прицелился. Всё произошло в секунду — гуси промчались параллельно скрадку и Дайан, прищурившись, выстрелила. Стая испуганно закричала, один, подбитый арбалетной стрелой Дэрила, глухо ударился о землю, остальные же с невообразимой скоростью разлетались вразнобой. Дайан, рвано выдохнув, снова спустила курок. Ещё один гусь, издав последний крик, упал наземь. Оставшаяся стая уже была почти неразличима в небе. — Охренеть, — прошептала Дайан и, не сводя глаз с горизонта, вдруг схватила Дэрила за руку. На её бледном лице живо горел восторженный взгляд. — Ну, один выстрел из двух. С боевым крещением тебя, — Дэрил улыбнулся её ошарашенному виду и, постепенно привыкая к прикосновениям, сжал её ладонь в своей, — Пойдём соберём добычу, пока ходячие на выстрелы не пришли. Весь путь до дома Дайан с гордостью поглядывала на тушки гусей, перекинутые Дэрилом через плечо. Успешное завершение этого небольшого приключения вызывало у неё буквально щенячий восторг. — После такого подстрелить белку или ещё какую мелкую дрянь труда тебе не составит, позже попробуем, — обратился к ней Дэрил и, чуть помедлив, добавил, — Я тоже начинал с охоты на гусей. — С первого раза получилось? — Нет, я был слишком мал, едва удерживал ружьё в руках, — немного застенчиво продолжил он, — Отец брал на охоту, когда ещё был более-менее в себе. Я запомнил способ, а первого гуся подстрелил уже в одиночку, лет в двенадцать. В его взгляде на секунду мелькнула подавленная боль. Дайан, заметив это, мягко обратилась к нему: — Ты удивительный в своих навыках. Большое спасибо за урок. И да, прости, что нагрубила утром, — Дайан, чуть смущаясь собственным словам, вдруг неожиданно для себя самой выпалила, — Вообще-то я не хочу, чтобы ты уходил. Сердце Дэрила пропустило удар. Он никак не ожидал услышать этого сейчас, впрямую, и особенно его внимание зацепило произнесённое слово «ты». Не «вы» или «вы с Мэрлом» — Дайан отчётливо сказала, что не хочет, чтобы уходил именно он. Дэрил так растерялся, что не ответил, и лишь бесконтрольно растянулся в несвойственной для себя широкой улыбке. Дайан неловко улыбнулась в ответ и тут же опустила взгляд. Остаток пути они шли молча, Дайан лишь изредка украдкой поглядывала на его слегка озадаченное лицо. Дома первым делом Дайан залезла в ванную, смывая с себя грязь и остатки пшеничной шелухи. Она с наслаждением провалялась в тёплой воде до тех пор, пока та не остыла, после чего наскоро оделась и направилась в свою спальню. Дэрил перебирал в гостиной походный рюкзак, параллельно буравя глазами спину лежавшего на диване Мэрла. Дверь спальни Дайан хлопнула. Мэрл, чуть дёрнувшись от знакомого звука, выждал пару минут, после чего не сказав брату ни слова направился на второй этаж. Дэрил проводил его уничижительным взглядом. Противоречия с новой силой разрывали его изнутри — меньше чем час назад он ощущал неизменную теплоту от Дайан, теперь же был вынужден наблюдать, как Мэрл в подозрительном молчании снова направляется к ней в комнату. Дэрил был больше не в силах совладать с собой, и, движимый болезненным интересом и плохо изученными эмоциями, чуть поколебался, но всё-таки устремился за братом. Дэрил без стука распахнул дверь в комнату и от представшей картины замер в оцепенении: Дайан сидела на краю кровати в коротких шортах и майке, откровенно облегающей влажное тело, рядом на полу устроился Мэрл, который, заметив его, тут же воровато отдёрнул от губ подкуренный косяк. — Я всё объясню… — пролепетала Дайан, и собственный голос отчего-то показался ей дурацким. Дэрил, переводя ошарашенный взгляд то на неё, то на брата, ничего не ответил. — Ну что ты так смотришь? Каюсь, мадам снабжает меня травой, — без тени вины отозвался Мэрл, — И что ты