Я, Он, Проблема

эта ночь могла бы быть только нашей, если бы я мог тронуть твоё сердце…

      Хэсон сжимала в руке микрофон, с каждой секундой закапывая себя в мыслях всё больше и больше. Сердце стучало так громко, что она практически не слышала шума, создаваемого стаффом и танцорами. Попытки привести дыхание в порядок не были достаточно успешными, а потому пальцы на микрофоне сжимались ещё крепче.       — Волнуешься?       Инна коснулась её спины, пытаясь немного успокоить. Подруга пришла сегодня, чтобы поддержать, так как Хэсон осталась единственной, кто ещё не дебютировал сольно. Открыв глаза, она встретилась взглядом с Инной и слабо улыбнулась.       — Да, переживаю. Это первое выступление спустя два года. Не хочу никого разочаровать.       Девушке казалось, что всё может пойти не так. Что голос сорвётся или, наоборот, будет слишком низким; что она забудет слова или движения; что может споткнуться и многое другое. И даже возможность перезаписать выступление не успокаивала. Почему-то она чувствовала на своих плечах груз ожиданий и должна была непременно все их оправдать.       — Это нормально, но не переживай слишком сильно, хорошо? Ты профессионал и никто не поспорит с этим. Уверена, ты выступишь идеально.       Хэсон пожала плечами.       — Но поможет ли мне это победить, если мой соперник – Пак Чимин?       Инна улыбнулась с таким видом, будто обладала какой-то ценной информацией.       — Тебе так хочется обойти его? Почему?       Хэсон не понравился взгляд подруги, и она глянула на неё с подозрением.       — Потому что наше соперничество – самая обсуждаемая тема с тех пор, как мы объявили о своих камбэках. Все хотят узнать, кто победит. А никому из S.T.A.R.R ещё не удавалось обойти BTS.       Действительно, за прошедших четыре сольных дебюта они ни разу не смогли победить этих парней. Обе фанбазы были большими и сильными, но почему-то именно BTS одерживали победу раз за разом. И для Хэсон это уже выглядело как вызов.       А также это было способом доказать самой себе, что все эти годы она трудилась не напрасно. Что даже без группы она на многое способна и все эти усилия, что она приложила после своего отпуска, чтобы наконец-то вернуться на сцену, были приложены не зря.       — Так что я хочу обойти его и показать, на что мы способны.       Инна обняла подругу, всё ещё демонстрируя свою красивую улыбку.       — Значит, ты победишь. Может, не сегодня. Может, не в музыкальном шоу. Но ты победишь.       Хэсон нахмурилась, пытаясь понять, о чём таком говорит её подруга. Но в этот момент её позвали на съёмку, и она больше не смогла думать ни о чём другом.       Когда девушка вышла на освещённую софитами сцену inkigayo, та уже пустовала. Ей было интересно, записал Чимин своё выступление или ещё нет. Она не видела его ни сегодня, ни всю ту неделю после праздника у Хосока. И, если честно, это её немного печалило. Но, встав на свою позицию и глубоко вдохнув, она пыталась выбросить эти мысли из головы и сосредоточиться на песне.       Когда разум немного прояснился, она обратила внимание, что зрители в зале восторженно хлопают и кричат какие-то подбадривания. Хэсон улыбнулась и помахала фанатам, а те стали кричать ещё громче. Такая поддержка действительно отвлекла её и даже учащённый пульс немного сбавил обороты.       Съёмки прошли отлично. Девушка с первого раза смогла записать выступление, перевоплощаясь из тревожащейся Хэсон в уверенную в себе Айси. Она пела о силе и возможностях женщин, о том, что именно они правят миром. Чего бы девушка не захотела, у неё это будет. И в тот момент она сама верила в свои слова. Эту песню она написала самостоятельно, и ей безумно хотелось, чтобы каждая девушка, прослушавшая её, тоже верила.       Когда выступление закончилось, Айси помахала фанатам, наконец со спокойным сердцем принимая их поддержку и любовь. Она убедилась, что вернулась не зря, что все пройденные препятствия были опытом и дорогой к чему-то лучшему. И вот теперь Хэсон уверена, что сможет обойти любого, кто сегодня участвовал. В конце концов, она была главной вокалисткой самой популярной женской группы.       Ожидание длилось около двух часов. Пока записывались другие артисты, Хэсон сидела в гримёрке вместе с Инной и пыталась не зацикливать свои мысли на результатах. Она написала в общий чат, как прошло выступление, и получила множество поздравлений от подруг.       