Своя история

— Как тебе чай? — интересовался я у Ясу. Периодически мы вместе трапезничали у меня в квартирке, хотя иногда выбирались и в город для разнообразия, ну, и поддержания легенды. Впрочем, больше нам двоим требовалось пообщаться друг с другом, как более близким знакомым. — Не особо в напитках разбираюсь, если честно. — дала честный ответ Акаи. — А что? Какой-то особый сорт? — Вроде бы да. Недавно делегаты из Страны Чая нанесли визит и договорились о поставках, ну, и в качестве подарка за заключённый договор передали верхушке партию какого-то особого сорта. С позволения королевы все, кому хотелось, растащили, включая Катсу. Так немножко и мне перепало. — И как? — интересовалась девушка уже моим мнением. — Непривычно, вот и всё, что сказать могу. Эх… мне больше кофе по душе. Вот всем Роуран хорош, кроме пары моментов. Чего-то местные кофе тоже не особо жалуют. — Пробовала я этот кофе в Конохе ещё. Не пойму, что ты в этой дряни находишь для себя. — покривилась ирьенин. — Бодрит немного, конечно, но, как по мне, соответствующие методики по разгону чакры лучше справляются. — Ты бы видела реакцию Айки, когда она тоже захотела попробовать. — улыбнулся я воспоминаниям. Судя по улыбнувшейся Ясу, та легко представила себе эту картину, зная о яркой эмоциональности подруги. На несколько минут установилась тишина. В подобных моментах спокойствия, на мой взгляд, действительно что-то было. В последнее время у меня усиливается ощущение уходящего времени, отчего я бросаю все силы на то, чтобы по окончании этого не особо эпичного приключения заиметь как можно больший профит. Ясу же это касается в ещё большей степени, учитывая то, что времени она здесь провела сильно меньше. В непрекращающемся стремлении собрать как можно больше, ненадолго остановиться и хоть чуть-чуть насладиться спокойствием — дорогого стоит. — Я уверена, что достигла новой ступени в ирьенин-дзюцу. — решила прервать момент тишины девушка. — В местном госпитале привычная система не в ходу. Но думаю, сейчас я рангу-В+ соответствую твёрдо. Хотя Ринха-сан по мерилу своего клана, более завышенному, присваивает мне такой же, но без «плюса». — Нехило. — весомо и с уважением к её стараниям кивнул. Насколько я знаю, у чакро-медиков всё весьма сложно, отчего достижение в столь юном возрасте подобного уровня — серьёзное достижение. Особенно в сравнении с тем, что Ясу не имеет какой-то крутой родословной вроде тех же Сенджу или Ринха. — Это только половина моих новых достижений. — покивала явно довольная своими успехами и моей реакцией на её хвастовство девушка. — Ещё я за счёт развитости здесь сферы фармакологии солидно подняла свои познания в создании всякой химии. Лекарства, стимуляторы, яды, думаю, в этом мне и А-ранг гарантированно можно будет присвоить. — Могу лишь выразить уважение. Для меня химия, за исключением некоторых специализированных направлений, тот ещё тёмный лес. «А учитывая, что местные для обозначения ещё и иероглифы используют, а не символы английского языка, тем более». — добавил мысленно. — А ты чем похвалишься? — в ответ спросила девушка. — Представь, Катсу и глава группы Такуми в Роуране предложили совместный проект. Для начала от каждой стороны будет один талантливый представитель. Если результаты будут стоящие, в проект вольётся больше народу. — Хм… И кто же от Такуми будет? Забавно, если какой-нибудь умудрённый опытом старикан. — интересовалась девушка, сразу поняв, что со стороны Роурана выступаю я. — Не, девчонку