Молекулярная физика

После теста по математике Джефф пропал. Он, конечно, написал, что у него завал на работе, поэтому придётся пропустить университет, но легче от этого Байблу не стало. Сначала тот в ответ отправил грустный смайлик, но потом опомнился и пожелал Джеффу успехов. Выглядит так, будто я в космос собираюсь, где буду без связи следующие десять лет. Буду писать тебе так часто, как смогу. Не скучай! Надо было бы ответить, что ему совсем некогда скучать: куча учёбы, в комнате завал (пора устроить уборку), доделать всю домашку, встретиться с Минт, а то всё свободное и не очень время он теперь проводил с Джеффом… Но, конечно же, он уже скучал и хотел видеться минимум шесть раз в неделю. — Ты куда-нибудь кроме телефона сегодня посмотришь? — раздражённо пробурчала Минт и свела брови к переносице. — Сколько можно уже? — Прости-прости, это самый последний раз! — заверил Байбл, не глядя на подругу и быстро набирая очередной ответ. — Я смотрю, у вас срослось? — Минт подпёрла щёку и лениво помешала остатки коктейля длинной палочкой. — Только не ври, что это не Джефф, ни за что не поверю! — Минт! — возмущение заставило говорить громче, чем следовало. Молодые родители за соседним столом неодобрительно глянули на них и покачали головой. Байбл только сейчас заметил коляску, в которой точно кто-то спал, поэтому пришлось извиниться. Он нагнулся вперёд и понизил голос. — Ничего у нас нет, перестань шутить! Мы просто… болтаем иногда. И вообще, ты во всём виновата! — Да-да, всегда я! — протянула Минт и закатила глаза, но тему развивать не стала. Байблу хотелось и не хотелось, чтобы он оказался прав. Игнорировать происходящее с каждым днём было всё сложнее, потому что между ними действительно начиналось это самое «что-что». Джефф был таким обходительным и внимательным, что становилось дурно. Если он писал на лекциях, сообщения всегда начинались со слов «Я знаю, что ты сейчас очень занят, так что ответь, когда сможешь!». Если удавалось пообщаться только вечером, то всегда было «не сиди в библиотеке слишком долго. Ты и так очень умный!». А кроме этого, бесконечные «Что делаешь?», «Уже ел?», «Как настроение? Мне как-то грустно. Расскажи, что делал сегодня»…. Иногда он подолгу не отвечал на сообщения, но потом заваливал Байбла кучей вопросов, и ему было интересно знать о нём буквально всё. День объявления результатов был последним, который Джефф собирался пропустить. — Но ты посмотришь, что у меня с математикой, так? Ведь посмотришь? Мне обязательно ты должен сказать, потому что ты меня учил! — Байбл почти пожалел, что предложил созвониться по видеосвязи. Очень уж хотелось хоть немного на него посмотреть. А теперь Джефф смешно морщил нос, корчил просящие мордочки, в который раз заставляя Байбла смущаться. Джефф собирался спать, поэтому уже лежал в кровати, то и дело жалуясь, что ему неудобно. Байбл предлагал сесть, а не валяться, на что слышал, что сидеть Джефф устал и сейчас это тоже неудобно. Байбл закатывал глаза, бурча себе под нос, какой Джефф на самом деле капризный. — Да я, конечно же, напишу! — снова и снова убеждал Джеффа перестать нервничать. А сам прикусывал щёку, чтобы не сморозить какую-нибудь ерунду и не подкинуть новых поводов для нервов. — Вот и напиши! Обязательно напиши! «Результаты уже целую минуту как известны! Ты ещё не успел посмотреть?» Проклиная день, когда он заговорил с этим самым Джеффом Сатором, Байбл мчался к кабинету профессора, обгоняя всех однокурсников. На явную манипуляцию он даже отвечать не стал: может, ещё и заночевать надо было прямо перед дверью?! Себя среди бегущего вниз бесконечного столбца номеров Байбл нашёл очень быстро. Даже несмотря на список всего потока он всё равно оказался первым. Джеффа он решил искать с конца, чтобы поскорее исключить самое страшное. То и дело сверяясь с номером из сообщения, Байбл переводил взгляд всё выше и выше, пока нужные цифры, наконец, обнаружились. Он облегчённо выдохнул и поспешил сделать фото и отправить. Помнишь же, сколько баллов на «зачёт»? К стенду начинали подходить взволнованные однокурсники, повсюду зазвучали бесконечные «сколько у тебя?», «вот блин, а я надеялась хотя бы 3,10», «ого, повезло!»