3
9 октября 2023 г., 23:21
***
–Ты ещё не передумал? — выбил паковский голос Чона из своих мыслей. За окном бушует ливень, ручьями стекают по стеклу капли дождя. Ни солнца, ни тёплой погоды, которая совсем недавно сияла во всю. Некий парень, который явил себя «спасителем», так и не явился, что довольно расстраивает Чонгука. Он всячески вглядывается в окна ресторана, дабы хоть что-то рассмотреть, словить верный силуэт, но всё сходится на нет. Ему остаётся только надеется. –Нет. Всё в порядке, — закивал Гук, не отрываясь от своего занятия. Отчаянный выдох послышался со стороны Чима. Он смотрит на черноволосого совсем не понятно усталыми глазами, то-ли с грустью, то-ли совсем с лёгкой заботой и любовью. Не различить. –Я очень надеюсь, что он придёт и не передумает. –Придёт, обязательно. Если я не передумал, то и он не передумает. –Думаешь? –Он должен. Он же обещал, разве нет? –Обещал, но всякое случается. Глянь на погоду, она ужасна. –Эта погода. Нет, она не важна. Если он посчитает нужным, он придёт. –Ты уверен? –Уверен. Надежда умирает последней. –Уф, всегда завидовал Надеждам.. –Боже, ты идиот, хён, — хрипло посмеялся Гук, на что Чимин отрицательно отзывается. –И почему ты смеешься? Это же серьёзно! –Хён, ты правда дурак. –Пф, сам такой! — сердито закатил глаза Пак, складывая руки на груди. Чон лишь ласково улыбается сквозь закушенную губу, взъерошивая блондинистые волосы хёна, на что Пак ещё сильнее дуется. –Та ладно тебе, хëн, не обижайся. –Обижаюсь. –Тебе Джун запретил слишком много обижаться, я ему всё расскажу. –Боже, что за шантаж.. — в очередной раз закатывает глаза. Чонгук снова хрипло смеётся, вызывая у Чима улыбку. –Тут довольно тихо, да и народу что-то мало. –Я специально подобрал нужное время. –Мне некомфортно, слишком уж тихо. Смотри, как мало людей тут. –Та я и не для тебя делал это. –Ах так, да. –Ага. Гуку хотелось что-нибудь съязвить, остаться победителем в этом разговоре, но дверь предательски скрипнула, а колокольчик на двери тихо зазвенел, вызывая больший интерес у Чона. Он мгновенно обернулся, глядя на вошедшего гостя. Официантка сразу же подбежала к посетителю, натянуто ему улыбаясь, а клиент лишь отмахивается, легко и по доброму улыбаясь. Промок до ниточки, капли скатываются по одежде вниз, по широким джинсам, звонко падая на белый пол. Длинные, рыжие и немножко волнистые волосы заправленые к затылку, спадают на шею. С его локонов волос дождливые капли медленно скатывается по бежевой рубашке, под которой находится уже намокшая белая футболка. Тихонько жуёт жвачку, и Чон уверен, она мятная. Миловидная внешность и прекрасные карие глаза, белоснежная кожа, как у сукинова вампира. Одним словом — рыженький и хорошенький котёнок. Тонкими и аккуратными пальцами закрывает чёрный зонтик, стряхивая с него остатки ливня. Справившись с официанткой, мило щурится, будто ищя определённого человека. Его тёплый взгляд падает на Пака, а после и на Чона, который долгое время не может оторваться от такого изумительно вида искусства. Он улыбается, двигаясь к парочке друзей. –Милый, — вывалил Гук. –Чего? — переспросил Чим, будто не расслышал. –А? Ничего-ничего, — повернувшись на место, Чон сглотнул. Его глаза бегают по столу, по ногам, по полу, но только не поднимать их наверх. Нельзя, нет. Это опасно, опасно увидеть прекрасного человека прямо в лицо. Это будет слишком близко. В голове сразу же всплывает Ким, заплаканный, пушистый, как комочек клубка, и такой разбитый. Чонгук не хочет причинить вред и такому же хорошему чуду, он не может, он не простит себе. –Ох, добрый день! — в очередной раз выбивает чей-то голос Чона. Сердце бешено заколотилось, а его глаза сильнее распахнулись. Он по привычке закусывает губу, теребя колечко на нижней губе. Руки сжимает вместе, не зная, куда их деть, –Я..