Наконец работники позвали её, и с дрожью в коленках она отправилась узнать результаты голосования. На сцене в этот момент было уже много айдолов, которые сегодня присутствовали лично и так же ожидали хороших новостей. Хэсон улыбнулась, кланяясь всем в ответ в знак приветствия, хотя уголки её губ немного подрагивали. Сколько бы она ни играла в уверенность, тревога всегда сопровождала её в такие моменты.       Она встала на свободное место и неожиданно поняла, что оказалась рядом с Пак Чимином. Он был во всем чёрном и, чёрт возьми, без рубашки! Его кожаная куртка буквально надета на голый торс, покрытый какими-то надписями. Удивлённо осмотрев представшую перед ней картину, Хэсон подняла глаза и обнаружила, что её внимательный взгляд не остался незамеченным. Чимин смотрел на неё игриво и даже самодовольно, что девушке захотелось стереть это выражение с его лица. Она сразу же отвернулась, пытаясь сделать вид, что вовсе не заинтересовалась телом этого парня и вообще смотрела в другую сторону, но Пак уже всё понял и продолжал прожигать её взглядом.       Серьёзно, если он не перестанет, то она просто ударит его!       Ведущие начали свою речь, благодаря всех зрителей и пользователей приложения за их отданные голоса. И, наконец, после этого на экране появился подсчёт. Цифры быстро сменяли друг друга, превращаясь в огромное четырёхзначное число. Среди всех участников шоу чувствовалось напряжение, когда они смотрели на экран и ожидали окончания. И вот движение цифр остановилось, и хлопушки взорвались, когда ведущие объявили победителя.       — Поздравляем Пак Чимина с его первой победой на inkigayo! — сказала ведущая, отчего зал взорвался громкими аплодисментами, радуясь за любимого артиста.       Тем временем Хэсон пыталась подавить волну разочарования. Она всё ещё смотрела на цифры и понимала, что Пак обошёл её всего на пять голосов. Всё, к чему она так долго готовилась, было раздавлено разницей в каких-то пять единиц.       Девушка посмотрела на Чимина и поймала его взгляд. Почему-то он не выражал радости от победы, а был озадаченным и даже… сочувствующим? Но, скорее всего, ей просто показалось.       Когда Паку вручили награду, она просто отвернулась, не желая смотреть на это. Её гордость задета, и это оказалось сильнее, чем радость за друга. Хэсон думала только о себе в этот момент, и ей было плевать, если это эгоистично. Дослушав благодарственную речь Чимина, она развернулась и пошла к выходу со сцены вместе с остальными, больше ни разу не взглянув на победителя. Объявили начала его энкора, но девушка не могла сейчас слышать его высокий нежный голос. Только не сейчас.       Она торопливо ушла со сцены, но возвращаться в гримёрку, где была толпа людей, ей не хотелось. Заметив по дороге неприметную дверь какой-то комнаты, Хэсон вошла туда и закрылась изнутри. Вокруг было темно, лишь сквозь щели из коридора виднелся свет, однако она смогла разглядеть, что повсюду стояли средства для уборки. Тесно, но ей плевать. Хотелось просто остаться одной и спокойно выплакать слёзы обиды, подступавшие к глазам.       Хэсон понимала, что обижаться на Чимина нерационально, но ничего не могла поделать. В добавок ко всему этому она начинала чувствовать, что злится. На себя, что недостаточно старалась; на Чимина, что оказался лучше; на фанатов, что мало голосовали. На судьбу, что создала такую ситуацию, где после какого-то проигрыша она запирается в комнате и плачет в темноте. О какой уверенности может идти речь, если такая простая ситуация смогла расшатать её нервы? Хэсон не привыкла проигрывать, поэтому каждая неудача била по её самооценке и сбивала с ног, отправляя в свободное падение с вершины Эвереста.       Она не знает, сколько просидела там, обняв себя за колени. Может, минут тридцать, может, меньше. Если бы не звук нового сообщения, она вообще не представляет, сколько времени бы ещё провела в своём тихом унынии. Чимин-оппа Хэсон, ты ещё тут? Я бы хотел поговорить Ты не против?       Девушка с разочарованием заблокировала телефон и вздохнула. Она не была готова. Её грудь всё ещё чувствовала неприятное покалывание обиды и злости, и было неизвестно, что она может наговорить в таком состоянии. Но всё же Хэсон понимала, что Пак ни в чём не виноват. Он просто выполнял свою работу, делал так, как умеет. Он не обязан проигрывать ради неё. Никто не виноват, что Хэсон не дотягивает.

