Смерть не означает полный конец жизни

Уснуть под деревом, это, конечно, идея не гениальная, но очень даже не плохая. После такого прекрасного "перекуса" - то, что надо. Лизавета лежала в тени, под большим деревом. Вроде это был каштан... или не каштан... Она прикрыла веки. "Ладно, фиг с этими каштанами" Провернув оферту со съеденым супом, Лизавета тихо свалила с места оживленных событий и улеглась под деревом. Тяжко. Приняв свою, уже "истинную", форму Черновода, девушка погрузилась в свои мысли. "Вот интересно... Ведь у Хе Сюаня должны же были быть хоть какие-то события в.. смерти? Если о жизни мы что-то да знаем, то про его демоническую часть жизни не известно ничего! Как быть? Мы же должны иметь хоть какие-то отношения с Хуа Ченом... Бл, мне ведь долг отдавать, черт..." Мысли прервались. Кто-то вышел из-за дерева. Походка неспешная, как будто прогуливается, шагает уверенно и достаточно широко. Лизавета распахнула глаза и повернула голову. Взгляду предстала фигура, мерно выходящая из-за дерева. - Хах, и что ты так перепугался? Черная вода, я пока не за долгами пришел. - Хуа Чен встал перед Лизаветой и явно ждал поддержания разговора. Стараясь вспомнить характер Черновода, Лизавета свела брови и фыркнула: - И что тебе надо тогда? Ох, как это сложно - быть наглой с самим Сань Ланом! Хуа Чен: Как что? Ну ка... скажи, а сколько ты мне должен уже? "ААААААА КАКОГО БЛЯТЬ ХУЯ!?" Быстро сглотнув, Лизавета натянула на лицо заебаное выражение (в этом ей нет равных, всю жизнь тренировалась). - Сколько, сколько?! Много! Хуа Чен: А если конкретнее? Лизавета: Эээ... Да не помню я! Че пристал? На лбу выступили капли пота, а глаз нервно задёргался. Хуа Чен: .... Лизавета: ..? Хуа Чен: Знаешь, а ведь Черная вода это число как свое имя знал. Ты кто? "Все! Конец! Мне пизда! Можно рыть могилу!" Лизавета: Кто, кто! ДА НУ ЗАПАМЯТОВАЛ, ВСЕ БЫВАЕТ! ЧЕ ПРИКАПАЛСЯ ТО!? Хуа Чен: Да так... Думал помочь, ну раз ты отказываешься, то я пойду... Лизавета: Стой, подожди! Наконец, девушка вскочила и ухватила за рукав уходящего демона. "Помочь? В чем помочь? Помощь мне не помешает!" Хуа Чен самодовольно улыбнулся, а в глазу заиграл игривый огонек. - Ты ведь ничего не помнишь? Лизавета: От куда знаешь? Как я себя выдал?? Хуа Чен: Аура у тебя изменилась. Слабее стала. Как будто мастерство все растерял, болван. Лизавета моргнула, осознавая происходящее: - Т..так ты можешь мне вернуть память? Хуа Чен нахмурился и, подумав, произвес: - Можно попытаться, есть один способ, но нет полной гарантии успеха. Лизавета: А... а сколько я должн.. ен буду? Хуа Чен: О цене позже, водица, гуляй пока. Его не так просто раздобыть. Демон повернулся и растворился, как будто и не было его здесь, оставив Лизавету в мрачном раздумии. "Слабая аура? Что за бред? Ну да, не знаю половины из того, что знал он, ну и фиг с ним, какая разница. Черт, ещё этот долг ебучий... Блять!! А как он мне память вернёт? Я же не Черновод, что бы вспоминать что-то... Ладно, подумаешь! Пусть разбирается с этим сам, а у нас и по важнее дело есть..." Лизавета ещё раз убедилась, что рядом не шастают непревзойдённые демоны и решила всё-таки узнать свой пол. Достаточно было бы выявить наличие кадыка, но ведь мы не ищем лёгких путей! После того, как были растегнуты верхние одежды, стало понятно, что теперь Лизавета - мужик.. Но зато какой! Закатное солнце освещало поляну. Так как все несущие вопросы, по типу: "что я? Где я? И когда я?" решены, то теперь остаётся вернуться