Хозяин туманной горы

Небожитель проснулся от пристального взгляда. Желание увидеть наблюдателя подсказывало, сделать вид, что до сих пор спишь. Перевернувшись лицом к окну, будто во сне, небожитель ощутил холодную сторону пола и поежился. Поняв, что притворяться спящим больше не получится, он встал потирая глаза и направил взгляд в окно, откуда ползли холод и вязкий взгляд. Повернув голову небожитель чуть не дернулся от удивления. Даже заметив, что небожитель не спит, человек, если он им являлся, никуда не ушел. За окном стоял мужчина с длинными каштановыми волосами. Часть волос была завязана лентой в небольшой пучок на макушке. Остальные пряди спускались закрывая его голову полностью, кроме лица. Одежда была такого же, серо-белого цвета, как и туман. Туман мешал рассмотреть больше деталей его одежды. Но заставило бешенно колотиться его сердце не одежда, не туман, даже не то, что незнакомец смотрел на него не отрываясь, если он мог вообще видеть, ведь его лицо полностью закрывала белая маска. Небожитель резко дернулся и побежал к окну так быстро, как раньше никогда не бегал. Добежав до окна и высунув руку на улицу, он хотел коснуться незнакомца и сорвать маску. Когда его рука только притронулась к человеку в маске, тот начал превращаться в туман и закручиваться небольшими кольцами и спираллями, образовывая маленькие ураганы, которые быстро исчезали. В голове начали мелькать мысли: «Прямо как тогда в кулоне. Так красиво.» — подумал небожитель смотря на туман, где только что были завитки и рисунки тумана. «Это значит, что кулон принадлежит этому человеку» — продолжение свой ход мыслей Саньлан. «Хм, интерсно, кто это был…» — его снова начало клонить в сон, после чего он упал находясь уже в глубоком сне. Человек за окном появился вновь и сквозь маску посмотрел на гостя, после чего скрылся в тумане. Голова ужасно раскалывалась от боли, а живот будто прилип к позвоночнику. Сухие губы и горло упорно требовали воды. Лицо и все тело было покрыто липким потом, что одежда впитала в себя и прилипла к телу. — Кха-кха, — закашлялся мужчина попытаясь сделать вдох. Сухой кашель пронзал и раздирал горло. Перевернувшись на спину мужчина сглотнул слюну и глубоко вдохнул, после чего опять ударился в кашель. Тихий и хриплый голос звучал в храме: — Какого черта, кха-кха, тут, кх, творится. — сказал мужчина, перебиваемый собственным кашлем. Встав на четвереньки, он подполз по сухому, шершавому полу, оперся на стену и медленно встал. Ноги предательски подводили и дрожали. Нога резко согнулась, после чего мужчина снова упал. Сдавленно вскрикнув он схватился за голову, что от невыносимо громкого звона, была готова лопнуть. — Блять. — тихо выругался мужчина, сразу сдавливая голову еще больше. В пальцах ног и рук больно кололо. Как только звон отступил он попытался встать, но сразу сел, ведь все ступни были в занозах. Мужчина сидел дрожа от холода, голода и боли. Головная боль стала меньше настолько, что уже позволяла говорить. — Что произошло… — прошептал мужчина осматривая исколотые занозами руки и ноги. Медленно вытаскивая большие занозы, морщился от боли. Казалось, что головная боль была сильней всего, но как только боль в животе заняла место головной, то мужчина поменял свое мнение. — Черт. Какого хера со мной происходит? — начал было ругаться мужчина, но после очередного резкого приступа боли, он начал искать еду. Сумка с едой от Юньсе стояла там же, где он оставил ее. Лепешки затвердели, а рис был сухим. Однако мужчину это не остановило. Он начал хаотично хватать еду и запихивать ее в рот, после чего щедро заливал ее водой. Доев он огляделся и понял, что на окне кто-то сидит. Дернувшись к мечу, он тут же остановился. Даже пытаться сейчас взять меч было бы безуспешно. Руки и ноги настолько ослабли, что он с трудом мог стоять и держать что-то в руках. Обессиленно рухнув обратно на пол, он задал вопрос. — Кто ты? — спросил он у сидящего на окне. Самозванец перестал напевать себе под нос и сразу же обернулся. — О, проснулся. Приветик. Меня послали за тобой приглядывать. — защебетал гость. Небожитель дернулся вжимаясь в стену. — Маска… — пробормотал он себе под нос. Гость же видимо ожидал такой реакции, поэтому тут же ответил. — Красивая, правда? Мне ее хозяин