… Байбл поспешил отойти подальше, когда телефон завибрировал. На самом деле я в музыкальном клубе, скорее приходи! Байбл не поверил своему счастью и на всякий случай перечитал несколько раз. В полузабытье сделав пару шагов, он очнулся и понял, что даже не представлял, где этот музыкальный клуб. В нерешительности он застыл посреди небольшой зоны отдыха. Куда-то торопились студенты, толкаясь и запинаясь о растерянного Байбла. Он задумчиво стучал телефоном по губам, думал выловить кого-нибудь из толпы, но вдруг этот самый телефон ожил: Джефф вызвал его по видеосвязи. — Не знаешь, куда идти, да? — камера задёргалась, показала потолок и лампы, а потом всё-таки Джеффа. Совершенно непривычного Джеффа с сумасшедше подведёнными глазами, тенями и, Байблу пришлось присмотреться, с волосами, собранными в хвост. — А… нет, как-то вот, нет, ага, — что он вообще должен был ответить? Джефф рассмеялся, изящно прикрывая рот рукой. Сзади крикнули что-то, Сатор смутился и отмахнулся: — Ой, прекрати, Пи! Это не тебе, не тебе! Сейчас напишу тебе! Но, пожалуйста, быстрее! Повороты сменяли лестницы, а лестницы коридоры, Байбл шёл точно по плану и обрадовался, когда откуда-то послышались звуки гитары в конце коридора. Он замер перед дверью и прислушался. За дверью кто-то «вдарил рок»: электрогитара заверещала, выдавая невероятно высокие ноты. Что-то крикнули, и тут же добавились барабаны. Музыка выбила остаток мыслей, он совершенно забыл, зачем пришёл. — Понял теперь? Настроение отвяз, вот что должно быть! — громкий голос Джеффа заставил вздрогнуть и очнуться. Вот же ради кого он, Байбл, здесь! — Когда ты играешь, я и половины этого не чувствую. И что мне петь тогда? — Пи Джефф, прости, я просто. — Спокойно, я не злюсь, ладно? Не нужно оправдываться, давай снова попробуем! Байбл среагировал раньше, чем грянула первая нота и постучал. — Кто там? Подождите, репетиция! — крикнул уже незнакомый голос. Наверное, это был барабанщик, потому что дальше палочки стали отбивать ритм. — Стой, стой! Это, наверное, ко мне! — это снова был голос Джеффа. Дверь открылась быстро, Байбл моргнуть не успел, а Сатор практически упал ему в руки. — О, ты прямо здесь! — Ага, прямо здесь, — Байбл тупо повторил за Джеффом, но воспользовался случаем, крепко обхватив. Они были одного роста, поэтому обниматься было удобно. — Не расстроен? — Сдурел что ли? — Джефф удивлённо заморгал и облизал губы. Его руки легли Байблу на плечи. — Чем расстроен? 2,75 — это больше половины и даже больше, чем проходной минимум! Да я не знаю, как тебя благодарить! Учитель Сумметикул, ты совершил чудо! Никто до тебя и, вряд ли, кто после смог бы его совершить! Руки двинулись дальше, обняли Байбла за шею и зарылись в волосы на затылке. Байбл улыбнулся: кое-кого явно манила его шевелюра. — Почему ты не пришёл на занятия? Я вот ради тебя пришёл, даже отменил встречу с профессором на основном факультете, соврал, что здесь важный тест, — Байбл не мог на него насмотреться. — Ты за это время ещё красивее стал… — Ну, я просто со съёмок, — Джефф смущённо опустил взгляд, давая возможность собой налюбоваться. — Макияж не снял, так торопился на репетицию. Послезавтра выступаем, а у нас новый гитарист… — Дела, дела, дела! — оставалось только сокрушённо покачать головой. — Я тебе говорю о том, что скучаю, а ты… — Извини, извини! Я должен говорить о том, какой ты прекрасный! Ты лучший! Самый! Правда, спасибо тебе! Знаешь, что? Ты не берёшь денег за занятие, вообще ничего не просишь, но можно я сделаю тебе маленький подарок? Можно? Только придётся отпустить меня, надо поговорить сначала с ребятами. Вдруг Джефф клюнул его нос своим, легко освободился и снова исчез за дверью. Байбл покачался с пятки на носок, не зная, чем себя занять. И что его ждёт? — Пойдём! — в проёме появилась голова Джеффа. — Отплачу тебе за нематериальное нематериальным! Кроме горе-гитариста и барабанщика в комнате обнаружилась ещё девушка-клавишница. Байбл сложил руки в приветственном