Недоразвитый

      Тэхён переживает.       Хотя с чего бы? Ответа нет и не найдётся в ближайшие пару часов. С самого утра омега не может собрать себя в кучу. Он и в повседневной жизни немного неуклюж, а тут прям напасть какая-то. Уже пару раз обтёр собой дверные косяки, зацепился мизинцем правой ноги об тумбочку, которую вчера незапланированно переставил. Ну захотелось омеге что-то видоизменить в своей жизни. Что тут такого? Это уже стабильность. Примерно раз в пару тройку месяцев Тэхён решает, что всё не то и всё не так, и потому это срочно нужно переставить, передвинуть и перекрасить. Он натура нежная и творческая.       Омеге девятнадцать лет, если у него были родители, они бы им гордились. Только Тэхён сетовать на жизнь не привык. Они у него есть, они его любят, просто живут на небе, а не с ним на земле. Всего-то.       Ужасная автокатастрофа забрала у омеги всех родных и дорогих его сердцу людей. На той дороге в охваченной пламенем машине остались отец с папой и дедушка с бабушкой. Люди, что обещали быть всегда рядом и дарить своё тепло. Там должен был быть и он, только в тот злосчастный день маленький омежка приболел и весь день капризничал, потому было решено оставить четырёхлетнего малыша у соседки. Они с ней хорошо ладили и иногда оставляли маленького непоседу у соседки, когда не с кем было оставить. Семья должна была вернуться через пару часов. Но получилось по иному. Тот момент, миг, можно сказать, когда папа целует его в лобик и просит не капризничать, становится последним.       Если спросить помнит ли Тэ тот день, он ответит твёрдое «ДА». Родители были счастливы, и это было обыденно для семьи. Родные сердцу люди всегда были терпеливы и осмотрительны друг к другу, и смотрелись гармонично. Бабушка с дедушкой приехали повидать любимого внучка, тискали его до отвала; щекотали, целовали и дарили тепло. И нужно ли им было выехать именно тогда? «НЕТ». Ведь обещание вернуться через пару часиков так и не было исполнено…       После того дня Тэхён, как и велел папа, не капризничал. Ребёнок вообще поник, закрылся в себе и перестал показывать малейшие чувства и эмоции. Ему не говорили, что произошло. Его родные люди просто уехали и не вернулись. Хоть ему и было всего четыре годика, омега уже мог понять, что что-то случилось. А после подслушанного разговора с мужчинами в костюмах и серьёзными лицами — органами опеки — мальчик всё понял. Хоть слово «смерть» было ему понятно не до конца, но суть слов «родителей и пожилых людей уже нет» — он уловил.       Позже его забрали в приют для омег. Многие бы начали жалеть ребёнка и причитать, мол детям в детском доме трудно, их там обижают. Нет, это не так. В приюте к нему (соответственно и к остальным) хорошо относились, дети были предельно дружелюбными, только таковым не был сам Ким. Ребёнок сторонился всех, даже взрослых. Его потаённое желание вернуться снова в родной дом, к родителям и в свою комнату, чтобы снова окунуться в ту идиллию, когда старший омега заходит в комнату и будит его поцелуем в щёку или мягко тормоша.       Он не приносил проблем — помогал воспитателям, если это требовалось, не хамил и не дрался. Просто стал более закрытым и молчаливым. Из жизнерадостного ребёнка он превратился в живую оболочку. От дружбы и игр постоянно отказывался, хоть старшие и младшие дети пытались заинтересовать юного омегу и затянуть с ними в игру. Бесполезно. Он остался один, теперь он сам будет себя и защищать и любить. Больше попросту некому.       Только быть одному ему было не суждено — к нему липучкой пристал омега старше его на два года. Хоть Тэхён упрямо говорил, что желает быть и знакомства его не интересуют, омега по имени Юнги не оставлял попыток. Пёр, будто стену проломить желает. После мимолётной встречи в первый же день прибытия омеги, Мину показалось, что сгорбленная фигура Кима напоминает ему выброшенного котёнка, попавшего как не кстати под ливень. Озябший и промокший. (Только в их случае — покинутый и угрюмый). Хоть тот и ставил палки в колёса на пути к их общению и дружбе, Юнги все эти палки ломал своим характером и упорством. Он увидел в Тэ родную душу, с первого дня считал того своим младшим братом. И сейчас Тэхён благодарен ему за это. Именно Юнги сумел пробить ту броню, что выстроил вокруг себя омега, и подарил тому семью. Их маленькую братскую семью.       К пятнадцати годам вернуть весёлого и смеющегося омегу получилось, но только для одного настырного и не принимающего отказов Мин Юнги, ставшего верным другом. Не просто знакомым или приятелем, а тем, кто не уйдёт, если он нагрубит или будет без настроение. А его частенько не было. Не фыркнет на твои проблемы, и не скажет какой ты жалкий, увидев случайно твои слёзы. Этот человечек тот ещё кадр. С ним не каждый сможет не то что дружить, но и говорить на протяжении часа. Вечно недовольный, холодный и дерзкий Мин только для Тэхёна является самым добрым, милым и родным хёном. Только с ним парень расслаблялся и давал волю чувствам. Был самим собой, таким, каким видели его немногие. Он всегда смело говорил, что они — семья.       И сейчас, в свои девятнадцать, Тэхён является второкурсником педагогического университета. Детей Тэ всегда любил. Они дарили ему чувство нужности, что ли. А может, ему просто нравилось забытое с четырёх лет чувство — он нужен и любим кем-то. Даже последние года в приюте всецело отдавался маленьким омежкам. Был для них и другом и няней и воспитателем, и даже после совершеннолетия и окончания школы внутри приюта, он без раздумий понёс документы в педагогический.       Ему просто необходимо было поступить, не может он без этих маленьких жизнерадостных человечков.       Омега пока ждал результатов о поступление чуть не откинулся от переживаний. Даже ромашковый чай, который приносил ему Юнги мало справлялся с поставленной задачей. Старший не переживал от слова совсем, он был уверен в Тэхёне и пытался донести это и до него самого. С самооценкой у младшего временами бывают проблемы, а потому поверить о зачислении на первый курс было сложно, пока не увидел письмо на почте. В порыве радости и всеобщей любви чуть не задушил своего любимого хёна пока обнимал.       Вспомни солнышко, вот и лучик. Звонит собственной персоной. — Мелкий, ты готов? — омега явно в хорошем распоряжении духа. И от этого «мелкий» Тэхёну, видимо, никогда не избавится. — Хё-о-он, ну я же просил, — ну не нравится ему это прозвище, — я уже выхожу, но у меня странное предчувствие.       Мин слышит сомневающийся голос в трубке. Чтобы его мелкий сомневался, да он сам кого хочешь доведёт до истерики и сомнений. Только дайте ему час времени. — Мне поехать с тобой? — секундное молчание. — А лучше вообще останься дома, никуда не надо ехать. Твой настрой мне заранее не нравится. — Нет, это не предчувствие чего-то плохого. Это… эти ощущения похожи на ожидание чего-то, что даст что-то большее и… и я, блин, не могу это объяснить, Юнги! — к таким закидонам старший уже привык. Тэхён у него душа разносторонняя, и в знаки судьбы верит, и в истинных, и в гороскопы. — Ну из твоих слов я мало, что понял, но похоже на простое переживание перед чем-то новым. — Можно и так сказать. — Давай так, ты мне сразу отпишешься как приедешь туда. Чтобы я не волновался, договорились? — старший всегда держит контроль. Этому его научили не лучшие моменты жизни Тэхёна. Этот омега и на ровном месте найдёт себе проблемы. И с полицейского участка забирал, и из драк вытаскивала. Бойкий, однако, у него друг. — Я напишу. Мне уже нужно выходить. — Хорошо, удачи. — Спасибо, — на этом звонок заканчивается и омега выходит из дома, направляясь на свою первую в жизни работу.

