Молекулярная физика

— С такими знаниями Вы собираетесь сдавать экзамены? Как будете решать? — Байбл склонился над тетрадкой и делал вид будто что-то дописывал в конспект. — И это касается не только его одного, а всех! Да большая часть из вас точно также ничего не смыслит, а только прикидывается! Вывести из себя их пожилого профессора математики было проще простого, а уж после такого провального ответа его едва не разорвало на тысячу частей. Зачем вообще спрашивать этого Сатора, если тот ни разу за всё время правильно не ответил? Ни разу! Да стол в аудитории мог больше «пояснить за математику», чем он! Но профессор спрашивал его каждое практическое занятия, а после устраивал драму, закатывал глаза и разражался нравоучительной речью на тему «теперешние студенты совершенно не желают учиться!». Байбл украдкой покосился на причину всех бед группы в целом и его в частности и…. не удержался от вздоха. Тот выглядел совершенно спокойным, казалось, что крики раздражённого профессора направлены вовсе и не на него. Джефф Сатор отмахнулся от соседа слева, который что-то шептал ему на ухо, пока преподаватель отвернулся к доске, и едва заметно улыбнулся. Невозможно! Таким красивым людям нужно запретить в университетах учиться, чтобы они своим видом не отвлекали всех остальных! Ну, вот как угораздило так вляпаться, а? И главное так не вовремя. Хотя это был глупый вопрос. Джефф был красив настолько, что у Байбла не было шанса. Лучше бы спросить себя, зачем ему вторая специализация понадобилась? Как будто мало ему было физики! Да кто вообще сказал, что экономика — это интересно?! — … и сколько смотреть на меня будете?! Решайте уже! — профессор грузно опустился на стул, нашарил на столе другие очки и уткнулся в свои бумажки. — В конце пары я жду вменяемый ответ! Байбл переключил внимание на доску, собрал остатки самообладания и кратко записал решение. Это был его сегодняшний максимум. В остальное время игнорировать невесть откуда взявшиеся чувства было легче, но на семинаре по матанализу Байбл постоянно видел и слышал только две фамилии: свою собственную и Джеффа. Словно остальных студентов и не существовало. Каждый раз, приходя на семинар, Байбл надеялся, что наконец умрёт от влюблённости вперемешку с неловкостью, и страданиям настанет конец. Очевидно, и в этот раз надеждам не суждено было оправдаться. Он подпёр щёку рукой и беззастенчиво залип на то, как Джефф постукивал ручкой по губам, что-то писал, зачёркивал и снова писал. Наверное, выходило у него не очень, потому что он хмурился и прикусывал губу… Да, постукивал, прикусывал, облизывал, что он только ни делал, всё время приковывая внимание Байбла к своим губам! — Вы уже готовы? — Байбл вздрогнул и повернул голову. Громкий вопрос преподавателя разбудил не только его, поэтому он понадеялся, что никто не заметил, какой Байбл на самом деле сталкер. — Так готовы? — А. да, готов, — негромко ответил он. — Подойдите сюда, раз всё! Ну же, быстрее! Решение покажите! Он запихал все вещи в рюкзак и поспешил к кафедре, уже догадываясь, что будет дальше. — Это блестяще! Всё так, как и должно быть! Поэтому и надо выбирать точные науки главным предметом, а не… что там у остальных? Менеджмент? Маркетинг? Вичапас, Вы можете идти. Вам здесь учить совершенно нечего! Всё-всё, до следующей недели! Байбл кивнул в ответ и поспешил скрыться от завистливых взглядов однокурсников. Преподаватель в который раз его так демонстративно отпускал, попутно рассказывая остальным, какой он тут гений математического анализа, а остальные все только зря место в аудитории занимают. Что профессор говорил после его ухода, Байблу оставалось только догадываться, но то, как на него смотрели, не внушало оптимизма. Подходило время обеда, студенты медленно тянулись в столовую. Очередь выстроилась почти до самого выхода, у Байбла следующей пары не было, торопиться не имело смысла, поэтому он