Гигант в Совëнке

Яркое солнце ударило в глаза, и я проснулся. Ах, чудесно! Как давно я не потягивался с утра, а сейчас живу в таком большом зале, что легко могу это сделать. Завтрак я, похоже, проспал. И чë мне теперь, голодным ходить? Как тут вообще встать вовремя? Меня ж никто не будил. Я вышел на улицу понежиться в лучах солнца. Дети на спортплощадке играют как ни в чëм ни бывало. Крик: Ден-и-и-ис! Я посмотрел под ноги. Вожатая — Присядь. Я — Доброе утро! Вожатая — И тебе доброе. Я совсем забыла дать тебе будильник, ты же без вещей приехал. Её взгляд опять слишком долго находится на моëм члене. Вожатая — На первый день я не стала оставляять тебя без завтрака. На, перекусишь. Ольга подала мне полную авоську бутербродов. Я — Ого сколько. Вожатая — Ага, повариха очень настояла на таком количестве бутербродов. А память у поварихи хорошая! Чего трудно сказать об Ольге, заботящейся об убийце. Но я не сильно удивляюсь, на самом деле. Люди часто абстрагируются от реальности при виде меня и стараются игнорировать отдельные события, которые они видели или в данный момент видят. Я — Спасибо! Вожатая — И ещё возьми это, и не забудь прийти на линейку. Ольга протянула мне пакет с зубной щёткой и порошком и рассказала, как идти к умывальныкам. А ведь я только сейчас заметил, что приехал в лагерь чистым и совсем не вонял вчера! Обычно я не моюсь по две недели, а то и по месяцу. Чертовщина какая-то. Конечно к умывальникам я не пошёл, а принялся хомячить бутерброды в своëм спортзале. Через пару деньков весь лагерь начнëт подыхать от моего запаха, вот это будет зрелище. Представившаяся в голове сцена с задыхающимся и рыгающими детьми и подростками возле моих ног не могла не улыбнусь меня. Полежав ещё недолго «звездой» и набравшись хорошего настроения, я побрëл на линейку, которая только сегодня начинается в 12 часов, а обычно проходит рано утром, перед завтраком. Да уж, не каждый день тут получится так сладко спать. Хотя, а что мне будет? Ладно, похер, потом подумаю, просыпаться завтра как порядочный пионер или не стоит. Вроде я пришёл вовремя, но пионеров на площади как-то маловато, от силы два школьных класса. А вожатые уже тут, скоро должны начинать линейку, хм. Может я всë-таки рановато припëрся? Вожатая — Пионеры, построиться в шеренги по отрядам! Да ну? Реально что-ли в этом лагере так мало детей отдыхают? Я ожидал увидеть поголовье в несколько сотен ребят, а тут на все десять отрядов приходится примерно 50 пионеров. Мой отряд заметно больше других, в нём целых шесть человек помимо меня. И все девушки, прикиньте! Ни одного парня кроме меня в отряде, вот это я король! Другие отряды были намного меньше, там стояло в одной линии по четыре, а иногда даже по три человека. А это что получается, я вчера на крыльце столовой раздавил примерно четверть местных пионеров?! Ахрине-е-е-е-еть! Блин, не надо так делать, а то лагерь слишком быстро загнётся, кончится мой курорт. Кто же знал, что тут отряды не по 40 человек. Умоляющий взгляд Ольги Дмитриевны вывел меня из раздумий, и я наконец встал в строй, заслонив солнце и советский флаг другим отрядам. Я встал аккуратно радом с девочками, не наступив ни на одну из них. Обычно люблю громить толпы людей, но тут надо экономить, да и всё же это девочки, они мне ещё могут пригодиться, это в моём мире девочки бесконечные, а тут — нет. Вожатая стала что-то громко рассказывать, но я едва ли могу различить, что она говорит. Судя по интонациям, просто озвучивает советские лозунги и ничего осмысленного не объявляет. Смотреть на девочек, стоя возле них, абсолютно бесполезно. Я вижу лишь маленькие волосатые макушки возле своих ног. И откуда у них в СССР такие краски для волос? Хотя ладно, чего гадать, это явно не Союз, а просто альтернативная реальность, может быть это даже рай. Пока я стоял в строю, я понял, что знаю только трëх из шести девочек нашего отряда. Славю, фиолетовую девочку и огненно-рыжую. Вот уж не думал, что эта мелочь у нас в отряде, странные дела, но удивляться уже не приходится. Линейка не показалась мне интересной и я быстро, но