😐

      Подходя к красивому и ухоженному дому, Тэхён поправляет одежду, смотрится в зеркальце на сносность внешнего вида и, со спокойной душой жмёт на звоночек. Открывает дверь ему бета пожилого возраста, кивает в знак приветствия, и безмолвно зовёт за собой, ведя в направлении, видимо, кабинета. Немного жутко. Атмосфера в этом доме, мягко говоря, угнетает. Омега остаётся один и пару минут сидит в тишине.       Заходит альфа. Юнджи говорила, что Хангён не из приятных людей, даже попросила не пугаться. Поэтому омега ждёт дальнейших его действий. — Значит так, — грубо отзывается пришедший, смеряя его взглядом. — Меня зовут Чон Хангён. Ты здесь чисто для подтирания задницы моему недоразвитому сыну. Оплата будет хорошая. Главное не попадайтесь мне на глаза и не бесите. Уяснил?       После такого обращения Тэхён ушёл бы сию же секунду, но Юнджи практически умоляла его помочь. Ей отказать он просто не имеет права. Эту женщину любит всем сердцем. Но не мужчина, стоящий перед ним и раздающий распоряжения. Будто он прислуга в этом доме. — Я всё понял, Хангён-щи. Юнджи мне кратко описала ситуацию. Я могу задать вопрос? — была не была. Этого он не понял во время разговора с ней. — Попробуй, — и снова это недовольство в тоне. — Чонгук же ваш родной сын. Почему вы так к нему относитесь? — взгляд альфы темнеет в секунды. Из простого голубого зрачки наливаются ярко-красным цветом; злостью. — Он у меня недоразвитый. Зачем выжил вообще не ясно, забрав жизнь жены. Одно его присутствие здесь меня раздражает, — тихо рычит, не глядя на омегу. — Твоя задача не спрашивать, а с правиться с _"этим"_. — «Вы неправы. Чонгук в первую очередь человек, с ним так нельзя», — подумал юноша. На деле же омега ответил: «Да, сэр». — Он в своей комнате. Пока я дома на первый этаж ни шагу. Он тебе расскажет правила поведения, если вообще на это способен. — Хорошо.

