Злодейство: пособие для чайников (и прочего ожившего по воле случая сервиза)

Визитной карточкой королевства солнца были не только его плодородные земли и стабильная экономика, но и первенцы королевского рода. Уже столетиями первыми на свет появлялись мужчины, и вот, когда родители Дарена готовы были встречать будущего правителя в новом для него мире, из утробы вышла девочка. Её новоиспечённые отец и мать до ужаса перепугались, но, чтобы не распространять волнение среди народа, решили во всеуслышание провозгласить рождение мальчика. Как и планировалось, малышку назвали Дареном, но в семейном кругу обращались к ней «Алексия». Ждали мальчика. В их планах было подменить девочку мальчиком, как только те достигнут определенного возраста. Но королева никак не беременнела. К счастью, через четыре года одна из наложниц выносила здорового малыша, которому предстояло взять на свои плечи управление процветающим государством. Король и королева наконец успокоились. Но вот они не учли, что маленькая и бойкая, развитая не по годам Алексия не захочет становиться тенью младшего брата. Они ещё не знали, что через несколько лет, сразу после их смерти, она запрет его в башне, и заставит до конца жизни играть роль нежной девы, чтобы не дай Бог, он не посмел даже пытаться заполучить власть. Всё шло по её плану — от брата ничего не слышно, кроме игры на гуслях, и никто даже не догадывался о её настоящей личине. Полностью укрепившись на своей позиции, она пошла войной на королевство луны, чтобы отомстить за родителей. Оставив Дарена в башне, откуда он не мог выбраться самостоятельно, она даже не подозревала, что одной глубокой ночью к нему заявится охочий до денег злодей с парашютом под сидением. *** Дарен пришёл в себя не сразу — сначала до него доходили только обрывки чужого диалога. Но, как только он очнулся, увидел напротив себя страшного амбала. — Чё зыришь? — спросил он. Голос Рахима, звучащий откуда-то неподалеку придавал ему уверенности. — Чё? — тупица напротив сначала не понял, что обращались к нему, а затем прищурился с подозрением, приметив странно низкий голос связанной дамы. Дарен хотел грубо ему ответить, но нашёл глазами Рахима и растерял всю спесь — освободитель был связан, так же, как и он. Вот тупица. Как только он подумал это, похититель, стоящий возле Рахима и о чём-то с ним болтающий, пришёл в движение — он наклонился и, будто нехотя, разрубил верёвку. — Мы тут подумали и я решил дать Химычу шанс по старой дружбе, — сказал он, подведя Рахима к Дарену. — Пусть он выберет: ты, красотка, или твой сундук с золотом. — Девушкам уступать надо, — оживилась принцесса, — давай ты мне выбор предложишь? Рахим опешил от такого предложения. Его знакомый улыбнулся. — Предлагай. — Советую забрать этого идиота и сундук, а меня отпустить. Ты в плюсе: никаких лишений, ну и я... довольна. — И зачем он мне? — И зачем я ему? — Мне по чём знать, это вы сами уже решайте. — Нет, так не пойдет, — возразил Рахим, — бери её. По секрету скажу, — он подмигнул Дарену, — девушка из знатного рода. Если выкуп потребуешь, голову потеряешь от предложенной суммы. — Так ты же говорил, что она твоя невеста, — удивился похититель. — Да такую невесту иметь, что змею у груди пригреть. — Босс, — вмешался один из амбалов. — Илюх, подожди, — пресёк его главный, — и как тебе способности красавицы? — облизнувшись, поинтересовался он. Дарена передёрнуло. — Умелая, — Рахим подмигнул ему три раза подряд, — готовит вкусно, играет на инструментах, эээ.... стирает. Боевые искусства знает..? — Дарен отрицательно мотнул головой, — то есть нет, не знает. И, наверное, в опасных ситуациях ни разу не была? — Дарен кивнул, — Не знает, бедная, что нужно бежать со всех сил на северо-запад. — Странный ты, — сощюрился глава, — и непонятно, как только такую девушку отхватил. — Босс! — Не мешай. Ладно, я её заберу, девчушка красивая ведь — Босс!! — Да что! — Это не деву... — не успел громила