одну, Йоко звать. Совсем не мастер и вообще без практического опыта. Но энтузиазма ей не занимать. Теперь целыми днями практикуется с техниками своего клана, пока я корплю над печатями, что в теории облегчат её работу с оборудованием и повысят КПД. — М-м-м… Столько времени наедине с девушкой. Она хоть миленькая? Мне уже начинать ревновать? — шутливо, явно ссылаясь на нашу легенду, прокомментировала Акаи. — Да-да, очень смешно, цундере ты недоделанная. — ответил на её шуточки и решил в долгу не оставаться. — Только, если встретишь, не усердствуй в вырывании волос, расцарапывании лица или как там вы, девушки, за парней боритесь. Ясу лишь фыркнула. — Так вот, я не закончил. Успех в нашем общем начинании, я бы сказал, неизбежен, ведь я очень вовремя явился к Старшему со своей новой разработкой, и он пообещал мне предоставить некоторые наработки ремесленников из самурайских кланов. О! И, кстати, мой новый почти шедевр — Печать Мощи! Создана из пары других фуин, одна из которых была подарена тобой некогда. Думаю, когда до ума доведём моё творение, будешь на очереди сразу после меня на установку. — Хо! — приятно удивилась Акаи. — А поподробнее? — Ну, она больше предназначена для чистых боевиков, что практикуют усиление тела, но в твоём случае она станет скорее козырем на крайний случай. Тоже неплохо, согласись. Так вот. Там тройной блок, один из которых отвечает за фильтрацию и накопление чакры. Второй снимает ограничения тела и равномерно прогоняет высвобожденную энергию, а третий прямо в процессе использования формирует простенькие заряды мед-чакры, что латают микроповреждения мышц. Короче говоря — на время можно будет усилиться в несколько раз, там от чакры пользователя и развитости тела зависит. — Придётся налегать на физические тренировки. — задумчиво выдала Ясу. — Но это уже по возвращении. — По возвращении… да. — тихо повторил за собеседницей. Настроение опять подпортилось. По многим причинам. Я ненавидел, когда от меня в ситуации ничего не зависело. А сейчас всё было именно так. Да к тому же для меня, в отличие от Ясу, рабочие будни вот ни разу не завершатся. Мне ещё планировать, как уйти из Конохи, чтобы меня в случае чего не искали. За то, что будет после, я уже не переживаю. Моя прогрессия весьма впечатляет. Если раньше я ещё сомневался в том, как справлюсь со всякими сложностями вне Конохи, то теперь уверенности в своих силах стало солидно больше. Только ещё доучусь амуницию из чакро-стали создавать и буду полностью готов покидать Гакурезато. Вот только это ещё и в моральном плане тяжело. Даже учитывая постоянные напоминания, я не смог не обзавестись привязанностями. Заглядывая наперёд и представляя, с чем придётся столкнуться, моя эгоистичная часть берёт верх. Но даже так остаётся ещё человек, которому я себя считаю обязанным. Наваки — он достаточно вкладывался в меня ещё до того, как стал официальным сенсеем и командиром отряда, а после и подавно. Да, я могу поделиться с ним и его маленьким кланом хоть всеми своими разработками, включая технологию создания чакро-стали. Но это лишь заглушит мою совесть, будь она неладна. Тут я уже просто не по-человечески совсем поступаю, думая лишь откупиться. Да ещё и валить хочу тайно, попутно обманув реально старавшегося на моё благосостояние Сенджу. Одно дело — кидать тех, кто за маломальский профит сделает то же самое с тобой, и другое — в моём случае. «Как же это злит. Никогда всё в жизни не идёт как надо». — только и мог подумать.

