Принцесса Лисов

      Алиса не знала, когда успела уснуть, но проснулась она очень рано. На часах не было ещё и семи. Девочка помнила, что по выходным Нил и Эндрю спали немного дольше. И будить их ей точно не хотелось.       Грязная тарелка со вчерашнего вечера так и стояла на столе. Стоило бы её убрать. Алиса была одета в пижамку с лисятами, на покупке которой настоял Нил и при виде которой Эндрю то и дело закатывал глаза. Но ещё он сказал, что ей очень идёт.       Девочка вышла в коридор, но тут же остановилась, услышав шуршание на кухне. Ей стало интересно. Тихонько пройдя дальше, она увидела Ники. Ей захотелось спросить, почему он так рано встал, но Алиса остановила себя, вспомнив, что Хэммик её не поймёт.       Но ещё она вспомнила о тетради и ручке. Девочка скрылась в своей комнате и вернулась к дверям кухни уже с письменными принадлежностями. Чтобы ненароком не напугать парня и не разбудить остальных обитателей квартиры, она тихонько постучала по столу, привлекая к себе внимание. Ники удивился и даже вскрикнул, но, к счастью, не очень громко.       Что ты делаешь? — было выведено на листке красивым аккуратным почерком.       — Я… — он замялся, опуская глаза в пол. — Я хотел извиниться, приготовив завтрак. Прости, я не хотел тебя обидеть.       Всё хорошо. Хочешь, помогу?       Ники засиял, порываясь снова обнять Алису, но остановился. Что бы ему ни сказали прошлым вечером Нил и Эндрю, видимо, он всё ещё помнил это. Алисе пришлось улыбнуться и расставить руки в стороны, давая своё разрешение. Парень мигом всё понял. А может, у неё и получится привыкнуть к тактильному Ники, если его объятия всегда будут такими приятными.       Они принялись за готовку, но старались делать это бесшумно. Алиса периодически что-то писала, а Ники ей тихо отвечал. Им пришлось потратить целый час на разбор рецепта панкейков, потому что блинчики были уже избитой темой. А ещё девочке пришлось перебинтовывать палец Ники, который он порезал, разбивая яйца. Как такое вообще могло произойти, Алиса не понимала.       Нил проснулся, ощущая под собой тёплую грудь Эндрю. По дыханию блондина он понял, что тот уже не спит. А посмотрев на его лицо, увидел явное беспокойство. Шорохи на кухне давали важные ниточки к пониманию этого беспокойства.       — Ты же знал, что он захочет приготовить завтрак, — выдохнул Нил, проводя пальцами по отросшей чёлке.       — Он не один.       — О.       Теперь, кажется, и Нил всё понял. В их квартире бы только один человек, который мог бы сейчас находиться с Ники. Алиса.       Они пролежали так ещё какое-то время, прислушиваясь к разговору. Только вот слова разобрать не получалось. И лишь один вскрик Ники заставил обоих подорваться с кровати и побежать в сторону кухни, чтобы оценить степень погрома.       Картина, которую они увидели, могла стать сценой какого-нибудь комедийного сериала. Маленькая Алиса стояла около чуть ли не двухметрового Ники и с хмурым лицом обрабатывала его ожог. Хэммик же скулил, порываясь в любую секунду заплакать.       — Что здесь происходит? — немного грозным тоном спросил Эндрю.       Девочка вздрогнула, услышав голос блондина, и отошла на пару шагов от Ники. Умом она понимала, что Ники взрослый и сам был виноват в своём ожоге. Какой дурак проверяет, нагрелась ли сковорода пальцем. Но он являлся их семьёй, а она же была просто удочерённым ребёнком, который всего неделю жил в их доме.       — Алиса не виновата, — тут же произнёс Ники.       — Это и дураку понятно, — уже тише ответил парень, заметив испуг девочки.       Нил и Эндрю знали, что Алиса довольно аккуратна в готовке. Ведь иногда она вызывалась помочь им на кухне.       Нил подошёл к девочке. В голубых глазах был страх.       — Ты поранилась?       Он протянул руку, ожидая, что Алиса, наконец, вытащит из-за спины свои ручки. Но она всё ещё смотрела на Эндрю.       Видя заминку между девочкой и Нилом, блондин подошёл к ним, тоже присаживаясь рядом.       — Я зол не на тебя, — объяснил парень.       Его голос был спокойным. В нём не проскальзывало лжи, как у её отца или других приёмных родителей.       — Покажи.       Под натиском двух встревоженных взглядов она показала им руки, которые были в полном порядке. Нил смог выдохнуть с облегчением. Он вернулся к Ники, который проливал слёзы, но уже не от раны, а от умиления сцены, что происходила перед ним.       Алиса заметила приподнятый краешек губ Эндрю, а потом протянутый мизинец.       — Мир?       