SoM

— Кохаку-сааан! — если откуда-то издалека вы слышите громогласный зов вашего имени — значит сейчас произойдёт что-то настолько абсурдное, что вам захочется со всей силы ударить… кого-нибудь по лицу, плечу, груди и остальным частям тела. Желательно одновременно. Кохаку размышляет так далеко не из вредности, а исходя из собственного опыта. В конце концов в его окружении очень много шумных людей, и если он каждого начнёт бить за излишние децибелы, то к концу этой «бойни» в живых останется один ХиМЕРУ-хан. С Мадарой Микеджимой всё немного… по-другому. Нет, с ним всё совсем по-другому. — Мадара-хан? — спросил Кохаку, отвлекаясь от автомата с напитками. Он мог бы следом спросить, а не случилось ли что с его напарником, но Оукава, к сожалению, лучше всех знает: если произойдёт что-то плохое, то Мадара из бизона превратится в вальяжного кота, которого замучаешься искать по всей Японии. Поэтому вариант с «у Мадары-хана проблемы» очень быстро отпал. И породил за собой ещё больше вопросов. — Доброе утро! — продолжил говорить Микеджима, останавливаясь рядом с автоматом и беглым взглядом осматривая его содержимое. — Как поживаешь? — Кохаку не сдержал тяжёлого вздоха. Раз тот начал издалека — значит поток безумных мыслей Мадары соизмерим с его выходками в старшей школе. Удивительно, как тому не захотелось сразу выложить перед Кохаку «шведский стол» и заставить напарника испробовать все блюда, а после попросить дать пятибалльную оценку каждому. — Я вижу: у тебя что-то на уме, — спокойно заявил Оукава, опускаясь на корточки, чтобы подобрать клубничный напиток, выданный ему автоматом. — Мне не нужны светские беседы. Говори обо всём прямо, — он без проблем разобрался с крышкой бутылки и сделал первый глоток. Жара стоит просто адская — хоть сейчас окунайся на дно фонтана (чем некоторые в ES не стесняют промышлять…), но Кохаку ещё не растерял остатки гордости, чтобы проводить свой рабочий день на дне каменного изваяния. — Ха-ха, как всегда прямолинеен, Кохаку-сан, — пропел Мадара, прислоняясь плечом к стене. — Я хочу снять клип для «Secret of Metropolis». Бутылка клубничного напитка чуть не встретила свой конец на полу коридора. — Что ты сказал? — у Кохаку никогда не было проблем со слухом. Ему просто нужно было убедиться, что Мадара не пошутил. — Я хочу снять клип для «Secret of Metropolis»! — бодро повторил шатен без капли сомнений в голосе. — С чего вдруг такое желание? — Кохаку выпрямился и потянулся за салфеткой, чтобы вытереть щёки, испачкавшиеся в розовой жидкости. — Ей уже почти… год? Два? Три? Это буквально песня из нашего первого альбома. — В этом и суть! Из альбома «Eye» без клипа у нас висит только она. Ты никогда не задумывался о том, что она, возможно, завидует своим сестричкам? — пачку салфеток Мадара успешно достал с верхней полки, особо не напрягаясь. Кохаку предпочёл притвориться, будто всё так и должно быть. Вместо этого он попытался представить, какой должна была быть ситуация, чтобы заставить Мадару нафантазировать песням их юнита какие-то взаимоотношения. — То есть… она существовала целых три года, но ты решил вспомнить о ней только сейчас? Мадара-хан, ты уже забыл, почему у неё как раз нет клипа? — спросил Оукава, не сдерживая нотки возмущения в тоне. — И я всё ещё не понимаю, откуда в твоей голове зародилось желание сделать что-то… такое. Серьёзно, однажды Мадара так придёт к нему с предложением записать новый альбом, и Оукава окончательно потеряет дар речи. — Ах, Кохаку-сан, а я ведь думал, что у тебя отличная память, ха-ха, — смех смехом, но мимолётную грусть в глазах Микеджимы было невозможно не заметить (по крайней мере, для Кохаку это был очень ярко выраженный жест…). — Сейчас середина