смотря под ноги, стал уходить с площади сразу после её завершения. Чем же мне заняться? Вожатая — Дени-ис! От неожиданности я оступился и наступил на пацаненка лет четырнадцати, раздавив ему ноги. Ольга сразу же отправила других пионеров за медсестрой, а сама отдала мне какую-то мелкую бумажку. Вожатая — Вот, держи, это обходной. Там указаны три места: библиотека, медпункт и музыкальный клуб. Я тебя н-не заставляю, Денис, но если хочешь, можешь сходить в эти места, получше познакомишься с лагерем и с р-ребятами. А что, отличная идея! Просто великолепная идея! Я — Конечно, я всë обойду, как мне найти эти места? Вожатая — Библиотека находится… Медпункт… А Музыкальный кружок… Если хочешь, могу отправить к тебе Славю, и вы с ней вместе п-прогуляетесь по лагерь и обойдёте все места. Я — Не надо, спасибо! Ну, пойду за подписями! Вот ещё, идти и оглядываться, не затопчу ли я Славю. Нет уж, гулять с девушками — занятие не для гигантов. С чего бы начать? Может, с библиотеки? А почему нет, у меня уже есть в голове очень весëлая идея. Дойдя по здания за несколько секунд, я сделал вид, что запнулся, и завалился всём телом прямо на маленькую библиотеку. Какой приятный хруст! Под моей грудью оказались разрушенные книжные полки и сотни раздавленных книг. Я повернулся с живота на бок, раздавив ещё один ряд полок. Какая аутентичная у них библиотека. Что я слышу? Всхлипы? Кто-то реально приходил сюда читать? Но источником всхлипов оказалась девушка моего возраста, сидящая за стойкой библиотекарши и ревущая взахлëб. Я видел эту черноволосую на линейке, она с моего отряда. Упал бы я чуть правее — рпздавил бы её сразу, но сейчас она сидит за столом прямо перед моими ногами. Я пересел в позу лотоса, ещё немного разрушив библиотеку. Я — Извини меня пожалуйста, я случайно упал… Девочка — Иди нахуй… Я — Что? Девочка — НАХУЙ ПОШЁЛ ОТСЮДОВА Я СКАЗАЛА! БЫСТРО, НЕМЕДЛЕННО СЪËБЫВАЙСЯ! И АККУРАТНО, ЧТОБЫ НИЧЕГО ТУТ БОЛЬШЕ НЕ СЛОМАТЬ! ТЕБЯ УБЬЮТ, ПОКАРАЮТ, ГНИДА ТЫ КОНЧЕННАЯ, ТВАРЬ, ТЫ ЕЩЁ СДОХНЕШЬ, ОБЯЗАТЕЛЬНО СДОХНЕШЬ! Еба-а-а-а-ать. Ахуе-е-е-е-ть. Это точно не моя планета, совсем не моя планета, никак не моя планета. У этой девочки нет инстинкта самосохранения как такового или она суицидница? Что-ж, ну раз хочешь смерти, я тебе её обеспечу, сегодня я добрый и настроение у меня хорошее. Черноволосая мгновенно оказалась в моей руке. Девочка — ОТПУСТИ МЕНЯ, ГНИДА! НЕМЕДЛЕННО ОТПУСТИ МЕНЯ! Это какой же у неё IQ, если она сочетает «отпусти меня» и «гнида» в одном предложении? Моя рука сжалась сильнее и большой палец залез в рот к девочке, наполовину разрезав щëки. Наверное, я ей ногтëм и глотку перерезал, но это не суть. Я — Будешь знать, как с высокими мальчиками разговаривать. После этой фразы моя рука мгновенно сжалась, переломам девочке все кости. Её белая рубашка целиком окрасилась в цвет советского флага. Я откусил её голову, пожевал немного, раздробив зубами, и выплюнул в книжный шкаф. Туда же запульнул остаток её тела, отчего шкаф всё же завалился на пол. Я стал разрушать остаток здания библиотеки, весело ломая столы и стулья, книжные шкафы и пристройку художников, сноса стены и разбивая окна. Пока я это делал, к библиотеке подошла рыжая девушка из моего отряда, которую я видел на линейке, и недолго посмотрев на меня шокированными глазами, развернулась и ушла быстрым шагом с книжкой в руках. Закончив своë веселье, я направился в медпункт. И с кем же я там «познакомлюсь»? С тем мальчиком, которому раздавил ноги? Домик медсестры оказался маленьким, даже слишком. Раздавив крыльцо, я смог уменьшиться до «квартирного» роста и войти внутрь. Как же тут тесно! Медсестра — Здравствуй, пи-о-нер! Присаживайся, а то тебе потолок низковат. Я с удовольствием сёл на пол. А медсестра у них тут огонь! Ходит в облегающем халате, говорит заигрывающе и нисколько меня не стесняется! Даже на член пялиться не переставая, не боится и не смущается. Кажется, мне придётся ещё внимательнее смотреть под ноги, очень хочу оставить эту женщину на десерт, она настоящая богиня. Медсестра — Ха-ха, вообще я думала, что ты