😐

      Вышел из кабинета Тэхён с отвратительным настроением. Говорить с этим человеком желание отпало моментально. Понять его так и не получилось, да и желания не было. Не попадаться на глаза — да запросто. Видеть его невыносимо. А если его сын такой же?       Нет, Юнджи так о нём тогда не отзывалась бы. Ему описали безумно красивого, умного и доброго альфу. Да и попу подтирать? Другом просили стать.       Ничего не понятно.       Нужно будет узнать непосредственно у этого Чонгука. Только после слов старшего альфы сомнения всё-таки закрались в голову молодого омеги. Может Юнджи просто не хотела его пугать состоянием Чона-младшего? Тэхён трясёт головой. Вот сейчас сам всё увидит и решит, что ему дальше делать. Если всё так плохо и этот альфа такой же, как и его отец, он немедленно уйдёт, и ноги его в этом доме не будет.       Омега поднимается на второй этаж. Он пустоват. По площади он гораздо меньше первого. Есть всего три двери. Две из них открыты, а вот одна заперта. Видимо, это и есть комната альфы.       Вдох, выдох, стук.       Спустя минуту ему открывает дверь красивый молодой человек. На него смотрят искрящимся взглядом. Внешне альфа очень схож с Хангёном, только, видимо, передались только некие черты лица, ведь во взгляде омега видит лишь радость, немного волнения и исключительную доброжелательность.       Вспоминает, что бессовестно завис только тогда, когда его мягко трогают за плечо. — Я гов-ворю прив-вет. Ты Тэх-хён? — уши альфы предательски начинают краснеть, ведь его так рассматривают впервые. Может с ним что-то не так? — А, да. Извини, я задумался. Да, я Ким Тэхён. Юнджи попросила меня присмотреть за тобой. Правда я не очень понял, что мне нужно делать, поможешь разобраться? — Тэхён никогда не был робким малым, наоборот, говорил не стесняясь, что думал.       Чонгук кивает и пропускает в свою комнату. Парни садятся на кровать. Первое, что замечает Тэхён — это полупустая комната. Здесь буквально стоит кровать, стол, стул и шкаф. Всё, больше ничего. Ни тебе коврика, цветочка, ноутбука или тетрадей. Здесь точно кто-то живёт? Если да, то как?       Первым тишину решает разорвать альфа. Он всё ещё немного смущён, но он же старше. Да и кто ещё поможет более детально понять ситуацию омеге, если не он. — Ну р-раньше я ж-жил с Юн-нджи, н-но теп-перь он-на буд-дет т-тольк-ко зд-десь, — касается груди, — поэ-этому м-меня отправ-вили к отцу… ой… Х-ханг-гёну. Ты н-не подум-май, мне не нужна няня или сиделк-ка, мне больше нужен челов-век для об-бщения. Друг, — альфа закусывает губу и, опуская голову, тихо произносит, — прости. — За что? — Тэхён вот совершенно не понял. За что этот парень сейчас просит прощение. Вот его отцу бы не помешало, но уж точно не ему. — Я с-сейчас оч-чень сильно заик-каюсь, обычно это не т-так. Теб-бе может б-быть со мной прот-тивно.       Надо видеть лицо юноши в этот момент. Чонгук же сейчас шутит, так ведь? — Я надеюсь, что это была шутка, потому что ты пока один из немногочисленных людей, с которыми я вообще разговариваю, хотя мы с тобой знакомы полчаса от силы, — и это правда чёрт возьми! — Можешь рассказать немного о своей болезни? Я думаю это важно.       