Покажи мне любовь

И снова эта давящая своей тяжестью и звенящая в ушах тишина, которая заставляет сердце замереть в ожидании и одновременно с этим выпрыгнуть из груди, оставляя после себя черную дыру. Он смог, он это признал и сказал в слух, но что теперь? Дима сейчас повернется с явным отвращением на лице и заставит покалеченного Арсения исчезнуть с его глаз, верно? Или еще чего хуже... Изобьет? Попов точно этого не переживет: не переживёт за эти сутки потерю сразу двух родных ему людей. Но ничего подобного не произошло и, подняв свои две несчастные льдинки на друга, Арс увидел лишь напряженную спину, что медленно вздымалась от тяжелых вздохов, и услышал, как в чужих руках что-то начало ломаться, что-то, по звуку явно напоминающее печенье. — Олег что сделал? Я тебе клянусь, что если это твои очередные шуточки, то я так сильно тебя ударю, что выбью всю эту дурь из твоей красивой головушки! А теперь сядь и расскажи мне! — голос друга был суров и неузнаваем, отчего страх быть выгнанным и брошенным снова заполнил все тело младшего – тот дернулся и сильно прикусил нижнюю губу, чтобы снова не разреветься. Ослушаться просьбы-приказа сил не было, поэтому, сделав глубокий вдох, Арсений аккуратно попытался присесть на жесткую табуретку, но тут же громко вскрикнул и вскочил, хватаясь за больную задницу. — Можно я постою, пожалуйста? Мне правда очень больно.., —тихо пролепетал Попов, чувствуя себя виноватым и с этим же чувством опуская голову, словно он действительно где-то сильно провинился. А Позов смотрел и поверить не мог в происходящее, пытаясь потихоньку сложить в своей голове два плюс два: побег из дома, неконтролируемая истерика, отторжение прикосновений, боязнь снова возвращаться домой. Каша в голове образовалась у обоих, и что с этим делать они не знали. — Пожалуйста, Арс, выпей чай. Можешь не садиться, но тебе надо успокоиться. Я так понимаю, мать ничего об этом не знает? — в голосе парня читалось беспокойство, но как помочь своему лучшему другу он не знал, поэтому сейчас старался хоть как-то сгладить углы, чтобы тот больше не чувствовал себя в очередной опасности. Также Дима хотел извиниться за свою вспыльчивость, которой так напугал загнанного мальчика. Получив утвердительный кивок на свой вопрос, Позов сделал глубокий вздох и прикрыл глаза ладонью, пытаясь выкинуть из головы картинки насилия, которые так и лезли к нему в разум. А Арсений в этот момент унял возникшую дрожь в руках и теле, и, потянувшись за кружкой, которую ему предложили, аккуратно обхватил ее холодными пальцами и притянул к себе, делая глубокий вдох и понемногу успокаиваясь. Потом сделал небольшой глоток и тихо промычал от удовольствия, чувствуя приятный вкус жасмина и тепло, избавляющее лицо от бледной прохлады. И снова возникло молчание, но на этот раз тишина не была такой пугающей – сейчас каждый думал о своем и набирался сил, чтобы начать этот нелегкий разговор. — Ты же знаешь, что Олег никогда не пил, но в этот раз я сам его не узнал. Когда я пришел домой, он сидел на кухне с водкой… И когда я спросил, в порядке ли он, он словно сошел с ума. Сорвался на меня, будто это я виновник его бед. А потом я просто отключился. Помню лишь его глаза и до сих пор чувствую на теле его прикосновения. Дим, мне очень страшно, — если в начале рассказа голос Арса еще был ровным, то в конце он начал дрожать от вновь подступивших жгучих слез. Но на этот раз это были слезы безысходности. Слезы человека, который не знает, как ему теперь быть. Дмитрий слушал внимательно и все еще не хотел верить в произошедшее. Как? Как его друг, яркий луч солнца, что всегда улыбался, мог вынести подобное? Как за такой короткий промежуток времени он сломался настолько, что больше не сможет радовать окружающих своей искренней счастливой