My freaking trainee

День сдачи проекта. — Ммм… сладенько… — произносит Ян облизывая губы. — Тебе нужно провериться у гастроэнтеролога, — шутит Чан, натягивая боксеры вместе со штанами. Они оба заходят в кабинет к концу планёрки и как ни в чем не бывало садятся на свои места. Коллеги косо смотрят на них, но ничего не говорят. Бан перебирает пакет документов, которые он подготовил для защиты проекта, а Чонин лишь давит ехидную ухмылку и поглаживает колено наставника. Следующий на очереди Чан. Он встаёт и идёт в центр зала к интерактивной доске и столу, где уже расположился его мини-макет мебели из экологично-древесного материала. Бан пытается собраться и сильно не нервничать, ведь, всё-таки, от этого проекта зависит его дальнейшее будущее и новая должность. Но он всё же немного испытывает стыд за то, что так и не посвятил в свои планы стажёра Яна, но искренне думает о том, что тот только порадуется за него, узнав о его новой должности. Чонин сидит и заинтригованно смотрит только на Бана и по его лицу расплывается широкая улыбка от которой наставнику даже как-то становится не по себе. Чан начинает вступительную речь, потом показывает и рассказывает о своём макете и переходит к презентации на большом экране, которую он готовил всю ночь. Не смотря на то, что ту ночь он провёл с Чонином, он усердно готовился к этому дню и всю ночь дописывал речь, пока Ян сладко спал, а утром чуть не забыл флешку с проектом и чудо, что стажёр нашёл её и передал ему. Чан готовится к презентации, настраивает входы-выходы и вставляет флешку. Он начинает говорить, пока на заднем фоне идёт отчёт в пятнадцать секунду для автоматического показа слайдов. Бан со всем выражением рассказывает о пользе экологичных материалов при изготовлении мебели и ловит шокирующие взгляды коллег и руководства. Они все разом застыли и побледнели, и только один смех стажёра Яна разносится по всему кабинету. Чан в недоумении оборачивается и сам впадает на несколько секунд в ступор. На экране идёт не его подготовленная презентация, а гейское порно, реально гейское, ещё и во всех ракурсах. У него перехватывает дыхание и из-под ног, казалось, земля уходит. Он пытается быстро собраться и бежит до компьютера, чтобы поспешно отключить монитор. Ему не сразу это удаётся и он с громким стуком стучит по столу и выключает комп с розетки и смотрит на окружающих. Все притихли не в силах даже как-то это прокомментировать. Директор опускает глаза, впервые жизни Чан видит разочарование на его лице. Он резко оборачивается и смотрит на Чонина, тот расплылся в широкой улыбке, но как-только увидел потерянный взгляд Чана, тут же перестал улыбаться и виновато опустил голову. Бан всё понял и внутри начал нарастать просто необузданный гнев. Директор распускает коллег по их рабочим местам и подходит к Чану. — Чанни, я верю, что это не твоих рук дело, а чья-то глупая шутка, но это провал. Инвесторы расторгли наш контракт даже не прочитав его и молча ушли, ты и сам видел, — мужчина хлопает по плечу Бана. — Прости, но забудь о повышении. По крайней мере пока всё не стихнет. — Я понял вас, господин Ким. Я не уволен ведь? — опустошенно спрашивает Чан. — Нет, конечно. Но на этом всё. И да, я даю тебе отгул на недельку. Отдохни наконец-то, — директор опечалено вздыхает и уходит. Бан поднимает глаза и встречается с виноватым взглядом Чонина, тот сидел всё это время и слушал. Чан положил руки по обе стороны стола и, когда директор вышел за дверь, он громко гаркнул. — Доволен? Что же ты больше не смеёшься, а? — Бан краснеет, его переполняет смесь эмоций от обиды