присядешь на кушеточку, но лучше всё же сиди на полу, тяжеловат ты, пи-о-нер. Раздеваться тебя просить не нужно, как вижу. *заигрывающе улыбнулась* Да и по мужской линии у тебя никаких проблем нет. Так с чем пришëл? Это не женщина, это королева. Даже в порно таких редко вижу, ещё и меня не стесняется ни капли! Мой хуй начинает вставать. Я — Мне нужно подписать у вас обходной. Блин, это сейчас даже глупо звучит. Я великий доминант этого мира, а она сейчас что, доминирует надо мной?! Она мне так явно намекает, что аж член упирается в её стол, а я тут с обходным пришёл? Ну нахрен, потом и раздавить её могу не заметив, такая женщина бывает раз в жизни. Медсестра — И всë? Что-ж, хорошо, я подпишу, но перед этим я обязана тебя осмотреть. Она что, серьёзно? Женщина подошла ко мне вплотную и стала… Ощупывать. Она спускается всë ниже. Не, это точно не медосмотр. Я так больше не могу и не хочу. Мой член встаëт настолько, что упирается между ног медсестры, в область вагины. Медсестра — Ох, ахахах, у тебя очень хорошая эрекция, пи-о-не-ер. Она хотела отойти назад, но упëрлась в стол. Я взял её за талию и стал медленно раздевать. Медсестра — Что ты делаешь, пионер? Этого я не разрешала, хахахах. Я — Нет уж, теперь мне ничего не запретишь, я очень сильно хочу вас. Она упëрлась ногтями мне в руку и стала больно колоть. Медсестра — Я не разрешала, пионер. Её голос обрëл серьёзный тон взрослой женщины. Я — А я не спрашиваю, когда я чего-то хочу, я это делаю. *подмигнул* Больше я не церемонился и больно ударил её по руке кулаком. Кажется, я сломал ей руку, но её ногти меня больше не тревожат. Остальную одежду я просто сорвал с неё по частям, пока передо мною не оказалась голая женщина. Член проник в её маленькую пизду так глубоко, что крик был слышен на весь лагерь. Её вагину я первым же толчком разорвал и стал вставлять свой член внутрь её организма. Это мой обычный секс, даже не очень жëсткий, мой член даже при «квартирном» росте намного больше любого женского влагалища. Этой даме я, скорее всего, ебу желудок или матку, а низких полторашек трахаю в самое сердечко. Пока ещё ни одна девушка не смогла пережить секс со мной. Помню, как трахал очень низкую одноклассницу, и моя сперма после окончания внутрь пизды вылетела у неё изо рта. А сейчас я уже получаю кайф, двигая вверх-вниз тело едва живой женщины. Весь мой член и весь пол залит кровью из её пизды. Какие же большие сиськи! Я сминаю их в руках и во рту, делая синими, держу её тело за спину и за сиськи, насаживая свой член внутрь. Наконец фонтан кончи извергается из меня в тело ещё живой и едва стонущей женщины. Я победно отрываю её сиськи и раздавливаю их в руке. Достаю член не как люди, а через тело, вспарывая живот изнутри. Как же мне ахуенно! Облокачиваюсь о кушетку и сижу кайфовый. Щас засну. Хм, тут есть какая-то дверь. Интересно, тот пацан там? Выношу закрытую дверь плечом и вижу маленькую комнату, где много кроватей. На одной из них лежит холодное тело с огромной лужей крови у основания ног. И как ему отрезали ноги здесь? Хотя мне очень похуй. Я кинул медсестру сверху на пацана и ушёл. Надо бы помыть член. Водичка сегодня оказалась ещё лучше вчерашней, ка-айф. Пацан лет двенадцати на вид явно решил забить на лагерные правила и уплыл далеко за буйки. Видимо хочет доплыть до острова, но я тоже своего рода остров. Аккуратно встаю у него на пути. Он даже не смотрит вперед, такой увлечëнный. Боньк! И мальчик больно бьëтся головой о мой пресс. Надо было видеть его лицо, ахахахах. Я подмигиваю ему и достаю ногу над водой. Ой как быстро сразу плавать научился, прямо-таки с моей скоростью удирает. Я быстро падаю на него и он оказывается у меня под грудью, после чего я встаю обратно. Выберется или нет? Надо же, всплыл, и ещё и поплыл к берегу с синяком на всë тело. Ну ладно, мальчик, ты прошëл проверку, живи. Я вылезаю на берег, вытираю руки о деревья, ломая их, и забираю обходной из спортзала. Осталось последнее место, а у меня до сих пор не одной подписи в листочке, хахахахахах. Иду к музыкальному клубу. И почему у них только