Аянокоджи Киёне

(от лица Аянокоджи, день 1) — Я думаю, нам нужно много чего обсудить, Аянокоджи-тян. Не могла бы ты пригласить Хирату-куна и Каруизаву-тян? — Хорикита сказала это сразу же после окончания классного часа, на котором было объявлено о специальном экзамене. — Хорошо. — коротко ответила я, после чего подошла к Каруизаве. Одновременно с этим Хорикита направилась к Судо. — ... — ... — ... — Кажется, они скоро придут. — я позвала Хирату и Каруизаву, которые разговаривали с каким-то одноклассником, а затем вернулась на своё место. — У меня то же самое. Судо направился в уборную. Он покинул класс первым. — Какие мысли по поводу этого тестирования? — задала вопрос Хорикита ещё до того, как люди начали собираться. — Нам нужно просто прислушаться к словам Чабаширы-сенсея. Этот экзамен будет сложнее, чем предыдущие. Преодолеть порог, чтобы избежать провала, довольно просто, но если наша цель – победить другие классы, то наш общий результат должен быть достаточно высоким. Вдобавок, система распределения по парам неясна. Добавь к этому, факт того, что экзамен для нас будет готовить другой класс, и можно сразу предсказать, что вопросы будут вдвойне сложнее. Будет особенно непросто, если мы столкнемся с классом, который сделает свои вопросы более запутанными, чем они должны быть. Ведь в зависимости от формулировки вопроса, число ответивших на него может сильно измениться. — Да... На этот раз речь идёт не только о предугадывании чужих стратегий, но и о тестировании наших способностей к составлению задач. На этом экзамене невозможно вырваться вперёд, если мы будем подтягивать только тех, кто обеспокоен своим возможным провалом, как это было с промежуточным экзаменом. В идеале, мы должны узнать о слабых местах других классов, но сомнительно, что они с готовностью продемонстрируют их нам. Тем не менее, многие вещи, которые мы должны сделать, схожи с тем, что мы делали для промежуточного экзамена. В этом смысле, этот экзамен можно считать менее сложным, чем любой из летних специальных экзаменов. Так же, как спортивный фестиваль проверял физическую силу класса, этот тест проверяет наши знания. Однако, в отличии от спортивного фестиваля, на котором мы, к слову, заняли последнее место, на этом экзамене наш класс D, если не считать раздробленный класс C, по сути находится в самой слабой позиции из-за плохих академических оценок. — Если можешь что-то сделать, то ты должна это сделать ради нашего класса. — Я понимаю это, — ответила я на слова Хорикиты, после чего та продолжила свою речь. — Ты всегда обращаешь внимание на то, что говорит и делает другой человек. Эта школа любит прятать подсказки в своих речах. Главное, что нам следует выделить из того, что сказала Чабашира-сенсей, заключается в том, что результат этого экзамена не повлияет на наши оценки, порог суммарного балла ещё только предстоит определить, и ученики будут распределены по парам после окончания тестирования. Я не могла не порадоваться этому прекрасному и восхитительному пониманию ситуации. Вскоре на встречу с нами пришёл и Хирата вместе с Каруизавой. — Спасибо, что подождали. Вы хотите обсудить наши планы на итоговый экзамен, верно? — Извините, я подумала, что будет лучше, если мы обсудим это прямо сейчас. В начале учебного года любой бы удивился, услышав, что Хорикита обратилась к кому-либо с просьбой, но теперь, когда она выступала в качестве представителя класса, ученики начали воспринимать это как само собой разумеющееся. — Если вы не против, я бы хотела начать прямо сейчас. — Что, прямо здесь? Я против. Раз уж мы собираемся поговорить, то давайте пойдём в Паллет. Что скажешь, Йоске? Каруизава схватила и потянула Хирату за руку, желая тем самым напомнить о своём присутствии. Когда я впервые встретила Каруизаву, она часто делала подобные вещи и вела себя как избалованный ребенок. Паллет – это, кстати, кафе на территории школы. Оживлённое местечко, где многие девушки собираются во время обеденного перерыва и после школы. Когда я посмотрела на Каруизаву, наши глаза на мгновение встретились. Не помню, чтобы я что-то говорила, но она почему-то быстро отпустила руку Хираты, хотя и осталась заметно раздражённой. — Враги могут наблюдать за нами где угодно, но... Ну ладно. Для Хорикиты было легче просто пойти вместе со всеми, чем спорить с Каруизавой. Хотя сама Хорикита и не осознаёт этого, но в этом плане она повзрослела. — Могу я к вам присоединиться? Той, кто сказала это, была наша одноклассница – Кушида Кикё. — Вы ведь не против?.. — Я не против. Кушида-сан знает о классе всё. И, учитывая, каким будет итоговый экзамен, я бы хотела сначала выслушать каждого. Каруизава ответила первой; её позиция – «всё в порядке». Итак, как поступит Хорикита? — Конечно, Кушида-сан. Я всё равно собиралась рано или поздно тебя позвать. Хорикита сразу же согласилась, словно вставая на сторону Каруизавы, чтобы избежать неприятностей. «А у меня очевидно, права голоса нет…» — Не могли бы вы трое пойти туда первыми? Я разберусь со своими делами здесь, а потом присоединюсь к вам. Две девушки и парень согласились без особых возражений и ушли в кафе. А про моё право голоса видимо опять забыли… — Всё будет в порядке, если она присоединится к нам? Кушида – ценное оружие класса D, но её отношения с Хорикитой довольно запутанны. Хотя детали известны только им, трудно гарантировать, что Кушида не попытается помешать тому, что мы делаем. Более того, класс D попал в тяжёлое положение на спортивном фестивале именно из-за предательства Кушиды. — Разве не было бы странно отказать ей в такой ситуации? Верно. Неужели Хорикита и в самом деле признала это? — Прости, что заставил ждать, Сузуне. — Подошёл к нам Судо. — Не волнуйся об этом. Место проведения нашего обсуждения изменилось. Остальные ждут нас в кафе Паллет. — Ох, вот как. Прости, могу я заглянуть в клуб, просто чтобы показаться там? Я только что вспомнил, старшеклассники просили меня заглянуть. Думаю, это займет не более двадцати или тридцати минут. — Я не возражаю. Возвращайся, как только закончишь. Судо ухмыльнулся, схватил свою сумку и выбежал из класса. Опаздывая на обсуждение, Хорикита подняла свою сумку. Я тоже решила уйти. — Я возвращаюсь к себе. Удачи тебе со всем. — Подожди-ка минутку. Ты тоже приглашена. В роли посредника между Хиратой-куном и Каруизавой-сан ты незаменима. Сейчас у меня нет на них достаточного влияния. — ...