***

Акаи прям чувствовала, как настроение Намикадзе-Узумаки после её напоминания о возвращении портиться. Уже не первый раз она наблюдала подобное. Парень нередко пребывал в хорошем расположении духа, но в момент мог растерять весь оптимизм от мыслей о родном селении. Сложно было Ясу понять знакомого. Впрочем, гадать можно было долго, а вот попытаться узнать ответ стоило немногого. Потому она и решилась. — Знаешь, я всё-таки не могу понять тебя. — высказалась Ясу, должно быть, внезапно. — Я понимаю, здесь ты — уважаемый мастер, у тебя перспективы, жизнь, о которой многие могли лишь мечтать. Разве что политического влияния недостаёт. Впрочем, не с такой «роднёй» об этом переживать… Аловолосый слушал всё это с неизменным лицом, всё ещё смотря на пейзажи монументального города. Он никак не показывал, что поднятие такой темы удивило. — Но всё же. — тем временем продолжала Акаи. — Неужели все эти блага и положение для тебя так желанны, что от одной мысли о возвращении в наше время у тебя так портится настроение? Что насчёт Айки и остальной семьи, других знакомых, сенсея и твоих прошлых стремлений? У меня создаётся впечатление, что, будь возможность, ты был бы готов всем этим пожертвовать. И ради чего? Насколько я знаю, у тебя в жизни в последнее время всё стало гораздо лучше, да и в Конохе у тебя перспективы немногим меньше, а местами и больше. Может быть, ты и не осознаёшь, но очень многие тебе завидуют. Всё же быть учеником самого Наследника Хаширамы само по себе очень престижно, но тебе доступно и больше… Ясу хотела продолжить, но прикусила губу, осознав, что, возможно, уже активно лезет в довольно личную для парня тему. Девушка позабыла, что их двоих на самом деле нельзя было назвать полноценными друзьями. Но что поделать? Честно говоря, она, можно сказать, была одной из тех, кто завидовал Наруто из-за его ученичества у прославленного шиноби. Да, она — одна из первых участвовала в программе подготовки полевых ирьенинов, которую курировала сама Цунаде Сенджу. Но это всё равно было совсем не то, что и личное ученичество, как у той же Шизуне. Вероятно, дело было в каких-то внутренних взаимоотношениях семьи Намикадзе? В таком случае Ясу и предположить не могла, что такого там творится, что перевешивает все плюсы возможного будущего парня как шиноби Конохи. И почему это совсем незаметно? Опять же, не то чтобы она была настолько близка с парнем, но хоть какие-то признаки должны иметься. — Может быть, я чего-то не знаю и лезу во что-то личное. Если так, тогда прошу простить. Обещаю не поднимать эту тему больше… Но всё же? Узумаки наконец перевёл всё такой же бесстрастный взгляд на неё. И, если честно, Ясу не могла определить его отношение к сказанному. — Я могу ответить, но, возможно, тебе это не понравится. Акаи удивлённо выгнула бровь. Конечно, она не была против выслушать Наруто. Здесь не только удовлетворение личного любопытства, но и, возможно, ценная информация для отчёта. — Мне теперь только интереснее узнать это. Хотя, если дело в обиде на родню за то, что они стали к тебе лучше относиться лишь когда ты начал показывать успехи, то, признаюсь, свой авторитет ты в моих глазах подрастеряешь. Да и ты вроде не похож на того, кто переживает о подобном, скорее уж будешь в ответ лживо улыбаться в лицо и пользоваться положением, получая пользу. — А ты меня не так плохо знаешь. — выразился Наруто, слегка оскалившись, но уже через пару секунд вернул лицу нормальное выражение и начал отвечать. — Дело не в том, что лёгкий успех здесь для меня куда желательнее… Хотя нет. Будет корректнее сказать, что я со временем менял своё отношение к жизни шиноби в принципе, всё больше разочаровываясь в ней. И, пожив тут, лишь укрепился в своём мнении. Ясу и не пыталась скрыть своего удивления, пусть и ярко данное состояние выражения её лица не отражало. — Я объясню свою позицию. — кивнул Намикадзе. — Если отбросить идеологию и некую «наследственность» нашего ремесла, то у бытия шиноби смысла весьма мало. Ради чего? Деньги? Есть целая куча способов зарабатывать их, не рискуя жизнью так сильно. Да и если бы шиноби пускали силы не на развитие потенциала как наёмных