сел за дальний стол и стал бесцельно листать ленту Твиттера. Настроения скатилось на дно, от мыслей о том, что дальше ещё три пары, становилось совсем горько. Байбл всеми силами подавлял желание написать какой-нибудь сопливый пост, как он «умирает от первой непрошенной любви», а потом свалить из универа куда-нибудь в закат, чтобы никогда больше со своей первой любовью не встречаться. Вот, казалось бы, в универе столько зданий, корпусов, аудиторий, но с ним Байбл сталкивался каждый божий день. Даже когда у них не было совместных пар, даже в дни, когда «первой любви» и вовсе в университете не должно было быть. Наверное, дело было в том, что Джефф Сатор весь такой из себя факультетский активист: и музыкальный клуб возглавлял, и в студенческий профсоюз входил, и даже в какой-то волонтёрской деятельности участвовал. И будто этого всего было мало, однажды Байбл столкнулся с Джеффом и его другом около доски объявлений, на которую они крепили афишу какого-то фестиваля. — Как-то всё-таки не очень получилось, — покачал головой Джефф, придерживая верхний угол плаката, пока его спутник вытаскивал кнопку. — Если бы ты меня не торопил, я бы переделал. — Ты бы сто раз ещё переделал, а времени нет. Джефф, успокойся, всё отлично! Сделал и сделал, — парень быстро воткнул кнопки, разгладил плакат и схватил Джеффа за руку. — Пойдём обратно! Лучше бы подумал, придёт народ или нет! — Ну, хочешь, давай спросим! Да вот хоть прям сейчас, — Джефф освободил руку и повернулся к Байблу, который усердно читал информацию о стипендиях для участников спортивных команд. Интересно, а команда по шахматам в университете есть? — Извини, что отвлекаю, но могу я спросить? Первый раз Байбл пожалел, что телепорт ещё не был изобретён. В обычное время он надеялся, что изобретёт его сам. — А… меня? — переспросил Байбл, указывая на себя пальцем. — Ну… да, больше же никого тут нет, — какой красивый голос, ужас! — Мы тут, вроде как, одни. — Спрашивай… те тогда, — заторможено разрешил Байбл. — В общем, видишь? — Джефф указал рукой на плакат. — У нас первый в семестре фестиваль музыкальный, будет в следующий четверг. Ты придёшь? Там… — Я приду, я собирался, да, — перебивать было ужасно невежливо, но ещё продлить свои мучения — нет уж, увольте! Байбл чувствовал, как вспотели ладони, а ещё шея точно пошла пятнами. Только бы никто другой не заметил. — Вот видишь, — Джефф обернулся ко второму парню из активистов, а Байбл незаметно вытер руки о брюки. Как же было стыдно! — Хотя бы один зритель будет, можно выступать. Он снова взглянул на Байбла своими большими, словно обведенными чёрным глазами. На короткий миг ресницы опустились, а потом вновь взметнулись вверх. Байбл сделал вдох и забыл выдохнуть, — Спасибо тебе за ответ! Да на черта ты такой вежливый ещё, горько подумал Байбл, провожая парней взглядом. Нельзя таким быть, противозаконно. За мрачными мыслями о законах морали и их нарушителях он не заметил, как в лайн пришло сообщение. Придёшь сегодня? Я знаю, что ты не занят сейчас! Приходии, ты обещал! Окей, гугл, как объяснить другу детства, что ты не хочешь видеть не именно её, а вообще всех людей планеты? Смахнув сообщение, не читая, Байбл снова уставился в Твиттер, но Минт не собиралась сдаваться. Считаю до десяти. Если не ответишь, то я кидаю тебя в чёрный список. Три уже было. В современном мире это называют «манипуляцией». Раз ты весь такой из современного мира, то выучи ещё пару слов. Например, «обещание» и «игнор»! Выучил. Ты на работе? Если да, то успею к тебе между пар. Вот так бы сразу! Очень тебя жду, есть о чём рассказать! Люблю Если бы Байбла спросили, зачем нужны друзья детства, он бы ответил: «чтобы вить из тебя верёвки». Минт повезло найти подработку рядом с университетом. Хотя это ничего не меняло. Если раньше она выбирала между сном и учёбой, то теперь выбор стоял между парами и работой. Всё чаще побеждала работа, но