в свое болотное царство и начать царствовать. Гуляя по тропинкам, девушка вышла на замечательную поляну. Здесь бы сидеть, да шашлычка бы... "Ммм" От таких мыслей слюнки так и потекли. Хотя это даже не совсем поляна была, а, скорее, угорчик. С него открывался прекрасный вид на лес. Просто прекрасно. Лизавета вышла из тени деревьев и примостилась на травке. Подул ветерок. Волосы растрепались. Вся эта картина до боли напомнило один момент из жизни: они тогда с семьёй выехали на "пикник", но что-то пошло не так, и вместо долгожданного обеда, они прошастали по лесу два часа прежде, чем выйти к склону. Мама ещё тогда психовала, что Лизавета близко к краю подходит. Эх... Тишину нарушил звук падения. Кто-то, видимо раньше живой, запутался в своих ногах и улетел носом в землю. И, походу, что-то разлил. Повернувшись на звук, взору девушки предстало тело. Одна рука была поднята, а в ней зажат кувшин. Сам человек лежал, как и предполагалось, носом в землю. Лизавета: ... Немного полежав, он встал. Честно, но девушка никак не ожидала увидеть Ши Цинь Сюаня, да ещё и пьяным в хлам. Он поднялся и, шатаясь, подполз к Лизавете. Сев рядом, он внимательно стал изучать ее взглядом. Он прямо сверлил ее глаза своими. Дальше изучению подверглись губы, нос, шея... Лизавета: ... Солнце постепенно садилось, и стало уже порядком темно, но разглядеть "собеседника" было возможно. Цинь Сюань: Знаешь... А ведь ты очень на него похож... "Хах... Бывает..." - такой же мрачный и красивый... Лизавета: ..! Цинь Сюань, отпив из горла, уставился уже вдаль, но продолжил: - Он тоже носил все чёрное.... Но этот акцент на золотом... Хах! Действительно схож... Девушка, решив попытать удачу, все же спросила: - А "он", это кто? Цинь Сюань: Мин-сюн... Он оказался демоном.. - повелитель ветра потупил взгляд, затем снова отпил. - Демоном черных вод... Оказалось, что он и был со мной только ради мести... А я считал его..... Считал его другом... Самым лучшим другом.... Я и сейчас считаю его другом.... Вот только... Только Хе-сюн навряд ли думает так же.. хах... Ближе него мне был только брат.. но получилось так, что в одночасье я лишился обоих... Лизавета: Кто сказал, что лишился обоих? Брата не вернуть, но ведь дружбу можно восстановить, разве нет? Цинь Сюань мутным взглядом посмотрел на Лизавету и протянул ей сосуд. - Твои глаза... Они очень похожи на его. Такие же прекрасные... Ярче янтаря... Ты прав, дружбу можно восстановить, но... Ха! Мне кажется этот человек не захочет больше иметь со мной дела! Боюсь, я даже увидеть его больше не смогу.... Иначе бы принял тебя за него... "Так вот почему он не признал меня" Лизавета потупила взгляд, но сосуд приняла. Алкоголь обжег горло, а по телу приятно разлилось тепло. В прошлой жизни девушка редко употребляла алкоголь, ссылаясь на нехватку времени или компании, но бывали и совсем невыносимые вечера, когда за раз пустели все запасы. Кувшин был почти пуст, хотя по состоянию Цинь Сюаня было понятно, что сосуд давно не первый.. Протянув кувшин обратно, девушка услышала только мерное посапывание. Он уснул. "Сколько же в нем вина, что бы даже Бог, разливающий вино, уснул?" Залпом допив остатки, Лизавета выбросила кувшин в кусты, а сама подхватила Цинь Сюаня, который вот-вот собирался потерять равновесие. "Ха! А ведь я стала сильнее!" Лизавета одной рукой подхватила парня под коленками, другой подхватила над поясницей. Неподалеку от сюда она видела домик. Он был заброшен и находился вдалеке