до нарастающего гнева. — Я… Я… не думал, что… — А ты вообще думать умеешь? Ты хоть понимаешь, что сейчас произошло? Ты лишил меня будущего. Я на этом месте пахал с самого его основания! — уже во всю кричит Бан, не в силах сдерживаться. Он подходит к Чонину и берёт его за шиворот рубашки. — Постой, постой. Пожалуйста. Мне очень жаль, клянусь. Я, я… — Тебе конец! — Бан сжимает кулак, но не в силах даже ударить человека с которым провёл последние пару незабываемых ночей. Он разочарованно ослабляет свою хватку. — Я даже не могу тебя ударить! Но я хочу, чтобы ты почувствовал мою боль, — он хватает его за руку и сильно сжимает её и тащит в сторону своего кабинета. Как только они оказываются в его кабинете, Бан толкает стажёра на диван, а сам мигом закрывает дверь на ключ. Чонин растерянно смотрит на наставника и не знает чего ожидать. Чан поворачивается и снова дёргает его за руку и тащит к столу. Его движения резкие и грубые. Он сильно сжимает руку Чонина, не заботясь о том, что сейчас чувствует тот. Он наклоняет его к столу, прижимая того грудью к твёрдой поверхности и одним резким движением снимает с него брюки и нижнее бельё. Чонин не в силах даже сопротивляться, он чувствует, что сильно проебался и послушно не двигается, только вздрагивает от резких движений и повывает. — Чан… Прости пожалуйста. Я заслужил, — жалобно стонет Ян, когда наставник Бан заводит его руки за спину и крепко держит их. — Я не буду тебя растягивать, даже не проси, — с этими словами он достаёт из своего письменного стола тюбик, но не со смазкой. Всё что завалялось у него в столе это увлажняющий крем алое. Он выдавливает немного на сжатое колечко мыщц и на свой член. Вместе с гневом росло и его возбуждение с тех пор, как он близко подошёл к стажеру ещё в кабинете-планёрки. Так что он размазал жидкую субстанцию по всей длине своего эрегирующего члена и приставил его ко входу стажёра. — Пожалуйста… Не делай резк… — Ян тут же прерывается, когда чувствует в себе член Бана, вошедший на половину длины. — Ай… ай… ааа. Бан накрывает своей большой ладонью рот стажёра, а второй рукой всё ещё держит запястья Яна за его спиной. Он и не собирается быть нежным. Пару минут он не мог быстро двигаться, стенки были тугие и полностью сжали член Бана, но он начал по нарастающей, и уже через пару минут он ускорился до бешеного ритма. Тазовые кости Яна ударялись об стол с каждым сильным толчком. Он пытался кричать вперемешку со стонами, но его рот был всё ещё крепко зажат, но вторая рука наставника опустилась на его член. Бан начал резко водить рукой вверх-вниз по члену стажёра, чтобы тот расслабился и впустил его намного глубже. Через пару фрикций им обоим стало легче, сжатые стенки начали немного расширятся и впускать его. Чан врезался в стажёра, что тот только и успевал хватать ртом воздух, но всё же рука наставника мешала ему насытиться кислородом и тот начал закатывать глаза. — Я отпущу руку, но если ты постараешься не кричать. — Даа… ммм… да, хорошо, — стонет Ян. Чан кладёт обе руки на бёдра стажёра и с новым усиленым толчком сжимает мягкую кожу, оставляя на ней багровый след. Немного запыхавшись он замедляет свои движения, по лбу катится пот и стекает на спину Яна, он наклоняется и шепчет ему на ухо. — Сегодня я оттрахаю тебя, как непослушную суку, которой ты и являешься. Только попробуй коснуться себя там и самоудовлетвориться. Я свяжу твои руки и буду драть тебя пока ты не начнёшь молиться, чтобы всё это закончилось. Тебе ясно? — угрожающе рычит Бан. — Да… — Да? Как меня зовут? — требовательно спрашивает наставник. — Чан, — стонет