Где-то появилось солнце

1993. Зимы в бывшем Ленинграде больше противные, чем снежные. Редко, когда снег лежал огромными сугробами больше нескольких дней, не превращаясь позже в глыбы льда. Случаев падения людей неожиданно стало больше, как и неожиданных сосулек прямо перед носом. Впрочем, и то, и другое многими игнорировалось и жилось в целом, очень даже неплохо в этом игнорировании проблем. Андрей лениво поглядывал в окно. Темень была ужасная, вот так сходу сказать, сколько сейчас было времени, оказалась сложно не только для трезвого, но и для пьяного тоже. Мороженое (увы, уже съеденое), которое удивительным образом оказалось у хозяйки квартиры в морозилке, оказалось чересчур вкусным. Вроде обычный пломбир таял на языке, однако слегка горчил своим послевкусием. Было ли дело в тяжёлом взгляде Ярославы или в палёной водке, Князев не знал. Он вновь осмотрел комнату трезвым, внимательным взглядом, замечая странное движение со стороны Шуры Балунова и Роси. В зюзю пьяный Сашка как-то цепко держал девушку за руку и убеждал в правильности своей точки зрения, пока та качала головой и также почти пьяно улыбалась (всё же по сравнению со многими она выпила совсем как котенок - почти нихера). Внутри что-то заскрипело, засопело и затрекотало. Не порядок. Тут Балу решил обратиться к толпе. — Мужики! — прокашлялся три раза, привлекая к себе внимание, а Яра только тцыкать на это начала. — Мужики, Росе пора домой, однако от сопровождения она отказывается. Сидящий неподалёку Миха нахмурился. Как бы девушка его не бесила, но перспектива оставлять её одну ночью в подворотне его напрягала изрядно. Он взглянул на Андрея, как бы спрашивая тем самым, что происходит и почему тот ещё не бежит в первых рядах, а потом (даже не дождавшись ответа!) махнул рукой и встал с дивана. Который до этого занимал единолично. — Возражения не принимаются! Собираемся и идём. — Полностью согласен, — Дюха тоже встал со своего насиженного места. Мир слегка покачнулся, но не слишком критично. — Можете на полпути тогда развернуться, а я до Куп… Шумный вдох его как-то с боевого настроя сбил. Яра, наконец отбившись от Саши, сложила руки на боках и смотрела на каждого из них и зло (но по доброму, не слишком зло, короче), и нежно, и с тревогой. — Мальчики, мне же потом обратно вас провожать придётся, — фыркнула, сдувая прядь с глаз, из-за чего ещё больше на фурию стала походить. — Вы же в сугроб упадёте и всё. Ищи свищи. Горшок гыгыкнул и засвистел, заслужив за это взгляд осуждения. Но тот не растерялся, позу повторил и даже брови поднял (одну эффектно ещё не получалось). — Это ещё почему всё так? Бля будем, но барышню до дома проводим. Согласный гогот как бы был подтверждением его слов. Рося улыбнулась, и эта улыбка Андрею понравилась, конечно, но напрягла тоже знатно. Обычно Ярка улыбалась так тогда, когда могла заявить что-то из разряда "я же говорила". — Ну вот кто бутылки сегодня открывал, м? — Ну и? — Князев пока не видел взаимосвязи, хотя знал, кто активно открывал, но почти не пил. Рихтер усмехнулась, ловко доставая свой любимый швейцарский нож из кармана, дорогой и пиздатый, с эмблемой щита и креста. Одним движением пальцев открылся маленький ножик. И за пару секунд красавица, музыкант, и девочка одуванчик превратилась в гопника из соседней парадной. Чудеса! Обдумав и придя к тому, что Яра была все таки права, договорились на телефонный звонок по прибытию (ну и на дежурство по телефону тоже). Та, довольно похлопав в ладоши, довольно быстро собралась и выбежала в полутемный двор. Наблюдая с Балу из окна за тем, как Роська помахал рукой и бодрой походкой двинулась дальше, Андрей вздохнул. Балу скосил взгляд уже на него. — Кажется, я влюбился ещё больше. Балунов весело фыркнул. Чтобы это ещё значило?