Арабеск под дулом пистолета

      – Роджер, я убью тебя!       – Ну-ну, только попробуй, она моя.       Ранним утром дождь таки соизволил закончиться. Выпутавшись из объятий мужчины, Элис первым делом включила Богом забытую рацию и вышла на связь со штабом, тут же получая кучу нравоучений от Ингрид. И сейчас, наблюдая за её перепалкой с Леоном, не могла представить утро более прекрасное, чем это.       – Да-да, Ингрид, прости меня. Мы сейчас соберёмся и попытаемся проникнуть внутрь их базы.       – Что, бессонная ночка была? Я напоминаю, что это не медовый месяц, а задание!       – Да-да, я помню, свадьба у тебя, а не у меня. Мы придём, не переживай.       Обсудив некоторые детали их нового плана и запасшись всем необходимым – от провизии до оружия, пара солдат покинула своё убежище и уже знакомым маршрутом двинулась к горе. После вчерашней тревоги враги явно были настороже, поэтому было решено не разделяться. Пусть сначала Элис было и непривычно идти в ногу с Леоном, через время она всё же смогла привыкнуть к его шуточкам и совсем неуместным комментариям. Таким ей удавалось видеть его только из далека или из оптического прицела винтовки, но идти рядом с ним – не шло ни в какое сравнение.       Чем ближе пара приближалась к месту назначения, тем чаще стали попадаться кучки вооружённых бандитов. Поначалу это были мелкие сошки, даже не заражённые вирусом и работающие за гроши на выпивку. Самое слабое звено огромной цепи. Но ближе к грузовой площади, где их засекли в прошлый раз, противники становились всё сильнее и проворнее.       В последнее время Элис не приходилось вступать в открытый бой против нескольких противников. Она предпочитала прятаться в тени и отстреливать их поодиночке. Но сейчас, сражаясь бок о бок с Леоном, она и в этом видела некую красоту.       Отстреливаясь из всех видов оружия, они сменяли друг друга, контратакуя неожиданных гостей ножами и их собственными дубинками и мачете. И, даже если громилам удавалось отделить их друг от друга, каждый мог спокойно постоять за себя. Но это не было причиной для Кеннеди перестать кидать на девушку обеспокоенные взгляды. Ему бы и в голову не пришло, что балерины могут так хорошо владеть рукопашным боем.       А Роджер всё словно летала над полем боя. Поворот и фраппе – один из инфицированных отлетел к Леону, и тот прострелил ему голову. Балансуар – носком тяжёлого ботинка Элис зацепилась за воротник другого бандита и впечатала его в землю, проведя по ней и выкидывая его за спину. Поворот, пара выстрелов и арабеск – зомби, пытавшийся напасть на девушку со спины, оказался лишён челюсти мощным ударом её обуви.       – Вау, а я уж думал, что никогда не увижу, как ты танцуешь, - Кеннеди поаплодировал, когда они разобрались с очередной волной заражённых, и подошёл ближе.       – Да ну, перестань, в пуантах вышло бы лучше.       – Буду с нетерпением ждать этого шоу, - оставив короткий поцелуй в уголке губ мужчины, Элис быстро обработала незначительные раны обоих, и они наконец-то проникли внутрь этого осиного улья.       Прострелив из винтовки головы смотровых, девушка присоединилась к Кеннеди, так любезно одолжившего пропуска у почивших, и тот, как истинный джентльмен, пропустил её вперёд, прикрывая со спины.       – Как-то слишком легко мы попали сюда. Нас как будто и не ждали, - тихо констатировала светловолосая, просматривая каждый уголок просторного амбара.       – А чего ты хотела? Фанфар и красной дорожки?       – Могли хотя бы вино и сыр вынести, - девушка тихонько хихикнула, парировав шутку Кеннеди, а тот был этому только рад. Он не сомневался, что эта черта Элис точно была настоящей. Иначе бы она просто не смогла ужиться с ним.       Разделившись, агенты исследовали каждый уголок обширного пространства, не брезгуя заглядывать в открытые машины и маленькие подсобки. Пока Роджер просматривала отчёты, фотографируя некоторые из них на портативную камеру, мужчина с грохотом отворил один из контейнеров и подсветил его содержимое фонариком. Внутри оказались морозильные камеры с многочисленными цветными пробирками, о содержимом которых можно было только догадываться. Леон прихватил с собой пару экземпляров и уже собирался закрыть дверь на железный засов, как за спиной раздался звук взведения курка.       – Лучше бы пока не закрывать эту дверь, пока я не заберу то, что мне надо, - раздался над ухом низкий женский голос, а следом – тот же звук курка, что и мгновение назад.       – Советую тебе не командовать моим мужчиной, пока я не прострелила тебе голову.       Элис вышла из-за спины Вонг, наставив на неё пистолет, и встала рядом с Леоном, показывая ему, что держит ситуацию под контролем. Тот сразу же достал свой револьвер и вторил движению девушки.       – Оу, я так посмотрю, вы, голубки, всё же спелись, - с усмешкой подметила темноволосая.       – Как видишь. Примирительный секс у костра пошёл нам на пользу, - язвительно парировала Роджер, наслаждаясь озлобленным видом старшей. Данное заявление пробудило в ней чувство, которое раньше ей испытывать не доводилось. Была ли это ревность или зависть – Ада не стала заострять на этом внимание.       – Нельзя допустить, чтобы образцы достались Аде, - хмуро добавил Кеннеди, не спуская с Вонг взгляда. И каким же глупцом он был, раз раньше так спокойно танцевал под её дудку! Сейчас её манипуляции вызывали в нём лишь нотки раздражения.       – Да, знаю. Иди вперёд, я разберусь с ней.       – Но как же…       Дабы предупредить дальнейшее сопротивление, Элис оставила короткий поцелуй в уголке губ Леона, совершенно не стесняясь женщины напротив. Скорее наоборот, она была рада позлить её ещё больше.       – Иди, у нас мало времени. Скоро я догоню тебя.       Обреченно вздохнув, у Кеннеди не было другого выбора, кроме как согласиться с ней. Бросив на прощание «Будь осторожна», мужчина скрылся за одной из дверей, ведущей внутрь горного комплекса.       – Ну что? Нравится помыкать им, как душе угодно? И чем же ты отличаешься от меня, глупая матрёшка?       – Тем, что он принял меня, даже с моими уродливыми шрамами, - ответила на провокацию Роджер, убирая пистолет. – А ты для него так и сталась пустышкой.       – Ты не рассказала ему про вирус? – Ада последовала примеру девушки.       – Нет. Это не моё дело. Если хочешь выяснять с ним отношения, то вперёд, я не буду вмешиваться. Но станет ли он тебя слушать – это уже другой вопрос.       Договорив, Элис сделала шаг вперёд и нанесла Вонг удар правой рукой. Чудом ей удалось увернуться и, поставив подножку, сбить девушку с ног. Распластавшись, та не успела вовремя сгруппироваться и пропустила удар ногой по рёбрам, что немного ныли после последней стычки с головорезами в лесу. Вцепившись в бедро соперницы, Роджер откинула её от себя и начала новое наступление.       Ада была высокой и не брезговала пользоваться этим во время боя. Но и светловолосая имела свои преимущества, будучи маленькой и худой. Она легко уворачивалась от открытых атак Вонг, контратакуя из-за спины и нанося удары по обратным сторонам коленей старшей.       Минут 15 девушки наносили друг другу неистовые удары, совершенно не жалея своего оппонента. Схватив Вонг за волосы, Элис впечатала её лицом в стенку ближайшего контейнера и заломила левую руку до тихого хруста в лопатке. В попытке вырваться женщина махнула свободной рукой и заехала локтем в висок младшей, от чего её сознание помутилось, и она ослабила хватку. Ада воспользовалась этой секундной заминкой, оттолкнула от себя девушку, но не спешила снова атаковать.       Тяжело дыша, бывшие напарники пытались восстановить дыхание и продолжить наступать, но обе понимали, что это было бесполезно. Они слишком хорошо знали друг друга, даже иногда практиковались вместе, ни одна из них не сможет одолеть другую в честном бою.       – Сучка, ты мне нос разбила! – Негодовала Вонг.       – Ну так иди припудри его. Или ты сегодня без косметички? – Элис стёрла струйку крови с губы и поднялась, держась за ушибленный бок. Что-что, а ноги у Ады были не только красивыми, чего уж тут спорить.       – Ещё не сдалась?       – А ты? Я не могу подвести Леона и пропустить тебя дальше.       – Мне надо уничтожить вирус.       – Я тебя поздравляю, но этот трюк снова не прокатит.       – На этот раз я серьёзно! – Нетерпеливо воскликнула Вонг, наблюдая, как побитая девушка подходит к открытому контейнеру.       – Я больше тебе не верю, Ада, - произнесла она, доставая пистолет. – Мы с Леоном слишком много потеряли когда-то доверившись тебе. И я не собираюсь снова повторять эту ошибку.       Раздалось несколько выстрелов, смешавшихся со звоном разбивающихся пробирок.       – Советую убраться отсюда, пока не надышалась всякой дрянью.

