Сын Черновода

В тот год, когда Менцзюэ исполнилось четырнадцать, в поместье Не царило необычное оживление. Слуги суетились, упаковывая дорожные сундуки, а сам старший сын Главы стоял посреди своей комнаты, озадаченно разглядывая сложенные аккуратными стопками одежды и учебные принадлежности. Хуайсан, примостившись на краю кровати, наблюдал за приготовлениями с выражением, в котором смешались любопытство и лёгкая тревога. – Даге, тебе правда нужно уезжать? - спросил он, вертя в руках один из вееров. Менцзюэ отвлёкся от проверки содержимого дорожного мешка и улыбнулся –Отец сказал, что обучение в Гусу - это важно. Все знатные семьи отправляют туда своих наследников. Хуайсан надул щёки –Но ты и так всё знаешь! Ты лучший в сабельных приёмах, ты... –Это не только про боевые искусства, - мягко прервал его старший брат, садясь рядом. –Там учат управлению кланом, дипломатии, истории... Всему, что нужно будущему главе. В дверях появился Хе Сюань. –Готов? - спросил он, окидывая сына оценивающим взглядом. Менцзюэ тут же вскочил и выпрямился –Да, отец. –Хорошо. Лань Цижэнь уже ждёт у ворот. Хуайсан вдруг вцепился в рукав брата –А когда ты вернёшься? Менцзюэ потрепал его по голове –Через несколько месяцев, на зимние праздники. Это не так уж долго. Но для восьмилетнего мальчика даже несколько дней без старшего брата казались вечностью. Провожая Менцзюэ, Хуайсан стоял на каменных ступенях, пока тот не скрылся вдалеке. В поместье сразу стало как-то тише и пустее. Первые дни без брата Хуайсан чувствовал себя потерянным. Он привык, что Менцзюэ всегда рядом - то помогает с уроками, то просто сидит с ним в саду, рассказывая разные истории. Теперь же его дни стали размеренными и однообразными: утренние занятия с учителями, послеобеденное время для личных увлечений, редкие прогулки с отцом. Особенно скучно было по вечерам. Хуайсан часто забирался в комнату брата и сидел там, разглядывая оставленные вещи - тренировочные доспехи, коллекцию заточенных перьев для каллиграфии, несколько книг, которые Менцзюэ не взял с собой. Однажды, когда он как раз перебирал братские вещи, в комнату вошёл Хе Сюань. –Скучаешь? - спросил он, садясь рядом. Хуайсан кивнул, не поднимая глаз. –Это нормально. Но у тебя есть свои занятия. –Они не такие интересные без Даге, - пробормотал мальчик. Отец задумался, затем неожиданно предложил –Может, займёмся чем-нибудь вместе? Ты давно хотел научиться делать веера. Хуайсан оживился. Действительно, он всегда восхищался искусными веерами, которые привозил дядя Лань Так начались их совместные занятия. Хе Сюань, к удивлению сына, оказался искусным мастером - он показывал, как правильно подбирать материалы, как натягивать шёлк на каркас, как наносить узоры. –Мама тоже любила веера? - как-то спросил Хуайсан, старательно выводя тонкой кистью узор на только что сделанном веере. Хе Сюань замер на мгновение, затем кивнул: –Да. У неё была целая коллекция. –А можно я когда-нибудь её увижу? –Когда-нибудь, - ответил отец, и в его голосе прозвучала какая-то странная нота, которую Хуайсан не смог распознать. Время шло, и постепенно Хуайсан привык к новому распорядку. Он с нетерпением ждал ежемесячных визитов Лань Цижэня, который всегда привозил письма от Менцзюэ и иногда - сладости. Однажды, когда Лань Цижэнь приехал один, он застал Хуайсана в саду, где мальчик пытался повторить сабельные приёмы, которые показывал ему брат. –Ты становишься всё лучше, - заметил Лань, наблюдая за его неуклюжими, но старательными движениями. Хуайсан покраснел от похвалы –Спасибо, дядя Лань. Но я всё равно не такой ловкий, как Даге –У каждого свои таланты. Менцзюэ - прирождённый воин. А ты... Лань Цижэнь окинул его взглядом, – у тебя руки мастера. Веер, который ты сделал в прошлый раз, был очень искусным. Хуайсан засиял от этих слов. Может, он и не станет таким же умелым бойцом, как брат, но зато сможет создавать красивые вещи. Когда наступила зима и Менцзюэ наконец вернулся домой на каникулы, Хуайсан едва сдерживал радость. Он встретил брата у ворот, не обращая внимания на