Хэсон

Я на втором этаже

В конце коридора

      Парень пришёл быстро. Хэсон вышла из своего укрытия как запуганный котёнок, когда услышала громкие мужские шаги, раздававшиеся в пустом коридоре. Чимин удивлённо посмотрел на неё, увидев, как она выходит из комнаты с табличкой «Служебное помещение». Да и вид Хэсон с растрёпанными волосами и размазанным в некоторых местах макияжем вызывал беспокойство.       — О чём ты хотел поговорить? — спросила девушка, не смотря на Пака. Она предпочла буравить взглядом стену, а не его симпатичные черты.       — Хотел узнать, как ты, — осторожно ответил Чимин.       — А не видно?       — Ты злишься?       Девушка раздражённо вздохнула. Ей не очень нравилось, как Чимин лез в её душу, когда не просили. И сейчас она напоминала недовольного ёжика, покрытого иголками, предупреждая, что границы переходить опасно.       — Да, злюсь. От моего ответа тебе стало легче?       Слова Хэсон кололи не меньше, но Пак не отступал.       — Нет, не стало.       — Тогда зачем пришёл?       Он вздохнул. Это всё напоминало разговор с обиженным подростком, который не хотел анализировать ситуацию рационально, однако всё же не злился.       — Знаю, что тебе тяжело. Ты очень хотела победить, но я уверен, что фанатам было тяжело сделать выбор.       Хэсон наклонила голову и впервые посмотрела на Чимина. Сейчас он уже переоделся и был в более закрытой одежде, что немного облегчало их разговор.       Заметив её заинтересованность, Пак сделал шаг ближе.       — Ты же заметила, что разница всего в 5 голосов? Очень мало, а значит, что наши фанбазы действительно соревновались. Я не удивлюсь, если многие фанаты любят обе наши группы и им было нелегко выбрать кого-то одного. — Он сделал ещё пару осторожных шагов вперёд, не желая спугнуть девушку. — Но это не значит, что ты плохо справилась. Я видел твоё выступление, и ты была великолепна, как и всегда.       Хэсон замерла, слушая его утешения. Она как бы злится на него, но как можно это делать, если в каждом его слове звучала поддержка? Скорее всего, он во многом был прав. И даже не хвастал своей победой. Девушка ожидала, что он будет её дразнить, но в итоге в каждом его взгляде виднелось беспокойство.       Она кивнула, принимая его слова. Хэсон всё ещё была подавлена, однако злость прошла, обнажая её уязвимые стороны, которые она могла оставить неприкрытыми рядом с Чимином. Он же в свою очередь сократил расстояние и обнял, как делал это всегда, чтобы подбодрить или показать, что Хэсон не одна. Как и ожидалось, она не стала отталкивать, а разрешила обвить себя руками и сжать крепче.       — На следующем шоу ты обязательно победишь, — прошептал Чимин, но девушка понимала, что эти слова уже звучат как объявление её поражения.

***

      Телевизор, работавший фоном, не привлекал внимания. Очередная романтическая комедия была проигнорирована, потому что вовсе не спасала от апатии, зародившейся внутри Хэсон. Даже яркое солнце, приятно припекавшее своими лучами через панорамное окно, не радовало её. Вся надежда оставалась на Бана, которого девушка силой затащила к себе на колени и гладила, заставляя громко мурлыкать. В последнее время он стал полнеть, придерживаясь жизненного кредо: чем больше кота, тем счастливее хозяйка. Но что-то даже это не поднимало Хэсон настроения.       Телефон завибрировал на столе. Сегодня она отключила звук, чтобы ей никто не мешал грустить, хотя пропустить что-то важное боялась. На экране высветилось мужское имя – этого она точно не ожидала.       — Алло, оппа?       — Привет, Хэсон. Как ты? — спросил Хёсоп, улыбаясь. Каким-то образом он попал своим вопросом по самому больному.       — Ну… могло бы быть лучше, если честно.       Она откинулась на спинку дивана, рассматривая лампочки на натяжном потолке.       — Это из-за inkigayo? Увидел результаты сегодня.       — Да, было не очень приятно проиграть Пак Чимину. Но я держусь.       — Ага, слышу по твоему вялому голосу, — усмехнулся парень. Видимо, преуменьшить свои страдания у неё не получилось. — Тебе стоит развеяться, сходить куда-нибудь.       — У меня нет совершенно никакого желания выходить в люди. Хочется просто лежать и плакать под любимые грустные песни.       — А если я составлю тебе компанию? — спросил он мягко и даже несколько игриво.       — Чтобы вместе поплакать под IU?       Хёсоп рассмеялся.       — Конечно нет. Я имел в виду пойти куда-нибудь вместе. Согласна?       Чувство апатии вдруг отошло на второй план, отдавая место чему-то другому. Сердце слегка сбилось с ритма, когда Хэсон допустила мысль, что это может быть свидание. Раньше Хёсоп никогда не звал её на встречи, где они могли бы остаться только вдвоём. А сейчас это было что-то новое и необычное. И Хэсон не знала, как ей стоило отреагировать, если честно.       Не желая теряться в догадках, она спросила прямо:       — Это свидание или дружеская встреча?       Конечно, они только дружили весь этот год, но кто знает, что у мужчин в голове. Сегодня он твой друг, а завтра вы просыпаетесь в одной постели.       — Мне бы хотелось отдать выбор тебе, но я и так слишком долго ждал, поэтому это свидание. Определённо свидание.       — Что… прямо сегодня? Сейчас?       Хэсон немного запаниковала, понимая, что всё как-то развивается слишком быстро. Хёсоп был хорошим парнем, так что у неё не было особых причин отказывать ему. И она так давно не была на свиданиях, что, наверное, забыла, как это делается.       И что значит «долго ждал?»       — Сегодня вечером. У тебя будет время подготовиться. Оденься так, чтобы ты не замёрзла на улице, хорошо? Это будет сюрприз.       Хэсон кивнула, впитывая рекомендации, совсем забыв, что парень её не видел.       — Так ты согласна? — полный надежды голос просто не оставлял равнодушным.       — Да, согласна. Думаю, это намного лучше, чем весь день грустить из-за проигрыша.       — Тогда я заеду за тобой в семь часов. Увидимся.       Убрав телефон, девушка посмотрела на Бана на своих коленях. Тот всё ещё расслабленно полёживал, но смотрел так, будто спрашивал: ты уверена?       Она не уверена.