***

      Леона съедало беспокойство. Хоть он и согласился оставить Аду на Элис, он не мог не переживать. Буквально накануне он узнал все тайны прошлого своей возлюбленной и не готов распрощаться с ней так рано.       На удивление, Кеннеди был не так зол на ложь его девушки, как он думал. Конечно, его не могло не раздражать, что начальство стало сомневаться в нём, но саму Роджер он ни в чём не винил. Просто не мог винить её в чём-то. Она такой же солдат, который выполняет приказы, как и он сам. Но мужчина всё же задавался вопросом – смог ли он так же сблизиться с кем-то просто ради задания? Смог ли впустить кого-то в свою берлогу, в свою жизнь кого-то, кому не доверял? Смог бы играть в любовь с тем, к кому не испытывал никаких чувств?       “Очевидно, раз Элис смогла, значит действительно полюбила тебя” – эта мысль грела Кеннеди, и он с легким воодушевлением продолжил исследовать секретный комплекс.       Обустроенные переходы с белым освещением сменялись голыми каменными стенами и горящими факелами. Горные шахты тесно сплелись с коридорами лаборатории, открывая свободный проход между этими двумя секциями. То тут, то там сновали вагонетки с горными породами. Вероятно, предположил Кеннеди, исследовательский центр занимал не всю полость горы, поэтому сейчас идёт его активное расширение. Этого никак нельзя было допустить.       Спустившись вглубь шахты, агент стал по одному отстреливать часовых, пока на шум выстрелов не сбежались другие рабочие. Почти все они были инфицированными, а потому чувствовали себя вполне комфортно в холодной влажной пещере.       Сменяя укрытие за укрытием, мужчина не заметил, как истратил почти все свои патроны. А враги всё прибывали. Прикинув обстановку и заприметив ещё один выход аккурат над тем, из которого пришёл Кеннеди, он решил пробиться через строительные леса к крану и, взобравшись по его стреле, выбраться из этого ада. По пути он не забыл оставить своим новым “друзьям” парочку подарков – несколько гранат и мин, закреплённых на стенах шахты. Активировавшись, они сотрясли своим взрывом всё пространство так, что Леону пришлось стальной хваткой вцепиться железные прутья.       Пока на шум не прибежало подкрепление, мужчина поспешил убраться отсюда и поскорее воссоединиться с Роджер, чтобы она ненароком не наткнулась на вражескую поддержку. Взобравшись на самый верх, агент не без усилий вскарабкался по отвесной стене и распластался на небольшой каменной площадке, прислушиваясь к звукам внизу. За стеной словно маршем прошла кучка людей, вскрикивающие под звуки автоматной очереди, заглушая болезненные девичьи стоны.       Элис!       Подобравшись, Леон поспешил к извивающемуся коридору, перерезая горло тем, кто вставал у него на пути, пока не вышел в очередной некогда белый коридор, теперь измазанный кровью. Тела мужчин лежали друг на друге в неестественных позах, словно подползая к девушке, загнанной в угол. Роджер сидела у закрытых ворот и тяжело дышала, держась за кровоточащую рану на шее.       – Элис! Элис, как ты?       – Леон… - губ девушки коснулась уставшая улыбка. – Я в порядке… Пошла за тобой, но наткнулась на целый отряд… - Мужчина подскочил к возлюбленной, забирая из её рук оружие и отнимая ладонь от раны. На разодранной коже отчётливо проступал след укуса и слегка почерневшая плоть, обрамляющая его. Элис слабо усмехнулась. – Так глупо получилось, сама забежала в тупик…       – Тихо, ничего не говори! Тебе надо обработать рану! – Кеннеди засуетился, копаясь в аптечке, и, смочив ватку перекисью, приложил её к шее девушки. По коридору раздался громкий вскрик. – Тише, тише, я знаю, что больно, но надо потерпеть.       – Леон… Меня заразили… - Роджер с силой сжала чужое плечо, пытаясь отвлечься от раздирающей боли.       – Не говори глупости, просто кто-то возомнил себя вампиром, - отшутился мужчина, тихонько дуя на рану, дабы облегчить страдания девушки.       – Нет, Леон… Меня точно заразили… Посмотри на них, - она кивнула ему за спину, туда, где распластались некогда живые мертвецы. – Они разлагаются уже около месяца, и только холод и вирус не давали им совсем загнить.       Агент молчал. Он понимал, что девушка права, он сам прекрасно видел, в каком она состоянии. Но он не мог вот так смириться с тем, что всё вот так закончится.       – Я только-только обрёл тебя… Ты только-только стала по-настоящему моей… - Кеннеди поднял свои пасмурные глаза на Элис и взглянул в её ясное безоблачное небо. На языке вертелись страшные слова. Слова, которые он не хотел произносить вслух, боясь разгневать то, что зовётся судьбой. Поэтому только прошептал, - Я не хочу потерять тебя…       Девушка слабо усмехнулась и, положив ладошку на щёку Леона, притянула к себе для короткого поцелуя.       – Ты меня не потеряешь, Леон. Я всегда буду рядом. А теперь достань адреналин и травяную настойку из аптечки, пока на мой крик не сбежались ещё зомби.       Обработав и перевязав шею девушки, Кеннеди помог ей вколоть гормон и отпить ужасное на вкус лекарство. Опираясь на руку мужчины, девушка поднялась на ноги и занялась проверкой их припасов: патронов на двоих было маловато, поэтому было решено отдать пистолеты Леону, а Элис – гранаты и винтовку.       Ещё раз убедившись, что Роджер в состоянии идти сама, и получив от неё по лбу из-за излишнего беспокойства, Леон поделился с девушкой тем, что ему удалось выяснить.       – Зачем им руда? Они же не янтарь с Лас-Плагас ищут, правильно? – Задумчиво произнесла светловолосая, осматривая шахту через бинокль.       – Не хотел бы я повторения истории в Испании.       – Аналогично.       Агентам не хватало данных, чтобы собрать пазл воедино, но несколько целей вырисовывались вполне чётко – поиск антидота и разрушение этого муравейника.       – Как думаешь, у них есть вакцина от вируса? – Поинтересовался Леон, когда очередная пара патрульных была устранена. В глубине комплекса обычных работяг и бандитов сменили солдаты в форме Umbrella. Значит, они двигались в верном направлении – где-то впереди был центральный пульт управления.       – Ты сомневаешься в Umbrella? – С усмешкой спросила Элис, открывая дверь в очередное подсобное помещение и освещая его фонариком. Опять пусто. Зачем они настроили столько комнат, но не пользовались ими?       – Не сомневаюсь, но всё же…       – Мне вот что любопытно… Как много женщин ты видел, пока мы пробирались сюда?       Леон недоуменно посмотрел на девушку, не понимая сути её вопроса, но, заметив её хмурый взгляд, решил всё же подумать над ответом.       – Ну, не считая Ады и красотки в кожаном костюме… Ни одной?       – Вот именно. Ни одной. И в лесу, и в коридорах нам попадались только мужчины – рабочие, водители, бандиты и, я уверена, бывшие заключенные. Но на Кубе нет такой большой половой разницы у населения, чтобы женщины тут считались экзотикой.       – И что ты хочешь этим сказать? Всю грязную работу скинули на мужчин, а женщины занимаются только интеллектуальным трудом?       – Не знаю, тут что-то не сходится…       Девушка ещё раз хмуро осмотрела пустую комнату и уже собиралась закрыть дверь, чтобы пойти дальше, как вдруг раздался тихий стук. Элис бросила взгляд на Леона и, получив кивок от него, выставила вперёд пистолет и прошла вглубь, подсвечивая себе фонариком. Агенты ступали медленно, почти беззвучно, стараясь не дышать, чтобы не пропустить очередной стук. Но его не было.       – Нам же не показалось? – Шёпотом спросила Роджер.       – Нет, если только мы не получали по голове в последнее время.       – Ну, Ада меня слегка приложила, но не думаю, что это…       Звук громче, чем предыдущий, раздался по комнате с правой стороны от пары. Они резко повернулись и подсветили эту часть комнаты фонариками, но их встретила только железная стена.       – Теперь точно не показалось.       – Стук шёл как будто из-за стены, - констатировал Кеннеди, подходя ближе. Проведя пальцами по холодной поверхности, он на пробу дважды постучал костяшками и чуть не подпрыгнул на месте, услышав ответный стук.       – Смотри, на полу валяются болты, - девушка посветила пол под ногами мужчины. Кто-то открутил железную панель и теперь прятался в нише стены. Этот кто-то вряд ли был врагом, но осторожность никогда не будет лишней, поэтому, скомандовав Элис не сводить пистолета со стены, мужчина зажал фонарик зубами и резко содрал железное укрытие.       Тихие всхлипывания и судорожные бормотания пронеслись по комнате. Две пары заплаканных женских глаз щурились от света фонариков, не прекращая дрожать и сжимать руки друг друга.       – Por favor... Te pido que no nos mates... – прошептала тёмноволосая кудрявая женщина, переводя взгляд то с одного, то на другого агента.       – Chercher la femme. Ищите женщину. Кажется, твоя интуиция тебя не подвела.       Успокоив напуганных женщин, агентам удалось наладить с ними контакт. Объясняться пришлось на испанском, поэтому переводчиком выступил Кеннеди.       – Их мужьям пообещали высокий заработок за работу на Umbrella, а когда те начали бунтовать, то взяли их жён в заложники, - констатировал Леон. Элис поделилась с пленницами запасами воды и осмотрела на предмет повреждений, а те в свою очередь не сводили благодарного взгляда с Кеннеди. “Я даже осуждать их не могу, каждой из них хотелось бы иметь такого надёжного мужчину рядом”, - проскочила мысль в голове девушки.       – И сколько их сейчас в комплексе?       Леон перевёл вопрос и, получив ответ, передал его Роджер:       – Около двенадцати.       –  Так мало? Не может быть такого, что из всей этой оравы мужчин, что мы встретили, только дюжина была жената. – Агент вновь заговорил по-испански и, внимательно выслушав ответ, чертыхнулся. – Что? Что она сказала?       – Она сказала, что жён тех, кто уже полностью перешёл под влияние вируса, убивали или отправляли на сырьё за ненадобностью.       – Твою мать…       В тёмной комнате повисло тяжёлое молчание, нарушаемое только тихими всхлипываниями несчастных женщин. Они стали жертвами отвратительных обстоятельств, что привели их сюда, и их можно было понять. Они любили своих мужей, а те – их, и это стало их слабостью.       Элис инстинктивно взглянула на Кеннеди. Она никогда не думала, что кто-то из них может быть слабостью другого. Да, они без сомнения любили друг друга и готовы были пойти на всё, чтобы защитить своего любимого, но при этом твёрдо были уверены, что каждый из них был в состоянии позаботиться о себе, чтобы не вызывать беспокойства у партнёра.       Шея девушки болезненно запульсировала, и она, не сдержав болезненного стона, схватилась за больное место и опустилась на пол.       – Элис! Ты как? Очень болит? – Крепкие руки Леона тут же подхватили её, прижимая к себе и желая забрать себе частичку её боли.       – Я в порядке, просто ощущения… Не очень… Я хочу пить…       – Да, конечно, сейчас.       Мужчина отстранился от возлюбленной и полез в свои припасы, а женщины, наблюдавшие за этой сценой, начали вновь перешёптываться:       – Она заражена? Быть того не может…       – Мы обречены… Она нас всех погубит!       – Никого она не погубит! – Грозно воскликнул Кеннеди, протягивая девушке флягу с водой.       – Что? Что они говорят? – Недоумённо спросила Элис, переводя взгляд с одной женщины на другую, что явно заставило их смутиться и отвести глаза.       – Они считают, что раз ты заражена, то можешь… быть опасна, - подобрав слова, вымолвил Леон. Светловолосая встретилась с его расстроенным выражением лица и обречённо вздохнула.       – Что ж, это и в самом деле так, - произнесла она, обращаясь больше к женщинам, чем к парню, словно они по интонации могли понять то, о чём она говорила. – Да, я действительно заражена. И не знаю точно, сколько времени смогу сохранять здравый рассудок.       Кубинки с непониманием слушали её, периодически кидая взгляды ей за спину, где стоял Кеннеди, и тот, тяжело вздохнув, стал переводить им слова девушки, что вводило пленниц в ещё больший ужас.       – Нам надо разделиться, - констатировала Роджер, когда младшая из женщин вновь зашлась рыданиями на плече старшей.       – Ни за что! Ты не в том состоянии, чтобы действовать одной!       – Но моё нахождение рядом будет лишь пугать спасённых женщин. Нет, нам определённо надо разделиться. Ты пойдёшь с ними, заберёшь оставшихся жёнушек и свалишь отсюда.       – Замечательно, а чем тогда займёшься ты?       – Попытаюсь пробраться в самое сердце этой крысиной норы, забрать образцы вируса и, по возможности, выбраться до того, как начнётся “великий потоп”, - девушка старалась звучать как можно более оптимистично, но, увидев, как с каждым её словом мрачнеет лицо Кеннеди, вздохнула и взяла его за руку, заглядывая в глаза. – Леон, ты нужен им сейчас больше, чем мне. Инфицированные не будут трогать меня, раз уж нам суждено скоро породниться…       – Не говори так.       – И всё же, - Элис поднесла грубую руку мужчины к своему лицу и приластилась к ней, как если бы это была самая мягкая подушка в мире. – Я уже большая девочка, Леон, и могу постоять за себя. Ты же сам это видел.       – Да, но… Ты заражена… И если ты не успеешь выбраться…       – У них наверняка есть небольшие запасы лекарства. Нужно же им как-то контролировать эту неконтролируемую чуму.       – Так в итоге она под контролем или нет? – Кеннеди устало усмехнулся, на что девушка лишь шире улыбнулась и сильнее прижалась к его рукам. Видимо, он совсем с катушек слетел, раз ещё может шутить в такой ситуации. – Пообещай мне, что будешь осторожна и смотаешься оттуда при первой же возможности.       – Обещаю, Леон, - и, приподнявшись на носочки, Роджер скрепила их договорённость нежным поцелуем, в который вложила все свои сожаления, ведь уже заранее понимала, что в очередной раз обманула Кеннеди. Но в этот раз ложь точно была последней.