июня. А знаешь, какое событие ожидает нас в июле? Кохаку… действительно ненадолго задумался над правильным ответом. — Выход нового альбома Crazy:B? — попытался он. Попытка, судя по лицу Мадары, оказалась ошибочной. — Хаа… И это тоже, но я имел в виду другое, — он тяжело вздохнул, всеми своими действиями пародируя Ибару во время работы с документами. — Будет годовщина. Наша. То, насколько двусмысленно прозвучала последняя фраза в глазах Кохаку, нужно было не видеть, а чувствовать. У Оукавы натурально всё сжалось внутри, словно кишечник захотел переселиться поближе к административному району его органов. Он не смел ничего изображать на лице. Ему достаточно того торнадо, что творилось у него внутри. А прошло сколько секунд? Одна? Три? Пять? Если он срочно не придумает ответ, то ещё секунда — и Мадара начнёт о чём-то… догадываться. А Микеджиме лучше сейчас вообще не думать. Для их общего блага и ментального здоровья. — Ты про годовщину Double Face? — Кохаку ещё никогда так быстро не перебирал в голове отмеченные в календаре даты. Да и самое смешное, что это проклятое шестнадцатое июля у него нигде не записано. Вместо даты он вспомнил внутренний монолог с самим собой на тему «я никогда не забуду дату создания своего юнита». И он бы вспомнил. Просто Мадара решил очень не вовремя о ней напомнить. — Бинго! Ха-ха, а я уже начал сомневаться в тебе, Кохаку-сан, — беззаботно ответил Мадара, в очередной раз пробегая взглядом по автомату с напитками. Кохаку, путём несложных вычислений (и капельке пота, стекающей вдоль загорелых обнажённых ключиц…), понял, что его партнёра мучает жажда, да кошелька у того почему-то с собой нет. Сначала Оукава хотел предложить свой напиток, но, вспомнив о минимальной любви Мадары к сладкому, его пальцы каким-то волшебным образом сами собой достали из собственного кошелька местную валюту и заставили автомат выдать ему холодный чёрный кофе. Глаза Микеджимы ненадолго превратились в изумрудные блюдца. — Решил таким образом задобрить меня? — пошутил Мадара, за что тут же получил отдавленную ногу вместо смеха. — Ай-яй-яй! Прости-прости, Кохаку-сан! И спасибо, — он наклонился за баночкой и почти в ту же секунду щёлкнул крышкой, чтобы сделать первый глоток. Очень жадный глоток. А за ним и ещё один — Кохаку мог без проблем наблюдать за катающимся туда-сюда кадыком. — У нас… у нашего юнита скоро годовщина, — быстро поправил себя Оукава, избегая неловкой формулировки. — И как это связано с созданием клипа? Ты решил сделать нашим фанатам подарок? — Именно! — Мадара выпрямился и вытер капли кофе на губах рукавом рубашки. — О нас почти ничего не слышно в последнее время. Мы не можем предложить нашим фанатам что-то новенькое, так почему бы тогда не преподнести в новом свете что-то старенькое? — Я понял… но всё же, почему именно «Secret of Metropolis»? У нас есть ещё одна песня, тоже без клипа, — верно подметил Кохаку, складывая руки на груди. — Или ты выбирал, исходя из популярности? Мадара ответил… не сразу. — Популярность, конечно, тоже важна, но здесь сыграли роль мои личные предпочтения. Всё-таки альбом «Eye» был нашим первым, — дал скомканный ответ Микеджима, отводя взгляд и делая ещё один глоток. — Но если тебе больше нравится идея снять клип на «Sleeper Mystery Train», то я только «за»! Ох… верно. Это ведь только для Кохаку работа в команде — обычное дело. Что касается Мадары, то… Оукава как сейчас помнит безмерную радость этого идиота, сравнимую с радостью ребёнка, впервые за несколько лет нашедшего себе друга. И почему-то Кохаку уверен, что последнее сравнение не так уж далеко ушло от правды. Замени слово «друг» на «напарник», и всё встанет на свои места. — Нет, я… не имею никаких