Игры с Маринетт
27 октября 2023 г., 04:00
Оба подростка сидели рядом и внимательно рассматривали узор на полу, пока медсестра отрывала кусочек ваты, чтобы таки обработать микроскопическую ссадину на локте парня. Маринетт оказалась более удачливой и лишь слегка ушиблась.
– Прости! – синхронно сказали подростки, а потом посмотрели друг на друга.
– Извини, мне надо было внимательнее смотреть под ноги, а то и сам упал, и тебя уронил, – уши Адриана до сих пор были красными, как кепка Нино. – Но если бы не твоя молниеносная реакция, то я до сих пор собирал бы свои зубы с пола. Сегодня ты героиня! – Маринетт вздрогнула на последнем слове. – Спасибо, – он робко положил руку на коленку девушке в знак признательности, и та вздрогнула снова.
– Это мне надо первой просить у тебя прощения, – Маринетт до сих пор была краснее своего знаменитого костюма в горошек. Вновь и вновь прокручивая в памяти самые последние минуты, она удивлялась, как смогла отважиться на такое, да ещё при всём классе и, особенно, при Хлое. – Я воспользовалась ситуацией и... точнее, мне показалось, что мы в сам момент падения уже достаточно тесно соприкоснулись, чтобы на мне проявилась новая розовая метка. Поэтому... прости, я не должна была переходить черту в погоне за модой...
– Нет-нет, ты всё сделала правильно! – перебил её Адриан. – Я даже благодарен тебе за то, что это произошло при большом скоплении народа, а то некоторые одноклассники стали думать, что у меня нет пары, потому что я провожу много времени с Нино и мы с ним... как эти... ну которые... мальчик с мальчиком... – он стыдливо закрыл лицо руками, потому что Маринетт с огромным удивлением смотрела сейчас прямо на него, широко распахнув свои васильковые глаза. – А это не так, совершенно не так! Мы друзья, но, похоже, мои одноклассники полностью убеждены в обратном. Какой позор!
На этих словах к Агресту подошла молодая симпатичная медсестра, проходящая практику в их коллеже, и парень в ужасе отшатнулся от протянутых к нему рук, пусть даже в латексных перчатках, чем на секунду опроверг слова о том, что он «не такой» и выбирает девушек.
– Позвольте мне, – Маринетт, не дожидаясь согласия, взяла двумя пальчиками вату, смоченную в антисептике, и стала осторожно промакивать ссадину на руке любимого. Нужно было наскоро придумать, как опровергнуть грязные слухи о его ориентации, не соответствующие действительности. – Я уверена, что одноклассники будут следить за нами, как только мы выйдем отсюда. Так что я могла бы помочь и... стать твоей девушкой на один день, – Адриан дёрнулся, и Маринетт переосмыслила свои слова. – Ой, прости! Я несу всякую чушь, не слушай меня!
– Это рану сильно защипало, наверное, хватит протирать, – морщась, произнёс юноша. Маринетт взяла поданный медсестрой бактерицидный пластырь и аккуратно заклеила повреждённую кожу. – Погоди, а это идея! – Адриан остановил её руку, бережно приглаживающую пластырь, и легонько прижал к своей. – Ты правда хочешь помочь мне, чтобы лживые слухи не пошли дальше гулять за пределами коллежа? – одноклассница кивнула. – Я тебя обожаю! Вот бы мне такую девушку, как ты! – в голове Дюпен-Чэн вертелась сейчас только одна картинка, отражающая гениальность услышанной фразы: рука, со скоростью света впечатывающаяся в лицо.
– Скажу честно, я не хочу идти на урок химии, поскольку совершенно не готовилась к контрольной! А ещё вчера я видела из окна, как ты убегал от фанаток. Может, сбежим и переждём этот урок в пекарне моих родителей?
– Отличная идея. Ты не против, если мы будем держаться за руки на всём пути до дома? – решив, что после всего случившегося от взаимных прикосновений хуже уже не будет, парень решил поинтересоваться, насколько корректным будет его дальнейшее поведение.
Будет ли Маринетт против? Будет ли вообще хоть одна девушка Парижа против того, чтобы пройтись, держась за руки, с идеальным Адрианом Агрестом до своего дома? Ну нет, этот солнечный мальчик точно попал сюда из другого измерения! Вот только она не надела утром счастливые носки и не помыла голову, но какое это теперь имеет значение?