договорить, как вырубился от молниеносного удара из ниоткуда. — Ах, ты! — глава разбойников отпрыгнул назад на два метра, и тут же метнул несколько лезвий в сторону Рахима. Тот пригнулся, и они пролетели прямо мимо лица сидящего на земле Дарена, остриём отсекая его локоны, а после врезаясь в дерево. Одно из лезвий разрезало верёвку, и Дарен вскочил, упав прямо в руки к Рахиму. — Драться точно не можешь? — спросил тот. — Нет, но могу польку станцевать или сыграть на контрабасе. — А на флейте можешь? — Могу. — Держи. Рахим передал Дарену небольшой мешочек и толкнул его в сторону с криком: — Отбеги подальше и начинай! *** Дарен открыл глаза и повернулся, когда шум за спиной стих. Он оглядел валяющиеся на полу тела, а затем нервно спросил у Рахима: — Они все умерли? — Нет, конечно. Твоя успокаивающая мелодия замедлила их, а я вырубил. Молодец напарник...ца. Дарен потрогал свои обструганные волосы и печально усмехнулся. — Напарник. — Вот как, — понимающе сказал Рахим. Он наклонился и не без труда за ноги протащил по земле одного разбойника поближе к другому. — Помогай давай. Когда похитители горкой лежали друг на друге, Рахим всучил Дарену волшебное зеркало. — Сфоткай меня, только чтобы этих придурков тоже видно было. — Сейчас, — Дарен переключил на фронтальную камеру и его лицо появилось на стекле. — Всё, забирай, — он собирался вернуть устройство хозяину, но заметил, что тот разливает вокруг побитых мужчин какую-то жидкость. — Это что? — Зелье, блокирующее выход за пределы определенной территории, — не оборачиваясь, ответил Рахим. Заканчивая выводить форму, он закинул внутрь круга какой-то мешочек. — А это что? — Афродизиак. — невозмутимо сказал он. — Любовь крепкого мужского сердца многого стоит. — Не буду это комментировать. *** — Я же сказал справа, а ты какой взял? — Да я правый и взял, что ты до меня докапываешься-то? Слева с одеждой, справа с деньгами — я и взял правый! Подожди-ка... А ты какое право имел в виду? Прямо сейчас они стояли у городских ворот и глядели на содержимое открытого сундука — огромное разнообразие различных лент, резинок для волос, бантов и крабиков, инкрустированных драгоценными камнями. — Я имел в виду справа от меня. — Блять. Итог: у них нет еды, нет транспорта, и самое главное — нет денег, чтобы всё это приобрести. — Придётся продать, — заключил Рахим. — Даже не вздумай! — запротестовал Дарен. — Моих малышек никому не отдам! — Продам я, — получил он в ответ. Рахим вошёл в город, таща за собой самодельное подобие саней. — Может твою сумку с ядами продадим? — предложил Дарен, пытаясь его догнать, — В этом сундуке столько новинок, половину из них я не успел даже просто примерить! А ты уже хочешь всё продать! — Ты забыл, что тебе жизнь спасло? — недовольно напомнил Рахим. — Посмотри на волосы и пойми, что тебе эти ленты уже ни к чему. А с деньгами мы и к цирюльнику тебя отведем, и одежду новую купим. Сейчас ты в выглядишь немного... — Рахим осмотрел чужое помятое, вымазанное в грязи платье и продолжил, — пугающе. — Ну раз одежду купим... — принял подачку Дарен. — Если так не хочешь продавать, можем заложить всё в долг, — зачем-то сказал Рахим. И тут же пожалел об этом, потому что глаза Дарена загорелись прямо как факелы мимо проходящих крестьян, готовивших нападение на очередную ведьму. *** — Пятьдесят золотых, — скрипучим голосом сказала старуха. — Какие ещё пятьдесят золотых! — возмутился Дарен. — Дамочка, пятьдесят золотых стоит только эта пятисантиметровая ленточка. А тут их сотни! — Шестьдесят золотых. — Да какие шестьдесят золотых? Ты видишь этот камушек? — он ткнул в маленький камень, украшающий серебряную заколку. — Только он стоит пять тысяч золотых, не меньше. — Семьдесят золотых, — все ещё безразлично сказала женщина. — Два миллиона золотых или мы уходим. — Никуда мы не уходим, — Рахим закрыл ему рот. — Давай свои семьдесят золотых. А ты помолчи, мы же не продаем твои сокровища, просто считай, что