подарил. О, а еще у меня есть браслет. — радостно говорил он. Но небожитель пропускал все его слова мимо ушей. Гораздо больше его волновала маска. Маска меняла свой рисунок вместе с ее хозяином. Улыбку сменял смех, а его задумчивость. — Какого… — бормотал мужчина. Наконец заметила, что его не слушаю, самозванец переключился на мужчину. — Так вот. Хозяин прислал меня приглядывать за тобой. Если хочешь походить по горе, то только в моем сопровождении. Ах, да. Выход с горы без моей помощи ты также не найдешь. Еду и воду я тебе буду приносить каждое утро. Одежду для смены ты можешь посмотреть в той комнате, если, конечно, не принес свою. Отвечу практически на все вопросы. Если что-то интересует, то можешь спрашивать прямо сейчас. Рисунок на маске поменялся на улыбку. — Что со мной происходит? — задал первый вопрос небожитель. — Туман забирает твои духовные созидательные и разрушительные силы. Чем дольше ты тут, тем больше он будет у тебя забирать. — вертя в руках стеклянный цветок, говорил человек в маске. — Но не волнуйся: Силы восстановятся после того, как ты покинешь гору. Сейчас твое тело находится в состоянии практически равном обычному человеку. Ты испытываешь голод, усталость, не имеешь божественных сил, твое оружие, божественного происхождения, находится в глубоком сне, также ты подвергаешься болезням и так далее. — Вот как. Тогда когда я смогу выйти отсюда? — Ровно через неделю, после того, как зашел в туман. — Спокойно отвечал на вопрос проводник. Небожитель обреченно вздохнул. Потрепав свои сырые и грязные от пота волосы, он спросил более точно. — Сколько дней мне осталось до истечения срока? — Хмм. Дай-ка посчитать. — Проводник начал считать лепестки, отламывая лишние. — Итак, тебе осталось еще 4 дня. — Радостно сообщил человек в маске, ломая цветок. Хрустнув цветок превратился в пыль, которую проводник сдул в туман. Издав стон, мужчина сполз на пол. — Такое ощущение, что я не доживу до этого времени. — Ну-ну, не стоит так говорить. Я о тебе позабочусь. — умеренно громко сказал гость, соскальзывая с рамы окна внутрь. Превратившись в туман, он залетел в комнату и появился уже сидя рядом с небожителем. — Как только ты поправишься, я отведу тебя к хозяину. — К хозяину? Что еще за хозяин? — задал сразу несколько вопроов небожитель. — Неужели хозяин горы? Выражение маски сразу же стало радостным: — Верно. Ход мыслей ты не теряешь, что очень и очень хорошо. — превратившись в завитки тумана, он вскочил и начал ходить перед мужчиной. — Он просто невероятен! Сильный, смелый, ловкий, умный, прекрасный, добрый, нежный, но в тоже время строг. Он просто не повторим! Лучший среди всех на этом свете! — взбудораженно кричал о хозяине его подчиненный. Он настолько увлекся рассказом о своем хозяине, что не сразу заметила то, что небожитель мучаясь от головной боли и зажав уши, лежал на полу. — Ох, прости… — уже тихо сказал человек, сменив лицо маски на сконфуженное и чуть ли не рыдающее. Сев рядом с мужчиной он приложил свою руку к его лбу, после чего что-то заговорил. Головная боль почти сразу пропала, но после этого небожителю резко захотелось спать, так, что он сразу засопел. Маска нежно улыбнулась, после чего облаком тумана вылетела из храма. Проснувшись уже на следующий день, небожитель больше не чувствовал головной боли. Зато отчетливо чувствовал голод. Встав с пола, он направился к столу для подношений, под которым стоял мешок с едой. На столе лежал новый стеклянный цветок, у которого уже были оторваны четыре лепестка из семи. Осталось три дня. У небожителя осталось всего три дня на то, чтобы узнать что-то еще, и, если удача будет на его стороне, то провести переговоры. Самые большие волнения были по поводу того, что хозяин горы не мог говорить. Но учитывая, что его подопечный болтал без умолку, что можно больше об этом не беспокоиться. Заглянув в мешок он понял, что еды у него не осталось. Воспоминания о том, что вчера он пихал в рот все, даже то, что было еще не приготовленно или испортилось, нахлынули на него. — Проводник, если ты тут, можешь ли ты принести пожалуйста мне немного еды? — Заплетающимся языком говорил небожитель. — Да, конечно. — сказал проводник, залетая в комнату. Вновь приняв форму человека, он поставил три тарелки. Две