жесте, вежливо отвечая всем на приветствие, и, пока Джефф что-то обсуждал с коллективом, огляделся. Музыкальный клуб оказался неплохо обставленной студией, университет явно потратился. Как-то Джефф похвастался, что им за победу в песенном конкурсе «обещали апгрейд и, ты представляешь, всё выполнили!». — Садись, — Сатор снова обратил к нему своё внимание и указал на стул прямо напротив барабанной установки. — Мини-концерт специально для тебя, Вичапас. Наслаждайся! А потом Джефф пел. Всего пару песен, которые Байбл, к сожалению, совершенно не знал, но это его нисколько не расстроило. Джефф пел так, что все мысли из головы вылетели, а по коже пробежал рой мурашек. Всё, что Байбл видел и слышал, было так органично и правильно, что приходилось давить в себе желание заорать «А зачем тебе вообще вся эта ёбаная математика, когда ты можешь вот так?!». Почему нельзя было слушать Джеффа и смотреть на Джеффа вечно? — Ну, что? Оплата принимается? — немного насмешливо спросил Сатор, едва отзвучала последняя нота. — Это… чудесно! Но ты переплатил, — язык не слушался и шевелился кое-как. — Извините, ребята, я ещё на секунду его украду. Терпению пришёл конец, Байбл резко подскочил к Джеффу, схватил и потащил к дверям. — Я быстро, попробуйте пока без меня! — только и успел крикнуть Джефф, чуть не запинаясь за стул, потому что Байбл тащил его, не обращая ни на что внимания. Они снова были в коридоре, но теперь Вичапас постарался увести Джеффа подальше, прячась от всех любопытных. Столько всего хотелось сказать, как-то легко и быстро объяснить все накопившиеся чувства. Ему стало грустно, что он ни пел, ни играл ни на каком инструменте, да хотя бы рэп не читал. Даже стихов никаких вспомнить не мог! А так бы всё разом и объяснилось… — Ну, что ты? — очевидно, Байбл выглядел таким отчаянным, что Джефф заговорил первым. Сатор ласково коснулся его подбородка, щеки и погладил большим пальцем. — Ты будто взорвёшься сейчас… но это же я, ну? Всё хорошо, правда? Байбл чуть не захныкал от отчаяния. В этом и была вся проблема: это был ты! Как тут собраться, если это ты стоял тут так близко, улыбался и был весь из себя такой «поддерживающий и понимающий»?! — Не хочешь сказать, тогда, может, сделаешь? Разрешаю всё, что захочешь! — голос Джеффа вдруг снизился до глубокого шёпота, а левая рука удобно оказалась точно на затылке Байбла. И в этот момент поддаться желаниям показалось таким верным, что он даже подумать толком ни о чём не успел. Сознание вернулось как раз в тот момент, когда его губы ощутили губы Джеффа. Сначала едва-едва, но потом ближе и сильнее. Никто из них не размыкал губ, чему Байбл был очень рад. Сейчас так было хорошо, так было правильно. Джефф отстранился, чтобы снова, на этот раз самому, поцеловать немного напористее, а в конце слегка прикусить его нижнюю губу. Байбл шумно выдохнул, мазнул ещё одним поцелуем по щеке и спрятал лицо на чужом плече. Было так неловко смотреть Джеффу в глаза, что хотелось сквозь землю провалиться, но как-нибудь не разлучаясь. Он почувствовал, как Джефф гладил его по спине. — Спасибо. Ничего не спрашивай, просто спасибо, — неожиданно прошептал Джефф, сразу пресекая все вопросы. Байбл только пожал плечами, подумав, что это он должен быть благодарен. Они стояли в коридоре цокольного этажа универа, всё остальное было где-то там далеко и совершенно неважно. — Надо вернуться, а то ребята ждут, — наконец, Джефф взял Байбла за плечи и мягко отстранил. — Напишу тебе, когда освобожусь, ладно? Байбл покивал, слабо понимая, что ему сказали. Глядя на удаляющуюся спину, он медленно осознавал, что же всё-таки натворил. Все совершали глупости, и Байбл не был исключением. Как он мог взять и поцеловать Джеффа? Зачем он вообще взялся искать канал Джеффа на ютубе? Мало ему было оригинала, что поддался любопытству и полез смотреть, что же Джефф там такого делал, кто на него подписывался, а самое интересное было, какие комментарии писали. Фанатов Джеффа в университете Байбл успел встретить и не раз. Минт оказалась права: девчонки и не только то и дело болтали о