Я Юнги! Мин Юнги. –Ах, Пак Чимин, рад знакомству! — лучезарно улыбается он, попросив Мина присесть. –Да, конечно, уже знакомы. –Да-да! –А.. Вы? Чонгук? — спросил Юн, по привычке надув щёчки. Гук резко приподнимает голову, снова сглатывая. Его глаза падают на Мина, жадно поглощая каждую частицу его тела. Он закивал. –Да. Чонгук. –Ага, рад знакомству! — рыжий протягивает руку, в знак рукопожатия. Черноволосый приходит в недопонимание, но словив угрожающий взгляд друга, сразу же сжал маленькую ладошку парня, пожимая. Юнги тихо шикнул и сморщился. –Ой! Прошу прощения, простите, — Чон сразу же расслабляет руку, поглаживая большим пальцем тыльную сторону чужой ладони. –Н-ничего страшного, нет, всё в порядке, не извиняйся, Гук. –Ох, ладно, хорошо.. –Хорошие мышцы, Чон, — выкинул смешок Юн, одарив его комплиментом. –Спасибо.. — стеснительно улыбнулся, почесав затылок. Чимин заметил неудобную обстановку для Гука, заметил, как ему некомфортно находится в троем. –Так, ну, придётся вас оставить! Мне муж названивает, никак не успокоится. Вы же справитесь без моей помощи, ага? — закивал Пак, собирая свои вещички. Чонгук уже давно его проклял, за то, что он оставил его одного, совсем одного. –Конечно, удачи, Чимин! — выкрикнул в след Мин, на что Чим обернулся, помахав рукой. Дверь тихо захлопнулась, а силуэт Пака быстро растворился в ручьях ливня. Гук проталкивает язык за щеку. Теперь ему никуда не деться, никто кроме него не будет вести разговор. Нет кого-нибудь, кто помог бы ему спрятаться за его спиной и набраться сил, подобрать слова. Только импровизация. Юнги глубоко вздохнул, вглядываясь в глубокие глаза Чона, которые так же рассматривали каждую его деталь на лице, на теле, где только угодно. Он закусил губу, слегка улыбнувшись, чего не мог не заметить Гук. Черноволосый рвано дышит, временами сглатывая, смотря на такие манящие розовенькие губы Мина. –Уже нравлюсь? — ещё шире улыбается рыжий, лопая надутый шарик жвачки. Чонгук будто приходит в себя, отдаляется и откидывается на спинку кожаного диванчика. Махает головой, опустив зрачки вниз, –Ох, правда? Я не достаточно хорош? — играется Юн. –Что? Нет-нет, это не так! Просто.. Просто.. –М-м? –Нет, ничего, — шумно выдохнул чёрный. –Так я правда не достаточно хорош для тебя? –Нет же. Очень даже хорош, я ничего не говорю, нет.. –Точно, милый? — хлопает глазками, надув щёчки. Чонгук сглатывает, резко отводя слегка напуганный взгляд в окно, пытаясь разглядеть хоть что-то. Может, Пак подшутил над ним и сидит где-то недалеко, смеётся и снимает всё на камеру, как его бестолкового друга безумно смущают? –Ты обижаешь меня. Почему такой не разговорчивый? — надул губки, нежно обхватит большую ладонь Чона, разглядывая татуировки, обводя их и вырисовывая всякие узоры. Гук закусывает и так уже всю искусанную губу, смотря за дальнейшими действиями парня, позволяя ему абсолютно всё, –Вот эта татуировочка красивая.. — прошептал он, –А когда их набил? –Два года назад? А может три, уже особо не помню, — проговорил Чонгук. –А какой повод был? –Никакой. Просто захотел, просто набил, для себя. –Ах, вот как..