***

      Хёсоп оказался очень пунктуальным. Хэсон ещё никогда не встречала таких парней и торопливо засобиралась, не желая заставлять его ждать. Для выхода она выбрала длинную юбку с разрезом на левом бедре и блузку с рукавом, чтобы точно не замерзнуть, куда бы они не пошли. Хотя с наступлением июня даже после захода солнца в Сеуле было достаточно тепло.       Мужчина вёл себя очень галантно. Как только он увидел девушку, сразу же вышел из машины, чтобы открыть для неё пассажирскую дверь. И даже придержал руку над её головой, чтобы та случайно не ударилась. Ну кто ещё думает о таких мелочах? Явно не её бывший.       Во время поездки у них завязалась непринуждённая беседа о том, как проходили дни у Хёсопа: спорт, встречи, фотосессии. И конечно же, девушка не могла не полюбопытствовать, куда же они едут. Но парень молчал, совершенно не прогибаясь под уговоры.       Вскоре актёр остановил машину возле небольшой пристани, и у Хэсон возникло ещё больше вопросов.       — Удивлена? — спросил он, рассматривая её растерянное лицо.       — Пожалуй да. Для чего мы тут?       Хёсоп хитро улыбнулся и вышел из машины, чтобы открыть для Хэсон дверь.       — Ты увидишь.       Он подал ей руку, помогая выйти, но после этого уже не отпустил. Всё ещё мягко сжимая ладонь Хэсон, парень повёл её к пристани, где нашёлся хозяин катеров и лодок. Он показал, куда им следовать, и Хёсоп привёл девушку к небольшой лодке с вёслами.       — Серьёзно? Мы будем кататься на лодке прямо по реке Хан?       Актёр заметил неприкрытый энтузиазм в её голосе и рассмеялся.       — Романтично? — спросил он, прекрасно зная ответ.       — Ещё бы!       Он помог Хэсон без проблем забраться в лодку и сесть напротив него, а после этого взял вёсла и начал грести в каком-то неизвестном ей направлении. К их удивлению, вокруг не было других людей: ни влюблённых парочек, ни случайных прохожих. И это создавало какую-то особую атмосферу. Светит луна, слышны звуки сверчков, и здесь только они, плывущие под звёздами.       Пока Хэсон рассматривала переливы городских огней, Хёсоп смотрел прямо перед собой. Он не мог никуда отвернуться, когда всё самое интересное было прямо здесь, в этой самой лодке. Девушка выглядела совершенно очаровательно: волосы немного растрепались от ветра, на губах лёгким слоем нанесена красная помада, а левое бедро приоткрыто благодаря симпатичному разрезу юбки, приковывая взгляд мужчины намертво.       — Тебе нравится? — спросил он, желая отвлечься, чтобы не совсем улететь в мир своих страстных фантазий.       — Очень! Мне нравится, как тут спокойно.       Лёгкое покачивание лодки под аккомпанемент едва слышных всплесков воды словно гипнотизировало. Хэсон повернулась к Хёсопу и улыбнулась своей самой замечательной улыбкой. Он давно не видел этот блеск в её глазах. С тех пор, как она снова вернулась к работе, они лишь горели желанием что-то кому-то доказать, но никакого искреннего блеска при этом не было.       — Рад, что смог угодить тебе. Надеюсь, что это помогло отвлечься.       Девушка провела взглядом по темнеющим очертаниям деревьев и зданий вдоль берега – отсюда они казались пугающими фигурами. Однако даже в этом ощущалось забытое чувство умиротворения, убаюкивающее на мелких волнах реки Хан.       — Ты прав, у тебя получилось. И даже проигрыш теперь кажется какой-то ерундой. — Хэсон вздохнула, собираясь быть откровенной. — Если быть честным, эта победа была важна только мне – никакой реальной пользы. Я просто хотела доказать себе, что смогу сделать больше, чем во время групповых продвижений.       Ветерок едва колыхнул прядь женских волос, и в тот миг Хёсопу показалось, что весь мир сжался до размеров этой лодки.       — Всё это не доказывает твоего таланта и профессионализма, ты в курсе? Я смотрел выступление, и ты была идеальна. Ни у кого нет такого голоса, как у тебя.       Хэсон смущённо улыбнулась и опустила взгляд на свои открытые коленки. Свет фонарей с берега отблёскивали на её коже мягкими янтарными пятнами, окрашивая кожу в медовый оттенок.       — Ты говоришь это потому, что ты мой фанат?       Хёсоп отложил вёсла и взял её за руку, и от неожиданности его прикосновений у девушки перехватило дыхание. И если бы он дотронулся чуть выше, то смог бы почувствовать её учащённое сердцебиение.       — Нет, я говорю тебе это как парень, который полностью очарован тобой.       Он улыбнулся, поглаживая пальцами тыльную сторону чужой ладони. Хэсон давно не ощущала такого внимания, что даже занервничала. Уединение с мужчиной и проживание такого рода моментов давно уже забыты. Когда это было в последний раз?       — Ты сказал сегодня по телефону, что давно ждал. Что это значило?       Конечно же, она не могла не спросить. Хёсоп усмехнулся.       — Я хотел пригласить тебя на свидание ещё с самой первой встречи. Когда задел твою машину.       Хэсон удивилась такому откровению.       — Это же было год назад!       — Знаю.       — А почему ждал так долго?       Хэсон нахмурилась. Её удивило осознание того, что какой-то мужчина способен выжидать целый год, чтобы пригласить на свидание. У неё всегда всё происходило быстро, и такая медлительность была в новинку.       — Не хотел пугать. У тебя было много забот: ты растила дочь и думала о её благополучии. Потом сосредоточилась на камбэке и пропадала в компании. Я терпеливый, и потому просто ждал, когда подвернётся удобный случай остаться с тобой наедине. И вот мы здесь.       Девушка улыбнулась, польщённая его признанием.       — И долго ты придумывал это свидание?       — Я подумал об этом ещё два месяца назад, когда гулял по набережной. Вечер показался мне очень живописным, и я подумал, что хотел бы показать тебе это место.       Он обвёл взглядом окрестности, как будто открывал их для себя заново.       — Вышло прекрасно.       — Ты всё равно прекраснее.       Хэсон сначала показалось, что она что-то не так поняла. Но, подняв смущённый взгляд на Хёсопа, заметила, как он пристально смотрел на неё. От такого стало неуютно, но в приятном смысле. Сердце всё ещё быстро билось, а пальцы подрагивали в чужой ладони. Хёсоп наклонился, оказавшись достаточно близко, и теперь девушка могла почувствовать его дыхание на своей коже. Свободная рука опустилась на её щёку, посылая волны мурашек мягкими прикосновениями пальцев. Сейчас у него не было препятствий для поцелуя. И в воздухе витало убеждение, что девушка точно не планировала создавать их.       Когда их губы встретилась, приятное тепло разлилось по всему телу. Парень этого не планировал, но поцелуи быстро стали перетекать с неспешных на более смелые, и ему приходилось специально останавливать себя. Хотелось притянуть девушку ещё ближе, углубить поцелуи, и рука на её шее способствовала исполнению его желаний.       Хэсон отвечала на каждый поцелуй, а когда парень выпустил её руку и вместо этого опустил на приоткрытое бедро, страстно выдохнула ему прямо в губы, заставляя хотеть себя ещё больше. Однако актёр не планировал переходить границы. Он нежно гладил доступные ему открытые участки кожи и целовал так, чтобы передать всю свою симпатию к девушке, находящейся в его объятьях.       Вскоре Хёсоп оторвался от чужих губ, жадно хватая воздух, однако прижался лбом к её лбу, потому что никак не хотел терять контакт с её кожей.       — Надеюсь, я не перешёл черту? — прошептал он.       — Если я ещё не скинула тебя в реку, значит, всё нормально, — прозвучало в ответ.

***

      Ногти отбивали ритм, тонувший в грохоте музыки, что доносилась со сцены. Скоро должны были огласить результаты, и эта мысль тревожила сильнее, чем Хэсон хотела бы показать. Если бы кто-то посмотрел на неё со стороны, он бы подумал, что она самый спокойный человек на свете, однако внутри её желудок сжимался, и радовало, что завтрак переварился уже давно.       Сегодня, на сцене Music Core, она просто обязана победить. Её противники не менялись, и главной целью всё ещё оставался Пак Чимин. И ей просто необходимо обойти его, чтобы доказать прежде всего самой себе, что она до сих пор лучшая. Даже не так: что она стала лучше.       От переживаний отвлекла вибрация – пришло новое сообщение от Хёсопа. Это её немного расслабило, но в то же время заставило нахмуриться. Он интересовался, как у неё дела, желал удачи и просил написать после выступления. Он вёл себя идеально, не так ли? Нет, не так. Потому что по какой-то причине Хэсон не чувствовала себя счастливой. Ей очень приятно его внимание, потому что она не спорит: он красивый, обеспеченный, милый, интересный, заботливый…Но всё как будто не то.       Прошло уже два дня с момента их свидания. Всё было прекрасно: романтика, поцелуй. Внимание и нежность Хёсопа были великолепными, но почему-то внутри у неё ничего от этого не зажглось. Как будто очередной поцелуй во время игры в бутылочку: ничего особенного, просто приятно.       И она не знала, как сказать ему об этом. И должна ли вообще? С одной стороны, он не задавал ей вопросов, а с другой – она не хотела давать ложных надежд. Вот и получается, что Хэсон коротко поблагодарила парня и отдала телефон менеджеру, не желая объяснять парню, что выступление уже прошло.       Оно, как и в прошлый раз, было идеально. Так, что каждый зритель кричал и поддерживал. Хэсон видела, как много фанатов сидело в зале с мигающими лайтстиками её группы. Конечно, там было много стэнеров и других артистов, но в поддержке никто не делился на группы, и даже army аплодировали ей.       Когда артистов начали вызывать на сцену, Хэсон увидела Чимина. Сегодня он был более одетым, однако это не умаляло его красоты. Лоб был приоткрыт, как ему очень шло, к тому же чёрный цвет волос делал парня ещё более привлекательным. Под кожаную куртку Пак надел майку с разрезами, которая хоть и прикрывала его торс, но всё же притягивала взгляд к оголённой коже, видневшейся между прорезями.       