Байбл старательно ничего не замечал. Как-то он напомнил Минт, насколько сильны были её страдания перед сессией, и как она проклинала свою несобранность, и, конечно же, они поругались. Байбл не любил ссоры и конфликты в целом, а уж с Минт в частности. Какими разными бы они не были, какой бы вредной она не казалась, Минт была его самой давней и близкой подругой, почти сестрой, которой ничего не нужно было объяснять, потому что она всё понимала с полувзгляда. Режим «старшего рассудительного брата» она ненавидела большего всего на свете. — Кто вообще любит учиться кроме тебя? Может, тебе начать хоть изредка прогуливать, чтобы почувствовать себя человеком, а не киборгом? — возмущалась она, размахивая руками. — У тебя, Байбл, предвзятое отношение к людям. Если они пропускают учёбу, так они сразу недалёкие идиоты. А я вот тебе скажу от имени недалёких идиотов: пока мы в состоянии сдать экзамены, с нами всё окей, понятно! Крыть было нечем, он действительно думал, что их самая главная задача — это посещать занятия и учиться. Не за этим ли они поступили в университет? Минт постоянно разглагольствовала о том, сколько Байбл терял от того, что почти не ходит на тусовки, ни с кем встречался и торчал в своей дурацкой библиотеке. Но это была не совсем правда. Как-то он записывался в клуб, где читали и обсуждали научные статьи, пару раз ходил на встречи с одногруппниками, а там его даже приглашали на свидания. Кое-кто понравился ему настолько, что он сам проявил инициативу. Минт такие новости приводили в невероятный восторг, начинала рассказывать всё, что знала об этом человеке, пророчить им с Байблом «прекрасное и удивительное будущее». Однако из всех немногочисленных свиданий ничего не вышло. И девушка, и парень пытались скорее перейти к «следующему этапу», разговоры не клеились, а Байбл спешил ретироваться, чувствуя себя ещё более разочарованным, чем раньше. Лучше одинокая жизнь ради науки, чем спонтанный секс с теми, кого он едва успел узнать. Наивно хотелось, чтобы прогулки, разговоры и единение душ, а потом уже всё остальное. Разве это слишком сложное желание? Байбл остановился у дверей кофейни, чтобы снять наушники, и залюбовался Минт, которая крутилась за стойкой и делала кофе клиенту. Она смеялась, что-то рассказывала и была такая счастливая и живая, что стало неловко за собственные мрачные мысли. Байбл пропустил спешащего мужчину и вошёл следом. — О, ты всё-таки не обманул меня и пришёл, — вместо приветствия воскликнула Минт и указала на высокий барный стул. — Садись здесь, у меня для тебя такие новости… Надеюсь, они тебя не убьют! Усмехнувшись, Байбл залез на указанное место. Все её таинственный вид так и кричал, что Минт надеялась удивить его до смерти. Он поёрзал, устраиваясь удобнее. Барные стулья он ненавидел, поэтому обычно заходил, когда клиентов было поменьше, чтобы они могли поболтать за столиком. Но по понедельникам людям требовалось невероятное количество кофе. Пока Минт торопливо готовила сложный заказ, образовалась небольшая очередь. — Простите за ожидание, — с лёгким поклоном Минт отдала последний заказ, повернулась к Байблу и устало прикрыла глаза. — Не смена, а ад! Так и прут, так и прут! Ужас! Но я тебя не за этим позвала, это фигня. Скажи лучше, тебе всё ещё нравится Джефф Сатор? Байбл поперхнулся и закашлялся. Как Минт могла говорить об этом так легко?! Да он ни разу вслух это имя не произнёс, а она так легко об этом заявила! Никакого уважения! — Ты… кха-кха… зачем так со мной? — хотелось, чтобы звучало грозно, а вышло жалобно. — Не бойся, никто не услышит, — махнула рукой Минт и ярко улыбнулась пожилому мужчине, который неодобрительно на них зыркнул. Она кинула на стойку тряпку и стала энергично натирать. — А если и услышат, какая им разница? Они ни тебя, ни его не знают. Тут просто такое случилось… у вас сегодня было совместное занятие, да? — Д-да, ещё полчаса будет