А у тебя только на костяшках? –Неа, ещё вот тут, тут, тут. Вся рука, — указывая другой рукой место, где есть определённая тату, сказал Чон. –Ух ты! А покажешь? –Ну уж нет, точно не сегодня. И не завтра, и не послезавтра, — улыбнулся черноволосый, перехватив его ладошку, слегка сжимая. Юн нахмурился. –А почему это? Может, я хочу сегодня. –Сегодня нельзя. –Ну почему-у? — грустно выдал рыжий, –Я хочу сегодня! –А я хочу просто взять и уйти, — вскинул бровью Гук. –Нет, не уйдёшь. –Ещё чего? Вот, сейчас встану и уйду, — Чон встал с диванчика, отряхнув с пиджака и брюк невидимые пылинки. Мин встал следом, всё так же продолжая хмуриться. –Тогда я тоже уйду, но вместе с тобой. –Нет, не хочу с тобой, отвали, — процедил Чонгук, отмахнувшись и развернувшись от паренька, двигаясь к выходу. –Эй, так не честно! — обиженно крикнул Юнги, подбежав к черноволосому. Хватает его за тёмный рукав пиджака, заставляя повернуться к себе. Гук неохотно это делает, закатив глаза. –Ну чего тебе, а? –Ну почему ты уходишь? –Ты надоел мне, Пак был не прав. –Ещё как прав, — спокойно выдал Мин, складывая руки на груди, –Просто, ты даже не удосужился правильно познакомиться со мной! Во первых, — Мин загнул один пальчик, –Надо было узнать обо мне. Во вторых, — загнул второй, –Чтобы правильно узнать обо мне, надо много расспрашивать. В третьих, — и третий, –Чтобы много расспрашивать, надо быть уверенным в себе! А ты? А ты ничего, дуб дубом! — обижено проговорил Юн. Гук хмыкнул, шумно выдохнув. –Ну и ладно, больно мне надо было, — выкинул черноволосый, дальше идя по своему пути. –Чего? Та ты.. Идиот! Ах, ты такой шанс упускаешь! — двинулся дальше за Чоном. –Ты зонтик забыл. –Ничего подобного, он у меня в руках! –И с чего ты взял, что ты мой самый лучший шанс? –Та потому что каждый, с кем ты пытался что-то сделать, хоть как-то познакомиться, просто уходили от тебя, потому что именно ты им надоедал своим идиотским прошлым, ты не давал им хоть как-то тебе помочь, ты засел в этом дне, ты не давал им хоть малейшего шанса, но продолжал ходить на эти грёбанные недо-свидания! — выкрикнул Мин, остановившись. Чонгук и сам замер у выхода, сглотнув. Он обернулся, злобно глядя на Юна. –Тебе то откуда знать? — прохрипел Гук. –Я знаю всё. Всё про твоё прошлое, про твоё недавнее. Ты застрял в этой пропасти, я хочу помочь тебе, — прошептал Юнги, аккуратно хватая его за запястье. Чон выдыхает, закусив губу. –Я.. Я не могу, нет. –Но почему? –Я не хочу причинить тебе ту же боль, не хочу. А если я снова променяю чьи-то чувства, если снова по пьяни.. — –Нет-нет. Ты не сделаешь этого, — обхватывает ледяными ладошками его личико, нежно поглаживая, глядя в тёмные зрачки Чонгука. Глаза черноволосого в очередной раз слезятся и краснеют. –А если.. -дрожащим и хриплым голосом произносит. –Нет, не если. Не сделаешь, не сможешь. –Почему ты так уверен в этом?.. –Я не уверен, я знаю, точно знаю, — с уверенностью утверждает Мин. Бегает глазами по его лицу, осматривает каждую частицу, скулы, губы с колечком, большие глаза, как у оленёнка, длинные брови, каждое очертание. Так хочется приблизиться, вцепиться в наипрекраснейшие губы напротив, совсем не обращая внимание на то, что они в публичном месте, совсем не важно. –Мы же знакомы всего-то ничего, нет, это неправильно, — будто прочитал мысли Юна, произнёс Чон, укладывая свои ладони на запястья парня, легонько убирая их со своего лица. –Это правильно, мы можем. Почему ты так думаешь? — тихо спросил рыжий, жуя свою мятную жвачку, настырно продолжая удерживать свои ладошки на чужих щёчках. –Нормальные