И грянет Гром

Юра изнывал от жары, немного облегчало страдания то, что остальные в участке также мучились, вяло развалившись на стульях и лениво переговариваясь как сонные мухи. Воздух стоял спëртый. Через старые, потрёпанные временем жалюзи пыталось пробраться безжалостное солнце, в острых лучах которого клубились ленивые искринки пыли, как будто помещение утопало в сонном порошке. Юра не спал почти неделю, приползал уставший домой, со слипающимися глазами валился на кровать, но сон жестоко ускользал в последний момент, заместо него приходили мелкие тревожные мысли, страх заполнял черепную коробку и заставлял в ужасе вжиматься в подушку. А ещё эта жара... Прошманавшись всю ночь, Юрий заявился под утро в участок, ворвавшись в сонное царство деловой юлой, чем привычно нарушил порядок вещей, скрипы ручек и заполняемых шуршащих бумажек одним своим появлением. Чтобы не упасть и не отрубиться прямо на работе, Юра как обычно говорил, много, на ходу придумывая очередной свежий (иногда пожухший) перл, обращаясь ко всем сразу и как будто бы к каждому по отдельности, жестикулировал руками, тряс ногой, стоило ему только присесть на пять секунд и вертел в тонких нервных пальцах любые подвернувшиеся под руку предметы со столов коллег. От нервов он становился ещё более говорливым и стрелял фразами так же быстро, как крутил беретты, ловко и изящно, с ужимками, прерывая дробь шуток низким хохотком. Чем тревожнее было на душе, тем острее был язык Юры в попытке сказать что-то шутливо-беззаботное, резкое, с ноткой пафоса. Константин Игоревич сидел за столом, прикрыв одной рукой глаза, выражение его лица выдавало всё страдание милицейского народа. Волосы прибывали в творческом беспорядке, выдавая такую же бессонную ночь, тёмные глаза цвета наступающей бури глубоко запали, украшенные синяками от недосыпа. Угрюмый настрой предполагал нехорошее затишье перед бурей, чем ближе до него долетали звуки стрекотания Юры, тем больше морда лица утомленного сотрудника доблестной милиции была похожа на глыбу камня. - А-а хочешь анекдот? - не дожидаясь ответа Юра уселся на край стола, где почти спал, измученный погодной и Юриной духотой Прокопенко, - В крупную фирму врываются бандиты в масках: - Всем лежать это ограбление! Бухгалтер облегченно: - Фу, я думала налоговая инспекция. - Федя скорее застонал, чем засмеялся, взмолившись, чтобы Юра поскорее свалил нахрен подальше. Но Смирнов ураганом уже подлетал к следующей жертве: - Серёг, чо такой смурной? Хочешь анекдот? Перестреливаются мент и бандит. Менту звонит босс и говорит: - Доложите обстановку. - Пуля. - Что пуля? - Я сказал первое, что попало мне в голову! - не дожидаясь реакции Юра покатился со смеху, хлопнув себя по колену, отсмеявшись взгляд упал на Костю, сморщившегося как от зубной боли после очередного искрометного анекдота. Юра, углядев что-то страшное типа немедленной смерти в глазах смотрящего на него Грома, испуганно охнул, спихнув с чужого стола своим изящным задом добрую половину отчётов, бумаг и канцелярии, выдавил "прощенья просим", ухитрился поймать в полёте одну ручку и довольно хихикнув, воззрился на Костю. - Кость, а ты че такой смурной? Хочешь анекдо.... -, Договорить он не успел, так как его прервал удар кулаком по столу. - Юра, прекращай балаган. Разговор есть.- Константин смотрел тяжёлым взглядом, не предвещавшим ничего хорошего. Смирнов нервно провёл рукой по волосам, зачесывая их назад и совсем неуместно хихикнул, чтобы разрядить обстановку. Казалось, можно было увидеть, как над ним сгущаются тучи. "Вот-вот грянет Гром" - промелькнула быстрая как вспышка молнии мысль. Воздух вокруг сгустился и остальные присутствующие в помещении мигом почувствовали надвигающуюся бурю. Всем было знакомо обманчиво спокойное лицо Константина Игоревича перед тем как он начнёт медленно и неумолимо бушевать. В такие моменты все спешно отводили взгляд и превращались в группу студентов, которые дружным стадом бегут в курилку после тяжёлой лекции. Часть сотрудников начала выползать из за столов на перекур, остальные, переборов внезапное отчаянное желание курить остались, чтобы досмотреть спектакль до конца. Гром медленно встал из за стола, не прекращая в упор глядеть на присмиревшего Юру, ни один мускул не дрогнул, в отличие от нервно подергивающегося Смирнова, который представлял собой воплощения человека-ртути, даже в статичном состоянии, казалось бы, его лицо оставалось подвижным и выдавало миллион и одну мысль в секунду. - Ты отчёт по делу когда последний раз заполнял? - Костя вопросительно поднял бровь и склонил голову на бок, продолжая немигающим взглядом сверлить Юру. - Кость, если вопрос с подвохом, то не кипишуй, делу время, отчëту час, я творческая личность, у меня к этому делу свой подход, всë схвачено. Тебе аб-абсолютно не о чем беспокоиться. - Юра выставил руки в примиряющем жесте, внутренне надеясь, что пружина тревоги за свою душу, которую вот-вот поглотит сверлящий взгляд Кости, отпустит и он как ни в чем не бывало избежит неприятной выволочки. В глубине души засел червячок сомнения, что он что-то упустил и теперь его макнут в его ошибку со всей ответственностью. - Очень хочу посмотреть на твой подход, Юрочка, в реальном времени. Шуруй в архив. Быстро. - тон Кости не терпел возражений и совсем поникший Смирнов поплелся в тёмную подвальную каморку, надеясь, что забьётся там в тёмный угол и отсидится, пока Грома не отпустит.