Счастье в моем аду

«От лица Ксении» –Ваш сын изнасиловал меня летом, а вчера избил!–истерический крик Юли. Я замерла на минуту в дверях, наблюдая как Юля закрывает лицо руками и начинает плакать. Не понимаю, что делать, и как ей помочь. Я решила подойти и обнять её. Юля не сопротивлялась. В моих объятиях её плачь усилился, мне и самой хотелось плакать, тяжело смотреть на боль маленького человека, что давно вызывает в тебе интерес. Интерес к ученику пугает, пугает наша разница и пол. Никогда не задумывалась о своей ориентации раньше, всегда встречалась только с парнями. Для остальных, девочка как девочка, обычный подросток, но для меня она была другой, это как лучик солнца,пробивающийся сквозь серые тучи. Ещё в мае у неё были прекрасные рыжие волосы, длинные и ухоженные. Как таковой школьной формы у нас нет, но все придерживаются делового стиля(за исключением некоторых), и весь прошлый год я видела рыжеволосую в юбке и блузке, что подчеркивали её фигуру. Она всегда выглядела жизнерадостным, позитивным человеком с большим количеством друзей. А первого числа я увидела её другую, хмурую и необщительную. Она отрезала волосы почти под каре, стала одеваться в мешковатую одежду. Но её заинтересованный взгляд на себе я по-прежнему замечаю. Сейчас я даже не представляю,что ей сказать и,наверное, она не хотела, чтобы кто-то видел её слезы. «Конец от лица Ксении» Впервые за последние месяцы я чувствую себя комфортно в объятиях чужого человека. Когда до меня дошло,что меня кто-то обнял, и соответственно кто-то слышал разговор, я отстранилась. –Извините. – неуверенно выпалила я. Я стала вытирать свое лицо от слез. –Вы хотели со мной поговорить. – не хотелось оставаться в тишине. Рука Ксении была на моем плече, как знак поддержки. –Юль, я все слышала. – логично, хотя лучше бы этого всего не было. Лучше бы я вообще умерла. – Давай не об учёбе. –и тишина. – что случилось летом? – зачем?зачем об этом спрашивать? –Я не хочу говорить об этом. Простите, но я лучше пойду. –Юль. – я уже направлялась к выходу, как услышала это. – Всё будет хорошо. – Она обняла меня снова. Было хорошо и уютно, странное чувство, но хочется тактильностей с ней больше. С порога начались мамины разбирательства, крики,обвинения. Я прошла в комнату, переоделась в домашнюю одежду, пока мама расхаживала по квартире с воплями: «Как так можно одеваться?!» «Как ты не понимаешь, что нельзя себя так вести?!» «Сама виновата!». «Боже, лучше бы я и вправду умерла тогда». Саша-моя младшая сестра просто смотрела на весь этот концерт. Она младше меня на 3 года, раньше мы были близки, но за последнее время отдалились. Мама всегда любила её больше меня:дарила больше подарков, чаще говорила, как она прекрасна и как любима. Никогда не хотела заглушать моральную боль физической. Я буду вдвойне рыдать, будет больно вдвойне. Либо мучаться от душевной боли, либо сразу покончить с этим. Медленно наступил вечер. Мама уже не орала, она просто игнорировала меня. Смысл сидеть дома. Взяв наушники, я вышла на улицу. Осенний холод вечеров пробирал. Деревья, земля, дома-все подсвечивалось желтовато-рыжим светом фонарей. Смешки пьяных мужиков и шумных подростков эхом раздавались по улицам. Я брела вдоль домов, в окнах которых горел свет. Машин стало заметно меньше, отчего улицы стали тише. Небольшая площадка с качелями и отсутствием пьяных людей стала мои местом остановки. О минувшем лете напоминало стрекотание насекомых. Спокойная музыка в наушниках была фоном моих мыслей. Одна другую сменяли картины из жизни, люди. Время летело быстро, а в мыслях я потеряла часы. Чья-то рука трясла меня за плечо. –Юля, Юль, ты почему здесь сидишь? –А? Здравствуйте. Я гуляю. –Время десять,какой «гуляю»? Или случилось что-то? –Нет,все нормально. Я домой тогда. До свидания. «От лица Ксении» Время около десяти, на улицу опустилась прохлада и свежесть. Город пустеет, люди разбредаются по домам, включая свет в своих квартирах. Редкие компании слышны где-то поотдаль. Свежесть сменялась холодом, который я стала ощущать на полпути от подруги. Хочется побыстрее домой, в тепло. На качели на детской площадке сидит тёмная одинокая фигура. «Кому дома не сидится? Вроде не пьяный. Юля?» –Юля, Юль, ты почему здесь сидишь?–Она сидела в наушниках, летала в своих мыслях. Рукой я потрясла её за плечо, на что девушка быстро отреагировала. –А? Здравствуйте. Я гуляю. –Время десять,какой «гуляю»? Или случилось что-то? – как ей не страшно сидеть вот так одной, почти в темноте и в полном одиночестве? –Нет,все нормально. Я домой тогда. До свидания. –Пока. – Она слишком быстро ушла. Было слишком темно,чтобы разглядеть её глаза. Было слишком мало времени, чтобы понять,что она чувствует. Мы близко, но далеко, и мне хочется стать ближе. Ближе душевно. Стать хотя бы другом. Пламеневшее тепло окутало меня в подъезде, а потом и в квартире. Сидя за очередной непроверенной тетрадью, исправляя ошибку, совершенную другим человеком до этого, разбирая почерк ребёнка, я вспомнила о Юле.