«Вас скоро ждать?» – пришло сообщение от нетерпеливой Али.
«В конце урока у нас самостоятельная работа на 10 минут!» – именно этого Маринет боялась сейчас больше, чем свидания с Адрианом.
«Я не приду сегодня» – ответила она, а потом добавила:
«Я ничего не сломала, просто принеси мои вещи и сумку Адриана в пекарню» – последовала незамедлительная реакция на сообщение в виде поднятого вверх большого пальца. Подруга уже отчаялась и боялась надеяться, что у этих ребят начнётся своя «химия».
мастера Фу от царапин, впитывающийся моментально и не оставляющий следов, – она взяла в руки маленький полупустой тюбик. Расстёгнутый манжет закатанного рукава рубашки соскользнул вниз, болезненно прочертив по ободранной коже. – Подними руку и придержи рукав, вот так, пока я намажу... Ой, это у тебя ещё один синячок? Или пока краснячок? – девушка попыталась задрать рукав выше локтя и заметила странное пятно. – Это не ссадина, это... О, нет! – она отшатнулась и прикрыла нос со ртом сложёнными лодочкой ладошками. – Нет, не может быть! Ты... ты же клялся, что не... – побледневший юноша задрал рукав ещё выше и уставился на обнажённое предплечье. Тайна личности не пострадала, но ему всё же стало не до смеха.
– Я не гей! – выпалил он. – Маринетт, ну хоть ты можешь поверить мне, что я не интересуюсь парнями?! Это Нат с Марком меня зажучили сегодня утром в туалете, а я... А я даже не сопротивлялся... – глаза снова чрезмерно увлажнились, и ему пришлось отвернуться к столу и спрятать лицо, уткнувшись в сложенные на учебниках руки. – Это произошло так быстро, что мне даже в голову не пришло защищаться, – поток глухих оправданий продолжился со стороны стола. – Я опозорился перед лучшим другом, перед одноклассниками, а ещё перед Лукой, – последовал всхлип. – Отец убьёт меня, когда узнает, что на мне теперь тоже появляются метки, ведь он запретил... – он стал вздыхать часто и отрывисто, не поднимая головы, потому что реветь перед девушкой было бы совсем неприлично, даже когда она не в курсе, что ты – местный супергерой.
– Погоди, ведь ты ещё в начале недели был на физкультуре и у тебя не было ни одной метки, – недоумевала Маринетт.
– Угу... – прозвучало нечто-то непонятно-поддакивающее из-под копны светлых волос.
– И вчера тебя все трогали, а ты запросто здоровался со всеми за руку, не опасаясь, что будешь с пятнышками, как я, – девушка тренировала наблюдательность и ворошила память, даже не придав значения двусмысленности последней фразы.
– Угу, – снова согласились с ней.
– А сегодня утром ты обнаружил у себя что-то такое, о чём не смог рассказать даже Нино по телефону...
– Ты уже обо всём знаешь? Эх... А Нино обещал молчать...
– О чём знаю? – не поняла Маринетт.
– Вот об этом, – Адриан закинул одну руку за спину, чтобы задрать рубашку до лопатки. – Видишь?
– Вижу... Какая прелесть! – восхитилась Маринетт, а Адриан напрягся. Кажется, там было что-то ещё, чего он раньше не видел. – А от кого она?
– Кто она? – севшим голосом уточнил Агрест, ведь про очки спросили бы «они».
– Как кто? Очаровательная божья коровка! – Маринетт была целиком и полностью уверена, что её метка проявится только по утру, не раньше, а это означало полное спокойствие относительно её тайны.
– Как?! Где?! Покажи! – подскочил он и подбежал к зеркалу у умывальника, пытаясь рассмотреть свою спину.
– Стой, не вертись! – Маринетт прицелилась камерой смартфона и сделала снимок. – Вот, посмотри, какая миленькая! – Парень взял в руки телефон и лишился дара речи, а девушка, увидев его покрасневшие и опухшие глаза, всучила ему пачку салфеток. – Не переживай, всё будет хорошо. Я за зелёнкой, будем закрашивать! – заодно она пошла относить на кухню поднос вместе с пустыми кружками, чтобы дать Адриану немного прийти в себя и вытереть сопли.