от всех остальных, так что подходил идеально. Открыв дверь с ноги, Лизавета радостно заметила, что внутри достаточно чисто, и даже есть кровать. Уложив Цинь Сюаня, она вышла во двор. Луна во всю уже возвышалась над звёздами, прохладный ветерок колыхал верхушки деревьев; если бы не это, то стояла бы мертвая тишина. И почему он все это ей рассказал? Типо похмельный бред? Эх, какие же сложные мысли людей! Во дворе был стол и пара табуретов. На один из них по-ковбойски задом на перед уселась Лизавета и уставилась в небо. Такое синее и чистое... В ее городе очень редко было оно таким. Вообще интересно, а как там они... родственники? Сильно скучают? "Хотя какая мне разница! Скучают и скучают! У меня теперь новые заботы! Вообще я умерла, не трогайте меня!!! Я все равно вас всех ненавижу и презираю!!!!" Ударив кулаком по столу, она встала. Голова болит. Устроив себе спальное место, она улеглась и заснула. Очень быстро. *** Этой ночью Лизавете приснился очень странный сон. Мало того, что обычно сны она не запоминает, так и такое ей сниться в первый раз. Этот сон был от первого лица. Открыв глаза, Лизавета осознала, что не может контролировать движения. Она была в чьем то теле и выступала простым наблюдателем. Этот человек повернулся. В мгновение ока все стало ясно. Перед девушкой был закованный в кандалы Ши Цинь Сюань, а рядом валялось обезглавленное тело.. О чем думает в данный момент Хе Сюань, никто не знал, но он резко отшвырнул голову Ши У Ду, которую до этого сжимал за волосы, и подошёл к Ветерку в плотную. Цинь Сюань, как и описывалось в оригинальном романе, потерял сознание, и его обмякшее тело повисло в кандалах. Мерзкие сумасшедшие окружили его со всех сторон, но как только Хе Сюань подошёл, разбежались по углам и жалобно заскулили. Немного помедлив, видимо в раздумии, Черновод нервно сжал руки в кулаки и с силой ударил в стену, чуть не задев личико Цинь Сюаня. Дальше все происходило, как в замедленной съёмке: повелитель черных вод оборвал кандалы голыми руками, подхватил обездвиженное тело бога и пошел прочь. Входная дверь еле удержалась, после того пинка, которым ее выбил Хе Сюань. Вне помещения дул сильный и холодный ветер; Черновод сильнее прижал парня в руках к своей груди и ускорил шаг, срываясь на бег. Пробежав больше половины берега, он завернул в лес. Блуждая мимо деревьев и виртуозно обходя все ямы, они вышли на... ещё один пляж? Больше походило на лагуну, потому что ветра тут не было, а тишина пожирала любые звуки. Аккуратно уложив бога ветра на землю и оперев его о дерево, Хе Сюань застыл. Окровавленными пальцами он нежно и бережно поправил прядь волос, упавшую на лицо. Заметив оставленные им кровавые следы, он отшатнулся. В глазах мутнело, а голова начала кружиться. Порываясь уйти, убежать, спрятаться он боролся с желанием остаться. Остаться с ним, с Цинь Сюанем. Не имея больше возможно сопротивляться, Хе Сюань обессиленный упал на землю. Обхватив руками голову, он услышал крик. Настолько обречённый и одинокий, что бросало в дрож. Это был его крик. *** Лизавета резко проснулась и приняла сидячее положение. "Это.... Это воспоминания Хе Сюаня? Ммм... Мне сниться его прошлая жизнь?....." Рядом с ней послышался шорох. Резко повернув голову, она увидела Цинь Сюаня, который с пепельным лицом вжался в угол. На лице была гримаса ужаса и животного страха, а взор прикован к Лизавете. Холодные капли пота стекали по его лбу, а руки машиналь сжали покрывало. "Ебаный блять пиздец!!!"