Она кивнула, улыбаясь, и протянула мизинец в ответ.       По итогу Ники отвадили от плиты, а Эндрю вместе с Алисой закончили приготовление панкейков на завтрак. Элисон уже успела дважды им позвонить, сообщая сначала о своём пути к ним, а потом о приезде.       На улице было достаточно жарко. А за эту неделю у Алисы появилось ещё немного одежды. Нил и Эндрю не могли оставить в её гардеробе лишь несколько вещей. Да и те, что у неё были, блондин давно выкинул на помойку. Ещё и Ники вчера привёз в качестве подарка. Пытаясь понять, как бы её одел именно Эндрю, Алиса сделала свой выбор.       Стоило ей выйти из комнаты, как Ники тут же присвистнул, а Эндрю довольно фыркнул. Девочка была одета в серую фатиновую юбку и чёрную кружевную футболку.       — Кто подбирал ей одежду? — уточнил Ники. Хотя и так несложно было догадаться.       — Очевидно, не я, — усмехнулся Нил.       — Очевидно, — закатил глаза Эндрю. — Иначе на ней сейчас были бы спортивные штаны и безразмерная футболка.       — Эй, мне так удобно!       — Она девочка. И не может ходить в таких вещах, — запротестовал Ники.       Они могли ещё долго обсуждать эту тему, но у Ники зазвонил телефон. Элисон начинала злиться.       Ей не удалось по достоинству оценить Алису, ведь она ехала в машине с Эндрю. Зато около торгового центра они потратили добрых десять минут. Элисон рассмотрела Алису со всех сторон, конечно же, подмечая её внешность. Блондинка даже отпустила несколько шуток про то, что Нил и Эндрю нашли суррогатную мать. Ведь девочка идеально объединяла в себе частички их внешности.       Девушка была… незабываемой. Именно такое слово могла подобрать Алиса. Высокая статная блондинка на шпильках. С аккуратным не-вырви-глаз-макияжем. Яркое платье выше колен шикарно смотрелось на её подтянутой фигуре. Она держалась уверенно даже под тяжёлым взглядом Эндрю. Элисон достойна восхищённых взглядов, которыми провожали её окружающие.       Первой их точкой был магазин с товарами для дома, где они выбрали настольную лампу и мягкий плед, который будет лежать на подоконнике. Был куплен ещё второй плед, но только для того, чтобы им укрываться, если на подоконнике будет холодно. За ними следовала куча магазинов и ещё бо́льшая куча одежды, которую нужно было примерить.       За время шопинга им удалось выяснить, что Алисе нравятся пастельные оттенки, но и тёмные тоже. На это Элисон закатила глаза, называя Эндрю подстрекателем, который каким-то образом уже успел привить маленькой девочке свой стиль.       К обеду Алиса стала уставать, а Ники ныть, что проголодался. Они решили разделиться. Эндрю понёс все их покупки в машину, а Ники пошёл заказывать еду. Элисон же задорно подмигнула Алисе и повела её в магазин игрушек.       — Выбери то, что понравится именно тебе. Это будет моим подарком.       Девочка немного нахмурилась. Она вытащила из сумочки ручку и листочек, на котором начеркала:              Вы и так мне много купили. Этого достаточно.       — Во-первых, мы не купили и половины того, что тебе нужно, — девушка убрала прядь волос за ухо. — А во-вторых, вещи — это база, необходимость. А игрушка будет с тобой всегда, даже если ты вырастешь.       Она не хотела спорить с Элисон. Алиса считала себя уже достаточно взрослой для игрушек, а уж про неё, ещё более взрослую, и речи быть не могло. Как взрослый человек может играть в игрушки. Но в итоге девочка всё же сдалась.       Алиса ходила между стеллажей, но ничего не привлекало её внимания, пока глаза не остановились на ней. Небольшая игрушка собаки с большими голубыми глазами. Она была сшита из оранжевой и белой ткани.       Девочка взяла её в руки и пошла обратно, перебирая ногами чуть быстрее, чтобы не заставлять ждать остальных. Элисон оценила её выбор, кажется, понимая, почему Алиса выбрала именно эту игрушку. Ведь её расцветка повторяла цвета волос Нила и Эндрю.       Выйдя из магазина, Элисон взяла девочку за руку. Ей уж точно не хотелось потерять ребёнка в толпе. Тем более, если представить, что с ней сделает Эндрю, если это случится. Но спокойно дойти до Ники и Эндрю, что ждали их у забронированного столика, им не удалось.       — Молодая мама? — им преградил путь какой-то парень.       Он демонстративно взглянул на Элисон снизу вверх, оценивая её вид. Алису же он удостоил взглядом лишь в тот момент, когда придумывал свой вопрос.       — Нет, — резко ответила девушка, убирая руку со своего плеча. — Не знакомимся. Иди своей дорогой.       