Питер Бенджамин Уилсон

— Пойдёшь ко мне? Уэйд честно ни о чём таком не думал. Уэйд честно говоря ахуел. Они практически съели друг друга, не успев дойти до квартиры. Питер наседал, тянулся к грубой коже, не отпуская ни на секунду. Сексуальность Уилсона изводила Паркера почти полгода. Сделала голодным, нетерпимым. И месяц расставания с силой дёрнул невидимый рычаг, заставляя Питера сорваться. Он вожделел, просил. Стоило входной двери за ними захлопнуться, Паркер стянул с Уэйда пуховик и повалил мужчину на диван. Уилсон до сих пор стеснялся своего лица без маски, потянулся рукой за частью костюма, но Питер перехватил её, возвращая на место. Пуховик пацана полетел на пол следом. Уэйд не успел уловить момент, когда Паркер от него избавился. — Ты странный, — констатирует Уилсон, не получая ответа. Их губы встречаются, Пит нависает над ним, задевая коленом чужой пах. Аккуратно трётся об него, Уэйд задыхается в ощущениях. Они постоянно занимались похожим, пока жили вместе почти весь ноябрь. Слюняво целовались, гладили, возбуждали. Но сегодня по другому. Уэйд чувствовал, что что-то не так и речь не про отсутствие маски на лице. Речь о Питере. Уверенном, одержимом. В нём всё ещё чувствовалась застенчивость, но её природа была другой. Паркер стеснялся не Уэйда, а того, что собирался сделать сегодня. Осознание выбивает мужчине воздух из лёгких. — Питер, — парень отвечает лишь туманным неуверенным взглядом, от которого Уилсона ведёт. Паркер стягивает с Уэйда футболку, заставляя мужчину поёжиться от холода. — Я знаю... — парень снимает вверх следом. — Ты хотел меня с того самого момента, как увидел, — звучит очень уверенно и даже настойчиво, но Уэйд видит испуг Питера. Паркер спрыгивает с него, манит пойти за ним в комнату. — Мы только разобрались в конфликтах, Питер, я не хочу насе.... — парень затыкает его поцелуем, не желая слушать оправдания. Он готов! Он доверяет! Ты тоже заебал убегать, Уэйд Уилсон. — Ты же хотел, чтобы я принял тебя таким какой ты есть... — Уилсон непонимающе смотрит на него. — Я знаю, что ты далеко не целомудренн, просто боишься меня спугнуть. Притворяешься правильным и что тебе это не нужно... — Питер проводит ладонью по чужому выпирающему члену через ткань, вызывая у Уэйда желание заскулить. —... но ты можешь быть тем, кем являешься. Я ведь это обещал. — Питер... — И я сам этого хочу, не меньше тебя, — произнесённая фраза выбивает из Уилсона сомнения. Он срывается. Заваливает Питера на простыни, вжимая тяжёлым телом в кровать. Мурашки пробегают по всему Паркеру, заставляя дрожать кончики пальцев. Пах Уэйда трётся об вставший член парня, отчего он судорожно делает глубокий вдох. Кажется таким забавным, то как они поочерёдно возбуждаются от реакций друг друга. Уилсону кружит голову взгляд Питера. По пьяному туманный, влюблённый, поддатливый. То как юное тело отзывается на ласки, заставляет Уэйда буквально сглатывать подступающую слюну. Паук откидывает голову назад, вжимая её в простынь и демонстрируя шею и ключицы. Мол, "Вот бери, Уэйд. Они полностью твои". И Уэйд берёт. Накидывается на нежную кожу, крепко впиваясь зубами. Так хочется оторвать себе кусок. Питеру больно, он даже слабо шипит. Обхватывает торс Уилсона ногами и кладёт руки на крепкие плечи. Всё происходящее всё ещё похоже на то, что они делали и раньше. За маленьким исключением того, что Паркер наконец-то чувствовал каждую неровность тела Уэйда, чувствовал огненное прикосновение чужой груди к своей. Уилсон был до жути горяч, во всех смыслах. — Ну, пожа-алуйста, — Питер протяжно игриво скулит, когда Уэйд снова на секунду думает отстраниться и прекратить это. — Питер... — Паук проводит языком медленную слюнявую дорожку от ключицы до самого подбородка