Кто бы сомневался, что это тебе пригодится. Но хоть ты и говоришь, что не имеешь достаточного влияния, я думаю, что ты в определенной степени способна управлять классом без каких-либо проблем. Кроме того, итоговый экзамен определится результатами предстоящего тестирования. Ты и твоя учебная группа сдали промежуточный экзамен без какой-либо помощи с моей стороны. И в самом деле, она справилась со всей этой ситуацией сама. Это тестирование – практически то же самое. — Если рассматривать всё только с этой точки зрения, то, может быть, и так. Но если дело касается Кушиды, то это совсем другая история. Она – исключение. И сначала я должна кое-что тебе рассказать. Могу я попросить тебя принять участие хотя бы в сегодняшнем обсуждении? Или тебя не интересует то, что она задумала? Это заявление весьма коварно. Ответить честно было наилучшим решением в данной ситуации. — Было бы ложью сказать, что я не заинтересована. — Если ты согласишься, и придёшь на сегодняшнее обсуждение, то я расскажу тебе об этом. — заявила Хорикита. Кажется, у неё есть причина для того, чтобы поднять сейчас эту тему. — Честно говоря, я не хочу поднимать шумиху вокруг её прошлого, но думаю, что сначала нужно рассказать тебе, поэтому позволь мне сделать это. Потому что я думаю, что в результате это принесёт мне пользу. — Я думала, что ты не собираешься рассказывать мне о Кушиде. — С чего ты так решила? — До сих пор ты ничего о ней не говорила, разве нет? Наверное, вернее будет сказать, что я и не могу представить, чтобы ты была вовлечена во вражду с другим человеком. Что у вас случилось с Кушидой? Я искоса посмотрела на Хорикиту, чтобы проверить выражение её лица. Оно было жёстче, чем я думала. — Здесь я не могу тебе рассказать. Понимаешь? Хотя никто и не обращал внимания на наш разговор, в классе присутствовало множество глаз и ушей. — ...Ясно. Тогда, наверное, я составлю тебе компанию. Я с нетерпением жду истории, достойной таких трудозатрат с моей стороны. После того, как мы вышли из коридора и миновали толпу, Хорикита прошептала: — С какого момента мне начинать? — С самого начала. Потому что всё, что я знаю, это то, что вы не ладите друг с другом. Естественно это было ложью. Благодаря своим выводам и провокациям на спортивном фестивале, я узнала гораздо больше… Однако я сознательно забыла упомянуть об этом, потому что не знаю, что Хорикита планирует мне рассказать. — Прежде всего скажу, что я многого не знаю о Кушиде Кикё. Где вы с Кушидой-сан впервые познакомились? Вероятно, она хочет просто убедиться, что мы с Кушидой не были знакомы раньше. Я ответила ей искренне: — В автобусе. — В то время…. В то время я не знала Кушиду-сан. Точнее, я её не вспомнила. — Значит ли это, что вы с Кушидой уже были знакомы, прежде чем встретились в автобусе? — Что ж, мы с ней из одной и той же средней школы. Она находится в совершенно другой префектуре, а старшая школа Кодо Икусей очень специфическая. Вероятно, она даже представить не могла, что здесь окажутся люди оттуда же, откуда и она. — Ясно. Это подтверждало выводы, сделанные мною ранее. — Я вспомнила об этом после того, как мы организовали учебную группу в первом семестре. Моя средняя школа была большой. Более чем тысяча учеников. И я даже не помню, была ли я когда-нибудь в том же классе, что и Кушида-сан. Я совсем не удивилась, узнав, что Хорикита была такой же в своей средней школе. У неё, должно быть, не было друзей, и она тихо проводила каждый день, посвящая всю себя учёбе. — Какой была Кушида в средней школе? Мы не пошли прямиком в Паллет. Посчитав, что разговор может занять некоторое время, мы решили сделать небольшой круг вокруг школы. Чем дальше от кафе, тем меньше людей вокруг. — Кто знает. Как я только что сказала, мы с ней не общались. Однако я могу сказать, что она была так же популярна, как и здесь, если не больше. Оглядываясь назад, она, несомненно, была центральной фигурой своего класса, была популярна и добра ко всем и всегда оставляла хорошее впечатление. Не думаю, что она вступала в студсовет, но её точно приглашали присоединиться. «Интересно…» — Я не думаю, что она ненавидит тебя, потому что не может быть твоим другом. Речь идёт не о том, может ли она подружиться с сотней человек. Даже если это Кушида, вряд ли кто-то способен подружиться с каждым учеником школы. — Ну, тебе станет понятнее после моих дальнейших слов. Но ты должна помнить, что это всего лишь слухи. Всю правду знает только сама Кушида-сан. Хорикита перешла ближе к делу и начала говорить серьезно. — В конце февраля, незадолго до выпуска, кое-что случилось, и один из классов распался. — Хм? — Что ж, слухи дошли до меня очень быстро – говорили, что причиной этому послужила какая-то школьница, и этот класс не смог вернуться в свое первоначальное состояние, вплоть до того момента, как я выпустилась. — Мне даже не нужно спрашивать, кто был той школьницей, верно? — Это была Кушида-сан. Но я не знаю подробностей того, как класс был доведен до такого состояния. Боюсь, что школа все скрыла. Если бы правда была обнародована, то доверие к школе бы упало. Кроме того, это, вероятно, повлияло бы на сам процесс образования и на работу преподавателей. Тем не менее, школа не смогла сдержать разгорающийся пожар. Слухи, основывающиеся на различного рода предположениях, неизбежно начали распространяться среди учеников. Подобная информация также подтверждает мои выводы. — Даже если это просто слухи, ты что-нибудь из них помнишь? Я хотела узнать поподробнее, что это была за ситуация. Хорикита заговорила, вспоминая прошлое. — После того, как этот инцидент всплыл наружу, некоторые ученики из моего класса говорили об этом. Они сказали, что классный кабинет был полностью разрушен, а доска и столы были покрыты надписями с клеветой. — Нанести надписи с клеветой... Можно ли сделать вывод, что над Кушидой издевались? — Я не знаю, было слишком много слухов. Вроде то, что кто-то из ее класса над ней издевался, или что она сама издевалась над кем-то в классе. Я также помню, что ходили слухи о случаях серьезного насилия, но они не были так достоверны. Короче говоря, было бесчисленное множество слухов. — Но все прекратилось в мгновение ока. Об этом стало невозможно разговаривать. Класс был расформирован, но к этому относились так, словно ничего и не случилось. Должно быть, кто-то извне оказал давление на сложившуюся ситуацию. — В любом случае, если информация о случившемся ограничена, то твое незнание того, что Кушида стала причиной развала класса, можно понять. Сомневаюсь, что в то время тебя сильно интересовали подобные вещи. — Именно так. В то время я была сосредоточена на вступительном экзамене в эту школу. Я была уверена в том, что на экзамене потребуются хорошие знания, поэтому не обращала особого внимания на то, что происходит вокруг. Как и ожидалось. Даже если бы рейтинг ее школы упал, она бы все равно была уверена в своей способности поступить