сделаешь? Вызовешь копов? — Я хотела как лучше! — нервно оправдывалась Дайан. — Откуда у вас трава? — выйдя наконец из немого ступора, Дэрил с трудом подавлял накатывающую ярость. — Прошлый домовладелец оставил на балконе этой комнаты два полудохлых куста ганджи в наследство, — весело оскалился Мэрл, — Они, видать, вытянули только за счёт того, что крыша протекает. Дайан запирает дверь на ключ и разрешает мне заниматься тут, ну, скажем так, садоводством, только под своим присмотром. — И теперь он дожидается, когда я приду в комнату, и вламывается ко мне без стука в любое время дня и ночи! — перебила его Дайан и тут же смущённо поправила предательски сползающую лямку майки, — Я вот только из ванной… — А чего ты вообще припёрся к нам? В чём-то нас подозревал? — на лице Мэрла растянулась ехидная улыбка. — …Подожди, ты думал, что я с ним сплю?! — Дайан подняла на Дэрила совершенно растерянный взгляд, — О боже, фу! — Фу-у! — тут же передразнил её Мэрл, скривив лицо в издевательской гримасе, — Да он просто бесится, что ты видела меня голым, а его нет. — Ого, правда? А как думаешь, что впечатлило меня больше: твой сморщенный стручок или твоё заблёванное дряхлое тело?! — парировала Дайан. — Да вы совсем охренели?! — вдруг взревел Дэрил, перебив их перепалку, и заставил их обоих осесть. — Я, пожалуй, унесу отсюда свои дряхлые сморщенные телеса, пока не получил в морду, — Мэрл, сделав ещё одну затяжку, потушил бычок о ботинок, ещё раз сгримасничал Дайан и поспешил удалиться из комнаты, — Всё равно ничего нового ты обо мне не узнал. — Мы с тобой ещё поговорим, — прошипел Дэрил ему вслед и, глубоко вздохнув, перевёл выжидающий взгляд на Дайан. — Я не знаю, что сказать… — аккуратно отозвалась она, но он тут же перебил её. — Ладно Мэрл, но как ты додумалась скрыть от меня такое?! — в его гневный тон вдруг вплелись разочарование и даже некоторая обида. Чуть помедлив, он двинулся вглубь комнаты. — А что бы тебе дало это знание?! — Дайан неожиданно для себя самой начала отвечать довольно уверенно, — Ну выкинул бы ты его траву, ну попёрся бы он на вылазку за какой-нибудь аптечной дурью, от которой неделю назад чуть не умер. Или хочешь сказать, он бы остановился? Трава та ещё дрянь, но хотя бы не убивает, и иных альтернатив я как-то не нашла. — То есть, это была забота?! — Дэрил пронзительно посмотрел ей в глаза. — Да, чёрт возьми! — Дайан, не выдержав напряжения, вдруг повысила голос, — Да, Дэрил, это была забота, и после всего случившегося я не хотела волновать тебя ещё больше. Он сел рядом с ней на кровать, невольно цепляясь взглядом за её голые стройные ноги. Дайан, заметив это, бессознательно вытянулась, как струна. — Мэрл всю жизнь будто намерено создаёт проблемы, — он вдруг заговорил тише и опустил голову, — Может ты и права. Гневные реакции Дэрила постепенно, но всё чаще сменялись относительно спокойными попытками диалога. В Дайан было сосредоточено единственное доступное ему тепло и близость, и от этого он не мог по-настоящему злиться на неё. Дэрил поднял на неё взгляд: сейчас в его глазах помимо привычной тени враждебности отражалось что-то гораздо более потаённое — смесь вечно подавляемой грусти и будто бы некая просьба о помощи: — Такие решения не принимаются в одиночку. Надо было сказать мне. — Прости меня. Дайан, поддаваясь порыву, мягко притянула его к себе. Он податливо уткнулся носом в её оголённое плечо, украдкой поглубже вдохнув её запах, и устало прикрыл глаза. Почему-то никто из них сейчас даже не ощущал неловкости. — Я не могу злиться на тебя, — пробормотал Дэрил и, с трудом заставив себя, отстранился от неё. Как только за ним захлопнулась дверь, Дайан, глубоко задумавшись, откинулась на кровать: «…И что бы всё это значило?»