Уилсона. Мужчина замирает, чувствуя, как член просто горит, кажется натягивая ткань трусов до предела. Питер не даёт выбора. — Что? — снова слегка игривая нотка и укус за мочку уха. Уэйд обещает себе, что Паркер обязан сорвать голос сегодня. Только так он не будет чувствовать себя его большой неуклюжей марионеткой. Пальцы парня снова невесомо проходятся по члену Уилсона и мужчина, окончательно сдаваясь, подаётся им на встречу. Намекая, чтобы Питер действовал дальше. Но Паркер так умело косит под дурачка, что у Уэйда начинает вести челюсть. — Что, Уэйд? Ты не ответил мне, — голос томный, как у дорогущей шлюхи, и сука, Уилсон искренне не может понять, как злость и возбуждение смогли смешаться в что-то единородное. Мужчина разрывает ширинку чужих джинс, отчего Питер немного выходит из образа, будучи одержимый возмущением. Но ему не дают рассмотреть нанесёный ущерб, Уэйд рукой отталкивает Паркера, и тот плюхается обратно на простыни. Он поверженно скулит, когда Уилсон преодолевает преграду в виде трусов и берёт в рот. Делает это так быстро, что Питер просто не успевает подготовиться и не сдерживает громкий стон, когда Уэйд использует свой приём. Всасывает исключительно головку, массируя под ней, отчего Паркера сжимает. Он сводит колени, стискивая голову Уэйда, и выгибается в спине, навстречу глотке мужчины. — Уэйд, — зовёт он на придыхании. Уилсон приподнимается, нависая над парнем. — Можешь меня... — Питер обхватывает свою шею рукой, заставляя мужчину вскинуть бровь. —... придушить? — Ты же... Тот солдат... Он сделал тебе больно, — Уэйд даже путается в словах, зависая. — Тебе... Понравилось, как он тебя душил? Или... как ты к этому пришёл вообще? — на его лице простыми словами ахуй, который заставляет Паркера внутренне позлорадстовать. — Понравилось, — шепчет Питер, пряча взгляд. — Не обстоятельства конечно, но... Первые пару секунд, когда у меня ещё был кислород... А, забей, это чу... Паркер успевает сделать лишь маленький вдох, когда здоровенная ладонь сжимает его горло, вдавливая шею в простыни. — Понравилось значит, — Уилсон делает вид, что ревнует наигранно, но Питер видел, как мужской взгляд потемнел. — Но-о... Я думаю у меня больше практики, — чужая ухмылка не предвещала ничего хорошего. Душил Уэйд и правда мастерски. Паркер чувствовал подступившее к голове давление, даже небольшое онемение в области челюсти, но на удивление это было безумно сексуально. Да и чего таить, выводить на ревность Уилсона было тоже очень даже весело. Одни его помутневшие ледяные глаза чего стоили. Уэйд видит, что Питер нагло над ним издевается, при чём использовав такой грязный приём, но всё равно заводится с полоборота. Избавляет парня от джинс и трусов свободной рукой, откидывая их в угол комнаты. Обнажённый. Сука, как же сводит живот. Паркер выглядит великолепно. Он чуть подхуднул на фоне расставания, отчего его крепкие мышцы стали более сухими и рельефными. — Ты пробовал растягивать себя сам? — вопрос тихий, Питер слышит в нём нотки предвкушения. — Пробовал, — у Уэйда сводит скулы, настолько сильно его лицо окрашивает животный довольный оскал. Питер давно готовился, шерстил форумы, представлял... Ебал себя пальцами, в конце концов. Уилсон хочет мурлыкать. Паркер размыкает губы, пытаясь поймать чуть чуть воздуха. Уэйд чуть надавливает, улавливая, как глаза парня закатываются, а член твердеет. — Я не могу на тебя насмотреться, — Уилсон ослабевает хватку, проводя большим пальцем по чужим искусанным губам. Питер не упускает момент укусить его. — Смазку неси, смотритель, — чеканит герой. — А то я сейчас передумаю. — Ты точно уверен? — Уэйд, блять! Мужчина хихикает, послушно отходя к тумбочке за смазкой. Паркер чуть стесняется, прикрывая наготу. Его не