Адриан смотрел и не мог поверить: очки практически исчезли, а прямо по центру спины появилась розовая божья коровка. Но от кого? Марк говорил о Ледибаг, он фанат №1 и автор комиксов про героиню, да и сам Агрест в тот момент думал о Ледибаг: наверное, поэтому получилось вот такое сочетание. Задрав рукав, он рассмотрел в зеркале ярко красные кисть и палитру – это однозначно было от Ната. Смотрелось, между просим, красиво, но весьма позорно, потому что Натаниэль не был девушкой. Быстро расстегнув рубашку и покрутившись у зеркала, он ничего нового у себя не обнаружил и выдохнул, как тогда показалось, с облегчением. Пакет салфеток у раковины и кран с тёплой водой пригодились, чтобы привести себя в порядок и не выглядеть, как плакса. К этому времени послышался торопливый топот снизу на лестнице.
– Я придумала, как выкрутиться! Вот, смотри, что у меня осталось от игр с Манон, – Маринетт принесла какую-то коробочку. – Это переводные картинки на кожу, при необходимости смываются после тёплой ванны, а сейчас мы просто заклеим тебя и всё! Отец ни о чём не догадается! Ну, поругает немного за наклейки, а завтра метки уже побледнеют.
– Точно побледнеют? Ведь они появились спустя несколько часов, а не через сутки.
– В смысле? Погоди... тут что-то не так... ты в какую клинику обращался?
– Ни в какую, всё было подпольно, меня же все в лицо знают, – вздохнул одноклассник.
– Печально, ну тогда выбирай картинку, я тебя заклею, а дальше уж как получится, будем надеяться на удачу, – владелец кольца невезения только хмыкнул. – Но почему ты никому об этом не сказал?
– Всё сложно... Сам не думал об этом, пока ко мне не заглянула Ледибаг и я не увидел метку у неё на лбу. С тех пор мне, дураку, захотелось узнать, какую метку может оставить героиня Парижа, потому что она лично вручила мне пригласительный билет на открытие скульптуры, которое состоится уже завтра.
В голове Маринетт снова возникла рука, в кровь разбивающая ладонью лицо: она только что осознала, как сама же создала парню проблему на ровном месте. И то, что месье Агрест теперь вообще никуда не будет выпускать своего сына, чтобы его не облапали, – тоже её вина. Она даже не подумала спросить, а где же ещё одна метка, третья по счёту, после Марка и Натаниэля. Очень хотелось надеяться на то, что парень посчитает божью коровку подарочком от Марка. Вторым препятствием к заданию вопроса относительно её собственной метки было нежелание знать, на какой части тела та могла проявиться, если на груди её не оказалось. Вариант, что розовый жучок находился около сердца, только с другой стороны туловища, её полностью удовлетворял.
За окном прогудел клаксоном присланный Натали автомобиль. В этом снова была заслуга Сабины: Адриан так и не снял телефон с беззвучного, и если бы хозяйка пекарни не позвонила мадемуазель Санкёр, на его сотовом была бы куча непринятых из дома. А так женщины поняли друг друга с полуслова, ведь секретарша по наивности считала, что её подопечный, отважившийся поехать утром в коллеж, снова искал, где бы спрятаться от назойливых фанаток. Проводив юношу до подъехавшей за ним машины, Маринетт помахала рукой на прощание, но Адриан, заметивший чуть поодаль нескольких оживлённо перешёптывающихся девушек, перехватил её руку, резко притянул её к себе и легонько прикоснулся губами к её щеке, близко к уху, в очень опасной близости от серёжек. Одноклассница вспыхнула, как тлеющий уголёк от внезапного налетавшего порыва ветра. Если бы её мозг аварийно не выключился в следующее мгновение, то за покушение на талисман кому-то бы чисто на рефлексах заломили бы руку или кинули через бедро. А так получилось только остолбенение с удивлением.
