Мечты сбываются. История 3.

Глава одиннадцатая

Утром, Гвоздь, позёвывая, сидел на лавочке около дома Шмеля. Вдруг, сверкнул яркий свет и около него появился Хэндсом Мэн и тоже присел на лавочку. - Здравствуй, Гвоздь. - Здравствуйте, Хэндсом Мэн-рабовладелец. Дэмон нам рассказал, что у вас там, на планете, творится. - Этот разговор, Гвоздь, не для тебя. - К Шмелю я вас не пущу. Таким расстроенным, каким он был вчера, я его ещё не видел. - Да, вчера я наговорил сыну лишнего… - Хэндсом Мэн вздохнул. - И сильно в этом раскаиваюсь… Дело в том, что я подумал… если бы Шмель надел кулон повиновения, то я бы приказал ему жить на Фиолетовой планете. Вся семья была бы вместе… - Теперь вы во всём раскаялись? И рабовладельцем становиться не собираетесь? - Не собираюсь… Скажи, Гвоздь, мой сын по-прежнему сильно расстроен? Как вчера здесь прошёл день? - Ну, сначала Шмель был очень расстроен. Потом он боролся с Нарциссом; потом Солдат перед ним и Роуз извинялся; потом мы все вместе запустили Мурома в небо, а он приземлился в мой курятник. После, мы устроили снежный бой и построили ледяную горку для ребятни. И Роуз объявила, что пора по домам… Думаю, если вы со Шмелём помиритесь, то это будет хорошим завершением этой истории. Вы не беспокойтесь, если хотите, я всё ему передам дословно. Приятно было с вами пообщаться. - Спасибо, Гвоздь, - усмехнулся Хэндсом Мэн. - Но я хочу лично поговорить с сыном. - Нарцисс так и предположил, поэтому я здесь и сижу в такую рань. - Не понял.       Гвоздь зевнул. - Ну, во-первых, этой ночью у нас Новый год наступил – праздник… А во-вторых… нашему Шмелю тоже нужен отдых. - Хм… мне бы таких заботливых друзей. Ты, Гвоздь, прямо как страж крепостных ворот.       Гвоздь взглянул на дорогу, лицо его омрачилось и он пробормотал: - Но против такой осады мне не выстоять.       По дороге быстрым шагом шла мать Роуз. Прошло какое-то время. - Ну вот он, наш герой-освободитель! - сказал Хэндсом Мэн, обращаясь к жителям Фиолетовой планеты, и положил руку Шмелю на плечо. – Задавайте ему вопросы. И не забудьте, красные люди всё ещё ждут спортивных соревнований с нами. В это время, Роуз сидела в доме родителей и разговаривала с матерью: - Мама, я очень рада, что ты приехала, но ведь ты говорила, что вернёшься через год. Что-нибудь случилось? И где папа? И о чём таком важном и срочном ты хотела поговорить? - Ох, доченька, ты помнишь о том предсказании гадалки? Я ведь уехала, чтобы не на моих глазах эта беда случилась… Но не выдержала, вот и вернулась. А папа, не беспокойся, он отдыхает себе… Лучше ты расскажи, как ты здесь жила? Мне ведь соседка всё в письме рассказала о том, как ты чуть не погибла! Эта заместительница правительницы чуть тебя не убила! - Шмель меня спас… - Что?! Да если бы не он, этот… - Мама, не говори плохо о моём муже! - Дочь, ты слишком его балуешь… Вот, например, сейчас при расставании ты так долго его целовала, что у меня ноги замёрзли ждать. И он не хотел тебя отпускать, будто вы сто лет не виделись и расстаётесь навсегда. И о чём вы шептались? В обществе шептаться не вежливо! - Шмель просил повторить то, что я ему вчера сказала… что в мае у нас родится дочь. - Что-о?!       Роуз улыбнулась. - Мама, разве это так удивительно?       Мать встала из-за стола и принялась ходить по комнате. - Вот что, Роуз, одевайся, ты сейчас же поедешь в Большой город к тёте! - Зачем это?! И вообще, Шмель мне велел без него никуда далеко от дома не уходить.       Мать остановилась. - Как это «велел» ?! Он что, приказывает, что тебе делать, а что нет?! Что это за Средневековье?! Разве ты на моём примере не знаешь, как надо своего мужчину воспитывать? - мать сжала кулак. - Вот, как их надо держать! Что ты смеёшься? - Мама, мы со Шмелём не только муж и жена, но и друзья, и я его слушаюсь так же, как и он меня, то есть без приказов. - Хм… - мать сменила тон. - Понимаешь, дочка, тётя очень больна. - У неё есть две взрослые дочери. - Они вышли замуж и уехали очень далеко, и из всей родни мы ближе всех. Одевайся, я провожу тебя до вокзала. Надо помочь тёте…       «А главное, – добавила мать про себя. - Там ты будешь в безопасности, пока Шмель не будет знать где ты. Моя сестра со своими дочерями тебя не выпустят… по крайней мере, пока ребёнок не родится». Прошло два дня. Хэндсом Мэн разговаривал со своими сыновьями: - Шмель, я счастлив, что у меня есть такой сын как ты! Теперь не только я, но и весь наш народ хочет, чтобы ты стал правителем! - И даже несмотря на то, - усмехнулся Дэмон, – что ты, брат, убеждал всех, что приказал снять гипнотические кулоны для спасения своей семьи, а не для того, чтобы стать героем-освободителем. А за то, что ты спас от смертной казни правительницу–злодейку, тебя теперь, наверное, причислят к лику святых! Прямо как в книге Гвоздя!       Шмель повернулся к Хэндсом Мэну. - Хэндсом Мэн, извините, но вы… то есть, ты говорил, что тебя ждут на планете красных людей… - Ничего, ещё подождут. А может, мы вместе туда полетим? Я тебя, сынок, познакомлю с их правителем, он неплохой человек. - Шмель, - снова усмехнулся Дэмон, – не торопись домой. Отец уж не знает, чем бы тебя развеселить-потешить, лишь бы ещё хоть на минутку здесь задержать.