Молекулярная физика

— …и стоило нам подойти к самому интересному, как ей звонит мать и требует немедленно вернуться домой, — досада однокурсника была так велика, что Байблу оставалось похлопать его сочувственно по плечу. — И так каждый раз, каждый грёбанный раз, стоит перейти хотя бы ко второй базе. Может, у неё где-то радар стоит, поэтому её мамаша моментально реагирует? — Чувак, я не хочу знать, где и какие радары стоят у твоей девушки! — в ответ на это парень только заржал. — Всё-всё, я перестал! Ты в библиотеку как всегда? — Да, доклад сам себя не напишет, а мне уже на следующей неделе сдавать. Я пошёл, а ты. не сдавайся! Получив вполне резонное «иди на хер» вместо прощания, Байбл внимательно перечитал сообщение отца, собираясь написать длинный ответ, как его позвали. — Байбл? — А? — отозвался он, и только тут сообразил, что голос был чужой, не его друга. Он резко поднял голову и увидел… никого иного как самого Джеффа Сатора. — Ого ты! Ой, нет, извини, что это я? Привет! — Ну, видимо, и ты тоже меня знаешь, — тот улыбнулся. — Хотел ещё после семинара с тобой поговорить, но ты всегда раньше уходишь… — Не то, чтобы я специально это делал, — зачем-то перебил Байбл. — Да, конечно, понимаю! Здорово, что ты вот так можешь… три минуты и всё, — в голосе Джеффа промелькнуло восхищение. — Мне такое и не снилось, я где-то там, один из последних. Он нас вместе отпускает за пять минут до конца пары. Несколько прощальных слов для уничтожения самооценки, и мы совершенно свободны! Байбл прыснул и отвёл взгляд. — Да уж, вряд ли он станет преподавателем года… — Почему же? Я бы за него проголосовал, — напуская на себя серьёзный вид, возразил Джефф. — Знаешь, не каждый преподаватель имеет смелость быть таким честным. Другое дело, что можно было бы выбирать выражения помягче, но… тут уже ничего не поделаешь. Они замолчали. Байбл ждал какого-то продолжения, объяснения, зачем вдруг его позвали, и уже нервничал, что ничего такого не будет. Что ему скажут: «Знаешь, увидел тебя да решил поздороваться. Ладно, хорошего тебе вечера!», повернутся и растворятся в неизвестном направлении. — Наверное, всё-таки стоит нормально представиться, а то мы толком не знакомы, — после паузы произнёс Джефф и сложил ладони в приветственном жесте. — Я Джефф Воракамол Сатор, изучаю менеджмент. — Прям вот так официально? — уточнил Байбл. — Ладно. Я Байбл Вичапас Суметтикул. Вообще я с отделения машиностроения, но в прошлом семестре взял дополнительную специальность и вот здесь… тоже учусь. Рад встрече с тобой? Сатор накрыл глаза ладонью и пробормотал: — Боже, и так тоже неловко. Извини, я что-то… несу чушь. Приятно познакомиться! Я вообще… тут по делу. Не торопишься? Может, задерживаю? Байбл активно замахал руками: — Ты меня? Неет, меня ждёт только библиотека, которая сегодня до десяти. Уверен, она дождётся. Ты что-то хотел? — Ага, да, — теперь Джефф не отводил от него сосредоточенного взгляда. — У меня сейчас проблемы с учёбой. Ну, это, я думаю, ты знаешь. Спасибо преподу: о том, что я не шарю в матанализе узнают даже абитуриенты на дне открытых дверей. А у тебя… ты же прямо математический гений, супер-ум! Ну, так все говорят… Байбл смущённо опустил глаза, щеки буквально пылали. -А ещё мне сегодня сказали, что ты хорошо объясняешь и учишь. Так что… может быть… — Джефф покусал губу, а Байбл ощутил потребность немедленно упасть в обморок. — Если тебе не сложно…мог бы ты… позаниматься со мной? Станешь моим репетитором по матанализу? Если ты не захочешь или нет времени, то я