один кружок во всëм лагере? Да похуй. Меня сейчас больше волнует другое чувство, оставшееся у меня после посещения медсестры. Чувство лёгкого недотраха. Видимо из-за того, что я слишком давно никого не ебал, одного человека мне оказалось маловато. Я конечно кончил раз, но очень хочется сделать это снова. Может, спросить у вожатой, где Славя? Пожалуй так и сделаю, заодно отдам ей обходной. Надеюсь, что хотя бы в одном месте я получу подпись, а не смерть хозяйки, хахахахахах. Маленький домик оказался с верандой и козырьком над ней. Вот так и надо строить, чтобы я сразу уменьшался, а не раздавливал всë крыльцо, как в медпункте. Внутри стоит множество музыкальных инструментов, но нет ни одного пионера. Я — Есть кто дома? Ответом мне был какой-то стук из-под рояля. Ууух… Женские трусики. Прямо сходу, с порога. Вот это я удачно зашëл. Девочка быстро вылезла из-под рояля. Девочка — А! П-п-п-привет. Я — Привет! Девочка — Т-т-т-ты… Я — Мне обходной подписать надо. Ну всë же получу хоть одну подпись ради приличия, хех. Девушка из моего отряда быстро чиркнула что-то на листочке и вернула его мне. Как она подозрительно похожа на Хацуне Мику, афигеть. Если бы на ней была не пионерская форма, а костплеерское платье, это был бы очень реалистичный косплей. А вдруг в их времени и такие вещи из разных эпох смешаны? Я — Ты знаешь Хацуне Мику? Девочка — Э… Это я. Я Хацуне Мику. Вот это поворот! Я — В смысле? Но это же придуманная девочка из Японии, я про неё… В газете читал. Она очень на тебя похожа, ты ей подражаешь? Мику — Ч-что значит читал в газете? Про меня г-газету пишут? Я п-правда Мику Хацуне, меня так зовут. М-может ты про какую-то другую Мику читал? Ладно, в этом мире всë возможно. А мне вроде и хочется поболтать с этой девочкой, но я сейчас очень хочу трахаться, уже не могу просто на неё смотреть, в голове стоят её трусики. Я без предупреждения хватаю девочку и разрываю на ней одежду. Мику — Ч-что ты делаешь?! Общаться с ней я больше не собираюсь. Мой огромный хуй входит в неё. Хлюп хлюп хлюп хлюп. Девушка не просто стонет, она орëт, как и всё девушки, которых я трахаю. Из пизды рекой течëт кровь, а мой член задевает её сердце и раздавливает его. В этот раз я решаю всë же выйти на улицу. Кончить в момент своего «вырастания» мне очень просто и приятно. Прислоняюсь девушкой к панорамному окну и выдавливаю стекло её телом, не снимая её с члена, а дальше добиваю окно почти целиком, пройдя через него сам. Рост начался. Мой хуй становится настолько огромным, что выламывает девушке ноги, и это при том, что я уже не могу насадить её на всю длину члена. Я продолжаю толкать взад-вперëд, уже сломав девушке ключицы узнутри своим хуем. Даже её горло немного расширяется при толчках. Она уже занимает едва половину моего члена. Какое же это приятное ощущение, когда растущий хуй сдавливается девичьим телом. Мику расширилась уже в полтора раза, её кожа вся изорвана от давления изнутри. Я кончаю в неё, будто в гондон, который мне не по размеру. Её тело не выдерживает больше давления и лопается, покрывая кровищей всю округу. Я кидаю её кусочки из руки на землю. Целыми остались только голова и ноги, почти отделившиеся от дела. Лицо девушки на оторванной голове измучено страданием, башка упала на заднюю часть. С члена всё ещё вытекает немного спермы, которая падает вниз и покрывает всю голову девушки. На площади собралось много зевак, пялящихся на меня, человек десять. Среди них была и Ольга Дмитриевна. Я вытер два пальца о здание музклуба, взял изнутри обходной с подписью Мику и подошёл к толпе, начинавшей расходится спокойным шагом, как бы им не хотелось бежать, но моё ментальное давление им не позволяет. Я — Держите, Ольга Дмитриевна! Правда, кроме Мику никто не согласился подписать мне обходной. Не знаю, чего они противились. Вожатая молча взяла листок и даже не посмотрела на него. Из её глаз непереставая текут слëзы, хоть она и не издаëт ни звука. Она смотрит мне прямо в глаза, убитая горем, и как будто хочет что-то сказать, но разворачивается и молча уходит, а я снова иду мыться в реку.