тарелки он нес в руках, а третью на голове. В первой тарелке была горячая похлебка. Во второй был горячий рис с мясом и овощами. В третьей был чай. — Спасибо большое, за еду и за то, что вылечил меня — с искренней благодарностью сказал небожитель. Улыбка со смущением показалась на маске: — Ты первый человек, который так меня благодарит, — тихо сказал маска. И смущенно прокашлявшись в кулак, продолжил. — Обычно люди либо ругаются, либо трясутся от страха в мольбе не убивать. Поэтому хозяин перестал посылать нас им на помощь. Тарелка супа уже была пуста, а с рисом вот-вот опустеет. Прожевав кусочек мяса, небожитель задал последний вопрос: — Почему же тогда твой хозяин послал тебя ко мне? Лицо маски несколько секунд дергалось, после чего остановилось на равнодушном. — Ты же не человек. Небожителям приходится куда сложней, чем людям. Вы настолько привыкли к тому, что вам не нужно питаться, что сразу же начинаете болеть. А еще мне нужно тебя провести к хозяину. Но сначала скажи, с какой целью ты пришел. Доев рис и отложив тарелку в сторону, мужчина чинно пил чай. — Я уже говорил. Я пришел для того, что бы переговорить с твоим хозяином. — заметив, что собеседник хочет что-то спросить, он опередил вопрос. — Небесный владыка обеспокоен тем, что мы не знаем личность и цели вашего хозяина. Тоесть мы даже не можем предполагать, каким существом можно его назвать. Также мы хотим заключить договор о том, что не будем вмешиваться в дела друг друга. Еще… Речь мужчины прервал звонкий, почти истеричный, смех проводника. — Смешной ты. — еле отдышавшись прокашлял проводник. — «Заключить договор о том, что не будем вмешиваться в дела друг друга» — передразнил гость, после чего снова залился смехом. Небожитель продолжал пить чай не перебивая маску. — Что смешного то? — спустя пару минут смеха, он все же прервал проводника. — Видимо ты не знаешь. — хитрая ухмылка проступила на маске. — Ваши «чиновники», «солдаты» и «боги» летят сюда, как пчелы на цветы. Мы в небесные дела как не лезли, так и не лезем. То что ваши везде суют свой нос — не наши проблемы. Мы предупреждали всех, кто сюда лез, о последствиях. Небожитель подался вперед. — Что еще за последствия. Мне никто об этом не говорил. — Оно и понятно. Как же небеса могут сказать то, что их люди тут бесследно пропали и не выходят на связь. — Дернувшись, он резко замолчал. Поставив пустую чашку на стол, Саньлан подошел к проводнику: — Ты чего застыл? Военную тайну проболтал? — подкалывал проводника юноша. Маска проводника была чиста, как белый лист. Юношу сразу начало грызть неприятное чувство надвигающейся, в ближайшем будущем, проблемы. Как только небожитель дотронулся до проводника, как тот сразу же пошел трещинами и рассыпался на много мельких кусочков. Один из осколков отлетел к нему в ногу, но крови не было. На растоянии меньше чем толщина ресницы, осколок превратился в туман и просто, обнимая ногу, прошел мимо. Тяжело вздохнув небожитель пнул кучу осколков, которая тут же превратилась в туман. Развернувшись, он подошел и открыл дверь. Сделав шаг за пределы дома, Саньлан резко остановился. Он ожидал увидеть плотный туман, который не пропускает и лучика. Но перед его взглядом предстал невероятной красоты вид. Горы возвышались пиками, которые уходили в небеса, будто протыкая их. Верхушки гор были объяты облаками и белоснежным снегом, который немного приподнимая одеяло из облаков, выглядывали вниз. Снизу простилалась приятно успокаивающая глаз зеленое поле, конец которого не давала увидеть тень от горы. Тихое место, что было наполнено пением ветра, шелестом листвы и белый шум воды. Осознав, что где-то рядом яростно шумит вода, небожитель прислушался. Водопады в горах — неописуемое величие водной стихии, которое можно принять за обличие бога воды на земле. Вода падала и разбивалась о камни в противоположной стороне от поля. Развернувшись, юноша направился на звук воды. Нынешня тропа в отличии от той, по которой он шел на гору, была каменистой и в некоторых местах проросла травой и цветами. Тут были как самые обычные сорняки, так и лечебные травы. То и дело останавливаясь, он замечал полезные травы, которые редко где встретишь, после чего запоминал место, с намерением на обратном пути собрать все это добро. Впереди