падающий снег. –Даге! Менцзюэ, повзрослевший и ещё более степенный, улыбнулся и обнял младшего брата – Вырос, я смотрю. –Я многому научился! - взахлёб начал рассказывать Хуайсан, таща брата в дом. - Отец показал мне, как делать веера, а ещё я начал учиться игре на цине, и... Менцзюэ терпеливо слушал, иногда задавая вопросы. За ужином он рассказывал о Гусу - о строгих правилах, о занятиях, о том, как они с Лань Сичэнем стали хорошими друзьями. –А Лань Ванцзи? - поинтересовался Хуайсан. Менцзюэ усмехнулся –Он всё такой же - молчаливый и правильный. Но учится он действительно блестяще. Хуайсан скривился. Он помнил того мальчика с холодными глазами, который когда-то назвал его странным. Зимние каникулы пролетели незаметно. Хуайсан буквально не отходил от брата, стараясь наверстать упущенное время. Они вместе занимались, гуляли по заснеженному саду, а по вечерам Менцзюэ рассказывал истории о Гусу. Когда пришло время возвращаться, Хуайсан уже не был так расстроен, как в первый раз. Он тщательно упаковал для брата подарок - веер собственного изготовления с вышитым фамильным гербом Не. –Чтобы ты не забывал дом, - сказал он, вручая свёрток. Менцзюэ улыбнулся и крепко обнял младшего брата –Как я могу забыть? Провожая брата во второй раз, Хуайсан стоял на том же месте, но теперь в его сердце уже не было той щемящей тоски. Он знал - Менцзюэ вернётся. А пока... Пока у него есть свои занятия, свои увлечения. И пусть он не летает на сабле так ловко, как брат, зато он может создавать красоту своими руками. Повернувшись, Хуайсан пошёл обратно в дом, уже обдумывая дизайн нового веера, который сделает к следующему приезду брата. Весна в Цинхэ Не выдалась особенно дождливой. Серые облака неделями не покидали небо, а мелкий назойливый дождь заставлял жителей поместья кутаться в плотные накидки и поспешно перебегать между зданиями. Хуайсан, стоя у резного окна своей комнаты, наблюдал, как капли дождя стекают по стеклу, сливаясь в причудливые узоры. Восьмилетний мальчик уже привык к тишине, поселившейся в доме после отъезда Менцзюэ, но в такие дни одиночество ощущалось особенно остро. Он вздохнул и отошёл от окна, подходя к столу, где лежал незаконченный веер. Шёлковая поверхность уже была украшена тонким рисунком цветущей сливы - его любимого узора. Пальцы, ещё неуверенные в движениях, но уже проявляющие удивительную для его возраста ловкость, осторожно провели по поверхности, проверяя, высохли ли краски. В комнате было прохладно, и Хуайсан потянулся за тёплым халатом, который когда-то подарил ему Лань Цижэнь. Внезапно дверь открылась, и в комнату вошёл Хе Сюань. Отец выглядел усталым - тени под глазами стали заметнее, а обычно безупречные одежды слегка помяты. –Собирай вещи, - сказал он без предисловий. –Ты поедешь в гости к... моим старым друзьям. В его голосе прозвучала лёгкая нерешительность, когда он произнёс слово "друзья". Хуайсан поднял глаза, в них отразилось удивление. –Куда? - спросил он, инстинктивно сжимая в руках незаконченный веер. Хе Сюань подошёл ближе и неожиданно опустился на колени перед сыном, чтобы оказаться с ним на одном уровне. –В Призрачный Город, - ответил он, поправляя сбившийся воротник халата на мальчике. – Там ты будешь в безопасности, а я... мне нужно решить некоторые дела в ордене. В его золотых глазах, обычно таких же непостижимых, как глубины океана, мелькнуло что-то похожее на сожаление. Хуайсан почувствовал, как в горле застрял комок, но кивнул - он уже научился понимать, когда отцу действительно нужно уехать. –Надолго? - только и спросил он, стараясь, чтобы голос не дрогнул. Хе Сюань провёл ладонью по его волосам. –До осени. Как вернётся Менцзюэ. Сборы заняли немного времени. Хуайсан аккуратно сложил свои любимые вещи - набор кистей для рисования, несколько полуготовых вееров, книгу сказок, которую читал ему перед сном Менцзюэ. В последний момент он положил в дорожный мешок и незаконченный веер с цветущей сливой - вдруг найдётся время доработать его. Путешествие на сабле отца оказалось совсем не таким, как представлял себе