Ян, и Бан медленно вытаскивает свой член из припухшей дырочки. — Уважительней, засранец! — Да, наставник Бан Чан, — Ян пытаеться отдышаться и кладёт ладони на стол, опуская на них свою голову. — Правильно! — Бан резко входит до основания и сразу же переходит на новый интенсивный темп. Он поочерёдно шлёпает ягодицы стажёра, оставляя отпечатки своих ладоней. Он чувствует, что с каждым заходом и сжимающимся сфинктером стажёра, он приближается к собственной разрядки. — П-пожалуйста, я хочу к себе прикоснуться… наставник Бан Чан, — жалобно воет стажёр и тянется рукой к своему стояку, по которому уже стекает выделяющийся предэкулят. — Ещё чего, уже забыл наш уговор, — Чан перехватывает горло стажёра и не сильно сжимает его, чтобы не перекрывать воздух, а второй рукой снова сжимает запястья стажёра и заводит их тому за спину. Он ускоряется и с каждым движением погружается глубже, хотя казалось бы куда ещё, но он будто готов на сквозь проткнуть Яна. Он сам не сдерживается и хрипло стонет. — Аххх… боже. Ты уже не такой узкий, но до сих пор не до конца растянут. Я не собираюсь останавливаться, так что хорошо прими всё что я тебе дам. — Что? Ты собираешься кончить в меня? — глупо переспрашивает Ян уже зная ответ. — О да… будешь ходить остаток дня с моей спермой внутри. Не думаю, что это удобно. Она ведь постепенно станет вытекать, а у тебя не будет возможности избавиться от неё полностью в ближайшие пять часов. Забавно, не находишь? — ухмыляется Чан. — Справедливо, — Чонин утыкается обратно в стол. Ему нестерпимо хочется прикоснуться к себе. Внутри всё горит от резких движений наставника, он так хочет высвободиться. Его член стоит колом и налился кровью, по нему стекает большое количество предэкулята и всё, что ему остается это исподтишка терется членом об стол. Чан переходит на бешеный ритм и сильно сжимает горло стажёра доводя того до предобморочного состояния, но тому похоже это только в радость, он приглушённо стонет и пытается быть тихим, как ему и сказали. Его тело начинает дрожать и биться в конвульсиях и на последнем рывке, когда Чан чувствует, что сейчас кончит, он делает последний глубокий выпад и кончает внутрь. Он не спешит выходить сразу, стараясь наполнить стажёра всем своим семенем, но как только он думает, что хватит, выходит и наблюдает такую картину. Чонин распластался на столе не в силах даже оторвать от стола голову, его колени подкашиваются, из его дырочки медленно вытекает сперма наставника, а по собственным ляжкам стекает полупрозрачная жидкость. — Ты кончил без рук! Вот же засранец, — Бан обессиленно шлёпает по заднице стажёра и помогает ему надеть штаны. Он доводит его до дивана. Садится сам и усаживает Яна так, что его голова оказывается на коленях у наставника. Чонин обессиленно шепчет больше, кажется, себе под нос. — Прости, прости меня. Только не бросай меня, Чанни. Я заглажу свою вину. Хочешь, мы хоть каждый день будем таким сексом заниматься, — отчаянно тараторит Ян. — Ха, ну на каждый день меня не хватит. И не так уж я и злюсь, меня самого заебал этот офис. Не представляю, чтобы я делал на должности директора, повесился бы наверное. Хочу уволиться и наконец-то заняться музыкой, — устало, но довольно отвечает Бан, поглаживая волосы стажёра. — Ты ведь не жалеешь, что встретил меня? — Нет, не жалею. Может оно и к лучшему, а то я засиделся тут. — Значит, ты мне благодарен, — Чонин поворачивает голову и смотрит на Чана с довольной ухмылкой. — Возможно, но ты всё равно останешься… ммм… — Бан задумался и произнёс на английском. — My freaking trainee.