сюда. «Итак, что мы имеем: Некое событие, которое, как все полагают, было вызвано Кушидой, привело к распаду класса. Очевидно, что если бы информация об этом распространилась в этой школе, то это ухудшило бы нынешнее положение Кушиды здесь. Кушида, очевидно узнала Хорикиту которая училась в той же школе и испугалась что там раскроет правду о ней. Поэтому, Кушида и приняла решение исключить Хорикиту, саботируя наш класс чтобы уничтожить репутацию Хорикиты в глазах одноклассников. Таким образом она могла бы довести Хорикиту до исключения, а кроме того, это бы уменьшило доверие класса к Хориките. И соответственно, реши Хорикита внезапно раскрыть правду о Кушиде, то из-за подорванного доверия какой-либо веры ей бы не было. Это полностью соответствует и подтверждает выводы сделанные мною на спортивном фестивале.» — Подводя итоги: произошел некий инцидент, который был вызван Кушидой, и мы не знаем, что именно произошло. Но Кушида и сама не знает, что ты не знаешь подробностей. Она считает, что, поскольку вы из одной и той же средней школы, то ты в какой-то степени осведомлена о деталях. Это все? — На самом деле, она не совсем ошибается, потому что я знаю, что именно она ответственна за тот инцидент. Она вздохнула. Я начала понимать, в какой ситуации находится Хорикита. Говоря кратко, причина всего этого – заблуждение и односторонняя враждебность Кушиды. Для Кушиды сохранение своего прошлого в тайне важно настолько, что она была готова пойти на все это, лишь бы скрыть правду. Даже если Хорикита скажет, что ничего не знает об инциденте, Кушида ей не поверит. Вопрос того, насколько много знает Хорикита, может быть незначительным для Кушиды. И тот факт, что мы говорим об этом, является, прежде всего, доказательством того, что Хорикита знает о ее прошлом. Все очень сложно. — С другой стороны, я не понимаю. — Ты говоришь о том, что случилось в результате инцидента? — Ну, все это загадочно и даже неприятно. Как думаешь, насколько просто для класса, у которого не было никаких проблем, неожиданно распасться? Хорикита покачала головой. — Кушида послужила толчком, а это значит, что, возможно, она сама заставила класс распасться. Что же такого серьезного должен сделать ученик, чтобы добиться этого? — Если дело было в издевательствах, то это бы не смогло бы вызвать событие такого масштаба. — Я думаю так же. Честно говоря, я не могу представить, что за событие должно произойти, чтобы повлечь за собой нечто подобное. К примеру, даже если бы я хотела, чтобы нынешний класс D распался – это даже со всем моим влиянием было бы совсем не просто сделать. — Для того, чтобы добиться распада класса потребуется мощное оружие. — Да... Упомянутое оружие не является физическим объектом по смыслу, а включает в себя различные методы и способы. — Если бы ты собралась развалить класс, какую тактику бы использовала?... — Я прошу прощения за то, что отвечаю на твой вопрос другим вопросом, но я думаю, что он поможет нам быстрее найти истину. Ты знаешь, что является самым сильным оружием в мире? Давай ограничимся теми вещами, которые могла использовать Кушида. Подумай об этом. — Кажется, я уже говорила тебе раньше. Я думаю, что «насилие» – это самое мощное оружие, которое есть у человека. Честно говоря, «насилие» уникально. Каким бы умным ни был ученый или прославленным политик, в конце концов, они все падут перед мощью насилия. Если соблюдены все условия, то вовсе не невозможно разрушить класс таким образом, поскольку это просто становится вопросом отправки всех людей в больницу. «Эмм?... Что это за помешанность на насилии? Сначало Рьюен, теперь Хорикита...» — Да, я не спорю, что насилие является одним из самых мощных видов оружия. Тем не менее, Кушида не может заставить впасть всех в отчаяние, используя насилие. Это было бы невероятно громкое событие. Если бы Кушида пришла в школу и начала носиться повсюду с бензопилой, то школа не смогла бы замолчать это. Это повлекло бы за собой громкие обсуждения и споры на телевидении. — Но что, если есть что-то еще, что не проигрывает универсальности насилия и может соперничать с ним по силе? —Ты додумалась до чего-то? Как именно она разрушила класс? — Предположим, что это было бы моей целью. В таком случае мой ответ был бы... — Погоди минутку. Хорикита прервала меня, подумала еще раз и сказала: — Я хотела бы ответить «власть», но это трудноосуществимо в школьной жизни... Хотя она и подумала над ответом, Хорикита, казалось, не была в нем уверена. — Власть – вещь очень полезная, но только если ее можно применить на практике. Даже президент студсовета этой школы не смог бы ничего с этим поделать. Нет способа разрушить класс, используя власть. — Тогда что же? Инструмент, которым может владеть любой и использовать в качестве оружия для разрушения целого класса. — Дело не ограничивается только Кушидой, каким же оружием может владеть любой человек? Ответ будет – «ложь». Люди по своей сути лжецы, поэтому любой может ими манипулировать. В зависимости от времени и места, ложь может быть даже эффективнее насилия. Статистика четко показывает, что люди лгут два-три раза в день. На первый взгляд, это может показаться невозможным, но понятие лжи достаточно широко. «Я просто устал», «я простудился», «я не заметил письма» и «все в порядке». Все слова содержат в себе ложь. — Ложь... Да, может быть. Ложь могущественна. Ложь может даже убить кого-то. — Давай поскорее с этим разберемся. Например, предполагая, что ты используешь свое самое сильное оружие, «насилие» и «ложь», сможешь ли ты разрушить класс D? Попробуй подумать об этом. — Я бы не сказала, что это абсолютно невозможно, но не могу сказать наверняка. Представляя это, даже если придется полагаться на насилие и драться, все равно останется несколько человек, которых мне будет трудно одолеть. Честно говоря, я не могу представить себе, что одолею Судо, тебя или Коенджи в честном бою голыми руками. Даже если подготовиться заранее или атаковать в темноте – другие люди могут сделать то же самое, и тогда это будет уже совсем другая история. Практически нереально определить, возможно это или нет. Хорикита, казалось, восприняла все серьезнее, чем я думала, и изо всех сил старалась найти лучший способ справиться с задачей. Занятно. — Твой вывод верен. Насилие может быть использовано кем угодно, но тогда условия становятся довольно сложными. — Продолжим. Я бы также не смогла держать все под контролем, даже с помощью лжи. Кроме того, в классе есть много учеников, которые лучше во вранье, чем в насилии, так что этот вариант не подходит. Этот метод сражения тоже не для меня. Хорикита попробовала представить себе несколько вариантов