убийц, то могли бы творить такое, за что могли получать гораздо больше чем на нынешних миссиях. На примере тех же Такуми можно понять, что чакру можно приспособить не только под членовредительство, но и под созидание. Акаи не могла поспорить с утверждением о том, что можно через поколения приспособить потенциал чакры к другому направлению. Если не вспоминать тех же Сенджу, что были теми ещё уникумами, то семьи или даже целые кланы, практиковавшие искусство исцеления, действительно достигали больших успехов на этом поприще, нежели те, кто практиковал и другие направления. Правда, утрата боевого потенциала делала подобный вектор развития в части случаев тупиковым. Да тех же Ринха вспомнить. Они были первоклассными ирьенинами и численность имели очень даже солидную. Но что с ними сейчас? Их истребили, причём не сказать, что это было сложно. И дело не в том, что против них, как когда-то против Узумаки, объединилось несколько могущественных сил. Просто бойцы из них оказались так себе. И когда стало ясно, что особого сопротивления ждать не стоит, многие воспользовались этим. Кто-то тоже решил присоединиться к пиру стервятников, пока всё не растащили. Другие предлагали свою защиту, естественно, что не за просто так, всё же в плачевном положении можно было стрясти с Ринха очень многое. Но те всем отказывали, из-за чего желающие «помочь» могли присоединиться к первой категории людей. Хотя чего какие-то там Ринха? Сама Акаи на самом деле является выходцем, пусть не клана, но семьи, что до относительно недавнего времени жила вольной жизнью и решила вступить в состав Конохи, так как над ними нависла угроза в лице вольных кланов. Сейчас даже от того статуса наследственных ирьенинов осталось очень мало. Кто сгинул на миссиях, кто ушёл под руку малых кланов. Сама Ясу осталась сиротой, несмотря на наличие дальней родни, что просто не захотела брать её под свою опеку. Сейчас девушка о своих корнях особо не вспоминает, самостоятельно строя собственное будущее. — Тем более, может, это и будет звучать не очень для шиноби, но я считаю убийства весьма грязным делом. К тому же все они могут иметь свои последствия. Допустим, что на миссии я столкнусь с другим шиноби и у нас двоих будет лишь один выход — убить другого. Хотя изначально у нас не было друг к другу претензий. И воюй мы хотя бы за интересы своей страны, это хоть как-то бы оправдывало надобность в конфликте. Но нет, мы будем резать друг дружке глотки просто потому что нас наняли две противоборствующие стороны. Я не пацифист, но от перспективы нажить себе врагов по такой тупой причине меня всего коробит. Наруто натурально скривился, показывая, насколько ему это не по душе. — Это порочный круг ненависти, который может затронуть не только моих близких, но и меня. Жёлтая Молния, Кровавая Хабанера, Наследник Хаширамы. За этими прозвищами кроется не только сила, но и сотни убитых, чьи кланы, родные и друзья могут желать отомстить. Вот только до них самих дотянуться трудно, но заставить в отместку испытать ту же боль могут. Угадай как? Вопрос был риторический. Ясу поняла бы это, даже если бы выражение собеседника вновь не показало очень живую реакцию на свои же слова. Получив доступ к силе Источника, у Акаи обострились и некоторые чувства вроде той же интуиции и эмпатии. И сейчас она ощущала от Узумаки не то чтобы страх, а скорее опаску. Хотя выражение лица парня с вновь проступившим, казалось бы, злобным оскалом, больше подошло бы загнанному в угол человеку, что намерен биться за свою жизнь до последнего вздоха. Настолько ожесточённо, насколько это было возможно, наплевав на последствия, ведь в противном случае будет ждать смерть. Может, лже-Наруто и не осознавал до конца это, но он невероятно боялся вновь умереть. Один раз уже испытав на себе это, понимал, что второй раз может и не повезти. Мужчина в теле юного парня желал жить не просто хорошо, но и наслаждаться такой жизнь долго. И то, что с ним могли расправиться какие-нибудь мстители, чтобы насолить его родичам, коих он сам роднёй для себя не считает, или сенсею, его изрядно нервировало и заставляло рвать жилы как фигурально, так и буквально. — Но