***

Прошëл обед, на который я целенаправленно пришëл с опозданием и даже умудрился никого не раздавить. Умная повариха сразу поставила мне полный поднос порций вместо одной. Сейчас я лежу в своëм спортзале, довольный, натраханный, отбиваю баскетбольный мячик от потолка. Впереди ещё половина дня, но я уже на развлекался так, что даже разморило. Вздремну пожалуй…

***

Проснулся я уже в лучах заката. А дети всë не перестают играть в футбол, им похоже хорошо, даже не смотря на моё присутствие в лагере. Хех, весëлые ребята. В моë поле зрения на секунду попала рыжая голова, стоявшая у самого края моего окна, и тут же исчезла. Что это было? У меня фанаты появляются? Хахахах. Как-то уже скучновато стало. Да, лето, река, девушки, круто конечно, но не весь день же этим заниматься. А компа тут нет. Похоже, в лагере чтобы не заскучать, нужно развлекать себя самому, каких-то мероприятий каждый день тут ждать не приходится. Хотя в любом мероприятии меня веселят только смерти и страдания людей, но всë же хочется какую-то красивую обëртку для этого дела, а иначе уничтожить весь лагерь за полчаса для меня не будет никакой проблемой, а дальше что делать? Появилась у меня одна идейка, с которой я и направился к вожатой. Я — Ольга Дмитриевна! Вожатая обернулась и стала смотреть на меня замогильным взглядом, даже вообще старалась смотреть куда-то вбок, а не на меня, хотя это и непросто, я закрываю ей почти весь обзор. Видимо даже мой член теперь не вызывает у неё никакого интереса. Вожатая — Чего тебе… Я — Я хочу записаться в кружок. Она чуть на месте не подпрыгнула от этой фразы и содрогнулась от ужаса. Вожатая — К-куда? Я — Хочу играть в футбол. С ребятами. Из её глаз снова потекли слëзы и она поднесла ладонь ко рту. Вожатая — А почему футбол? Может лучше попробуешь… Бадминтон? Я — Нет, это скучно для меня. Хочу бегать по полю за мячом. Вожатая — А давай мы тебя переселим из спортзала, найдëм куда, у нас есть ещё подобные большие комнаты, и вернëм тогда секцию баскетбола, с твоим то ростом… в эту игру играть куда удобнее. А футбол у нас только на улице, как т-ты будешь пинать там мяч? Я — Нет, спасибо, не люблю я баскетбол, а вот бегать на улице в хорошую погоду, это одно удовольствие. Хочу на футбол. Запишите меня, пожалуйста. Вожатая — Х-х-хорошо… Посмотришь в своей спортзале график работы… Она развернулась и ушла от меня, совсем заплакав. Бедная женщина, может уже прекратить её страдания? Хотя мне ли не похуй. Поужинав, я стал бродить по лагерю в поисках чего-то интересного, хотя и так могу видеть всю округу с высоты своего роста. Нашëл тут сцену, здание какого-то неработающего кружка и больше ничего. Единственным, что меня развеселило, была какая-то смуглая девочка из второго отряда с довольно крупными сиськами. Я видел её на линейке, а сейчас наткнулся на неё случайно, не посмотрев под ноги (мне смотреть туда уже лень). Иду себе по дорожке, и внезапно чувствую у себя в пальцах ног приятные округлые формы. Смотрю, а там такие сочные сиськи. Если бы я не натрахался сегодня, то пожалел бы, что уже раздавил всë её тело ниже груди, но сейчас мне просто было прикольно пожамкать эти сферы пальцами ног до посинения, даже хуй немного встал. Додавив девушку, я пошëл в лес, куда обычно ходил по нужде, но сейчас просто решил прогуляться, отойти глубже, чем обычно. Подо мной идëт какая-то тропинка, но я в неё, конечно, не помещаюсь, и иду то почти по ней, то отхожу дальше. Главное не терять лагерь из поля зрения. Опс, что это? Под моей ногой как будто просела земля. И вправду, на месте тропинки кусок земли провалился на метра три вниз. Под нами