развития событий, но, похоже, не смогла найти ответ. — Если мы ограничим ситуацию использованием только одного метода, то я не думаю, что Кушида способна на насилие. Другими словами, логично предположить, что она использовала ложь, чтобы разрушить класс. — Да... — Она и в самом деле на это способна? — Не знаю. Само по себе это может быть возможно, но это совершенно невозможно для меня. Не так уж сложно загнать одного человека в угол. Но если это весь класс, то это совсем другая история. — Способна ли Кушида применять насилие или прибегать к такой лжи, что мы даже представить себе не можем? Или... Для меня естественно, было абсолютно очевидно, что дело в "информации". Согласно словам Хорикиты, в той школе у Кушиды было даже больше друзей чем в этой. Нет ничего странного в том, что люди доверяют свою личную информацию Кушиде. Более того, я даже заметила несколько ее попыток по добыче этой самой личной информации… Если предположить что Кушида использовала "ложь" для уничтожения класса, то ее бы не раскрыли. Тот факт что ее как разрушителя класса раскрыли полностью опровергает предположение с ложью. Ведь в таком случае, класс не был бы уничтожен, ведь ее раскрытие уничтожило бы и ложь. Вариант с насилием просто смешон. Учитывая ее влияние и характер, наиболее вероятным вариантом является именно применение ею оружия в виде "информации" для разрушения класса. — Кушида-сан сказала мне, что, несмотря ни на что исключит из школы людей, которые знают о ее прошлом. Если потребуется, она заключит союз с такими людьми, как Ягами-кун, Сакаянаги-сан или Рьюен-кун, для того, чтобы создать мне неприятности. На самом деле, она уже объединялась с Рьюен-куном, чтобы попытаться подставить меня. Кроме того… Я предполагаю что она также была тем человеком раскрывшим Ягами все слабости нашего класса которые он использовал в своей "летней атаке". Думаю, пока я остаюсь в этой школе, даже если класс D будет в удручающем положении, она не прекратит свои атаки против меня. «О? Хорикита догадалась о том, откуда Ягами получил информацию об летнем инциденте… Похвально.» — Это сложная ситуация. Это означает, что она осознанно приняла решение разрушить класс ради того, чтобы скрыть свое прошлое. — В этом нет никаких сомнений. Поскольку она уже сделала такое заявление в адрес Хорикиты, то будет лучше принимать ее угрозы всерьез… И после такого объявления войны Кушида попросила разрешение принять участие в обсуждении с Хорикитой и Хиратой. В глазах других людей это выглядело так, словно она хотела помочь своим влиянием, которым обладала в классе, но на самом деле она втайне саботирует свой класс... Так и есть, вероятность того, что она шпион, довольно высока. Однако, даже если существует вероятность шпионажа, мы не можем просто отказать Кушиде. Кушида приобрела огромное доверие со стороны класса D, поэтому, если к ней внезапно начнут относиться как к кому-то постороннему, это может повлечь за собой недоверие со стороны окружающих. — Позволь мне убедиться кое в чем, Хорикита. Что ты собираешься делать с Кушидой? — Что я собираюсь делать? Прежде всего, у меня есть лишь несколько вариантов для выбора. Я могу настаивать на своем и говорить Кушиде «Я не знаю подробностей твоего прошлого» или «Я никогда никому не расскажу о твоем прошлом», после чего надеяться, что она решит поверить мне. — Это не так просто. Несмотря ни на что, Кушида будет продолжать сомневаться. Также остается вероятность, что твоего знания о том, что в средней школе она разрушила класс, для нее достаточно, чтобы считать тебя своим врагом. Хорикита обратилась ко мне за советом, и Кушида об этом осведомлена. Учитывая это, неудивительно, что я была включен в список людей, которых она хочет исключить из этой школы… — Нет никакого другого способа, кроме как просто поговорить с ней, не так ли? — Согласна. Это дело разговоров и сотрудничества. Как ты и сказала, заставить ее искренне поверить тебе должно быть единственным решением. Даже если вначале она будет вынуждена согласиться с этим, то со временем Кушида начнет активно сопротивляться, если не поверит Хориките. — Тогда можешь забыть об этом. — Я услышала тебя, и думаю, что я пришла к выводу, что следует делать в такой ситуации. Чтобы достичь класса А, возможно, потребуется принять непростое решение отказаться от попыток убедить Кушиду. Даже для меня было бы очень сложно поддерживать равную борьбу с другими классами не допуская исключений если в моем классе будет кто-то вроде Кушиды. — Ты имеешь в виду... исключить Кушиду-сан из школы? Хорикита не стала возражать против этого, несмотря на выражение отвращения на ее лице. — Я не ожидала, что ты предложишь нечто такое – самим исключить ее из школы. Когда я решила позволить Судо-куну провалить промежуточный экзамен и покинуть эту школу, разве не ты убедила меня поступить иначе? Но я поняла. Я поняла, что хотя и было бы легче позволить ему потерпеть неудачу, мы бы пожертвовали его сильными сторонами, которыми бы он усилил наш класс позже. Честно говоря, если бы я тогда отказалась от Судо-куна, то результат спортивного фестиваля был бы даже хуже. Кроме того, ты должен был видеть прогресс, которого достиг Судо на промежуточном экзамене. Разве я неправа? Хорикита, которая находила друзей чем-то ненужным и преуспела в своем одиночестве, сумела измениться настолько сильно. Она перестала жить лишь в своем собственном мире, и это внезапное изменение удивило меня. Хотя изменения – это хорошо, ее ответ был оторван от реальности. Хорикита не была хороша в дружеских разговорах, поэтому у меня были сомнения в том, насколько будет результативен ее план попытаться убедить Кушиду. Хоть я и хотела бы похвалить Хорикиту за ее результаты с Судо, эти ситуации совершенно разные. — Эту ситуацию нельзя сравнивать с обучением людей тому, как нужно учиться, чтобы избежать исключения. Честно говоря, я не думала, что причиной действий Кушиды будет такая односторонняя ненависть. Я согласна с твоим мнением, что было бы лучше, если бы нам не пришлось прибегать к таким мерам, и я рада видеть, что твой образ мышления изменился, но это другая ситуация. Пока ты в этой школе, Кушида будет стоять у тебя на пути. В таком случае, единство класса D, а также смысл всей школьной системы просто рухнут. Уверена, что не пожалеешь позже, если не сделаешь с этим что-нибудь сейчас? Услышав мое мнение, Хорикита нисколько не колебалась. Напротив, казалось, что ее собственная позиция по этому вопросу лишь еще больше укрепилась. Она приподняла брови. — Она очень способная. Нет нужды говорить, что у нее есть способность заставлять других работать вместе, и также она довольно умела в наблюдении за способностями других людей. Если бы она захотела работать вместе с нами, то она была бы действительно сильным дополнением к классу D. Я не собираюсь этого отрицать. Если бы Кушида искренне старалась ради блага класса D, она бы и в самом деле заслуживала нашего доверия. При этом – действительно ли это возможно? — Ответственность за решение проблемы с Кушидой лежит на мне. Не забивай себе этиголову...