улыбкой? Но вопросов как всегда не нашлось, и единственное, что сейчас оставалось старшему – это не дать Попову упасть в пучину своей боли окончательно и помочь ему хоть как-нибудь, но снова подняться на ноги. Аккуратно, чтобы не спугнуть его, Дима поднялся с места и, сделав к другу пару небольших шагов, протянул свою руку, как бы спрашивая разрешение и давая напротив стоящему время, чтобы тот мог подумать о том, действительно ли можно этой руке доверять. А Арсений доверял и, больше не медля ни секунды, поставил свою кружку обратно на стол и схватился за свой спасательный круг в лице его друга и сам прижался к его телу, крепко обнимая за шею и утыкаясь в нее холодным носом. Спокойствие. Вот как бы юноша охарактеризовал парня, что так крепко, но в то же время аккуратно обнимал его. И от осознания, что у него действительно есть такой человек, Попов не сдержал тихий всхлип, а, почувствовав руку, что так бережно гладила его по спине, он снова сорвался на тихий, почти беззвучный плач. Простояли они так недолго, ведь это был обычный выплеск эмоций, а не очередная истерика, где Арс себя не контролировал, и, наконец отлипнув от Димы, он быстро утёр свои мокрые красные щеки. Увидев совсем рядом одобряющую улыбку, что была посвящена ему, младший тоже не смог сдержаться, растягивая губы в легкой, почти незаметной улыбке. Больше никто не посмеет его обидеть. Больше никого он не подпустит к себе так близко, кроме Дмитрия Позова. И просидели они так долго, разговаривая на отвлеченные темы, стараясь больше не затрагивать свежие раны Попова и давая ему возможность хоть на время забыть о самом ужасном событии в его жизни. Но идиллия долго не продлилась, когда на телефон старшего поступил звонок от неизвестного номера. Бросив вопросительный взгляд и увидев тихий кивок, он поднял трубку и поставил на громкую связь, так как, скорее всего, этот звонок был каким-то образом связан с его другом. Но, услышав знакомый голос, Арс резко подорвался, наклонясь к телефону. «Добрый день, Дмитрий. Вас беспокоит отец Арсения, Сергей Попов. Ваш номер мне дала его мать. Скажите, пожалуйста, знаете ли вы местонахождение моего сына?» — послышался спокойный, но уставший голос мужчины, что всем своим сердцем переживал за своего ребенка, пусть и не показывал этого, чтобы не портить себе имидж сурового полицейского. Но Арс знал, что отец его защитит и никогда никому не даст в обиду, поэтому с широкой улыбкой на лице он взял чужой телефон в руки и, чуть ли не крича, проговорил в динамик: —Пап..! Пап, это я, Арс. Я сейчас у Димы. Прошу тебя, приедь за мной… Пожалуйста, пап…

***

Время тянулось бесконечно долго и если бы не присутствие Димы, то парень точно сошел бы с ума в ожидании. После звонка и разговора с отцом прошел час – ребята уже давно перебрались в гостиную, и если Позов спокойно сидел на растеленном диване, то младший ходил по комнате кругами, уже придумывая тысячи путей побега, если отец все же приедет не один. Но резкий звонок в дверь, а после и глухой стук об нее заставили обоих парней вздрогнуть от неожиданности. — Стой здесь, а я сейчас проверю.., — проговорил спокойно Позов и, остановив рвавшегося Арса за руку, обеспокоенно посмотрел на него. Убедившись, что тот стоит спокойно, старший тихо прошел в коридор, подошел к заветной двери, посмотрел в глазок и, увидев там мужчину, громко спросил, один ли он там стоит. Услышав положительный ответ, Дима облегченно выдохнул и тут же открыл дверь, пропуская мужчину внутрь. Поздоровавшись друг с другом и познакомившись лучше, Позов указал рукой на проход в гостиную и быстро посеменил следом, так как Сергей чуть ли не побежал на поиски сына. И единственное, что он смог услышать за широкой спиной, это радостный, но в то же время дрогнувший голос Арсения. — Папа!