мальчик. Вместо плавного скольжения по воздуху, которое он наблюдал у старшего брата, их полёт был стремительным, почти пугающим. Хуайсан вцепился в одежду отца, чувствуя, как ветер свистит в ушах, а земля где-то далеко внизу мелькает пятнами лесов и рек. Хе Сюань одной рукой крепко держал сына, управляя саблей с непривычной для Хуайсана сосредоточенностью. Когда они начали снижаться, мальчик увидел нечто, от чего у него перехватило дыхание. Среди обычного горного ландшафта вдруг возникло место, словно сошедшее с картинки из сказочной книги - алые крыши, сотни парящих в воздухе фонариков, создающих ощущение вечного праздника. –Призрачный Город... - прошептал Хуайсан, широко раскрыв глаза. Хе Сюань лишь кивнул, слегка напрягаясь, когда они пересекали невидимую границу между мирами. Приземлившись у ворот, поражающих воображение своей причудливой резьбой, они были немедленно встречены парой стражей с бледными, почти прозрачными лицами. Один из них склонился в почтительном поклоне. Хуайсан невольно прижался к отцу, чувствуя, как по спине пробежали мурашки - несмотря на внешнюю человеческую форму, в этих существах ощущалась явная инаковость. Они прошли по оживлённым улицам, где вокруг царила атмосфера вечного карнавала. Демоны всех мастей - от почти человеческих до совершенно фантастических обликов - занимались своими делами, бросая любопытные взгляды на необычных гостей. Хуайсан, забыв на мгновение страх, с восхищением разглядывал витрины лавок, где продавались диковинные товары: фонарики, светящиеся изнутри странным светом, украшения из неизвестных материалов, странные сладости, которые, казалось, двигались сами по себе. Центром этого необычного города оказался огромный дом с множеством павильонов и башен, утопающий в алых шелках и золотых украшениях. –Дом удовольствий... - пробормотал Хе Сюань, заметив вопросительный взгляд сына. У входа их уже ждали. Се Лянь оказался совсем не таким, каким представлял его себе Хуайсан. Вместо грозного бога войны перед ним стоял высокий мужчина с мягкими чертами лица и тёплой улыбкой. Его белоснежные одежды контрастировали с тёмными нарядами сопровождавших его слуг. –Наконец-то, - произнёс он, делая шаг вперёд. – Мы уже начали волноваться. Его голос звучал удивительно спокойно и дружелюбно. Но настоящее потрясение ждало Хуайсана, когда из-за спины Се Ляня появилась ещё одна фигура. Хуа Чен - Владыка Призрачного Города - был воплощением всего, что мальчик когда-либо слышал о могущественных демонах. Высокий, с идеальными чертами лица, одетый в роскошные красные одежды, он излучал силу и уверенность. Однако, когда его глаз, тёмный, как полночь, остановился на мальчике, в нём не было ничего пугающего - лишь любопытство и какое-то странное понимание. –Так это и есть твой отпрыск, Хе Сюань? - произнёс Хуа Чен, слегка склонив голову. Его голос был мелодичным, почти певучим, но в нём чувствовалась сталь. Хе Сюань кивнул, слегка подталкивая Хуайсана вперёд. Се Лянь первым нарушил натянутую атмосферу, опустившись на корточки перед Хуайсаном. –Ты, наверное, устал с дороги, - сказал он, и в его глазах светилась искренняя доброта. –Как насчёт того, чтобы попробовать сладости, которые готовит наша кухня?Хуайсан нерешительно кивнул, бросая взгляд на отца, который наблюдал за этой сценой с необычным для него выражением - смесью облегчения и какой-то затаённой печали. Прощание было коротким. Хе Сюань опустил руку на плечо сына, на мгновение задержав взгляд на его лице, будто стараясь запечатлеть каждую черточку. –Веди себя достойно, - только и сказал он перед тем, как развернуться и уйти, его фигура быстро растворилась в толпе на улицах Призрачного Города. Хуайсан стоял, сжимая ручки в кулачки, чувствуя, как предательские слёзы подступают к глазам. Но прежде чем они успели пролиться, тёплая рука Се Ляня легла на его плечо. –Пойдём, - мягко сказал он. – Я покажу тебе твою комнату. Саньлан велел подготовить всё самое лучшее для нашего гостя. В его голосе не было ни капли снисхождения или фальши - только искреннее желание помочь.