Альфа коротко рассказал что к чему, и теперь Тэхён совсем не понимает Хангёна. Чонгук здравомыслящий взрослый человек. Да, есть некоторые явные проблемы, но парня точно не описывают слова «недоразвитый» и «подтирать жопу», это уж точно не про него. Возможно, из рассказов о кодах и программировании в целом вообще мало что понял, только кивал как болванчик, но и то, многие люди с его болезнью и этого знать или запомнить не могли! Но даже так омега подметил, что альфе здесь не рады, его эта атмосфера больше угнетает. Здесь и здоровому-то человеку плохо находится — стены давят, а такому как Чонгук, который чувствует все эмоции и состояние людей очень резко и близко к сердцу, вообще запрещено здесь быть. С этим нужно что-то делать. — Может фильм какой посмотри? — налаживать контакт будем помалу. Сам не из общительных, поэтому начинать надо с малого. — Д-давай, — Чонгук достаёт… ноутбук? Но почему он хранит его в тумбочке?       Чон отдаёт его Киму. Странное чувство, но для младшего альфы кажется, что омега будто фарфоровый, такой светлый и пушистый. По глазам читает, что Киму он не противен. — Что обычно смотришь? — омега открывает поисковик. — Я л-люблю докум-менталки про маньяк-ков, ужастики и мульт-тики, — руки Тэхёна так и замерли над клавиатурой? Может послышалось? — Прости что? Маньяки и мультики? — если бы вы сейчас посмотрели на глаза омеги, то в жизни бы не сказали что он кореец. Он, мягко сказать, удивлён. — Д-да. А что? — Чонгук не понимает такой реакции. — Ты не х-хочешь? — Давай только без маньяков, а то в этой комнате станет на одного заику больше, в худшем случае тебе придётся откачивать меня и за руку по коридорам водить, — Тэхён уже хотел прикусить язык за свою неудачную шутку, но видя красивую улыбку в ответ расслабляется. Если у него с чувством юмора, видимо, не задалось, то у парня нет такой проблемы. Чонгук спокойно относится к самоиронии. Сам бы Тэхён наверное обиделся. — Ты так б-боишься? — задай этот вопрос любой другой, кроме Юнги, Тэхён бы съязвил. Чонгуку этим отвечать не хотелось. Он для всех скала, ничего не боится и сам со всем справится. Эдакий сильный и независимый. Но опять же, этот альфа как-то на него влияет. Ему не хочется колко отвечать, с ним вообще хочется чувствовать себя маленьким и защищённым. Тэхён мотает головой; только этих мыслей в голове только не хватало. — Очень. Страшилки, маньяки и всё такое. Я даже вида крови боюсь. — Тогда мульт-тики? — Вот это с удовольствием. Наконец встретил человека одобряющего мультики в нашем возрасте.       Отлипнуть от экрана они смогли лишь спустя два мультфильма, одного им катастрофически не хватило для полного счастья.       Ещё и поговорили о многом. Открывать свою жизнь омега не стал, но поддержал множество тем для разговора. На улице уже стемнело и Тэхёну нужно возвращаться к Юнги. Хён ему и так голову открутит, ведь младший так увлёкся, что забыл отписаться, что с ним всё в порядке. — Чонгук, мне домой пора. Уже темно, — Тэхён встаёт с кровати и начинает собираться. — Т-тебе не будет страшно ид-дти? Мож-жет такси вызв-вать? — омега машет головой в отрицании. — А мож-жет здесь ос-станешься? Я на п-полу лягу, не б-беспокойся.       Чонгук сам не понимает себя. Чтобы он так легко с кем-то в жизни общался кто не Юнджи, это нонсенс. Даже когда сегодня омега коснулся его рук или плеча, ни испуга, ни панической атаки, просто ничего. Странно. А теперь вообще совершенно спокойно просит того о ночёвке. — Чонгук, извини. Но мне нужно домой. Давай я тебе напишу, когда доберусь до дома, чтобы ты не переживал? — кивок. — Тогда договорились. Давай свой номер.       Чонгук, немного мешкает, но достаёт свой телефон. Они обмениваются номерами и, проверяя время, понимают что Хангён уже лёг спать, поэтому тихонько идут к двери. Альфа закрывает за омегой дверь и на цыпочках пробирается к себе в комнату.       Не попадаться на глаза, он помнит.       И спустя примерно час приходит долгожданное сообщение. Чонгук очень старался не уснуть раньше времени, хотя очень хотелось.

Тэ-Тэ:

Я дома. Спокойной ночи, Чонгуки-и.

Чонгук: Спокойной ночи, Тэ