пойму… — Да! — от того, как жизнерадостно прозвучало это «да», могло показаться, что Байбл фанат преподавания и матанализа. Только и искал, кого бы поучить. — Ну, в смысле… хорошо… — Правда? Огромное спасибо, что согласился! Серьёзно, спасибо тебе, — Джефф странного энтузиазма не заметил. — Оби-Ван, ты моя единственная надежда! Если бы ты отказался, не знаю, что бы я делал! Можно твой номер? Думаю, так удобнее договориться о встрече и об оплате… — Не нужно платить, — перебил его Суметтикул. — Но как же тогда… — Давай баш на баш. Я с тобой занимаюсь, а ты мне — желание, идет? — брякнул Байбл первое, что пришло в голову. Минт советовала ему слишком много романтических дорам. Зачем он только все их посмотрел? Отступать было некуда. Брови Джеффа будто в слоумо поползли вверх, и Байбл поспешил добавить: — Обещаю ничего пошлого не просить, всё в рамках приличий! Джефф рассмеялся, красиво прикрывая рот. — Ладно, как скажешь. Я даже два желания выполню, если ты сможешь вытерпеть меня до экзамена. Сдам я или нет, это не важно! — О, нет, это уже будет моя личная ответственность! Конечно, ты сдашь! — возмутился Байбл, складывая руки на груди. — Приложу все усилия, — покорно склонил голову Сатор. — Обещай только сильно не кричать, когда я буду лажать, ладно? Или хотя бы кричи через раз. Математика — мой личный враг, и у неё все шансы довести меня до ручки. Ну, и лучше бы меня не бить, даже если очень захочется… — Обещаю не кричать, а вот остальное… посмотрим на твоё поведение, — Байбл кровожадно улыбнулся, сам не зная, откуда взялась вся эта храбрость, чтобы вот так откровенно флиртовать с ним! С ним! — Записывайте номер, ученик Сатор. Чем раньше начнём, тем больше шансов успеть всё выучить до экзаменов. Джефф оказался безумно занятым человеком, но очень обязательным учеником. В понедельник он отправлял фотографию расписания на неделю и просил выбрать удобное время из оставшегося. В первый раз к фото пришло пояснение «Да, я фотомодель, и у меня канал на ютубе. А ещё я занимаюсь графическим дизайном». Изучив расписание, Байбл увидел отметки «съёмка», «блог», «монтаж», «реклама». Иногда на весь вечер размашисто было написано «работа». Как-то, задержавшись после занятия, Джефф на день вывел одно слово «deadline». — Не успею, скорее всего, раньше закончить проект. Никуда не пойду, надо доделать, — пояснил тот, заметив взгляд Байбла. — Ты когда-нибудь спишь и ешь? — поинтересовался тот и вернулся к составлению «домашнего задания». На этом тоже настоял сам Джефф, говоря, что ничего не запомнит, если не будет пробовать дома. — О, не переживай! Для еды, воды, сна и прочих физиологических потребностей у меня другое расписание. Заглядываю иногда в него, когда чувствую, что умру, — отшутился Джефф. — Если начинаю терять сознание, то пью кофе или ем яблоко. С матанализом дела обстояли пока неважно. Прогресс был такой медленный, что Байбл начинал испытывать лёгкую панику за результат. А ещё математика всё портила. Как только они начинали разбирать задания или что-то решать, так Джефф старался лишний раз рта не раскрывать. — Ну, а теперь скажи мне, у этой функции будут точки пересечения с осями или нет? — Байбл выжидающе заглядывал в глаза «ученика», надеясь увидеть хоть каплю понимания. Джефф молчал, грыз карандаш, пока позволяло приличие, и только Байблу начинало казаться, что он потеряет всякое терпение, выдавливал что-то вроде: — Ну…нет, так? — в такие моменты смотрел Сатор исключительно в стол. — Не могу сказать, что я прям понял… — Прекрасно! — воодушевлённо