люди для начала знакомяться, узнают о друг друге больше, чем за два года. Это неправильно, — прошептал Гук, так же вглядываясь в чужие карие глаза, пытаясь в них не утонуть. –Блять, давай будем ненормальными, будем собой, а? — выплюнул рыжий, лопнув жвачку. Слишком привлекательные слова для Гука, слишком влекущий вопрос. Он сглатывает и закусывает губы, проводя по нему языком. Резко хватает рыжего за тонкое запястье, роняя из его уст невольный стон, уводит за дверь, на тёмную улицу, к бушующему ливню. Капли бьют по волосам, а видимость совсем занижается из-за насыщенного тумана. В глазах лишь удивлённый, намокший Мин. И никто больше. Вглядывается в его карие глаза, в его розовые губы. Приближает к себе, вовлекая в самый нежный, но такой мокрый от ливня поцелуй. Целует с осторожностью, аккуратностью и мягкостью, боясь навредить, но так глубоко и так жадно, вызывая тихие стоны из рта Юна. Он отвечает, ласкает язык, перекатывая мятную жвачку изо рта в рот, делясь своим вкусом. Гук кусает уже покрасневшие губы, оттягивает и зализывает свои действия, сводя с ума рыжего. Экстаз проходится по телу, вбиваясь в каждую частицу тела. Чон не контролирует своё тело, теряется в эмоциях и чувствах. Проходится ладонями по узкой талии, сжимая её изо всех сил. А в свою очередь, Мин зарывается ладошками в его чёрные локоны, то оттягивая, то массажируя чувствительные корни, перебивает ещё сильнее дыхание черноволосого. Дышать становится всё труднее и труднее, раздражает и мучает. Первым отстраняется Юнги, укладываясь на плечо Гука, тяжело и бойко дыша. Чон хрипло смеётся, сильнее прижимая к себе хрупкое тельце. –Дурак..— выкидывает Юн, продолжая намокать в чужих руках. –Ничего подобного. –Так и есть, не оправдывайся. Почему так не ожиданно? — еле как выпрямляется рыжий, вскинув бровью. –Но ты же сам этого хотел, разве нет? –Хотел.. Но я не ожидал, что ты вот так вот. Просто возьмёшь и. И всё, — прошептал он. –Я не удержался, ты слишком притягательный, я ничего не смог поделать, — улыбнулся Чон, заправляя спавший локон волос за белоснежное ушко. –Ты смущаешь. И где же твоя недавняя скромность и невиновность? –Я же не виноват, что кое-кто с самого начала начал со мной флиртовать, — фыркнул Гук, закатывая глаза, на что Юн тихо цокает. –Ну я же не виноват, что кое-кто с самого начала бесстыдно пялился на меня без остановки! — возмутился Мин. –Нет, это другое. –Совсем нет! — выкрикнул Юнги, попытавшись вырваться из хватки сильных рук, –Та пусти ты меня, идиот! –Ещё чего? –Ещё чего? Тогда, я прямо сейчас уйду! — Гук хмурится, расслабляя хватку, опускает руки. А Мин совсем не понимает реакцию чёрного, застыл и смотрит прямо в глаза. –Чего встал, как вкопанный? Иди. –Что? –Шагай, как хотел. –Но я же просто сказал.. –Что? — Чон безразлично глядит на Юна сверху вниз, скложив руки на груди. Рыжий дуется, точно не ожидал таких действий от Гука, хотел совершенно другого. Врывается в объятия парня, скидывая сложенные руки, обнимает со всей силы, жмурится, уткнувшись в большую грудь от тренировок, еле как через неё дыша, –Боже, и сколько тебе вообще лет? С таким то поведением не далеко до детсада. –На целых четыре года старше тебя, прикинь? — поднимает голову, выглядывая из подбородка Чона. –Чего?! Тебе че, тридцатник? — вырвалось из Чонгука. Юн хмуриться, закатив глаза, –Дядь, это совращение малолетних. –Закройся, идиот. Тем более сам потащил на эту холодную улицу, всасываясь в мои губы. А могли бы в тепле сидеть, и ничего! — процедил