что, бункер? Да ну, с чего бы. Да и всë равно я туда не полезу, слишком тесно. Оглядываю этот мир во все стороны, и не вижу ни одной деревни. Даже намëка на то, что где-то помимо Совëнка живут (вернее сказать, доживают) люди, нет. Только железная дорога у пляжа, по которой ездят товарные поезда, является каким-никаким признаком внешнего мира. Деревья перестали ломаться перед ногами. Странно. Где я? Внизу стоит какое-то здание прямо у моих ног. Сяду на корточки. Заброшка посередине леса? Прикол. Рядом стоят ржавые качели, карусель, горка. В окнах здания видны остатки старых кроватей. Откуда взялся детский сад посередине леса? Очень, очень странно. Это место даже немного навивает жуть, правда, хотя я и понимаю, что, если захочу, могу мгновенно разнести его в щепки. Изнутри послышались какие-то металлические звуки и шаги, ко мне вышел растрëпанный парень в рубашке без галстука. Парень — Так вот ты что такое, блять?! Зашатался и замолчал. Похоже, он в говно бухой. Однако странно, что моë ментальное давление его почти не сдерживает, даже алкоголь не сильно добавляет людям смелости в общении со мной. Немного отдышавшись, незнакомец словно приготовился к чему-то неимоверно сложному и рискованному, напрягся и выпрямился он так, что видно даже со стороны. И че же этот алкаш мне сказать хочет? Какой я плохой, наверное. Парень — Ты… Ты! Ты… убил мою жену. Ты убил Юлю, жестоко, ужасно, лишил жизни хозяйку этого мира, и лишил меня смысла моей жизни! Юля? Я таких не знаю. Хотя я знаю от силы пару человек по именам, мне как-то вообще похрену, как зовут моих жертв, мне важнее их формы, а иногда и вообще ничего не важно. Может Юля это та библиотекарша? Тогда его вопли хоть как-то оправданы, там я постарался, хех. Но если Юля просто стояла вчера в очереди в столовку, я сейчас буду ржать, как конь, даже громче. Парень — И че ты молчишь, блять?! Думаешь тебе всë можно нахуй в этом мире?! Думаешь всë можешь блять?! Думаешь можешь просто взять и уничтожить богиню этого мира?! Просто взять и сломать всë нахуй?! Да ты хоть понимаешь, во что ты ввязался, уëбок, тебя вообще не должно здесь быть! Хахахахахахахахах, богиню блять! Хахахахахахахахаах. Что ж у него за телка была такая, небось сама в него наркоту качала так, что только сегодня из подвала вылез. Парень — Ты че ржешь, уëбище?! Ты за Юлю ответишь у меня, пидор! Блять! Как больно он бьëт. Мне даже реально слегка больно. Но уже в следующую секунду он отчаянно борется с силой моих пальцев, сжимающих его в кулаке, но никак не может одолеть их. Парень — Вот и закончилась… гх… моя жизнь… Наверное и хорошо… хх… Что ты меня сейчас раздавишь… Сам со всем этим говном разбирайся… хххх… Юля, я очень… тебя любил… И твои кошачьи ушки… гхгхх… Были одними такими на Земле… Погодите… Так его «богиня», это та девка, которую я хуем по лбу уебал? АААХХАХААХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХААХХАХААХХАХААХХААХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХАХ! От смеха я сдавил его в руке так, что кишки повылетали в разные стороны. Жестоко блять убил её, хахахахахахахахааххаахахахахахах… хах. Стоять… Так это же… Зимой было. Зимой, и в городе. А я сейчас летом и хуй пойми где… Что… То есть… Он знал? Он… Кто он такой был?! Наверное, я бы сейчас расстроился и впал в депрессию, если бы был обычным человеком. Но я гигант, мне похуй, раздавил кого-то важного, найду другого важного. Да и парить мне свою голову вопросами устройства вселенной? Ну его нахуй. Пока что я тут отдыхаю и мне всë по кайфу. А дальше посмотрим. Вернувшись в лагерь, я завëл, чуть не сломав, отданный мне будильник, и грохнулся спать.