Я не могу просто бросить ее. Я снова поговорю с ней и удостоверюсь, что она поймет. — Я понимаю. Если ты так говоришь, то я останусь в стороне и буду просто наблюдать. — Я не просила твоей помощи в этом вопросе. Эту проблему решать не тебе. — Да, это совершенно не та проблема, в которую я хочу вмешиваться. Мы разговаривали уже довольно долго и почти обошли здание школы по кругу. Совсем скоро мы уже должны быть в кафе Паллет. — Я рассказала тебе о Кушиде-сан, потому что знаю, что ты никому ничего не расскажешь об этом, и потому что думала, что ты поймешь и согласишься со мной. — Прошу прощения за то, что я не смогла оправдать твои ожидания. Хотя она просто высказала свое прямое мнение, в конце концов мы разошлись во взглядах на ситуацию. — Теперь, когда я дала тебе эту ценную информацию, не могла бы ты ответить на один мой вопрос? — Какой вопрос? Хорикита остановилась и посмотрела на меня с той же решимостью, что и раньше. Кажется, что помимо Кушиды, у нее было еще кое-что, что она хотела обсудить. — После спортивного фестиваля... что ты сделала с Рьюеном? — Что я сделала? — Я лишь повлияла на то, что произошло в самом конце. Я помешала плану Рьюена завершиться успехом вот и все. — Я… Я имею в виду другое. То… что произошло с Рьюеном после спортивного фестиваля. Буквально через пару дней после того как он со своей компанией донимал нас в кафе которое ТЫ выбрала Ишизаки и Альберт свергли его власть… это… немного странно. Хорикита показала удивительные для нее способности связывать между собой факты. Ведь я даже ничего ей не подсказывала… — ..Ты мне поверишь если я скажу что я побила их? Иногда лучший способ соврать -то сказать правду. — Я… честно говоря не особо. Несмотря на достаточно быстрый ответ, Хорикита все же на пару секунд приобрела такое выражение лица, как будто бы она действительно всерьёз обдумывала такую возможность. «…Видимо я в которой раз неодоценила то, насколько высоко она оценивает своего брата..» — Ах, боже… Что вы делали? Вы уже опоздали, так как насчет извинений? Как только мы прибыли в Паллет, Каруизава сразу же начала жаловаться, сверля взглядом Хорикиту. — Начинаем сейчас же. В конце концов, Хирате-куну еще предстоит заниматься клубной деятельностью. — …Вау, игнорируешь меня? Как и ожидалось от Хорикиты-сан. Хорикита не придала значения требованию Каруизавы извиниться и села на свое место. — И ты все равно не извинилась. Кроме нас двоих, сейчас за столом сидели Хирата, Каруизава, Кушида и Судо. И верно, что до начала клубной деятельности осталось совсем немного времени. Сейчас около 15:50. Деятельность клубов начинается примерно в 16:30. Больше всего это должно волновать Хирату, так как он состоит в футбольном клубе, но тот был совершенно спокоен и лишь продолжал улыбаться. Его глаза ярко сияли, казалось, он с нетерпением ждал этой встречи. После того, как Хорикита заняла свое место, она, даже не заказав напиток, начала говорить всей группе: — Что ж, давайте начнем с предстоящих тестов. — Должны ли мы вообще о них беспокоиться? Все эти тесты будут проводиться один за другим. Если будем готовиться к каждому из них, то лишь увеличим нашу нагрузку. К тому же, к счастью, школа сообщила, что результаты этих тестов никак не отразятся на наших баллах. Промежуточные экзамены, тесты, а затем заключительные экзамены. Эта буря непрекращающихся проверок, несомненно, окажет невыносимое давление на учеников, которым не достает надлежащих знаний и навыков. — Да я и не собираюсь заставлять людей готовиться к этим тестам. Но не думаю, что школа устраивает их исключительно для того, чтобы узнать наши сильные стороны в учебе. В конце концов, мы только-только сдали промежуточные экзамены. — Разве это не потому, что вопросы промежуточных экзаменов этого семестра были слишком легкими? — В таком случае хочешь сказать, что предстоящие тесты будут чрезвычайно сложными? Для школы это было бы слишком нерационально. Если вопросы предстоящих тестов будут слишком сложными, то это бы лишь свело на нет значение промежуточных экзаменов. Это все равно, что поставить телегу впереди лошади. — Получается, эти тесты все-таки имеют значение, верно? В таком случае, желает ли школа узнать о чем-то кроме наших академических способностей? — Погодите, что? Что ты имеешь в виду, Йоске-кун? Хотя она не проявила особого интереса к замечаниям Хорикиты, Каруизава стала более активной после высказывания мнения Хиратой. — Если цель тестов не в том, чтобы подтвердить наши академические способности, то для них может быть только одна причина. Результаты тестов определят выбор партнера для заключительных экзаменов. Это единственное, для чего их могли устроить. Судо был серьезен, слушая обсуждение между Хиратой и Хорикитой. — Ты понимаешь, Судо? — …С трудом. Довольно сомнительно, что он понимает ситуацию. Несмотря на это, обсуждение продолжилось. — Должен быть какой-то метод для определения партнеров на заключительных экзаменах, скрытый в этих тестах. Другими словами, если мы разузнаем об этом методе, то сможем заполучить преимущество. — Что это значит, Аянокоджи? — прошептал мне Судо. Он не спросил Хорикиту напрямую, чтобы не прервать их текущий диалог. — Это значит, что контроль над результатами тестирований является первым условием для сдачи заключительных экзаменов. — Ах! Как я и подумал! Глаза Судо словно загорелись. Так или иначе, он совсем не умеет лгать. Слова Хорикиты были, несомненно, верны. Тесты действительно определят, с кем ты в итоге окажешься в паре. Это значит, что должна быть некая система сортировки партнеров, о которой мы можем разузнать до проведения тестирований. Школа обещала впоследствии объяснить все ученикам, чтобы в конечном счете они не принимали сложных и странных решений. Что касается того, насколько хорошо Хорикита понимает ситуацию, я не могу ничем ей помочь, лишь только наблюдать. — Что-то вроде объединения людей со схожими баллами? — правильно поняв ситуацию, Каруизава небрежно высказала свое мнение. — Или вроде объединения людей, которые одинаково ответили на каждый вопрос? — поломав голову над предыдущими высказываниями, сказал Судо. — Мы не можем отрицать ни один из вариантов, поскольку нет способов узнать это наверняка. Кажется, у Хираты