показалась расщелина, откуда как раз таки и был слышан шум воды. С каждым жэнем белый шум усилялся и уже гудением бил по ушам. Когда небожитель вступил в начало расщелины, его полностью охватил гул водопада. Душу пробирало это величие, внушающее страх и спокойствие одновременно. Каждый шаг приближался его к воде, что с бешеной скоростью падает и разбивалась в дребезги. Последний шаг сделан. Сменив сумрак узких стен расщелины, юноше предстал вид, который сложно описать словами. Скалы хоть и обступили водопад по кругу, но ничем ему не мешали. Крутые обрывы были полны серых и белых растений, которые раньше Саньлан никогда не видел. Вниз по водопаду быстро бурлила и извивалась вода, падая на острые пики каменных глыб, что поджидали всех желающих, и разбивалась в тучу брызг, после чего превращалась серое, манящее своими секретами, озеро. Между тремя самыми большими глыбами, каждая из которых была равна трети высоты водопада, будто в лепестах, сидел медетирующий мужчина в маске. Саньлан дернулся и хотел было пойти к нему, но ему закрыли рот и резко дернули обратно в расщелину. Небожитель не брыкался, поскольку знал, что кроме обитателей этой горы и его самого, здесь больше никого не было. Проводник развернул мужчину к себе лицом и зашипел: — Ты совсем дурак?! Хоть понимаешь, что чуть головы не лишился? Если бы он тебя заметил, то не сладко пришлось бы не только тебе одному. — тихо ругался на небожителя человек в маске. Юношей, что стояли в расщелине начали постепенно окутывать туман. Маска тут же дернулась изображая испуганное лицо, после чего парень схватил гостя за шиворот и потащил в сторону храма, не переставая причитат себе под нос: — Ох, не хорошо все это. Туман возвращается, значит скоро и Цзяньпин на обход пойдет. Ох, не хило мне достанется за то, что ты по горе расхаживал, если нас поймают. Юноша навострил уши, слушая бормотание. Услышав имя, он сразу же задал вопрос: — Кто такой Цзяньпин? Парень в маске дернулся, но продолжил бежать бормотая себе под нос. А Сяньлан в свою очередь начал думать над тем, что только что услышал: «Значит того человека, которого я видел под фонтаном, зовут Цзяньпин. Цзяньпин… Хм, «Устанавливающий покой». Значит он хранит тут порядок. Но почему же маска его так боится?» Не успел он продолжить цепь своих мыслей, когда перед ними резко просвистел туман так, что с лёгкостью мог бы разрубить их пополам. Проводник резво развернулся и кинулся направо, но и там туман кромсал воздух. Парень так резко встал на месте, что небожитель по инерции полетел вперед чуть не лишившись головы. — Цзяньпин, — обратился к туману проводник. — Давай спокойно поговорим не устраивая бойни? Туман начал обвивать их плотным кольцом, после чего оттуда вышел мужчина маске. Он начал шевелить губами, будто говоря, но ничего не произнося. Когда его губы сомкнулись, он подул на маленькое облачко тумана, что успело образоваться за то время, пока он шевелили губами, и то плавно поплыло к проводнику. Тот в свою очередь подставил маску, где бесследно исчезло облако. Саньлан, все еще висевший на шивороте своей накидки, молча наблюдал за этими двумя. Хоть что-то узнать из разговора или расшифровать его ему было не дано, поэтому он с особым усердием пытался разглядеть Цзяньпина. У Цзяньпина были короткие, белые волосы, тело было спортивного сложения, но не накаченное, как у войнов. На нем были белые одежды, которые не резали глаза, ведь были подобны туману. Но то, что больше всего привлекло небожителя — маска. Маска Цзяньпина была не похожа на маски обитателей горы, что он видел ранее. Маска Цзяньпина представляла из себя кружевную белую маску на глаза. Узоры кружились, имитурая туман и бурный водопад, закрывая собой лоб, глаза и нос носителя. Саньлан не мог разглядеть то, как была закреплена маска, поскольку он все еще висел на крепкой хватке проводника, он мог повернуть только шею и лишь немного рассмотреть образ Цзяньпина. Рассмотреть нижнюю часть лица Цзяньпина небожитель не успел, ведь маска-проводник резко дернул его и помчался в заброшенный монастырь. А Цзяньпин в свою очередь степенным шагом направился в туман. Всего за полминуты небожитель и маска оказались внутри храма. Как только они оказались внутри, маска бросила небожителя на пол и