возражений, — с запозданием ответил Кохаку. — А вот кое-кто, вернее кое-что, очень даже имеет. — О? Ну, если это что-то, то мне не составит труда сломать это, раз оно нам мешает! — этот идиот прекрасно понял намёк, но всё равно попытался выставить себя ничего не знающим балбесом. — Я про деньги, Мадара-хан, — легко поправил Кохаку, снова не сдерживая тяжёлого вздоха (теперь уже он начинал походить на Ибару во время работы с документами…). — Нам никто не выделит бюджета на съёмки. Будь всё так хорошо, у нас бы уже не существовало песен без клипов. — По этому поводу не переживай! Я в любом случае собирался взять деньги из собственного бюджета, — то, с какой лёгкостью Мадара это произнёс, заставило мурашки активно забегать по коже Кохаку. — Мадара-хан, — твёрдый тон тут же пришёл на смену мягкому. — Даже не думай об этом. Я отказываюсь делать что-либо для Double Face за счёт твоего кошелька, — твёрдо заявил Кохаку, чтобы заставить Мадару понять: не пытайся переубедить. А Микеджима, как известно, знаменит в ES под прозвищем «я-игнорирую-все-правила-и-предупреждения-в-свою-сторону». — А что в этом плохого? В этот раз я не предлагаю ничего криминального, — снова попытка пошутить — снова Кохаку оставил её без внимания. — Плохо то, что нам придётся всё оплачивать из твоего кошелька. А ты наверняка в курсе, что из-за релиза альбома и недавней поездки заграницу мой счёт почти пустой, — без проблем начал аргументировать Оукава и практически наседать озлобленной тенью над напарником. — Хорошо, вот снимем мы клип. Я, возможно, подниму свой рейтинг по популярности. А что будешь делать ты? Мы не настолько популярный юнит, чтобы просмотры клипа смогли покрыть твои расходы на него. Кохаку предпочёл плеваться горькой правдой, чем разводить сладкую ложь. Мадара снова собирается пренебречь собой. И в этот раз Оукава не собирается просто стоять и смотреть, как этот идиот усложняет себе жизнь. — Хаа, Кохаку-сан смотрит на вещи слишком пессимистичным взглядом. Я человек способный, поэтому найду способ, как вернуть израсходованную сумму, — он всё никак не хотел начать воспринимать разговор всерьёз. — Тем более… деньги пойдут на благо Double Face. — А как же MaM? — тут же парировал Оукава. — Почему ты вдруг начал вести себя так, словно твоего основного юнита не существует? Мадара снова отвечать не торопился. Похоже, в его голове их разговор прошёл гораздо… беззаботнее. А тут Кохаку, семнадцать лет отроду, собрался учить двадцатиоднолетнего дяденьку экономить деньги. Ситуация хуже, чем у Ринне с Ники. — Я просто сделал выбор, над чем хочу поработать в первую очередь, — ответил Мадара, допивая кофе и выбрасывая пустую баночку в мусорный бак. — Быть лидером двух юнитов одновременно не так уж и просто. Иногда нужно выбирать одно из двух, чтобы совсем не зачахнуть. А здесь появляется идеальный повод посветить «двойным лицом»! — пропел шатен, наваливаясь на Кохаку, словно пытаясь так разрядить обстановку (так он её только заряжает, но Оукава об этом учтиво промолчал). Кохаку принимает взвешенное решение сделать два шага влево, чтобы перекинуть тяжёлую тушу через себя прямиком на диван. Мадара, словно ожидая такой поворот событий, без проблем поудобнее укладывается на мягкой поверхности, даже не думая сводить глаз с напарника. Как Микеджима умудряется продолжать издеваться над ним, находясь в столь унизительном положении? Хотя это «унизительное положение» теперь больше напоминает излюбленную позу для сна лидера Crazy:B, который при любых условиях чувствует себя победителем. … Вот только Ринне Амаги не носит в жару рубашки, а после не закатывает их рукава по локти и точно не расстёгивает их пуговицы до середины груди. Сейчас самое