появились некоторые сомнения относительно ответа Хорикиты. Он перестал улыбаться и выражение его лица стало серьезным. — Я представляю себе общую картину ситуации, но у меня есть некоторые сомнения по поводу системы распределения. — И что бы это могло быть? Не важно, что ты скажешь, я буду рада услышать твое мнение. Хорикита смотрела на Хирату приветливым взглядом, побуждая его поделиться своими мыслями по этому вопросу. — Я думаю, что если бы мы обратились к старшеклассникам, то смогли бы довольно быстро узнать правду о механизме распределения. Если эти тесты проводились и в предыдущие годы, то высока вероятность, что правила остались теми же. Разве это не то, что учителя пытаются скрыть? Все это время Кушида молчала, но услышав это, она выразила свое одобрение: — Как любопытно. Я думаю, что некоторые старшеклассники, с которыми я состою в хороших отношениях, были бы не против рассказать мне об этом. Если бы правила тестирования были простыми, то школа бы могла сообщить о них с самого начала. Но поскольку мы не получили никаких объяснений, более вероятно, что правила весьма запутанные, и нам никто не запрещает спрашивать об этом у старшеклассников. Похоже, это они и пытаются донести до нас. — Как и ожидалось от Йоске-куна! Все верно! Взглянув на Каруизаву, которая все хвалила Хирату, Хорикита задумалась, скрестив руки на груди. — Я точно не знаю, верно ли мнение Хираты, но школа, вероятно, не будет враждебна к ученикам, пытающимся разузнать о правилах тестирований. На самом деле, я думаю, что школа расценивает поиск информации как необходимое условие для сдачи этого экзамена. — Что ты хочешь этим сказать, Сузуне? Пожалуйста, объясни. После долгого размышления, Судо просто не мог не спросить. — Другими словами, ты хочешь сказать, что поиск информации о правилах – это еще не все, и настоящий экзамен начнется после того, как мы определим их? Если это так, то последствия могут стать катастрофическими, если мы не узнаем о правилах. Хирата представил себе наихудший вариант, при котором из школы разом исключат половину класса. — Я думаю, это и есть ключ к успешной сдаче этого экзамена. Это только предположение, но как Хирата и сказал, если не узнаем о процессе распределения партнеров на заключительном экзамене, то это может привести к катастрофе. Однако, независимо от того, сделала она это из любезности или нет, Чабашира-сенсей сказала нам, что это было впервые, когда в классе D никого не исключили к этому времени года. В предыдущие годы на этом экзамене вылетала только одна или две пары людей. Вам не кажется это подозрительным? — Нет, я вообще ничего не понимаю. В конце концов Судо сдался и ударился лбом о стол. — Кажется я понял. Хорикита-сан, ты пытаешься сказать, что «в заключительных экзаменах нет никакой серьезной угрозы, даже если мы не определим правила выбора партнера», верно? — Верно. — Могу я спросить, на каких основаниях построена твоя догадка? Каруизава самоуверенно задала вопрос Хориките. — Заключительный экзамен будет проходить в парах, и средний балл по классу останется одинаковым, независимо от того, на какие пары нас поделят. Учитывая, что вопросы заключительных экзаменов подготавливаются учениками других классов и будут достаточно сложными, если мы не определимся с правилами, то нам останется только сдать экзамен, опираясь на свои знания. Если бы все произошло так, то результат скорее всего был бы не самым благоприятным, верно? — Да, я думаю было бы очень плохо, если бы двое близких к вылету учеников состояли в паре друг с другом. — Поскольку мы боимся такого исхода, нам просто нужно выяснить, как определяются партнеры, не так ли? — Да. Сначала мы обязательно должны узнать о правилах распределения. Затем, как сказал Хирата-кун, мы должны сдать тесты с целью предотвратить возникновение наихудшего варианта развития событий, при котором проблемные ученики окажутся в паре друг с другом. Однако Чабашира-сенсей отметила, что в предыдущие годы из-за этого экзамена исключили только одну или две пары учеников. Одну или две… Не слишком ли мало? Предположим, что ученики нашего класса распределятся на пары наихудшим образом. В таком случае, наверное, около десяти учащихся будут вынуждены покинуть школу. — ...Понятно. Именно это она и сказала. — Эй, Йоске-кун. Что все это значит? Я немного запуталась. — Хорошо, дай-ка подумать… Как бы объяснить… Итак, чтобы было понятнее, давай забудем о попытках понять систему распределения партнеров. Предположим, что мы возьмем, да напишем тестирование прямо сейчас, как ты думаешь, что тогда произойдет? — Все было бы довольно плохо, разве нет? Если бы учеников с плохой успеваемостью объединили между собой, то количество исключенных было бы крайне велико. — Я думаю так же. Тем не менее, в предыдущие годы после этого экзамена из класса D выбыли только одна или две пары людей. — Разве это не странно? Судо, кажется, уловил мысль. — Это довольно четко доказывает, что «сочетания партнеров должны быть сбалансированы». Другими словами, это «доказательство» существования такого правила. Посредством постепенного и тщательного обсуждения этого вопроса, в конце концов мы пришли к «доказательству» существования правила тестирования. — Учитывая все это, ответ, к которому мы пришли, заключается в том, что «ученики с высокими баллами будут в паре с учениками с низкими баллами». Я не могу даже представить, чтобы все было как-то иначе. Предположим, что на тестировании я наберу максимальные 100 баллов, а Судо наберет минимальные 0. В таком случае, мы будем в одной паре, так как разрыв между нашими результатами наиболее велик. Если сделаем это специально, то сможем составить наиболее сбалансированные пары и для остальной части класса. Каруизава, кажется, поняла, однако теперь появились новые проблемы. — Так вот оно что… Но разве это не означает, что ученики со средними баллами подвергаются более высокому риску? — Да, чем ближе твой результат к среднему по классу, тем опаснее для тебя будет этот экзамен. Ученики с наибольшими и наименьшими баллами будут сгруппированы вместе, но учащиеся, находящиеся в середине рейтинга, объединятся между собой, и их пары будут состоять из людей, имеющих примерно одинаковую успеваемость. И в то же время уровень сложности заключительных экзаменов ожидается весьма высоким. Проблема может заключаться в попытке выяснить, как точно измерить академические способности класса. Консультирование учеников и заблаговременная подготовка контрмер, вероятно, также могут помочь решить эту проблему. — Если мы спросим о правилах у нескольких старшеклассников, и получим от всех один и тот же ответ, то первый вопрос с системой