нём. После музыкального фестиваля даже ленивые что-то да сказали о выступлении Джеффа: во что был одет, как пел (здесь мнения, конечно же, разделились), что пел, с кем говорил до и после выступления, почему не пошёл на вечеринку. Ответ на последний вопрос у Байбла был, но он смущённо молчал, потому что подслушивал. Джефф написал ему сразу, как закончил выступать, и предложил покататься на машине. И они реально бесцельно катались, болтали, смеялись над глупыми шутками как подростки. У Байбла щёки заболели от долгого смеха. Потом Джефф остановился в каком-то незнакомом районе, они пялились друг на друга, будто старались навсегда запомнить. Если честно, Байбл уже тогда хотел целоваться, но смог сдержаться. Джефф то и дело облизывал губы, заправлял прядки за ухо и нервно заламывал пальцы, а Байбл делал вид, что не понимал намёков. Сам Джефф так ничего и не сделал. — Надеюсь, тебе говорили, какой ты красивый, — то и дело повторял свой главный комплимент Джефф, а Байбл глупенько смеялся, не желая отвечать. На следующий день трудно было поверить, что это всё не было сном. А потом ещё занятия, тест, результаты, и…оп! они всё-таки целовались. И вот ожидание заставило нервно дёргать ногой и грызть ногти, то и дело проверяя телефон. Он обещал написать, почему же репетиция никак не кончится… «Пи Джефф, ты такой классный!» «Хотелось бы мне встретить тебя в реальной жизни. Точно бы умерла от счастья!» «Твой голос! У тебя невероятный голос! Пой ещё, пой!» Среди восхищённых комментариев попадались хейтерские, но их Байбл пролистывал, не читая. Если много поклонников, то много и завистников, никуда от этого не убежать. Чем больше Байбл читал, тем больше боялся и переживал. Столько людей любили Джеффа, знали о нём продолжительное время, ценили талант, так зачем ему вообще нужен был Байбл? Он же мог выбрать практически кого угодно! — Что за ерунду ты говоришь? — Байбл вывалил свои сомнения, едва принял вызов. Джефф был довольным и ничьих опасений не разделял. Он явно устал, немножко хрипел, но решимости не потерял. — Почему я тебя не могу выбрать? По-моему, я сто раз уже сказал, какой ты красивый! Устал намекать, что ты мне нравишься. Всё ждал, пока ты поймёшь! — Я думал, что ты так просто болтаешь. И вообще уверен, что ты так многим говоришь! — промямлил Байбл, не зная, как оправдаться. Человек ему практически в любви признавался, а он ни разу не разглядел! — Ага, хожу по улицам и раздаю комплименты, — зевая, кивнул Джефф. — Делать же мне больше нечего. — Ладно, я понял, что сглупил, прекрати, — взмолился Байбл. Надо было срочно как-то загладить вину, поэтому он набрал в лёгкие побольше воздуха и на выдохе произнёс, — ты же будешь со мной встречаться, если я предложу? — А ты предложи, — Джефф хитро усмехнулся. Байбл снова поймал себя на мысли, что улыбающийся Джефф слишком уже напоминал лисицу из японских мифов. — Иначе не узнаешь. — Терять нечего, — горестно пожаловался Байбл и пожал плечами. — Предлагаю. Станешь моим парнем? — Ох, так надеялся, что ты мне до теста предложишь, но нет, не случилось. Можно сказать, что ты почти опоздал, — Джефф притворно ломался, а Байбл, не выдержав, всё-таки отвёл взгляд. Будь они вместе, он ни за что бы не смог Джеффу ничего предложить, но, может, ему бы и не пришлось: Сатор бы сам справился. Всё-таки ему точно не впервой. — Но даже сейчас я согласен. Хорошо слышал? Я согласен. — Удивительно. Это удивительно, — выдохнул Байбл. Он немного помолчал, раздумывая, можно такое спрашивать или нет, но всё же рискнул. — А что теперь? Джефф рассмеялся, будто это была лучшая шутка в его жизни. — Ну. сегодня уже ничего, — сказал он, немного успокоившись. — Сегодня у меня сил только на душ и сон, ты уж извини. А вот завтра… — Что завтра? — Байбл затаил дыхание. Вот искуситель! — Придумаем что-нибудь. Даю тебе ночь свыкнуться с новым статусом. Спокойной ночи! Джефф смешно подмигнул и тут же отключился, а Байбл, как влюблённый мальчишка, прижал телефон к груди. Расскажи кому, в какую историю он вляпался, так никто ж не поверит. Какое же всё-таки у них будет завтра?