***

      Снарядив Леона частью своей провизии и дав слово встретиться с ним через час у их пещеры, Элис проводила его с бедными женщинами до крыла, где укрывались другие несчастные и, расчистив путь к отступлению, скрылась в вентиляционных трубах. Проползая по пыльному пространству, девушке то тут, то там мерещились шёпот и чей-то топот, словно невидимый зверь поджидает её за каждым поворотом. Но стоило ей выползти на развилку, как он скрывался, оставляя после себя сладковатый запах крови и разлагающейся плоти. И углубляясь во внутренний каркас лаборатории, Роджер словно ощущала когтистые лапы незваного гостя, хватающего её за ноги и сжимающего горло.       Девушка не страдала клаустрофобией и боязнью темноты, но стенки труб начинали давить на неё, а вглядываться в особо отдалённые уголки, куда не дотягивался свет фонарика, стало невыносимо. Её лихорадило, мышцы сводило необъяснимой судорогой, заставляя скручиваться в неестественные позы и издавать гортанные стоны, что, отталкиваясь от железных перекрытий, терялись в лабиринтах вентиляционной системы. Элис превращалась в зверя, которого так боялась увидеть за очередным поворотом.       Железная решётка с громким лязгом свалилась на кафельный пол, за ней следом приземлилась девушка и стала прислушиваться к звенящей тишине женского туалета. Гул неизвестных аппаратов усилился по сравнению с тем, что она слышала в жилой части комплекса, что означало только одно – она почти достигла своей цели.       Подойдя к заляпанному пыльному зеркалу, Элис осмотрела себя. Кожа болезненно бледная, под глазами залегли тёмные круги, а из-под бинта на шее стали прорастать лианы почерневших вен. Расстегнув комбинезон, девушка увидела, что они растянулись по всей её правой руке и уже собирались разрастись по её груди. Нужно скорее добраться до противоядия, пока она не стала живой мумией.       Умывшись холодной водой в попытке пробудить своё помутившееся сознание, Роджер выставила вперёд мачете и прислушалась. Одна пара ног с определённой периодичностью проходила мимо её двери и терялась дальше по коридору, а после возвращалась к ней. Выждав момент, девушка напала на солдата со спины, зажав ему рот рукой и перерезав горло. Игнорируя нормы приличия, она затащила его в женский туалет и прибрала к рукам его оружие и припасы, не забыв принять одно из лекарств сразу. Горькая жидкость мигом отрезвила рассудок Элис, заставляя мурашки маршировать где-то под черепной коробкой.       Светловолосая тенью пробиралась вдоль тёмных коридоров, стараясь не привлекать к себе внимания и не вступать бессмысленные битвы. Она совершила просчёт, решив, что инфицированные будут охранять и данный сектор лаборатории. При таком раскладе её заражение играло ей на руку. Но сейчас она всё чаще и чаще встречала патрульных в полном военном обмундировании и ни одного зомби. Это было помехой.       Лучшим решением в данной ситуации было возвращение в вентиляцию, но одна мысль об этих душных тесных трубах вызывали у Роджер приступы рвоты и головокружения, поэтому она поспешила отказаться от этой идеи. Альтернатива нашлась быстро – она проберётся по трубам, а не внутри них. Мало кто смотрит вверх при патруле, а на высоте у неё будет преимущество.       Словно кошка, мягко ступая по железной поверхности, она пробиралась, как ей казалось, вглубь научного комплекса, и совсем не ожидала прийти с самому краю вентиляции, выходящему к небольшому ущелью. Элис подняла голову и увидела мост, ведущий к некой отдельной части лаборатории. Сквозь окуляры бинокля ей открылись холодильные камеры, как те, что они обнаружили в контейнере в гараже, с пробирками двух цветов: зелёными и фиолетовыми. Что ж, осталось лишь прихватить пару экземпляров и, по возможности, не перепутать вирус с вакциной. Делов-то.       В ущелье прогремел взрыв. Часовые, патрулирующие переход до хранилища, бросились к краю моста, пока с другой стороны на него взобралась женская фигура в чёрном костюме. Бросив ещё одну гранату под ноги недоумевающих солдат, она поспешила внутрь холодильника, когда в этот же момент из него выходил молодой лаборант. Получив в грудь короткую автоматную очередь, юноша свалился на пол, а Элис, забрав у него пропуск, закрылась внутри. У неё было не так много времени, пока по всему комплексу не подняли тревогу, поэтому надо было спешить. Но из-за активных телодвижений яд стал быстрее распространяться по телу, и вот она уже снова бьётся в агонии, пытаясь ногтями вытащить вирус из-под собственной кожи. Рассудок мутился, и девушка уже не помнила, кто она и где находится. Холод хранилища лишь способствовал изменениям в её организме, тело не могло сопротивляться, а вскоре и сознание покинуло её.

***

      За окном ярко светит солнце, лёгкая тюль тихонько колышется под дуновением летнего ветерка. Устроившись за столом с небрежно завязанными кудрявыми волосами, молодая девушка что-то очень внимательно выводила кисточкой по холсту, попутно подпевая песне на радио.

– Ты ещё не устала? Уже четыре часа сидишь сгорбленной над картиной. – Комната наполнилась запахом кофе, сладкой выпечки и терпким запахом мужского одеколона.

– Не могу, на меня нахлынуло вдохновение!

Не поднимая головы и не выпуская кисточки из руки, девушка приняла поцелуй от мужчины, пока он ставил на свободный уголок стола её перекус.

– А для картин по номерам нужно вдохновение? – с усмешкой поинтересовался он, присаживаясь рядом и наблюдая за работой девушки. – Подожди, почему ты рисуешь синим? Разве тут не должна быть трава?

– Я специально поменяла цвета местами.

– Зачем?

– Я художник, я так вижу! Что за глупые вопросы, Леон?

Кеннеди лишь тихонько засмеялся, приобнимая девушку за плечи.

– Нет-нет, Элис, никаких вопросов. Если тебе так нравится, то вперёд, я поддержу любую твою идею.

– Даже если вдруг захочу научиться балету? – с интересом спросила Роджер.

– А ты хочешь?

– Ну уж нет, спортивные диеты точно не для меня. Мне гораздо больше нравятся булочки, что ты печёшь для меня. Их я ни на что не променяю! – И в подтверждение своих слов, девушка откусила большой кусок принесённой Кеннеди слойки с малиной, пачкая губы в джеме.

– Ну что за сахарная принцесса, - как бы невзначай Леон слизнул немного сладости с чужих губ, не разрывая зрительного контакта с Элис. – Не хочешь немного размяться? Я парочку хороших упражнений присмотрел.

Девушка с хитрым прищуром посмотрела на парня.

– Если эти упражнения подразумевают, что я буду лежать и получать удовольствие, то я только за!

Таким был их идеальный мир – они вдвоём и весь мир подождёт. Элис бы всё отдала за то, чтобы просто быть рядом с Леоном, касаться его, вдыхать его запах и ощущать его крепкие руки на своём теле. Пусть даже ради этого придётся пойти на жертвы, она готова эту жертву принести.