они в камере хранения. — Да разве я могу? Это мои драгоценные... — Можешь. *** Получив деньги, они поспешили их потратить. Сначала пошли к цирюльнику и тот за пять золотых превратил Дарена из растрёпанной дамы в аккуратно постриженного красивого молодого человека. — Б-р-р, как неудобно, — Дарен помотал головой, обнажая свою бледную аристократичную шею. Несмотря на то, что он перестал выглядеть, как девушка, в глазах Рахима он был всё ещё слишком привлекательным. После цирюльника они пошли за одеждой. Рахим пытался силой оттянуть Дарена от дорогущих бутиков, а потом пытался закрывать ему рот каждый раз, когда тот на неуважительное отношение со стороны сотрудников порывался заявить: «Да ты вообще знаешь, кто я такой, холоп?» Действительно, на запачканного в грязи парня, переодетого в платье, мало кто из продавцов брендовых нарядов возлагал надежды. Но, несмотря на высокие цены, им удалось подобрать Дарену удобную хлопковую рубаху и шёлковые брюки. С обувью решили не заморачиваться, но потом по желанию Дарена все же заморочились — аккуратные золотистые туфли с острым носом за десятку золотых украшали его ноги. — Ого, как темно! — воскликнул Дарен, выходя из обувной лавки. — Благодаря кому, интересно, мы освободились в такую темень, — еле слышно сказал Рахим. Ему почему-то не хотелось портить хорошее настроение Дарена. — Что? — Ничего, пойдём комнату искать. *** Дарен осмотрел грязную, покрытую пылью двуспальную кровать и спросил: — Сколько, говоришь, она стоила? — Комната? Пятнадцать золотых, а что? — Я не хочу тут спать, — его передёрнуло, — давай поменяем. — У нас нет такой возможности, — начал Рахим, — денег совсем мало осталось, а нам предстоит долгий путь. Лучше иди помойся, а потом возвращайся и ложись спать. — А как это? — Что? — Мыться? — Ну... сядь в бочку с водой в соседней комнате, потрогай себя, а потом вылезай. — Кто бы ещё говорил мне про странные формулировки. *** В тот момент, когда вернулся Дарен, Рахим сидел на краю кровати и раскладывал зелья по внутренним карманам жилета. Он повернулся, обратив внимание на скрип половиц, и замер. Перед ним стоял полностью обнаженный Дарен, и Рахим был готов поклясться, что более красивого человека он в жизни не видел. Чужая бледная кожа в свете луны казалась почти прозрачной. Изящные плечи, подтянутый торс и ровные ноги будто примагничивали к себе его взгляд, не давая ни капли свободы. В горле пересохло. — Я-кхм-эээ... — Мне холодно, — смущённо сказал Дарен. — Ложись в кровать. — Я вещи случайно намочил, — признался принц, когда Рахим собирался уходить. — Повешу сушиться. Засыпай. Но вопреки чужому совету, сон никак не хотел приходить к Дарену. Он считал в голове драконов и перестал только тогда, когда пришёл Рахим. — Можешь не притворяться, — сказал тот, и Дарен сразу распахнул глаза. Он наблюдал, как Рахим раздевается, к потом усаживается на постель. — Двигайся. — Сколько денег у нас осталось? — спросил Дарен, когда тот уже лежал рядом. — Тридцать золотых. — И что мы будем делать? — В соседнем городе есть порт, можем оттуда доплыть до моего региона. Рахим зевнул. — Почему ты не пришел за мной раньше? — зачем-то спросил Дарен и тут же смутился. Он не хотел раскрывать свой довольно долгий интерес к чужому аккаунту в злостаграмме. Но теперь, когда Рахим видел его голым, обнажить свою душу для Дарена оказалось легче, чем раньше. — Потому что дела были. Рахим не стал расспрашивать, откуда Дарен знает про его давнишнюю идею. — Я ждал, — сказал принц. Рахим повернулся к нему и заглянул прямо в глаза. — Мне жаль, ваше высочество. Дарен ему не поверил. *** Принц доедал завтрак, когда в дверь постучали. Он подумал, что Рахим вернулся, разобравшись со своими делами, однако это был совсем не он. Констебль пожелал ему доброго утра, а затем спросил: — Вам знаком Тарханов Рахим Иванович? — Да, а что? — Он задержан и прямо сейчас находится в участке. — За что? — удивился Дарен. — За убийство.