Чимин встретил взгляд Хэсон и улыбнулся. Он явно поддерживал её, но девушка лишь хмыкнула и отвернулась, не принимая подачек от своего соперника. Пока они находятся в этом здании, о дружбе можно забыть!       Девушка выпрямила спину и улыбнулась, стараясь скрыть волнение, которое бежало по её венам. Она так не волновалась даже перед выступлением. Тем временем ведущие вышли на сцену и поблагодарили всех зрителей, посетивших их прекрасное мероприятие. Они не торопились оглашать результаты, отчего Хэсон хотелось их немного придушить. Что будет, если она снова проиграет? Ей бы не хотелось испытывать разочарование раз за разом. Однако, вероятно, при таком исходе это будет последнее музыкальное шоу, которое она лично посетит.       Наконец на экране снова возникли цифры, начиная свой бег. Это тянулось бесконечно медленно, прежде чем они внезапно остановились и заставили сердце Хэсон замереть.       Зал взорвался аплодисментами, поздравляя победителя, и Чимин, улыбаясь, поклонился фанатам и ведущим. Хэсон видела это на экране, на самого же парня было тяжело смотреть. Она опустила взгляд, пытаясь не распасться на части прямо перед камерами.       Глупая Хэсон, ей никогда не обойти Пак Чимина.       Девушка вспомнила, как подруги учили её глубоко дышать и абстрагироваться от неприятной ситуации. Но как это возможно в таком шуме? К счастью, через пару мгновений всех отпустили, чтобы они могли освободить сцену для победителя, чем Хэсон сразу же воспользовалась. Она самым быстрым шагом двинулась в сторону своей гримёрки, попутно стягивая с себя украшения и бросая их где-то по пути. Плевать на них.              Какая же она дура, если верила в свои силы хотя бы на 20 процентов, когда с самого её возвращения всё было против неё. Фанаты говорили о том, что группа прекрасно справилась бы без её участия, а компания требовала быстро прийти в форму после двухгодичного перерыва. И это было самым сложным. Её гоняли, тренировали и обвиняли в расслабленности, что она стала деревянной и теперь ни на что не способна. Хэсон столько наслушалась от хореографа, что была готова всё бросить и со слезами сбежать. Но она со слезами осталась. И шла к тому, чтобы показать всем свой талант даже спустя длительный перерыв. А в итоге не сумела победить на каком-то дурацком шоу.       Смогла бы она это сделать, если бы не забеременела и дебютировала ещё в свои 21? Тогда, казалось, она могла свернуть горы. А сейчас была артистом второго сорта, которая растеряла все свои навыки.

***

      Чимин обессиленно повалился на диван. Хэсон ему не отвечала с самого окончания Music Core, и теперь он бессмысленно прожигал взглядом их диалог в K-talk. Сколько бы он не звонил или писал, она игнорировала. Вероятно, он уже был у неё в чёрном списке. И в это подозрение с каждым непрочитанным сообщением верилось всё больше.       Она действительно обижалась на него из-за проигрыша? Чимин не видел какой-либо причины так переживать по этому поводу. Это же часть их жизни: невозможно всегда побеждать. Однако девушка реагировала иначе, и Пак не мог понять почему.       Как бы там ни было, ему хотелось утешить Хэсон и сказать, что у неё всё и без этой дурацкой победы прекрасно. Но как объяснишь это человеку, группа которого побеждала с самого дебюта, в то время как BTS завоевали первую награду только с четвёртым альбомом?       Чувство тоски и безнадёжности поселилось сорняком в его душе. Беспокойство по поводу их навсегда разрушенных отношений не давало ему спокойно подумать. Чимин фыркал и недовольно смотрел в экран телефона, чувствуя внутри себя смертоносную бурю. Ему ужасно не нравилось, как Хэсон вела себя, ломая их дружбу из-за какой-то ерунды. Неужели им уже никогда не поладить вновь?       Краткий звук дверного звонка отвлёк его от мешанины чувств, словно холодный порыв ветра, вырывающий из раздумий. Время – 21:00, он никого не ждал, однако что-то настоятельно толкало его к двери, потому Пак с неохотой встал с дивана и пошёл открывать. К его удивлению, за дверью стояла девушка, занимавшая все его мысли в последнее время, как невидимый, но постоянный спутник. И от этого осознания сердце почему-то участило свой ритм.       Чимин открыл дверь так быстро, что, должно быть, выглядел смешно в этот момент. Но даже если и так, красивые карие глаза, что он увидел перед собой, совершенно не выражали насмешки.       — Хэсон? Ты неожиданно.       Она кивнула, и, поджав губы, несмело посмотрела на парня.       — Знаю, но ты много звонил, а я решила, что разговор с глазу на глаз более действенный.       Она подняла вверх пакет, на котором была марка известного в Корее сетевого алкомаркета. Невозможно было удержать смешок, и после этого Чимин пропустил Хэсон в квартиру.       Он провёл её в гостиную, где девушка разложила на журнальном столике 2 бутылки дорогого красного вина и контейнеры с курочкой из их любимого места.       — Ого, а ты подготовилась. И куда нам целых 2 бутылки? — спросил Пак, подходя к кухонному гарнитуру, чтобы достать бокалы.       — Нам многое нужно обсудить, согласен? Одной бутылки может не хватить.       Чимин принял этот аргумент, но всё же взял на заметку следить за Хэсон и не дать ей добраться до второй бутылки. Вернувшись, он принялся открывать вино, а затем разливать по бокалам. Девушка с улыбкой приняла протянутый алкоголь и, сев на удобный кожаный диван, снова посмотрела на Чимина.       — Я хочу извиниться перед тобой за своё поведение. — Она изучала его лицо, следя за реакцией. Хотелось понять, что парень чувствует в этот момент, но спокойное выражение не давало чётких ответов.       — Ты о чём?       — Ты сам знаешь. Эти три дня я вела себя ужасно эгоистично. Обижалась, не хотела разговаривать, злилась. Но я пришла сказать, что это не было связано с тобой. — Хэсон стыдливо отвела взгдяд, а против её воли на щеках выступили красные пятна. — Я проиграла, но не злюсь из-за этого на тебя. Мне просто было ужасно больно, что я даже не могла смотреть на тебя в тот момент, однако ты не виноват. Даже утешил меня, а это дорогого стоит. И пусть я не сказала тогда, мне было приятно услышать слова поддержки.       Чимин отмахнулся.       — Брось, так поступил бы каждый на моём месте. Я не мог видеть твоё расстроенное лицо.       — Вовсе не каждый, и ты знаешь это. Я благодарна, что ты терпишь мои заскоки. — Она отпила из бокала, набираясь храбрости. — Не твоя вина, что я менее талантлива. И результаты голосования меня даже не удивили: я ожидала нечто подобное. Должно быть, я растеряла все навыки во время декрета, и все эти комментарии правда.       Чимин нахмурился. Он повернулся к девушке и посмотрел на её расстроенное лицо. Даже поникшая она выглядела очаровательно.       — Ты шутишь сейчас, верно? Не говори, что веришь во весь этот бред.       — А как ещё можно объяснить целых два проигрыша подряд? Было бы третье шоу, я проиграла бы три раза.       Чимин вздохнул, и девушка бы подумала, что он начал раздражаться, но его глаза всё ещё смотрели достаточно тепло.       — Не меряй свои способности каким-то глупым шоу. Ты популярная, талантливая, красивая. У тебя много завистников, а ты говоришь, что ни на что не способна. У людей, которые ни на что не способны, нет хейтеров.       Хэсон покраснела, удивлённая неожиданным потоком комплиментов. Она кивнула, принимая логику Чимина, хотя тот до сих пор сомневался, удалось ли ему переубедить девушку. Ему очень не нравилось, что она так неуверенна и не видит себя со стороны так, как видит он. От этого возникло желание сократить расстояние и взять её за руку. Хэсон не сопротивлялась, и тогда Пак уже более уверенно сжал её ладонь.       — Верь в свои силы. Ты всегда на высоте, даже если немного отстала по голосам. Тебя все очень любят.       Их улыбки заставили сердца друг друга приятно сжаться, и звон хрустальных бокалов, разнёсшийся в уютной тишине, закрепил это чувство.       Когда практически вся бутылка вина была выпита, а животы наполнены вкусной курочкой, Чимин предложил заняться чем-то веселым, чтобы развеять атмосферу неловкости. Хэсон с удовольствием согласилась, и Пак заметил, как в её глазах зажёгся какой-то огонёк, когда он упомянул караоке.       — Снова соревнование? — спросила девушка, на что Чимин заливисто рассмеялся.       — Я вижу, что ты их любишь. Кто-то не так давно обещал меня обойти. Получится?       — Будь уверен, я покажу тебе все свои умения сегодня вечером, — самодовольно произнесла Хэсон и подмигнула.       — Ну теперь я ожидаю многого.       Несмотря на поздний час, они веселились, не думая о шуме. Чимин успокоил девушку тем, что его квартира звукоизолирована, и после этого вручил микрофон. Они пели песни по очереди, пытаясь выхватить победу из рук соперника и ориентируясь на результат в конце исполнения. Когда оба уже устали, их счёт почти сравнялся.       Тогда Хэсон, возбуждённая их соревнованием и всё же открытой второй бутылкой вина, повернулась к Чимину.       — Спорим, я спою твой «Filter» на 100 балов?       Пак рассмеялся и провёл пальцами по своим растрёпанным чёрным волосам, с которыми выглядел сейчас очень сексуально.       — Я так не думаю.       Хэсон состроила оскорблённый вид.       — А вот это настоящий вызов! — Она встала на ноги. — Включай!       — Что ты делаешь? Не упади.       Они выпили прилично, вино уже давно ударило им в голову, и потому координация девушки была заметно нарушена.       — Всё под контролем, оппа. Включай песню, я спою её лучше тебя!       Чимин покачал головой, но всё же заинтересовался перспективой увидеть её исполнение. Он включил песню и устроился поудобнее с бокалом вина, ожидая представления.       И это того стоило. Хэсон не просто пела, она флиртовала. Нагло заигрывала с ним, пока исполняла его песню, прямо как он сам, когда каждый раз исполнял её на сцене.       