– Нас отлично видно под фонарём, – тихо пояснил парень в подставленное ухо, – а ты согласилась побыть моей девушкой на сегодня. Может, хоть так фанатки – и фанаты, кстати, тоже – перестанут кидаться на меня... Спасибо за угощение, круассаны в твоей пекарне просто изумительные, – хорошо, что злодеи пока не знали о слабостях героини. После такого тихого полуинтимного нашёптывания, можно было смело снимать не только серёжки, но и всё остальное, – девушка бы не сопротивлялась.
– П-п-пожалуйста... п-п-приходи завтра, я испекусь сама.. ой, напеку ещё, сама... специально для тебя.
– Обязательно приду! – улыбнулся он и сел в машину.
***
Родители встретили дочку без лишних вопросов о прогулах занятий и сразу же предложили молодым круассаны с какао. Маринетт оценила гору выпечки и смекнула, что этого количества вполне хватит как минимум на получасовой допрос, поэтому подхватила угощения и быстренько утянула парня к себе в комнату. Ведь ему наверняка не захочется пересказывать события сегодняшнего утра. – Уфф, я уж думал, что нам придётся оправдываться за пропуск занятий, но у тебя такие классные родители! А ещё они пекут умопомрачительные вкусности и я не перестаю удивляться, как тебе удаётся сохранять свою стройную фигуру при колоссальном обилии соблазнов! – Адриан захомячил первый круассан. – Всё просто: когда ты живёшь в пекарне и постоянно вдыхаешь эти ароматы, то появляется даже небольшое отвращение к ванили, шоколаду и корице, – хихикнула Маринетт. – Вот ты же устаёшь от постоянных примерок модной одежды? – он кивнул с набитым ртом. – И, судя по твоим бессменным джинсам, последняя коллекция модной одежды тебя мало волнует. – Верно, я равнодушен к этому, – юноша обильно запил выпечку горячим какао. – Ух ты, а это у тебя что? – Где? – перепугалась девушка, сидя в неподготовленной комнате, полной компромата. – Это же новая часть игры роботов-трансформеров, которую даже я не смог достать! – Ах, это? Да, ты прав. Хочешь сыграть? – Ещё спрашиваешь! Я с того самого дня хочу реванша! Загружай! А я пока закатаю рукава, чтобы не мешали мне считать победные очки. – Мечтать не вредно! У меня уже три дня игрового стажа и невыученная из-за этого химия, но так и быть: первые полчаса дам тебе время ознакомиться со всеми новинками этой части игры.***
– Есть! Ничья! – обрадовался Адриан, впервые уравняв счёт и откинувшись в кресле на колёсиках. – Давай сделаем перерыв, а то запах последнего круассана меня постоянно отвлекал. – Ну да, так я тебе и поверила! – рассмеялась Маринетт. – Напарнику Ледибаг тоже постоянно хвост мешает! – у парня ёкнуло сердце от таких подробностей о его второй жизни. Сообразив, что она ляпнула лишнего, девушка поспешила переключить внимание одноклассника. – Ты показал себя отличным учеником и теперь готов к прохождению уровней. Погнали? – Адриан запихнул в рот остатки круассана и, кивнув, снова взял в руки джойстик. Маринетт совершенно забыла, что они собирались прогулять только один невыученный урок. А играть с парнем своей мечты было для неё настоящим подарком судьбы, ведь буквально вчера она никак не могла сосредоточиться на зубрёжке химии, слыша, как родители в гостиной весело проходят уровни совместно, радуясь общим победам. Её мама и папа всегда поддерживали друг друга, как Ледибаг и Кот Нуар, хоть и спорили иногда, но часто несерьёзно. Теперь двое других игроков были обязаны дойти до финиша вместе и завалить босса. Естественно, играли они до одурения, то есть до самого вечера, и не заметили бы ни акуматизации целого города, ни даже полного (кроме единственной пекарни) уничтожения всего Парижа. Переданные Алей вещи Сабин оставила в гостиной, потому что она действительно была очень понимающей мамой. – Йюху! Получилось! – подростки, не поворачивая головы, машинально стукнулись кулачками, но тут же обернулись и дико смутились своему поведению, поспешно отдёрнув и спрятав руки. Шок от дружеского соприкосновения многократно превысил смущение от утреннего происшествия в коллеже. – Эмм... уфф... – парень потёр шею, –из