давай вернёмся немного назад, к миссиям, опять же, откинув идеологию. Помнится мне одна старая фраза: «Верность наёмника нельзя купить, но всегда можно взять напрокат». Как по мне, то, что ниндзя нанимается к обычным людям ради исполнения их желаний, значит, что шиноби не сильно далеко ушли от шлюх. Не умеют ничего другого, вот и работают по «профилю». На фоне этого меня «по-чёрному» забавляет гордость и гонор клановых, что кичатся своей историей, силой и влиянием. Может показаться излишне резко и грубо, но я предупреждал, что тебе может не понравиться. А так, по основным пунктам это вроде всё. В общем и целом для Ясу рассказ парня был откровением, которое следовало переварить. Уж под таким углом на ситуацию действительно мало кто смотрел. По крайней мере Акаи впервые такое встречала. Для неё, как для многих других, даже бесклановых, становление шиноби — это само собой разумеющееся, если имелся вообще потенциал к чакре. Кое-что стало понятно в Наруто. Он переосмыслил всё для себя и идёт по пути шиноби, потому что не имеет особого выбора. Да хотя бы банально из опасений за собственную жизнь он хочет стать сильнее. Насчёт же выбора, а точнее, его отсутствия. Да, парень мог бы в теории сбежать, стать отступником. Но, как девушка думала, для того имели важность имеющиеся связи, сестра, наставник, друзья, опять же. Намикадзе повязан с Конохой чувствами долга и обязательствами. Да и несмотря на то, что Наруто был в определённой доле циником, мог рисковать положением и жизнью ради «своих». Сама Ясу тому подтверждение. Что, если бы их ложь не сработала или вскрылась? Но парень тогда не сделал вид, будто не знает её. А ведь сейчас стало понятно, что те самураи по одному приказу Катсу, что видел в Наруто родню, прикончили бы Акаи без вопросов. Но вопрос: продолжит ли так сильно Узумаки дорожить связями? Чем больше он развивается, особенно как мастер фуин-дзюцу, тем более независимым может стать в отрыве от родной Гакурезато. Да и он упомянул, что, пожив в Роуране, увидев живой пример альтернативы, окончательно разочаровался в пути шиноби и считает тот тупиковым для себя. Конечно, в их времени попробуй найди подобное этому городу-государству место. Но много ли ему одному нужно? Всё это требовалось серьёзно обдумать. Она определённо запишет всё произошедшее в свой личный дневник, который должен будет стать источником информации, если их память по возвращении будет стёрта. Такие данные объясняли некоторые непонятные моменты в поведении парня, а это было достойно попадания в отчёт. Хотя теперь Акаи сомневалась. Одно дело — докладывать о чём-то несущественном, но совсем другое — что напрямую может отразиться на Намикадзе-Узумаки. Когда она соглашалась на службу нештатного агента АНБУ, то рассчитывала риски и думала, сможет ли в случае чего отыграть назад. Учитывая, что её деятельность не являлась преступлением, как ни пытайся это выставить, всё было нормально. Сама она не знала никаких секретов, за которые её следовало бы устранить. Но вот теперь Узумаки выдаёт такое! И если это вскроется, попутно приведя к проблемам, то на неё могут надавить и выяснить, что она знала, но не доложила. С одной стороны — опасность личному благополучию, а с другой — вероятные проблемы для человека, который даже рисковал ради неё. «Сумел же ты внезапно подкинуть проблем!» Сам же аловолосый просто хотел выговориться. Катсу он не желал подпускать слишком близко к себе, делясь откровенностями, хотя старший Узумаки-то как раз и мог понять его. Парень и подозревать не мог, что рассказал крайне опасную информацию. Нет, он понимал, что его позиция сильно выбивается из привычных установок, но и не считается чем-то «еретическим». Да и кому Ясу могла бы рассказать? Айке и Наваки? Тен-Тен и Ли? С ними уж он как-нибудь переговорит о своих сомнениях. И вообще, они с Ясу не настолько близки, чтобы она придавала особое значение его мнению, чтобы обязательно внести записи о их разговоре наравне с другой ценной информацией. Наоборот, это их может даже отдалить. Даже одно то, что, называя шиноби — «вторыми снизу», он и саму девушку косвенно записал туда же, могло оскорбить такую идейную особу.