идти, — шёпотом ответил Байбл и вжал голову в плечи. — Откуда ты узнала? Что такого случилось? — Он сюда заходил с утра, — Байбл открыл было рот, но Минт жестом попросила молчать. — Подожди-подожди! Никаких вопросов, сама всё расскажу. В общем, Джефф сюда заходил перед учёбой. С ним ещё был парень, тоже из нашего универа, но ты вряд ли его знаешь. Пока я заказом занималась, они всё обсуждали вашего математика, и Джефф жаловался, что завалит экзамен. А я… -…. а ты? — насторожился Байбл. Кровь стучала в ушах, ему одновременно хотелось и узнать, что было дальше, и чтобы Минт никогда не открывала рот. В следующую секунду он услышал то, чего он больше всего боялся и на что одновременно надеялся. — Я встряла и сказала, что у меня есть друг, который отлично знает математику. Удачное же совпадение! Он ни черта в математике не шарит, а ты математический гений… идеальный способ познакомиться! Предвкушая нечто невероятное, Минт даже захлопала в ладоши. Байбл отвернулся и прижал ставшие ледяными ладони к горящим щекам. В голове не осталось ни одной нормальной мысли, поэтому он, не поворачиваясь, выдавил: — И что же он сказал? — Знаешь, он меня удивил, — девушка задумчиво постучала указательным пальцем по губе. — Когда я назвала твоё имя, он, кажется, обрадовался и сказал, что вы учитесь в одной группе. Я хотела ему твой номер предложить, чтобы он тебе написал и вот это всё. Но я не успела, представляешь! Друг его расплатился, Джефф поблагодарил меня «за наводку», и они быстро ушли. Байбл шумно выдохнул. А на что он надеялся? Что он поможет Сатору с математикой, а тот, как честный человек, обязан будет на нём жениться? Бред же! Однако, мысль о том, что Джефф его заметил и даже запомнил его имя, заставляла сердце сильнее биться. Он медленно развернулся и пристально посмотрел на подругу. — И что это за сенсация такая? Ничего же не произошло, ты просто рассказала парню, который мне нравится, очевиднейший факт из моей биографии. Здорово, что он меня всё-таки знает, но даже номер не попросил…. Так что это всё ерунда. Интереснее, откуда ты его знаешь? Ты даже в корпусе в другом учишься! Минт закатила глаза: — А его кто-то не знает? Он же главный в музыкальном клубе, поэтому участвует в каждом мероприятии университета. То поёт, то играет на чём-то. Ещё, вроде, чего-то там в спорте делал, но тут я не уверена. Да о нём болтают все девчонки с потока… можно фанклуб открывать, от желающих вступить отбоя не будет. — А он? — говорить о Джеффе было приятно. Словно он и правда имел право говорить о нём, думать о нем… Обычно Байбл сдерживался, чтобы не давать Минт повода позубоскалить. Но сегодня она сама начала, так что обязана была терпеть ради их дружбы. — Что «а он»? Он со всеми вежливый и всё. Сейчас никто не знает, в отношениях он или нет. Слухи такие ходят, что закачаешься, но я лично не верю, — колокольчик на двери приветственно звякнул, и Минт переключилась на клиента. — Добро пожаловать! Пока Минт готовила кофе, уговаривая оставить побольше денег, заказав что-нибудь ещё, Байбл думал, что ему теперь делать и надо ли вообще что-то делать. И сколько бы ни размышлял, никакого внятного решения в голову не приходило. Варианта было всего два: или Джефф где-то ещё достанет его номер, позвонит и попросит его учить, или забьёт и ничего делать не будет. Конечно, Байбл очень надеялся на первый вариант, но вероятнее случится второй. Джефф не казался прилежным студентом, мечтающим получить наилучший средний балл и попасть работать в какую-нибудь суперуспешную зарубежную компанию. Не могло же быть, чтобы он настолько плохо знал математику, чтобы совсем завалить. Он как-то поступил… — Чего завис? — Минт пощёлкала пальцами перед носом друга, привлекая внимание к себе. — Замечтался о любимом? — Не опошляй, — огрызнулся он в ответ. — Смотрела бы лучше за своим благоверным, а то он снова чудит. — Даже не начинай, — грустно покачала