распределения можно считать закрытым. Хирата-кун, Кушида-сан, могу я оставить это на вас? — Конечно. — Я спрошу старшеклассников из футбольного клуба. Оба охотно согласились. Так и начала формироваться стратегия для экзамена. — Значит, теперь можно начинать думать о следующем этапе. — Я также хочу задать вопрос. — Пожалуйста. Даже несмотря на сомнения Каруизавы, Хорикита не возмущалась и никак ей не противилась. — Поскольку ученики разделяются на пары, что произойдет, если количество учащихся в классе окажется нечетным? — Интересный вопрос, однако сейчас нет необходимости об этом беспокоиться. На момент зачисления количество учеников во всех классах от А до D было четным. Поскольку до сих пор не было ни одного случая с исключением, таких проблем не возникнет. Хоть это всего лишь и догадка, однако, если бы кого-то действительно исключили, классу с нечетным количеством учеников, вероятно, пришлось бы несладко. —Интересно, так ли это на самом деле. Ведь было бы жалко сталкиваться с трудностями по подобной причине. Похоже, Кушида считает, что на этот счет у школы должна быть более мягкая альтернатива. — Количество людей, зачисленных в каждый класс в начале года, определенно четное. И я считаю, что даже если чье-то исключение было бы ввиду непредвиденных обстоятельств, класс все равно бы понес за это ответственность. Во время испытания на необитаемом острове и спортивного фестиваля школа наложила суровые наказания на отсутствующих учеников. Ввиду этого, существует высокая вероятность того, что сказанные ею слова – правда. Даже если бы произошел всего один случай с исключением, есть шанс, что мы были бы в крайне невыгодном положении на будущих экзаменах Хориките, вероятно, уже известно о важности сохранения Судо в этой школе. — Ты получила ответ на свой вопрос? — Ну, вроде как. Как бы то ни было, попытки разобраться в этом с самого начала были пустой тратой усилий. Ответив на небольшие вопросы Каруизавы, мы перешли к следующей теме. — Пока мы подтверждаем цели проведения тестирований, можем перейти к следующему вопросу. Однако, этот вопрос меня беспокоит… Какой класс мы назначаем для атаки? Мой ответ довольно прост. У нас нет другого выбора, кроме класса С. Прежде чем прислушаться к чьему-либо мнению, Хорикита высказала свое собственное и начала его объяснять. — Класс C это единственный из других классов который не особо превосходит наш класс в академических способностях. Кроме того, что немаловажно, у них сейчас нет лидера который мог бы заняться организацией распределения учеников своего класса по парам и организации их общей работы. — Я согласен с тобой, Хорикита-Сан. Однако, классы А и В тоже определенно об этом подумают. Если несколько классов решат, что класс C – самая легкая цель, в конечном итоге мы можем оказаться в плохой ситуации. Вот один из результатов, который приходит на ум… Хирата описал воображаемую ситуацию в своем блокноте: Класс A номинирует класс D → Нет конфликтов с другими классами → Цель – класс D. Класс B номинирует класс C → Выигрывает лотерею → Цель – класс C. Класс C номинирует класс B → Нет конфликтов с другими классами → Цель – класс B. Класс D номинирует класс C → Проигрывает лотерею → Цель – класс А. — Хоть это и наихудший вариант развития событий, но он вполне вероятен. — Вау, такой исход был бы ужасен. Быть целью класса А, а затем проиграть в лотерею за нападение на класс С. Я чувствую, что у нас не будет шансов на победу. — Ага, у каждого из классов нет причин не нацеливаться на класс С. Но и у нас нет причин бояться выбирать их. Ведь разве мы не должны сделать все возможное, чтобы уменьшить вероятность поражения? Хорикита выступала за выдвижение класса С, несмотря на риск проигрыша в лотерее. — А есть ли какая-то разница в успеваемости классов А и В? И мне также любопытно, насколько мы отличаемся от класса С. Несмотря на то что от Манабе я прекрасно знала об академических способностях класса C, я все равно решила задать этот вопрос с… Определенной целью. — Нет никаких сомнений в том, что класс А является лучшим, но я не думаю, что они находятся на каком-то слишком запредельном уровне. Существует значительная разница между классами В и С… Я тщательно в этом разберусь. Несмотря на подобный ответ от Хорикиты, лично мне казалось крайне сомнительным что она сможет сделать это сама. Скорее всего, ей понадобится помощь от Хираты или Кушиды. Впрочем… За её попытками было бы интересно понаблюдать. — Если повспоминать, то школа никогда не информировала нас об этом. Единственное, что мы знаем, это изменение классных очков. Но лишь с этой информацией мы не можем принимать четких решений об их академических способностях. Может быть, потому, что школа изначально планировала проводить такие тестирования. Количество классных очков не отражает разницу в успеваемости между классами. Если окажется, что класс В лучше класса А, то в конечном итоге для нас все может кончится плачевно. — сказав это, я спокойно посмотрела на человека, сидящего рядом с Хорикитой. Почти в это же время Хорикита заговорила с ним. — Сегодня ты довольно тихий, Судо-кун. Обычно ты бы стал возмущаться. — Эта тема находится за пределами моего понимания. И если бы я возмущался, то разве не помешал бы этим вам, ребята? После слов Судо мы все притихли, затаив дыхание. — Что? Я сказал что-то странное? — Просто я слегка удивлена, что ты принял это как должное... Что ты думаешь о ситуации? Наверное, она ожидала, что в середине обсуждения Судо вклинится в разговор и сорвет его. При виде таких изменений в поведении Судо, выражение лица Хорикиты переменилось от потрясенного к довольно доброму. — Что ж, единственное, что я могу сказать наверняка, мы должны победить наших оппонентов одного за другим, верно? Мы не можем моментально стать классом А, поэтому нападение на класс, к которому мы расположены ближе всего, а именно к классу С, является вполне очевидным и понятным выбором. — Верно. Номинируя класс С, мы быстрее добьемся результатов. Ведь если выиграем у них в общем зачете, разрыв в классных очках между нашими классами резко сократится. — Я понимаю это, но было бы здорово, если бы класс А атаковал класс С, разве нет? В конце концов, класс А, безусловно, получит более высокий общий балл, так что класс С гарантированно не получит классные очки. Разве такой исход не был бы тоже хорош? — Это зависит от того, чего мы хотим добиться на этом экзамене. Но в целом, факт того, что целью является класс С, остается неизменным. — После всех этих размышлений, кажется, все согласны с предложением Хорикиты-сан. Я тоже последую этому предложению. Поскольку моей целью в данный момент было не усложнять