Мин, ущипнув того за мощную спину. –Ай, придурок! — отталкивает рыжего, потирая покрасневшее место, — Та я сам сейчас уйду, тиран чёртов.. –Заслуженно, так тебе и надо! — фыркнул рыжеволосый, хмурясь. –Самому тебе надо! — хмурясь в ответ, выкинул черноволосый. Ливень продолжает литься, как из вёдра, не щадя хоть единственное живое существо, –Послушай, ты не замёрз случаем? Где твой зонт? –Ой! — распахнул глаза, оглядываясь, в поиске зонтика, –Я его, похоже, в ресторане забыл. –Я же сказал! Иди давай.. — проговорил Гук, выдохнув. Мин высовывает язык Чону, а потом мгновенно срывается с места, надеясь, что зонтик до сих пор на месте. Гук глядит на наручные часы. 16:27, –Ну и ну, так много уже прошло. Ещё и этот идиот тридцатилетний, — выдал он, заправив совсем мокрые волосы назад, –И чего вообще на меня нашло, блять. Чонгук глубоко дышит, всё сильнее промокая под ливнем. Смотрит в небо, в густое небо облаков. Смуглые и жёлтые фонари совсем малость освещают местность, так и потеряться можно, в этом тумане то. –Вот! — выбивает Юн Чона из своих мыслей, –Принёс. –Умница какая, — улыбнулся Чон, забирая и раскрывая чёрный зонт из рук рыжего. Капли ливня перестали биться об тело, а холод сразу же охватил тело. Гук прошипел, затопав на месте, –Как же холодно, а. –Угу, — тихо произнёс Мин, закусив губу. Черноволосый смотрит на рыжего, тот весь дрожит и корячится. Чонгук никак не может сдержать широкую лыбу, тянет его за холодное запястье на себя, крепко к себе прижимая, –Боже, да от тебя ещё сильнее холодно, дурак! –Ну, это же пока, — произносит сквозь улыбку Чон. Юну ничего не остаётся кроме того, чтобы дальше прижиматься к Гуку, а ведь правда согревает. Засовывает руку под пиджак, сжимая на спине мокрую рубашку, крепко за неё цепляясь. Второй обволакивает торс парня, так же крепко обнимая. Голова Чона опустошена, он забылся, ему нечего сказать, словарь покинул мозг, не желая иметь хоть какие-то дела с черноволосым. Почему так получилось, почему он повёлся на лёгкий флирт, слишком резко на него отреагировав? Почему всё произошло так быстро? Почему он целовался почти в засос с совсем незнакомым человеком? А если это всё запланировано и с ним просто играют? Что будет, если это просто несчастный и почти реалистичный сон? Чонгук не сможет в это поверить, не выпустит это из мыслей. Обычный рыжий незнакомец, который решил попытать хоть какую-то удачу, выполняет свою цель, сразу же забрав у Гука привязанность, аккуратно складывая её в кармашек. Он обычный незнакомец, но к нему так тянет, сводит с ума. Чон не сможет прямо сейчас с ним разделиться и отправиться по домам. Он хочет забрать его к себе домой, уложить на прелестно мягкую кроватку, выцеловывать каждый белоснежный участок, оставляя на каждой частице алые, красно-фиолетовые отметки, пометить совершенно везде. –К тебе или ко мне? - вырывается из Чонгука, так и не удержавшись. –Что? - впадает в большой ступор рыжий, с призрением и недопониманием глядит на парня, хмурясь. –Ах, так уж и быть, ко мне, не уговаривай, - выдохнул он, двигаясь в сторону выхода парка. –Эй, я даже не соглашался! Ты идиот, что-ли? Это же наш первый день, придурок, пусти! - сквозь зубы процедил Мин, на что Гук лишь лыбится, сильнее прижимая к себе белоснежное тело. –Да, наш первый день. Посидим за чаем, поговорим. А ты о чем подумал, а? - вскидывает бровью, закусив губу. Юн мгновенно отворачивается, заливаясь непроизвольной краской. Чон смеётся про себя, сильне закусывая губу.