      Резкий свет ударил в глаза. Прикрываясь рукой, девушка пыталась осмотреться, но яркие лучи скрывали лицо человека перед ней.       – О, пришла в себя? Значит я успела вовремя.       – Ада?..       – Что, ожидала увидеть кого-то другого? – Вонг убрала фонарик от лица светловолосой и, поднявшись на ноги, подошла к компьютеру.       – Что ты… тут делаешь? – Роджер попыталась сесть поудобнее и только сейчас заметила, что комбинезон расстегнут и спущен с одной руки. – Что случилось?       – Когда я пришла, ты валялась тут в отключке. Вколола тебе вакцину, и ты пришла в себя, - не отвлекаясь от клацанья по клавиатуре ответила Ада. – Вы с Леоном всё-таки решили разделиться?       – Д-да, он выводит заложниц… - Чёрные глаза вопросительно взглянули в голубые поверх монитора компьютера. – Жён работников держали в плену, в живых осталось около 10. Он их выводит отсюда.       – Вот как… Хорошо, - как можно более безразлично ответила Вонг. На прямом носу проявилась гематома, оставленная Элис в их последней стычке, на щеке красовался порез, а некогда аккуратное летнее платье чуть ли не лоскутами висело на теле женщины. Вид у неё был не менее уставший, чем у девушки. Чем она занималась всё это время?       – Что ты делаешь? – Медленно поднявшись, светловолосая привела в порядок свой костюм и отметила явные улучшения в своём самочувствии – её не тошнило и не мучала дикая жажда. Голова ещё кружилась, но это скорее были последствия обморока.       – Взламываю систему безопасности. Я установила взрывающие устройства по всему периметру горы, и, когда заблокируются все входы и выходы, мы забудем о G-вирусе навсегда.       – Правда? Кажется, то же самое я слышала несколько лет назад. Где же это было? Ах, точно, в Раккун-Сити, припоминаешь?       Голос Роджер так и сквозил презрением, и Ада не могла её винить в этом. Но в этот раз она на самом деле решила со всем покончить раз и навсегда.       – Готово. Когда я запущу механизмы, у тебя будет минут 10, чтобы убраться отсюда, - продолжила говорить женщина, пропустив упрёк бывшей напарницы мимо ушей. – Тебе придётся поспешить и выбраться отсюда через систему водоснабжения. Канал должен вести в море, уж там то ты разберёшься, что делать. Главное – поспешить.       – Подожди-подожди, - девушка выставила руку вперёд, чувствуя лёгкую головную боль от всех этих инструкций. Слишком много информации для человека, что ещё 5 минут назад лежал без сознания. Но во всём этом потоке Элис удалось зацепиться за одну мысль: - Мне? А как же ты?       Вонг подняла на неё свои глаза, и девушке на секунду показалось, что она видит в них… печаль? Женщина вернула своё внимание к монитору и произнесла:       – Возвращаю долг. За тот случай в Раккун-Сити.       – То есть… Ты не собираешься уходить?       Женщина вновь отняла свои глаза от монитора и, сложив руки на груди, с усмешкой спросила:       – А что, будешь скучать?       – Ещё чего, сучка узкоглазая.       – Сама такая. – Глаза Роджер расширились от удивления, а Вонг лишь посмеиваясь добавила, - что, думала, я не узнаю, что ты там бурчишь вечно себе под нос на русском языке?       – Нет, но…       – У нас мало времени, Петрова, - Ада откинула сентиментальность и вернулась к компьютеру. – Скоро тут начнётся настоящий переполох, поэтому выбирайся скорее. – И совсем не слышно добавила, - не заставляй его волноваться.       Отовсюду послышались сигналы о тревоге и о скором уничтожении комплекса. Роджер открыла дверь электронным ключом молодого лаборанта, чьё тело всё так и лежало у самого входа в хранилище, и в последний раз обернулась, чтобы посмотреть излишне спокойную для данной ситуации Аду.       – Ада, спасибо тебе.