время написать Рабу-хану о том, какой Мадара Микеджима бесстыдник и как сильно ему хочется натянуть на мужчину три слоя свитеров, чтобы тот в кои-то веки прекратил так открыто демонстрировать свою фигуру всем подряд. А в ответ получить миллион знаков вопроса и стикер, означающий, что Айра уже бежит к Кохакуччи, чтобы узнать все подробности ситуации. — Я… я понял, но всё ещё не согласен тратить твои деньги. По крайней мере, не так много, — сделал поблажку Оукава, выдыхая сгусток раздражения (смущения), чтобы не отразить его на своём лице. Глаза Мадары вдруг засияли, словно на изумруд посветило солнышко. — В этот раз ты отказался не от всего! — подметил Микеджима, ловко вставая с дивана. — А как тут отказаться? Я могу попробовать сказать тебе нет, но ты ведь найдёшь способ поступить так, как тебе хочется, — а Кохаку, наоборот, на этот диван «упал». — Вместо шуток лучше бы подумал, как нам сэкономить. Я не позволю тебе потратиться на целую съёмочную группу. И на аренду помещения тоже. — Эээ? Исключая костюмы, это же почти всё, на что обычно тратят деньги при создании клипа, — сейчас Мадара больше напоминал ребёнка, а не маму. И такое происходит уже не в первый раз, отмечает Оукава. Со стороны поведение Мадары выглядит как продолжительная месть за то, что Кохаку отказался быть его «любимым сынишкой» (любимым-то он согласен быть, но далеко не сынишкой…). Ааа, это просто отвратительно! Почему ему обязательно нужно проходить через «этот возраст»? Почему его холодный нрав не может пересилить это ужасное состояние «подростка в пубертате»? Хоть сам себя через прогиб кидай, да не поможет. — Поэтому я и сказал тебе подумать над экономией. Попытаешься сделать по-своему — я тут же откажусь сниматься, — сразу предупредил Кохаку, пронзая партнёра (почему это слово в голове начало приобретать так много подтекстов?) убийственным взглядом. Мадара замолчал, а его пылкий настрой наконец-то прекратил обжигать своей решительностью. Надо же… он и правда… задумался. Оукава был уверен, что мужчина начнёт его переубеждать, но тот… послушался? Да ладно, должен же быть во всём нюанс. И, Господи, лучше бы Мадара вообще рот не открывал. — Я мог бы самостоятельно отснять клип, но тогда качество будет не самым лучшим. Нужен кто-то, отвечающий за свет и, может быть, софиты, — он загнул первый палец. — Вряд ли фанаты оценят, если мы будем постоянно в разных кадрах. Значит, нужно ещё как минимум три человека, чтобы отснять нас вместе с нескольких ракурсов, — теперь он загнул четыре пальца. — О костюмах я могу попросить позаботиться Куро-сана. Сомневаюсь, что он возьмёт с меня большую плату, если вообще возьмёт. Лео-сан может помочь в обработке звука, а у Рей-сана наверняка достаточно связей, чтобы найти помещение для аренды по выгодной цене, — в итоге суммарно он загнул семь пальцев. — Три человека уже найдены, осталось с ними только договориться. Я редко прошу у кого-то из них помощи, но ради тебя, Кохаку-сан, пойду наперекор своей гордости! Осталось найти ещё четверых… Ну, я знаю кое-какую тройку, которая точно не откажет нам в просьбе. Теперь настала очередь глаз Кохаку становиться размером с блюдца. Мадаре даже не надо было заканчивать свою мысль, чтобы Оукава всё понял без лишних слов. — Нет, ты же не собираешься… — Ники-сан, Ринне-сан и ХиМЕРУ-сан ни за что не бросят своего младшего в беде, правда? Кохаку искренне не может себе представить, каким получится клип на «Secret of Metropolis», с таким-то составом команды. Он просто тихо надеется, что они ничего не сожгут (взорвут, убьют, разрушат, испортят…) и ему не придётся краснеть перед фанатами за изображённый в клипе конец света. А ещё было бы неплохо, застегни Мадара рубашку.