устраивает, что Уэйд до сих пор в штанах. В голову приходит безумная идея. Стоит Уилсону чуть приблизиться, парень хватает его за ремень, притягивая к себе. Пах Уэйда оказывается в опасной близости к чужому лицу. — Не-е, Паучок. К такому ты точно не готов, — Питер хмурит брови, расстёгивая чужую ширинку. Уэйд хочет остановить его, но замирает. Он знает, что парню будет неприятно в первый раз сосать хуй, похожий на выжженую землю. Но как же хотелось. Паркер освобождая мужчину от штанов, наслаждается видами. Он искренне не понимал, почему Уилсон комплексует. Таких красивых шрамов не найти, они напоминали витьеватые узоры или холмики. Сухие мышцы и яркие голубые глаза могли переплюнуть любого, даже самого шикарного мужика. Ноги, словно Уэйд сотни лет играл в футбол. Длинные, ровные, с аккуратными коленками. Питер поднимает взгляд и не может разглядеть лицо возлюбленного, настолько огромна его грудная клетка. Хочется сделать "бр-бр" в ней. Паркер усмехается своим нелепым мыслям. — Ты чего? — Уэйд смущается, думая, что Питер смеётся над ним. — Подумал зарыться тебе в грудь, — Уилсон мгновенно расслабляет плечи, хихикая вместе с героем. — Обязательно, малыш, — его голос опускается до каких-то немыслимых тембров. Паркер шумно вдыхает, наблюдаяя, как Уэйд пытается спрятать улыбку. Из его полуприоткрытых век виднеются ледяные глаза, готовые сожрать Питера по команде "фас". Даже если первый секс будет нелепым и плохим, Паркер кайфанёт от одного лишь Уилсона. От факта, что тот касается и целует его. От его судорожных вдохов через рот и лёгких стонов от тесноты Питера. Мысли заставляют парня покрыться румянцем. В попытке спрятать смущение он сдёргивает с мужчины боксеры, открывая вид на стояк. Размер среднестатистический для двухметрового мужика, на пару сантиметров больше Паучьего и чуть толще. Питер даже внутренне расслабляется, он боялся увидеть махину, которая в него не поместится. Затея отсосать Уэйду порождает следующую мысль — что блять с этим делать? Сосать как чупа-чупс? Голова Паркера выдаёт ошибку. Уилсон терпеливо ждёт, наблюдаяя, как брови парня задумчиво сходятся на переносице. — Уэйд... — Питер поднимает умоляющий взгляд в поисках спасения. — А я говорил, — Уилсон хихикает. — А что с ним делать то? — Паркер сидит милым невдуплёнышем, вынуждая Уэйда согнуться от смеха. — Блять, помоги, посоветуй, — Питер смеётся вместе с ним. — Может в другой раз? — Уилсон выпремляется, вытирая подступившую слезу. — Нет, — отрезает Паркер уверенно. — В жопу значит я могу дать, а отсосать нет? — Ну-у, в сексе я буду командовать, — Уэйд широко улыбается, заставляя сердце парня ёкнуть. — От тебя только стонать, — мужчина подмигивает. — А тут... Питер решает рискнуть, засовывая головку себе в рот. —... только практика, — Уилсон запинается. Рот Паркера слюнявый и прохладный, Уэйд запускает руку в его мягкие каштановые волосы, но не давит. Даёт привыкнуть. Питер делает всё слишком неуверенно, всасывает настолько нежно, что Уэйду щекотно. Но Уилсона ведёт и от этого. Он не может представить отсоса лучше, чем от любимого человека. Паркер слишком сильно заглатывает, скручиваясь в приступе кашля. — Всё хватит, малыш, — Уэйд умилённо хихикает, чуть ударяя его по спине. — Ты молодец! — Да попизди, — огрызается Питер. Уилсон заваливает его на простыни, нависая сверху. — Ох, пиздеть я буду много... — Уэйд впивается в аккуратные ключицы, оставляя яркие красные пятна. Паркер извивается под ним. Ему щекотно. Он чувствует, как в его заднем проходе оказывается смазаный палец Уилсона. Его глаза удивлённо округляются, Уэйд трактует это по своему. — Больно? — он выглядит до ужаса напуганным. — Когда успел? — Питер отрицательно мотает головой. — Пока ты глаза закатывал, — Уилсон