обрушилась с ругательствами: — Я же, вроде, тебе доходчиво объяснил то, что ты должен на попе ровно сидеть в храме и без меня никуда не ходить! Ох, проблем теперь не оберешься! Ты хоть головой думал, когда уходил из храма незнамо куда? А если бы я вовремя не подоспел?! Цзяньпин бы без каких-либо сомнений снес тебе голову! — негодовал проводник. Юноша лишь молча прятал в пол взгляд. И в самом деле: Его отчитывали будто малого ребенка. Закончив тираду ругательств, проводник развернулся и увидел чуть ли не плачущегого небожителя. Маска стукнула себя по лбу и присев рядом с Саньланом, заговорила: — Прости пожалуйста, я не хотел доводить тебя до слез. Я совсем позабыл об этом моменте. Прости, прости, прости, я больше так не буду. Проводник привстал и обнял небожителя так, будто накрывал его одеялом. Вытерев слезы и шмыгнув носом, небожитель ударил себя по ноге и начал отчитывать себя: — И вправду будто дите не разумное. И чего это я разревелся по пустякам. — он продолжал шмыг и тереть нос, пока тот не покраснел и не начал болеть. Маска дождалась, когда Саньлан успокоится и объяснил: — У тумана есть свойство открывать старые раны и чувства, которые в свое время не смогли сказать о своём существовании. Когда-то ты не выплакался, поэтому сейчас из-за чего угодно давно хотел у тебя сможешь заплакать. Небожитель сидел и смотрел на проводника такими серьезными глазами… и с красным носом. Проводник тихо хихикнул, но не удержался и захохотал так громко и звонко, что его смех передался Саньлану. И вот, теперь они уже вместе звонко заливались смехом. Отдышавшись от смеха, небожитель решил задать вопросы, которые его давно терзали: — Мне все интересно было: если ты меня кормил едой и поил чаем, значит в горах есть плантации? Или вы ходите с горы покупать продукты? Проводник поднял руку к лицу, начал стучать указательным пальцем по маске, где должен быть подбородок, и задумчиво мычать. — Скажем так: то что ты ел — не совсем еда. Питательной ценности она не имеет. — Почему я тогда чувствовал, что сыт и живот перестал ныть от голода? — Вот тут и есть нюанс. Ты ел духовную силу, которую я преобразил в еду. Таким образом ты на некоторое время вернул себе духовные силы, которые до сих пор утоляли твое чувство голода. Небожитель задумался, после чего задал новый вопрос: — Получается, что у вас есть духовная энергия? Проводник снова постучал по маске и ответил: — Не могу сказать. -Всмысле? — Мне нельзя об этом говорить. Решив не настаивать на своем, Саньлан задал еще пару-тройку не важных вопросов, после которых улегся спать. Лежа на циновке, которую ему дал маска, небожитель перебирал воспоминания и информацию, которую получил за сегодня. Пока юноша лежал в раздумьях, сон тихо подкрался к нему сзади и навалился всей своей тяжестью, погружая в сон. Тем временем в небесной столице главный бог начинал беспокоиться. — Линвэнь, не слышно новостей от Хуа Чена? — Простите мой повелитель, но нет, ничего не слышно с тех пор, как он зашел в туман. Я пыталась с ним связаться, но, увы, все мои попытки не увенчались успехом. Цзюнь У нахмурив брови сидел на троне, выслушивать доклад бога литературы, который продолжал свою речь: — В последний раз он связывался со мной около… Не успела Линвэнь договорить, как в приемный зал без стука влетели Му Цин и Фэн Синь. Низко поклонившись, они без разрешения начали говорить: — Повелитель, у нас беда! Цзюнь У еще сильней нахмурился. — Что случилось? — Повелитель, в столицу вернулся чиновник, которого мы ранее отправляли на гору! Брови главного бога немного приподнились вверх. — А в чем беда? Боги войны замялись, кивнув посмотрели друг на друга, после чего произнесли: — Мы думаем, что лучше вам самому лицезреть его… Цзюнь У сжал виски: — Ведите его сюда. Этот день настал. Сегодня Хуа Чен сможет поговорить с хозяином горы. Проводник пришел к нему сразу же, как небожитель проснулся. Маска принесла с собой завтрак и белые длинные одеяния. — Зачем мне они? — спросил юноша, недоверчиво глядя на одежду. Вздохнув, проводник начал объяснять: — Для встречи с хозяином. Это его условия для встречи. — Хорошо, тогда я надену их. Вздохнув с облегчением, маска подошла к окну и достала из тумана еду. — Пора завтракать и выдвигаться. Хозяин уже ждет нас.