восклицал Байбл и снова принимался писать. — А теперь давай ещё раз посмотрим, как это правильно доказать… Пока они учились, атмосфера была на грани напряжённости, и почему-то это никак не удавалось изменить. Но если стоило забыть про учёбу, Байбл начинал верить, что они могли бы подружиться. Тем более казалось, что и сам Джефф совсем не против… Представление последнего группового проекта прошло отвратительно. В этот раз они с одногруппниками занимались чем угодно, но не полученным заданием, поэтому, когда результат вышел не тот, что нужно, Байбл даже не удивился. Переделывать взялись слишком поздно, в конце концов слепили из кое-чего кое-что. Преподаватель долго и с удовольствием указывал на их ошибки, чтобы подвести их к мысли, что на исправления времени у них нет и исправить стоило бы позавчера. Пришлось задержаться после пары, чтобы уговорить дать им «самый последний шанс». Когда этот последний шанс был получен, собрались быстро обсудить, кто и что будет переделывать, но обсуждение затягивалось и затягивалось. Байбл успел скинуть Джеффу сообщение, что занят, тот ответил, что будет ждать столько, сколько нужно. И действительно ждал. Когда Байбл вбежал в читальный зал, он увидел Джеффа на привычном месте. Он сидел, сложив руки на груди и низко опустив голову. Джефф Сатор спал. На столе была открытая тетрадь с наклеенным стикером «Проверьте меня, учитель Сумметикул». Стикер был в виде кота с сердечком в лапках, наверное, Джефф стрельнул у какой-нибудь девчонки. Присмотревшись к нарисованным вокруг его фамилии узорам Байбл усмехнулся: вот Сатор чем занимался, пока ждал. А велено было решать другие задачи из сборника. Так и вспомнишь своего учителя, который всегда был недоволен их бездельем. Впрочем, назвать его ученика бездельником язык не поворачивался. Будить Джеффа было жалко, поэтому Байбл последовал указанию тетрадки и начал проверку. Из трёх заданий полностью правильно решено было одно, во втором хотя прослеживалась верная логика, а увидев первую строчку решения третьего задания, Байблу осталось только закатить глаза и обратиться к высшим силам, умоляя послать терпения. Уже один из трёх, раньше и этого не было. — Никогда бы не подумал, что такие люди существуют, — пробормотал Байбл и нарисовал рядом с неверным решением знак вопроса. — Какие такие? — хриплый голос заставил вздрогнуть и резко поднять голову. — Тупые? — Боже, Джефф, — Байбл схватился за сердце. — Ты чего меня пугаешь?! При чём тут тупые… просто ты ищешь какие-то невероятно сложные пути решений, хотя можно проще. — Это не сознательно, — Джефф медленно наклонял голову то к правому, то к левому плечу, разминая шею. — Я пытаюсь хоть что-то родить, как-то понять, почему так и откуда что взялось. Как ты можешь заметить, получается у меня… ну такое. — И ничего и не «ну такое», — недовольно передразнил Байбл и постучал ручкой по тетрадке. — Первое правильно, видишь! Теперь расскажи мне, как ты это делал. Джефф страдальчески закатил глаза, но придвинулся к нему. Они сидели так близко, Байбл так устал сегодня, а Джефф снова использовал свою излюбленную тактику «буду молчать, пока у тебя не задёргается глаз», что он вдруг почувствовал, что сил совсем не осталось. Он уткнулся в плечо Сатора и потёрся лбом. — Только умоляю тебя, не молчи, — забубнил Байбл. — Говори всё, что думаешь. Я же репетитор, а не настоящий преподаватель. Даже если у тебя огромная математическая травма, ну, не я же её нанёс, верно? Не я? Вот и не надо так напряжённо молчать! Байбл чуть повернул