жмёт плечами, палец внутри двигается, вынуждая Паркера вздрогнуть. Довольно быстро проникает и второй. Питер чуть приподнимается, сжимая синие шёлковые простыни. Уэйд стоит на коленях у кровати, полностью поглощённый процессом. Улавливает каждый тяжёлый вздох и движения мимики, стараясь не причинить боли. — Расслабься. — Не могу, — отвечает Уилсон туманно. — Не фарфоровый, не сломаюсь, — Питер чуть подаётся вперёд, насаживаясь на пальцы сильнее. — Тут смазки целая лужа, у меня вся задница в ней, — они смущённо смеются. Уэйд и правда начинает расслабляться. — У меня хорошая регенерация, ты можешь быть жёстче. Уилсон достаёт пальцы из Паркера, вытирая их об грудь. — Ты-ы... Как хочешь? — Уэйд так мило смущается, что Питер начинает чувствовать себя хозяином ситуации. — А как лучше? — Я честно говоря не спал с девственниками... — Да, я знаю. — "Ложечки" наверное, — Уилсон хихикает. — Боком. — Я понял, видел такое... — Где ты видел? — Уэйд ухмыляется, укладываясь на простыни рядом. Питер смущённо поворачивается к нему спиной, их ноги неуклюже свисают. — В порнухе. — Фу, Господи, Питти, что за слова? — Паркер смеётся, легонько пинаясь ногой. Грубая мужская рука гладит его пояснице в просьбе прогнуться. Питер исполняет веленое, прислонясь ягодицами к члену. — Какие же они прекрасные... — Уэйд сжимает одну, раздвигая. Целует Паркера в шею. Нежно, невесомо. Мурашки бегают по спине. — Была не была? — Питер кивает. Уэйд льёт ещё смазки, чтобы наверняка. — А презерватив? — Питер чуть приподнимается. — А надо? — Уилсон искренне поднимает, что-то раньше являющееся бровями. — Ну-у.... Пишут, что надо. — У тебя мощная регенерация, у меня вообще иммунитет, — Уэйд гладит его по волосам. — Я не могу тебя ни чем заразить, мой организм уничтожает всё мгновенно. Я всегда здоров, если исключить рак, — Уилсон смеётся. Питер согласно кивает, звучит логично. Уэйд обжигает дыханием спину и входит. Не глубоко, чуть больше головки. Паркер скулит, член Уилсона горячий, словно ему в зад сунули расскалённую кочергу. — Туго? — Горячо, — Питер хмурится. — Я привыкну. — Блять, — особенность тела Уэйда в виде повышенной температуры, которая согревала Паркера в холодные ночи, становится проблемой. — А в общем? — На удивление легко, но я ща вскипячусь, — хихикает Питер, поворачивая голову к Уэйду. Мужчина встречает его влажным поцелуем в родинку на скуле. — Я тебя люблю, — звучит так неожиданно, что парень забывает где находится. Уэйд входит на всю длину. Питер с громким стоном впивается в простыни пальцами, сжимая их до побелевших костяшек. — Пиздец, как сильно, Паучок. Я не знаю, как теперь без тебя... — Паркер слышит Уэйда, как из под воды, еле разбирая слова. Он толкается ещё раз, держа Питера за талию. — Пит... — мужчина трётся носом об его спину, оставляя влажные дорожки языком. — И я... — успевает проскулить Паркер перед третьим толчком. Тело окончательно привыкает к чувству заполнености. — Что? — от голоса Уэйда хочется кончить сейчас же. Мурчащий тембр ласкает слух, перед глазами начинает плыть. — Я тебя люблю, Уэйд Уилсон, — Питер находит в себе силы хихикнуть. — Смешно тебе? — мужчина прикусывает его ухо, перемещая руку на шею. Делает ещё пару толчков, сжимая горло. Паркер грязно хрипит, проглатывая очередной стон. Хватается ладонями за чужое предплечье, впиваясь ногтями. Уэйд шипит, чувствуя, что на руке выступает кровь. — Об-нять... — шепчет Питер, Уилсон ослабевает хватку на шее. — Хочу обнять... — Меня? — Нет, Белого с Жёлтым, — ёрничает Паркер, получая очередной глубокий толчок. Парень на пару секунд теряется в пространстве. ^ Мы в принципе не против! ~ Мы не смотрим! Честно, Уэйд! ^ Я снимаю, пацаны! ~ Закрой рот! — "Боже, блять." ^ Мы нашли