Девушка вжилась в роль того, кто хочет заполучить желаемое, и отыгрывала на все сто.       Пожалуйста, посмотри на меня.       Дай мне знать, какой у тебя тип.       Ты можешь выбрать меня.       Помести меня в своё сердце.       Я обниму тебя так, как в твоих мечтах, это мой тайный талант.       Ты тот, кто создан для меня.       Хэсон кружилась по гостиной, бросая на Чимина дерзкие взгляды и демонстрируя красивые изгибы своего тела. Когда дошла очередь до последнего припева, она начала исполнять хореографию, что ещё больше поразило Пака.       Закончив петь, девушка довольно улыбнулась, зная, какое впечатление произвела на своего зрителя. Обернувшись, она увидела на экране сотню баллов, что сделало её ещё более счастливой и уверенной.       — Вот видишь! Я же говорила тебе, — сказала Хэсон, плюхнувшись на диван рядом с Чимином и пытаясь отдышаться. Она отпила вина, пытаясь справиться с сухостью в горле. Пак же лишь молча кивнул, подтверждая её триумф, в то время как всё ещё поражённо ощупывал глазами изгибы женского тела, на которые ему лучше бы так нагло не заглядываться.       — Нужно за это выпить! — Хэсон протянула ему бокал, сразу же чокаясь. Их взгляды встретились, и последующие слова поразили Чимина искренностью. — Я рада, что спустя столько времени мы снова можем вот так вместе веселиться без каких-либо неловкостей.       Они выпили за воссоединение, и Пак отвёл взгляд, стараясь мыслить более трезво. Хотя в его голове, подпитываясь алкоголем в крови, рождались уже не очень приличные идеи.       — Почему ты даже не связалась со мной за эти шесть месяцев?       Повисла неловкая пауза. Чимин знал, что ломает всю атмосферу веселья, но ему нужно было знать. И сейчас момент казался самым подходящим. По крайней мере, так было, пока он не задал мучивший его вопрос.       Хэсон отставила бокал на столик и вздохнула.       — Я думала, что ты не захочешь больше общаться со мной.       Девушка облокотилась одной рукой на спинку дивана, следя за реакцией парня. Ей было сложно признаваться в своих страхах, но в то же время она прекрасно понимала, что им с Чимином это нужно.       Пак нахмурился, тоже смотря в глаза Хэсон.       — С чего ты это взяла?       — Ну мы же сблизились только из-за моей беременности Хэмин. До этого мы не были друзьями. И после того, как ты забрал дочь, мне показалось, что нашему общению тоже пришёл конец.       Чимин вздохнул и снова провёл рукой по волосам, как делал постоянно. И Хэсон словила себя на мысли, что тоже не против провести вот так по ним рукой. Но она попыталась не отвлекаться от важного разговора.       — Это вовсе не так, я хотел продолжать общаться с тобой.       — Тогда почему сам не написал?       Вопрос резонный, и теперь уже Паку пришлось изливать душу.       — Мне казалось, что я не интересен тебе. Какой толк общаться со мной, когда у тебя много других друзей и парней вокруг.       Хэсон фыркнула. Сама мысль Чимина абсурдна.       — Не интересен? Серьёзно? Оппа, ты же мой биас, помнишь? Я всё ещё слежу за всеми новостями с тобой. К тому же я всегда хотела подружиться и была рада, что мы сблизились тогда. Пусть даже из-за странных обстоятельств.       Чимин покачал головой, откинувшись на спинку дивана.       — Похоже, мы два идиота, которые просто протянули полгода, боясь быть отвергнутыми.       Хэсон улыбнулась, кивая.       — Похоже на то.       — Но верь, я очень хотел связаться с тобой всё это время.       Чимин рассматривал Хэсон, не скрывая своего интереса. Она немного покраснела от вина, что придавало ей ещё больше очарования, и так мило улыбалась прямо сейчас, отчего в голову закралась мысль, что они сидят слишком далеко.       — Мне тоже, — произнесла девушка немного тише, наблюдая, как Чимин поёрзал на месте. Он допил вино, что было у него в бокале, и отставил его на столик.       — Ты бы хотела заняться чем-то ещё? — спросил Чимин, пытаясь бороться со своими желаниями протянуть руку и дотронуться до её щеки. Что-то ему подсказывало, что этого делать не стоит. Но он легко мог проиграть эту внутреннюю борьбу с самим собой.       — А какие есть варианты?       Паку показалось, что вопрос какой-то провокационный. Воспоминания о танце Хэсон, о том, как она заигрывала с ним, были ещё слишком свежи и атаковывали его опьянённый разум.       Чимин посмотрел на девушку, которая расслабленно сидела на его диване и выглядела невероятно соблазнительно. Его бросило в жар, когда он понял, что придвигается ближе и смотрит прямо в глаза, а затем на её пухлые губы, немного красноватые от вина. Ему невольно вспомнился тот случай два года назад, когда они тоже пили вино у него в квартире после вечеринки. И Чимин соврёт, если скажет, что отказался бы от такого же продолжения этого вечера.       Хэсон будто перестала дышать от его близости. Она не двигалась, зачарованная взглядом парня и тем, как его рука легла на её щёку. А дальше она прикрыла глаза – и это был конец всему.