голову, ожидая реакции на слова. Боже, а вдруг станет ещё хуже? Может, зря он это всё наболтал? — Устал, да? — Джефф скосил взгляд, чтобы посмотреть на него. Байбл растерялся и хотел было поднять голову, но Джефф ловко прислонил обратно и легко погладил его по макушке, заставив замереть от неожиданности. — Извини, я, наверное, тебя совсем замучил. У тебя две специальности, полно учёбы, а тут ещё… — И это говоришь мне ты, человек «у меня сто работ, я бросил спать в прошлом году»? — плечо Джеффа оказалось идеальной жёсткости: если бы Байбл мог, он бы всю жизнь так сидел. Шутку оценили: Джефф мягко рассмеялся. — Я устал совсем не от тебя, не говори глупости. Просто… ты каждый раз так молчишь, будто за неправильный ответ я действительно стану лупить тебя палкой! Может, что-то не так? Слишком строго спрашиваю? Можешь объяснить, что не нравится?.. — Нет-нет, всё так, — Джефф покачал головой для большей убедительности. — Ты ничего не плохого не делаешь, извини меня, ладно? Я долго соображаю только и всего. Давай попробую объяснить задачу? — Да, давай! Вот эту, первую, — Байбл снова переключился на математику. — Объясни, как ты вычислил предел функции… Следующие полчаса Джефф с горем пополам вымучивал, что и почему он написал. Потом Байбл воодушевлённо в третий раз объяснял, как решать вторую домашнюю задачу. Сначала Джефф кивал, поддакивал и со всем соглашался. Когда Байбл в очередной раз обводил «важные моменты» красным, Джефф упёрся подбородком в сложенные на столе ладони и внимательно следил за движениями «учителя». Казалось, сам «учитель» снижение мотивации даже не заметил, продолжая что-то показывать и надписывать. — Байбл, — тихо позвал Джефф и аккуратно двумя пальцами постучал по правому предплечью, привлекая внимание. Байбл хотел, чтобы прикосновение ощущалось вечно. — Что? — он ещё что-то подписывал сверху, поэтому даже не посмотрел, почему его зовут. — Вопросы какие-то есть? Всё-таки чего-то не понял? — Я больше не могу, — признался Джефф. — Ещё немного математики, и я умру. Ты… ел? — В смысле? — Байбл оторопел и всё-таки отвлёкся, внимательно посмотрел на Джеффа, который выглядел замученно. — Ты когда перестал меня слушать? — Я всё слушал! — возмущению не было предела: Сатор даже выпрямился. — Могу повторить с любого места… ладно, почти с любого. Но я понял всё, что ты сказал, я всё понял. — Действительно понял? Реально? — усомнился Байбл. Джефф прикрыл глаза и шёпотом невнятно выругался. Что именно сказал Сатор, Сумметикул не расслышал. — Байбл, я похож на третьеклассника? Ну, зачем мне об этом врать?! Я сам попросил со мной позаниматься, так почему ты думаешь, что я только и ищу повод, чтобы… — Окей, — Байбл прервал «праведный гнев» и вскинул руки в защитном жесте. — Окей, я тебя верю. Но… к чему ты спросил, ел ли я. Джефф закатил глаза и нервно забарабанил ногтем по столу. — Ну, не знаю, хочу тебе позавидовать или, может, похвастаться. Ладно, не хмурься, ты просто… ничего, правда, ничего. Предлагаю сделку. Пиши задачу, похожую на эту, и, если я решу, ты идёшь со мной ужинать. Прямо сейчас. От того, как просто это прозвучало, Байбл даже задохнулся на секунду. — А у тебя нет дел после занятия? Ты никуда не спешишь? — он совсем не это хотел сказать, но всё остальное звучало в голове излишне романтично. — Нет, не занят, — Джефф даже иронизировать на этот счёт не стал, потому что поведение Байбла всегда становилось до смешного нелепым, стоило перестать решать задачки и заговорить о чём-то другом. Дразниться было по-детски, но так хотелось. — Если