чувствительную точку! Смотри, как его перекасоёбило! ~ Мы не смо-отрим и молчи-им! Уилсон выходит из Питера и нависает сверху. — "А вот тут Жёлтый прав." Поза меняется на миссионерскую. Уэйд сразу находит нужный наклон, чтобы посильнее задеть простату. Паркер крепко вцепляется в его спину, вжимая в себя. Обнимает безумно, царапает изувеченную кожу, зная, как это нравится Уилсону. Уэйд ускоряется. Его тихие гортанные стоны, прямо над ухом Питера, действуют оглущающе. Они прижимаются лбами и смеются, осознавая насколько вспотели. — Ты был прав, — Уэйд целует его в нос, забираясь ладонью в мокрые волосы. Массирует затылок, Питер подставляяется под его пальцы, открывая доступ к шее. — В чём? — он содрогается от очередного толчка и мычит, сильно зажмурившись. — Мне этого не хватало, — Уилсон ловит его губы, сминая. Проникает языком в рот, быстро оглаживая зубы. Питер встречает его со рвением, они сплетаются в танце. Под Уэйдом жарко. Как на Мальдивах. Внутренний демонёнок смеётся. Питер искренне не знает, как Уилсон так долго держится и не кончает, учитывая его воздержание. Представляет, как его мужчина, принимая душ, сжимает свой член, воображая секс с Паркером. А потом открывает глаза, смотрит как напряженны чужие плечи, а лысая голова вжимается в его шею. Паучок неожиданно содрогается, чувствуя, как горячая жидкость пачкает их животы. Пелена перед глазами убаюкивает. Уэйд целует его в щёку, а после выходит и изливается следом. Крупно дрожит, падая на парня. Питер нежно гладит его по плечам. Они лежат ещё минутку, пытаясь отдышаться, а после громко смеются. — Это было не так страшно, как я думал, — шепчет Паркер, когда Уэйд приподнимается и их взгляды встречаются. — Это было круче, чем я думал. Питер дарит ему широкую усталую улыбку. — А теперь в душ! — Уилсон подхватывает его на руки, игнорируя испуганный паучий визг. — Уэйд! — Паркер не может перестать истерически смеяться до самой ванной. Они принимают душ вместе, Уэйду даже потёрли спинку, за что он благодарно прижимает Питера к холодной плитке лопатками. Много целуются. И смеются. И устраивают водяные бои, представляя, что они маги воды. Выигрывает Питер, который снимает душ с держателя и сменив режим, окатывает Уэйда ледяной водой. Они меняют простыни на чистые и заваливаются спать голышом, внутренне радуясь, что теперь так можно. Что никаких секретов нет. Утро наступает быстро. Уэйда рядом не оказывается, а зимнее солнце приятно греет лицо. Запах блинчиков с кухни и легкое напевание песни Бритни Спирс, вызывает улыбку. Питер громко зевает, чувствуя, как до щеки докасается что-то холодное, напоминающее металл. Он смотрит на руку, замечая тонкое аккуратное кольцо из белого золота. Замирает. Не понимает, что происходит. Уэйд, услышав звук, заходит в спальню в фартуке с цветочным принтом и с полотенцем в руках. За ним следом появляется Зонтик, который непонимающе смотрит на своих хозяев. Уилсон молчит. — Глупо, да? Надо было наверное на колено встать, — он испуганно чешет затылок. — Я просто подумал... — Не рано? — глаза Питера походят на пятирублёвую монету. — Да, а чё?... Детей у нас не будет... — он сминает полотенце. — Если сильно надоем просто разведёмся, — мужчина хихикает и замолкает. —...Я идиот, да? — Да, — Паркер смотрит на него с какой-то безумной глупой радостью. — Значит идиот, — Уэйд мрачнеет. — То есть нет! Да — это я согласен! Но и да, ты идиот! Но да! Да в общем! — Питер сам запутавшись в своей речи, активно жестикулирует руками. — Да, я согласен. — Сыграть со мной свадьбу? Правда? — Уэйд наигранно не верит и смотрит на Зонтика. — Летом. — Летом? — Да. Мы поженимся летом, в июле... — На годовщину знакомства? — Уэйд договаривает за него. Питер яростно согласно кивает.