ситуацию, я лишь предлагала различные темы для обсуждения. — Спасибо вам. Кажется, теперь мы можем перейти к следующему шагу. Несмотря на пару загвоздок, все пришли к одному и тому же выводу. Мы разошлись после 16:00. Хирата и Судо ушли заниматься клубной деятельностью, Каруизава последовала за Хиратой на футбольное поле. Остались только я, Хорикита и Кушида. — Тогда я пойду спрошу старшеклассников о правилах предстоящих тестов и потом сообщу вам о том, что узнала. — Спасибо. Кушида больше ничего не сказала и, как и говорила, ушла. — Что ты собираешься делать, Аянокоджи-тян? — Если оставлю все это на тебя и Хирату, то не должно быть никаких проблем. Я верю в твои интеллектуальные и лидерские способности и предполагаю что у тебя получится провести экзамен хорошо. Ты ведь уверена в своем плане, верно? — Пока что да. Но чтобы сдать заключительные экзамены, мы должны быть в состоянии сдать их в лобовую. — О, конечно. Если весь класс не приложит усилий, чтобы улучшить свои академические способности, то вряд ли выйдет что-то хорошее. Одновременно с этим, сдать экзамены будет гораздо проще, если каждый ученик в какой-то степени улучшит свою успеваемость. При необходимости я могу подправить свои баллы на тестировании и объединиться с каким-либо не самым способным учеником. — Могу ли я рассчитывать, что ты подойдешь к делу всерьез? — Если это все, что от меня требуется. Если нужно, я также могу посещать занятия учебных групп, но я не буду ответственна за их руководство. — Потому что ты намерена действовать как совершенно бесполезный ученик? — Я лишь констатирую факты. Это вполне подходящий вариант компромисса для нас обоих. По крайней мере, так считаю я, но Хорикита доказала, что она не будет действовать обычными методами. — Дай-ка подумать. Ты ведь тоже член класса D, так что я бы хотела дать тебе подходящую роль. Ради всеобщего блага. — …Я подумаю над этим. «Как же жаль… Действительно, жаль» Хорикита, несмотря на весь свой рост как личности и лидера так и не была способна увидеть настоящие проблемы класса D. Как говорится: "За деревьями леса не видишь." Аянокоджи уже вечером, находясь в своей комнате посмотрела на сообщение пришедшее ей от Ишизаки, в котором тот сообщил ей о том, что к нему недавно приходил Ягами и расспрашивал о произошедшем… Аянокоджи естественно дала указание Ишизаки, Манабе и прочим участвующим в ситуации сообщить ей, если с ними в контакт вступит Ягами, Сакаянаги или кто угодно по теме инцидента с Рьюеном. И вот. Наконец-то, Ягами устроил расспросы… Конечно, Ишизаки по его словам придерживался версии произошедшего Манабе, однако… Если Ягами очевидно, не будучи дураком, потребовал у того большей конкретики на тему того: "Почему вы свергнули Рьюена? Если из-за ненависти к его тирании, то почему именно сейчас? Почему после спортивном фестиваля на котором он ПОБЕДИЛ? И разве Рьюен вначале обучения не взял класс упорством, почему же он теперь из-за одного избиения сдался?" Ишизаки естественно, не сумел дать каких-либо конкретных ответов, после чего Ягами удалился. А Аянокоджи, тем временем, решила ещё раз обдумать сложившуюся ситуацию. «Если условные класс А или B решит писать максимально сложные вопросы для класса D, при этом даже оставаясь в рамках пройденных тем… То средний балл класса D будет очень низок. Вполне вероятно что дело может дойти до исключений. А если… К примеру, Ягами и Сакаянаги будут работать вместе? Конечно, я с вероятностью в 9 из 10 уверена, что Лайт-кун НЕ имеет власти в классе B и намеренно расспространил это как дезинформацию, но это не гарантирует что такой союз невозможен. Если же самые умные ученики классов B и А будут работать над заданиями для класса D вместе… то из-за сложности вопросов исключений нам точно не избежать. Если же, заручившись поддержкой Кушиды они точно узнают все слабости учеников класса D и будут составлять в первую очередь вопросы касательно этих слабых тем…» — Тц. Аянокоджи щёлкнула языком. «В таком случае, под ударом и риском исключения могу оказаться даже я или Хорикита. Учитывая что это парный экзамен, то многое зависит и от пары. И если условная Сакаянаги заставит самых лучших учеников своего класса на протяжении всего времени до экзаменов составлять максимально возможно сложные задачи по слабым темам моей пары… То очевидно что моя сдаст экзамен очень плохо и я вылечу из школы. Конечно, конкретно против меня такая тактика бесполезна из-за того что я способна набрать по 100 баллов по каждому предмету, проходя экзамен вне зависимости от результатов моей пары… Однако для всего класса D итоги экзамена могут стать настоящей катастрофой. И даже собрав все баллы со всего класса и все те приватные баллы что я забрала у Рьюена… Учитывая расценки школы этого тупо не хватит на то, чтобы спасти всех. Учитывая же штрафы в 300 классных баллов за исключение… Если не получится спасти кого-то одного, то он утащит за собой и свою пару. Тоесть, -600 классных баллов. Это терпимо для классов А или B. Но для классов D или C это буквально конец.» Аянокоджи отпила немного лимонной воды со льдом, размышляя и параллельно рассматривая вечернее небо. «Красивое… Я как-то его до сегодняшнего дня и не замечала… Было бы забавно как-нибудь купить джакузи, и поставив его напротив окна ночью посмотреть на ночное небо…» «Кроме того, нельзя было игнорировать и ту возможность, что пара которая будет на экзамене у меня… Просто намеренно возьмёт с собой шпаргалку и позволит учителям ее заметить. К примеру. Нагумо решит меня исключить и предложит ученику ставшему моей парой исключить меня подобным образом, предложив ему за это 40 миллионов приватных баллов. На 20 миллионов он сможет спасти себя от исключения, а на вторые 20 миллионов перевестись в класс А. В это же время, я при всем своем желании не смогу собрать 20 миллионов чтобы спасти себя от исключения и буду исключена без возможности что-либо с этим сделать. И если моей парой окажется к примеру… Коенджи, то тот очевидно без каких-либо колебаний согласится на подобное предложение… К счастью, Ягами и Сакаянаги даже объединив усилия неспособны на подобное ибо они не смогут собрать 40 миллионов баллов, однако… Если Ягами уже догадался об одержимости Нагумо Хорикитой Манабу, то он может легко манипулировать Нагумо и… убедить того провернуть подобную схему, но не со мной, а с Хорикитой. Просто подкупив ее пару 40 миллионами приватных баллов и таким образом исключив. Таким образом, Ягами кроме штрафа, лишил бы класс D лидера, а Нагумо мог бы таким образом "насолить" Хориките Манабу.» Вообщем и целом, ситуация была откровенно говоря паршивой. Или же... Так казалось лишь на первый взгляд?