Она развернулась обратно к своей компании, где Эндрю уже привстал со своего места. Видимо, подозревая, что может произойти.       Парень оказался более глупым и в какой-то степени бесстрашным, когда решил схватить Элисон за руку. Алиса не знала, что именно сподвигло её на такое действие. Может, она не хотела, чтобы с девушкой так обращались, а может, этот парень действительно повёл себя слишком грубо по отношению к ним.       Девочка вырвала свою ручку из ладони Элисон и прежде чем парень успел хоть что-то сделать, укусила его за протянутую руку.       Он коротко вскрикнул, отталкивая девочку от себя. Алиса больно приземлилась на пол. И надо было отдать ей должное, ведь девочка не выронила игрушку и не заплакала, хотя глаза и наполнились солёной жидкостью.       Она не знала, что происходило за спиной Элисон, которая тут же перекрыла ей обзор. Но тот парень довольно быстро оказался на полу. Алиса видела лишь его ноги и слышала гомон от собирающейся вокруг них толпы.       Ники был тем, кто взял её на руки и вынес из торгового центра. К месту, где лежал парень уже подбежали охранники, которым весьма эмоционально что-то рассказывала Элисон.       — Ничего не болит? — спросил Ники, когда они уже стояли возле машины Эндрю.       Алиса помотала головой. Конечно, на спине останется синяк, но не то чтобы она к этому не привыкла. Её больше волновало то, что скажет Эндрю. А потом и Нил. Отдадут ли они её обратно в приют за доставленные неприятности.       Алиса уже успела к ним привыкнуть. Ей нравилось проводить с ними время. Ведь эти парни были не такими, как остальные. Они вызывали чувство комфорта, защищённости, считались с её мнением и никогда не давали в обиду.       Прижав к себе игрушку, которую девочка всё ещё держала мёртвой хваткой, у неё по щекам потекли слёзы.       — Боже, — растерялся Ники. — Всё-таки болит? Скажи, где? Может, врача?       — Ники! — прогремел грубый голос Эндрю. — Отойди.       Девочка снова неосознанно отступила назад, врезаясь спиной в дверцу машины. Ушибленное место отдалось ноющей болью.       — Алиса, посмотри на меня, — голос Эндрю стал более мягким, если это можно было так назвать.       Она подняла заплаканные глаза на парня.       — Ты молодец, что не дала этому уроду сделать вам больно, — девочка посмотрела на блондина вопросительным взглядом.       Её не будут ругать? Не будут бить? Неужели у неё ещё был шанс остаться в этой семье.       — Но в следующий раз не делай так. Лучше подожди, пока я или Нил придём на помощь. Ты слишком мала, чтобы самостоятельно дать отпор таким гадам.       — Обычно детям такое не говорят, — заметила Элисон, но всё равно улыбнулась.       — Тихо, — шикнул на них Ники. — Она ребёнок Лисов. Именно такому мы их и учим.       Немного успокоившись и как следует обдумав слова, сказанные ей, Алиса стала медленно складывать свой вопрос жестами. Она делала это медленно, ведь помнила, что Эндрю ещё только учится.       Вы отдадите меня обратно?       Кажется, он ожидал чего-то подобного, поэтому лишь тихо выдохнул:       — Нет.       Ответ прозвучало категорично. Словно заставлял навсегда забыть о подобной теме.       Немного подумав, Эндрю задал свой вопрос. Но не словами. Он спросил жестами. Парочка позади них не понимала, что происходило и почему плач Алисы внезапно прекратился.       Девочка с сомнением посмотрела в глаза Эндрю. Она успела подметить, что парень был не особым любителем прикосновений. Ведь даже Нил, бывало, спрашивал разрешение. Поэтому вопрос прозвучал странно. Но он ведь не предложил бы, если бы сам не хотел, верно.       Немного помявшись, Алиса вступила в его пространство, аккуратно приобнимая за шею.       Она была маленькой. Эндрю мог полностью её обнять и руками достать до самого себя. Однако чувствовать маленькое тело в своих руках, о котором он должен был заботиться, было довольно приятно.       Он уже и не помнил с какого момента стал переживать за неё и оберегать от всего, что могло произойти в этом ущербном мире. Алиса заняла место в его сердце, словно всегда там и была. Парень никому не позволит обращаться с ней грубо или как-либо навредить.       После объятий, которые успели сфотографировать и Элисон, и Ники, он задал вопрос, который уже озвучивал Хэммик:       — Что-нибудь болит?       Она помотала головой и ответила, что там просто синяк. Изо рта блондина вырвался короткий рык и что-то о том, что надо было сильнее врезать тому уё… парню.