Мы хотим Микки Милковича

      Первым сорвался Карл. Прошло целых два дня с момента просмотра видео, прежде чем он направился к дому Милковичей. Он гордился собой за то, что продержался так долго. На самом деле у него не было плана относительно того, как он собирался это осуществить, пока Джи-Дог не предложил ему, возможно, открыть собственное место и продавать некоторые из его первоклассных вещей. Карл знал, что если он хочет насадить Микки на свой член, то ему придется произвести на него впечатление, сблизиться с ним. Итак, с полным карманом травки Карл постучал в парадную дверь Милковичей. Микки открыл ее с сигаретой, свисающей изо рта, и растерянным выражением лица. — Йена здесь нет, — хрипло сказал он. — Да, я знаю, — Карл улыбнулся. — На самом деле я здесь, чтобы увидеть тебя. Микки нахмурился еще сильнее, прежде чем шире открыть дверь и впустить Карла внутрь. Карл быстро нырнул внутрь, пока Микки не передумал, и сел на диван, широко улыбаясь. — Ладно, какого хрена ты хочешь? — спросил Микки, стоя перед ним и прихлебывая пиво из банки, которую он взял с кофейного столика. — Ко мне обратились, — ответил Карл. — Обратились? — Микки поднял бровь. — Да, — Карл кивнул. — Какого хрена ты имеешь в виду, обратились? — Ты знаешь, — Карл приподнял бровь. — Обратились. — Кто? Гребаные Люди в черном? Что, блядь, ты имеешь в виду, когда они обратились? — Микки внезапно остановился, прежде чем все его поведение изменилось, выглядя разъяренным. — Мне обязательно убивать ублюдка? Какой-то извращенец заставил тебя? Карл нахмурился и быстро пошел на попятную. — Что? Нет! Черт возьми, нет! Джи-Дог и его парни обратились ко мне по поводу продажи для них. Микки моргнул, и все его тело расслабилось. Он вздохнул, прежде чем тихо рассмеяться себе под нос. — О. Обратились, — он снова хихикнул. — Господи. — Да, так что я хотел спросить, не мог бы ты дать мне какой-нибудь совет? — спросил Карл, откидываясь на спинку дивана, пытаясь выглядеть крутым и отчужденным. — Хорошо, — Микки сел на диван рядом с ним, прежде чем тот начал составлять список того, что можно и чего нельзя делать в мире дилеров, и Карл очень старался сосредоточиться, но все, о чем он мог думать, была эта кассета. Микки стонал и кричал, сидя верхом на члене Йена, но в голове Карла это был его член, а не его брата. Микки умолял его кончить в него, доводил себя до конца, этого было достаточно, чтобы заставить Карла извиваться прямо там, на диване, перед настоящим Микки. Микки, к счастью, казалось, ничего не заметил и, наконец, вывел Карла из его фантазий. — Так у тебя теперь есть травка? Сколько я могу получить? Карл достал полфунта того, что Джи-Дог называл ‘Премиум куш’. — Мило, — кивнул Микки. Карл покраснел от похвалы. —Так сколько за четверть этого? — спросил Микки, уже выуживая огромную пачку банкнот, отчего глаза Карла расширились. — Как насчет того, чтобы ты получил это за счет заведения, — он не был готов к подзатыльнику. — Чувак, какого хрена? — Какого хрена я тебе только что сказал, а? — спросил Микки, звуча лишь слегка раздраженно. — Ты не раздаешь подачки. Никогда. Карл вздохнул. Он так хорошо старался произвести на него впечатление. — Но, — он прикусил губу и уставился на Микки из-под ресниц, внезапно почувствовав смущение. — Как насчет скидки для "крутого парня"? — Что? — моргнул Микки. — Знаешь, скидка для действительно крутых парней. Таких, как ты. Губы Микки дрогнули, и он отвернулся, потерев большим пальцем нос, пытаясь скрыть довольную ухмылку. Карл был в восторге, он видел, как Микки делал это всякий раз, когда Йен что-то говорил о нем или делал комплимент. Обычно это означало, что он был смущен, но счастлив. И на этот раз причиной был Карл, а не Йен. Карл собирался наклониться ближе, положить руку Микки на колено, сказать, что, может быть, все-таки есть способ заплатить ему, быть по-настоящему крутым ублюдком и в мгновение ока заполучить Микки на свою спину, но тут открылась входная дверь и вошел Йен. — Привет, Карл! — Йен улыбнулся. — Привет, — проворчал Карл, когда Микки встал и запечатлел поцелуй на губах Йена. Желудок Карла опустился к ногам. — Что случилось? — спросил Йен, проходя на кухню и бросая пакет с продуктами, который держал в руках, на стол. Микки последовал за ним, как послушный щенок. — Ничего. Вообще-то я собираюсь уходить, — Вздохнул Карл. И прежде чем Йен или Микки смогли сказать еще хоть слово, он ушел, плотно закрыв за собой дверь. Потребуется гораздо больше усилий, чем он думал, чтобы насадить Микки на свой член и снять с его брата.

***

— Что, черт возьми, это было? — спросил Йен, загружая молоко в холодильник. — Наверное, не хотел, чтобы ты знал о полфунте травки, которая была у него в кармане, — Микки пожал плечами. — Что!? — Йен захлопнул холодильник. — Что? — спросил Микки. — Какого хрена на нем столько травы? — Этот дилер, Джи-Кэт или как там его, блядь, уговорил его продать кое-что для него. Кажется, довольно мелкая сошка. — Он торгует? Что за хрень? Я не могу в это поверить! — Йен недоверчиво покачал головой. Микки широко раскрытыми глазами наблюдал, как Йен довел себя до состояния, которое можно описать только как возбуждение. — Эй, притормози, что тут такого? Йен посмотрел на него как на сумасшедшего, или тупицу, или и то, и другое вместе. — Большое дело в том, что он торгует наркотиками, Микки! — Он торгует травкой, Галлагер. Понимаешь, травкой? Тем дерьмом, которое вы с братом продавали покупателям "Дейли" в кузове грузовика с мороженым? Не будь гребаным лицемером. Парень пытается раздобыть немного денег для твоей семьи, так же, как вы с Липом. Это не метамфетамин, а травка. — Да, — пробормотав, вздохнул Йен. — Ты прав. Да. — Конечно, — самодовольно сказал Микки, придвигаясь к Йену и обнимая его за талию. Йен наклонился вперед, положив голову Микки на плечо. — Он кажется хорошим парнем. Твой брат. Я имею в виду, иногда психованный, но достаточно хороший. Йен фыркнул ему в плечо, прежде чем поднять голову. — Как насчет того, чтобы я показал тебе, каким хорошим могу быть я? Микки улыбнулся и позволил Йену отвести его за руку в их спальню. Ни один из них не знал, что в этот самый момент были еще пятеро Галлагеров и два Болла, которые фантазировали о том, чтобы сделать то же самое.