тебе не хочется проводить со мной время вне занятий, то ты скажи, я больше никогда не… — Хочется, — уверенный ответ заставил Джеффа хитро улыбаться. — Это я так. на всякий случай. Но ты должен решить задачу, иначе нам придётся остаться здесь, и я начну объяснять снова. Джефф притворно захныкал: — Слишком суровое наказание, вдруг я запаникую и не смогу? — Тогда будем сидеть здесь, пока библиотека не закроется, — железным тоном отрезал Байбл, уже заканчивая писать. — Вот твоё задание, вперёд. Страдальчески заломив брови, Джефф взял протянутую Байблом ручку, не забыв «совершенно случайно» погладить по руке. Не одному же ему мучиться. — Только перестань так строго на меня смотреть, а то точно ничего не напишу, — пробурчал Сатор и наклонился к тетради. — Сначала дорешаю, а потом буду объяснять. Я одновременно не умею. Байбл усмехнулся, но достал из рюкзака ноутбук, собираясь полистать статьи для завтрашнего семинара. Погрузиться в чтение не удалось, потому что он то и дело поглядывал на сосредоточенного Джеффа, который снова грыз колпачок и смешно ерошил волосы, когда что-то не получалось. Через двадцать минут Сумметикул почувствовал, как ему в локоть упирался результат мучений и трудов. — Проверяйте, господин учитель, — Джефф прислонился щекой к столу и наблюдал за Байблом сквозь упавшие на лицо волосы. Быстро пробежав по решению взглядом, Байбл победно вскрикнул «наконец-то!» и перепугал добрую половину посетителей читального зала. Джефф среагировал моментально: зажал обрадованному «учителю» рот и, неловко улыбаясь, извинился перед самым ближними соседями. И без воплей они постоянно шептались и разговаривали, а тут ещё такое! — Я понимаю твою радость, но будь сдержаннее, — Сатор медленно убрал руки от лица Байбла и положил ему на плечи. — Мы тут не один, помнишь? Сумметикул неловко пялился на свои коленки и ничего не отвечал. Джеффу надо было срочно его отпустить и бежать куда-нибудь далеко, лучше бы из страны, чтобы Байбл не сделал какой-нибудь форменной глупости. Не попытался его поцеловать, например… кожа под его руками горела. — Я… да, я помню… понимаю, честно слово, — не связно пробормотал он, убирая чужие ладони. Почему он сегодня такой тактильный? Когда они оказались так близки? — Просто… это всё от радости, ну, знаешь, уже почти месяц тебя…. с тобой здесь, а чтобы так идеально, так это в первый раз. Байбл прокашлялся, а Джефф вернул руки себе на колени и немного отодвинулся от него, давая перевести дух. По мнению Байбла поступок был крайне благородный, он его оценил. — Всё правильно? Серьёзно? — настала очередь Джеффа недоверчиво изгибать бровь. — Да, — Байбл утвердительно кивнул. — Ты меня услышал, магия повторений сработала, и ты всё сделал прекрасно. Я, конечно, сейчас пересмотрю ещё раз и жду твоё объяснение, но… — Но ты заставил моё сердце трепетать сильнее, чем первое признание в любви, — Джефф прислонил руку к левой стороне груди и шумно выдохнул. — Ох, спасибо. Ты сейчас произнёс самые желанные слова в моей студенческой жизни! — Подождём, пока их скажет наш препод, — съязвил Байбл, скрывая вновь охватившую его неловкость. — Ой, я бы не надеялся на такие чудеса, но мечтать тебе запретить не могу. Никогда не знаешь, когда у пожилых людей начнётся старческое слабоумие, и он перепутает меня с тобой, — Джефф задумчиво накрутил на палец прядь волос. — Ладно, оставим несбыточные мечты. Слушай меня, объясняю! Торжественное объявление заставило Байбла прыснуть, но он свёл брови и со всей серьёзностью приготовился слушать…