***

      Сквозь тяжёлые тучи едва пробиваются последние тёплые лучи. Судя по прогнозам синоптиков, эти дни будут последними, прежде чем осень окончательно войдёт в свои права, настигнув жителей Нью-Йорка проливными дождями. Холодный ветер уже давно начал пробиваться под лёгкие одежды, поэтому люди сменили их на плотные свитера и пальто. Пожелтевшие листья стремительно опадали, укрывая землю золотым одеялом, что так любили вытрясти четвероногие друзья человека. Они прыгали на аккуратно собранные кучки листвы и разбрасывали их по всей лужайке, вызывая гнев дворников. Но разве можно долго злиться на этих проказников, когда они так радостно машут своими хвостами?       Леон увлечённо наблюдал за этой картиной, но не чувствовал никакого отклика, словно всё, что раньше наполняло его, вдруг исчезло. Ни чувств, ни эмоций.       В тот день он так и не дождался Элис.       Выбравшись с несчастными женщинами наружу, он отвёл их в ближайшее поселение, где о них позаботились, а сам вернулся в пещеру. Дабы убить время, мужчина стал просматривать собранные ими улики и документы, сортировать их и собирать вместе со всем оборудованием. Когда условный час прошёл, а девушки всё ещё не было, Кеннеди вооружился биноклем и стал внимательно всматриваться в склон горы. Именно тогда он и увидел взрыв. Многометровая скала в течении пары минут сложилась, словно карточный домик, похоронив под собой всех, кто ещё мог находиться там живым.       А девушки всё не было.       И не было следующие два дня.       Всё это время Ханниган чуть ли не умоляла его вернуть в штаб, но это не возымело никакого успеха. Только прибывший специальный отряд смог усмирить буйный нрав агента и силой усадить его в вертолёт. Уже в штабе он отбивал порог генерала, требуя, чтобы его отправили обратно на Кубу, и он смог провести поисковую операцию. А тот, в свою очередь, если и слушал Кеннеди, то совершенно не внемлил его уговорам. Вместо этого агента было решено отправить на другое задание, чтобы тот отвлёкся от душевных переживаний.       В ночь очередных сборов, ему позвонила Ингрид и сообщила о каком-то файле, который она отправила ему по почте. Открыв ноутбук, Леон открыл его и увидел обложку документа, которая гласила:

“Дело №0160502

Петрова Алиса Викторовна”

      В тот вечер он несколько раз прочитал личное дело Роджер, в очередной раз сокрушаясь от того, как много ей пришлось пережить. Она ни в чём не соврала ему, рассказывая о себе тогда, в пещере.       “Но соврала, когда пообещала вернуться целой и невредимой”, - в очередной раз проносилась мысль в голове Кеннеди, и тот снова начинал глушить боль в виски.       Ему стали сниться кошмары, в которых он держит её за руку над пропастью, не в силах подтянуть к себе. А она всё так же смотрит на него своими голубыми глазами, улыбается и уверяет его, что всё в порядке, пока в следующее мгновение её худое запястье не выскальзывает из ладони Леона и она не теряется в пучине темноты. Сразу после этого мужчина подрывается с холодных подушек и не может сомкнуть глаз до самого рассвета, отвлекая себя разбором и чисткой пистолета.       Так прошло всё лето и наступила особенно печальная осень. Кеннеди взял отпуск на два месяца, чтобы вновь прожить ту пору, когда они только познакомились. Но погода, видимо, не хотела способствовать ему в этом и упрямо лишала его солнца, в котором он так нуждался.       Словно испытывая себя, Леон ходил по той улочке, где работала Элис. Точнее, где находилась её фальшивая работа, которую она любила больше основной. Тот же мрачный книжный магазин, уютное кафе, цветущее даже зимой, в котором они проводили чуть ли ни каждую свою свободную минутку. Заказывая латте вместо эспрессо, мужчина любил устроиться за столиком на улице и наблюдать за танцевальной студией напротив. Сквозь панорамное окно он видел одних и тех же маленьких девочек в пышных юбочках, повторяющих одни и те же движения за своей учительницей, что и в половину была не так хороша, как Элис, в сердцах думал Кеннеди. Он мог часами сидеть в этом кафе, предаваясь воспоминаниям, а его сотрудники, коими в большей части были другие агенты, не могли его за это осуждать.       Так прошло ещё около месяца. Солнце навсегда покинуло не только сердце Леона, но и жителей Нью-Йорка. Проливные дожди сменились мокрым снегом, что развозил по улочкам грязь и слякоть. В такую погоду никто не хотел выходить из дома, но мужчина просто не мог оставаться один в четырех стенах, поэтому в очередной раз пустился по привычному маршруту.       Мрачный книжный магазин, цветущее кафе, стакан горячего латте в холодных руках и дюжина девочек-балерин в пышных юбках, что двигались в такт их движениям.       Кеннеди сходил с ума, и он это понимал, хоть и поделать ничего с этим не мог.       Он отвернулся от панорамного окна, когда вместо неумелой учительницы снова начал видеть Элис, и решил ещё немного пройтись, прежде чем отнести своё продрогшее до костей тело в тёплую, но пустую квартиру.       Погрузившись в свои мысли, Леон шёл дальше по улице, когда его окликнули:       – Молодой человек! Не хотите приобрести цветочков своей девушке?       – Нет-нет, спасибо, я не…, - Кеннеди замер. Он не сразу узнал голос говорящего, но перепутать его он ни с чьим не мог.       – Ну что вы! Смотрите, какая красота! Она точно обрадуется, когда увидит их.       Мужчина обернулся. Прямо на него смотрели танзанитовые глаза, светящиеся изнутри радостью и детским восторгом, спрятанные за стёклами очков с толстой оправой. Некогда светлые кудрявые волосы были обрезаны по плечи, выпрямлены и окрашены в рыжий. На губах яркая помада, глаза подведены, а в носу фальшивый пирсинг. Бейджик на жилетке гласил “Ребекка О’Коннер”.       Девушка не сводила от него взгляд и по изогнутым бровям было видно, что тоже волнуется. Она протянула ему букет белых жонкилий и слегка надломленным голосом произнесла:       – Не переживайте, мистер Кеннеди, я всегда держу свои обещания.