головой Минт, и Байбл тут же пожалел о сказанном. — Я знаю, что уже так говорила, но это самый последний раз, когда я его прощаю. Он же снова всё проиграл, а потом занял непонятно у кого! Не могу больше… почему так сложно его бросить и забыть? — Ладно, Минт, забыли, давай о чём-нибудь другом, — он потянулся вперёд, чтобы погладить девушку по плечу. — Извини меня. Глупость сказал, сам понимаю. Ты вот сказала раньше… про Джеффа. Ну, что ходят разные слухи о нём, его отношениях… А что о нём говорят? Не то, чтобы Байблу очень хотелось знать, что болтали о Джеффе в универе. Но любая тема была лучше парня Минт. — Ой, ну, было бы там что-то интересное, я бы давно тебе рассказала, — подруга оглядела кафе, проверяя, никто ли не подслушивал. Посетителей в зале почти не было, только пара студентов, занятых спором друг с другом, сидели в дальнем углу. Но, заметив их, девушка жестом принудила Байбла придвинуться ближе. — Рассказывают, что он долго встречался с каким-то парнем, а потом между ними произошла неприятная история. Там подробности разные, но смысл всегда один и тот же: друг его парня подцепил Джеффа где-то в клубе. Ну, а его парень их за руку и поймал! От удивления Байбл чуть отпрянул, но Минт ловко поймала его за ворот рубашки. — Подцепил? — теперь настала его очередь опасливо смотреть по сторонам. Конечно, они выглядели ещё подозрительнее, когда шептались, лёжа на барной стойке, но говорить об таком вслух казалось невозможным и ужасно постыдным. — Я пытаюсь помягче! — возмутились в ответ. — Окей, говорили, что они целовались на глазах их общей компании. В прошлом году универ об этом гудел, но так, тайно, чтобы сами участники «не знали». Хотя не уверена, что можно не узнать. Я б умерла, говори обо мне такое. Люди всё-таки те ещё обмудки. — Окей, а ещё что говорят? — А ещё говорят, что его бросила девушка, потому что ушла к другой девушке. Но это вообще-то не слух, а правда. Так уже вышло, что она ушла к моей подруге. Тесен мир, да? Но я недавно узнала, честное слово! Поэтому-то я и считаю, что слухи эти херня. Мы не то, чтобы кинулись обсуждать её отношения, но, конечно, нашлись любители погорячее. Так вот эта самая бывшая сказала, что у них всё было клёво, просто она влюбилась и всё. Если бы не моя подруга, то она бы не ушла. — Как-то… противоречиво, — Байбл скривил губы. — Может, он и девушке изменял, а она просто не следила. — Добро пожаловать! Что для Вас? — оглушающе заорала Минт ему на ухо. Байбл вздрогнул и покачнулся на стуле. Заказ пробормотали так тихо, что оставалось только подивиться опыту подруги, которая всё поняла, покивала и подошла к кофемашине. — Может, и изменял, может, и не следила. Только она отношениями с ним осталась довольна, а парень тот… в общем, как выяснилось, он сам обо всём и трепался. Сейчас укатил по обмену то ли в Корею, то ли в Японию на семестр. Вот все и заткнулись, некому подробностей подкинуть. А следить… какой в этом смысл? Кому от этого лучше? Пожалуйста, Ваш латте. С Вас… Байбл не нашёлся, что ответить. Зря он всё-таки спросил, только настроение себе окончательно испортил. Да и Минт снова расстроилась и думала совсём не о нём, а утешить её было нечем. Впрочем, какое ему, Байблу, дело, с кем сходился, расходился и спал Джефф Сатор, если с ним самим он ни сходиться, ни спать явно не собирался? Стоило напомнить себе об этом, как неприятные чувства сразу отступили. Мама снова оказалась права, когда повторяла сотню раз «решай проблемы по мере поступления». — Минт, мне пора, — телефон громким писком будильника оповестил, что пора возвращаться к граниту науки. — Спасибо! Ты всё такая же классная, как и всегда. Напишу вечером! Минт попрощалась с ним жестом «давай уже вали», не отвлекаясь от нового заказа. Настроение сделало круг и вернулось к тому, что было после семинара. Кое-как подавив желание забить на лекцию, Байбл побрёл в сторону университета.