нас получилась отличная команда, ты так не считаешь? – Д-да, команда... – запинаясь, ответила девушка. – Ты отлично помог мне нанести решающий удар, отвлекая босса на себя, будто бы прочитал мои мысли! – адреналин от компьютерной игры бурлил в крови и она сейчас была скорее бесстрашной, чем стеснительной. – Точно, я хотел извиниться за то, что не составил тебе компанию на выходных, проигнорировав совместную работу по истории. Мне правда стало жутко стыдно, когда понял, что пропустил всё мимо ушей, – он взъерошил волосы двумя руками, придумывая, как бы ответить на последнее письменное приглашение и, в дополнение, оправдаться за остальные непрочтённые записочки. – Ничего, бывает... Ой, у тебя пластырь с руки отклеился, кажется, под ним таки пошло воспаление... – как хорошо, что внимание девушки быстро переключилось на новую тему, ему не пришлось краснеть из-за невнимательности. Но радость носителя кольца невезения вновь оказалась кратковременной. – Боже мой, да ты ушибся сильнее, чем я думала, у тебя вся царапина покраснела! Дай-ка я принесу свою аптечку и включу дополнительной свет, – юноша не возражал против такого лечения, тем более ему не особо хорошо было видно, насколько сильно он ободрался, а попытки посмотреть болезненно натягивали кожу. – Ты же знаешь мою неуклюжесть, так что я могу провести презентацию целого спектра средств от ушибов и ссадин. – Хорошо. У меня единственная просьба к тебе: не использовать зелёнку и йод. – Да-да, я понимаю, где-то здесь был уникальный крем***
Проводив одноклассника, Маринетт помчалась в ванну и скинула с себя всю одежду: – Тикки, ищи! – Что искать? – Новые розовые метки! Мне не терпится узнать, где они проявятся! – Но ведь суток не прошло, они появятся только завтра утром, – возразила квами. – Завтра утром я буду уже в школе! Стоп, какая школа?! Завтра у нас суббота, открытие скульптуры героев и дегустация выпечки, а мне надо лично напечь пятьсот булочек и круассанов для друзей! – вспомнила она. – Вот тогда и поищем, пока будет выпекаться первая партия, – вздохнула Тикки, но не взбудораженное состояние хозяйки сейчас беспокоило её больше всего. – Маринетт! – этот строгий тон не сулил подопечной ничего хорошего. – Подумай, чем ты будешь замазывать свои метки на коже, которую не закрывает волшебный костюм? – Ничем... А в чём проблема? Метки есть у всех парижан, тем более, они меняются каждый день, мою личность никто не вычислит, даже Адриан. То пятнышко, которое он видел, давно сошло. – Что ж, тогда напомню: есть у тебя один фанат с бубенчиком, помимо Бражника – или Монарха, не важно – желающий раскрыть твою личность, – по нахмуренным бровям было ясно, что девушка сейчас думала совершенно не о том. Пришлось дать ей самый тонкий намёк. – Кот Нуар будет завтра на открытии, а учитывая факт, что он – мой главный конкурент в скоростном поедании сладостей, я с высокой вероятностью ожидаю увидеть его в гражданском обличии на дегустации булочек, и вот тогда... – О, нет! – до Маринетт наконец-то дошёл весь масштаб котострофы с этими метками. – Если Нуар заметит на мне хоть одну розовую метку, то заподозрит в измене, и я не отмажусь тем, что эта метка получилась совершенно случайно, когда Адриан упал на меня в первый раз! И тогда... – Да не об измене он подумает! Он будет просто счастлив вычислить тебя, увидев те же метки на Маринетт, раздающей булочки, и потом его даже веником и ведром воды нельзя будет прогнать с твоего балкона! – выпалила Тикки, потому что всем известно, что чёрные коты могут навлекать беду на любой дом. О том, что Тикки, как и её чёрный собрат, беспокоилась за свои запасы вкусняшек, квами тактично умолчала. – Я уже не говорю о твоих родителях, которые будут смотреть церемонию открытия по телевизору и без сомнения по одинаковым меткам узнают свою дочь. Вот тогда тебя Нуар будет сторожить у верхнего выхода, а родители – у нижнего, и никуда не выпустят, даже при появлении акумы! – осознание новых проблем вылилось ушатом ледяной воды, заставив девушку серьёзно задуматься.
