Аянокоджи Киёне

Четвёртый день специального экзамена, вечер, от лица Ягами Лайта. Я постучал в дверь. Не получив ответа, постучал снова. Ноль реакции. Мне это не понравилось. Повторение попыток какого-либо результата не дало. Я подумал было крикнуть, но передумал. Всё же, в данный момент я находился в женской части общежития. Само по себе моё присутствие здесь могло вызвать определённые сложности. А уж если бы я стал кричать в дверь... Краем глаза я заметил какое-то движение. Я не разглядел лица, но судя по одежде, это была девушка. Впрочем, та шла в другом направлении и меня не заметила. Я вновь постучал, в этот раз, я можно сказать, бил кулаком по двери. Вышло громко, да так, что наверное в соседних комнатах было слышно. Ответа всё ещё не было. Я приложил ухо к двери, но ничего не слышал. Как будто бы, никто не двигался. Я перевёл взгляд вниз. Из-за включенного в коридоре света сделать это было трудно, но я всё же смог сделать вывод, что свет внутри комнаты был выключен. Я услышал женские голоса неподалёку. Оценив ситуацию, я решил временно отступить, и во избежание лишних вопросов направился в другую от голосов сторону. Однако, внезапно голоса я услышал и оттуда. Я оказался окружён. Неприятной ситуации было не избежать. Из двух зол всегда стоило выбирать меньшее, поэтому я двинулся в ту сторону, где голосов было меньше. — О, Ягами-кун! Встреченными мною людьми оказались две ученицы класса А — Асука Шираиши и Нишикава Рёко. Когда я встретился с ними глазами, мне показалось, что они не были удивлены видеть меня здесь. Хотя, нет, не так. Они как будто бы знали, что я буду здесь, но это всё равно было для них неожиданностью. Быть может, я бы смог понять больше, будь наш зрительный контакт дольше, но он быстро закончился и начался разговор. — Приветствую вас, Асука-сан, Нишикава-сан. Вы выглядите обеспокоенными, как будто бы у вас что-то случилось, я могу вам чем-то помочь? Я попытался сразу же перевести тему на них, дабы избежать ненужных вопросов. Перед походом к Хиёри я успел подготовится, и поэтому у меня в руках был большой пакет с едой. Таким образом, я мог притворится, что я хотел принести заболевшей подруге еды, скрывая тем самым, свои намерения и избегая неприятных слухов. Впрочем, это не значило, что мне хотелось попасться кому-то на глаза. Чем меньше слухов и вопросов, тем лучше. — Э, не стоит, Ягами-кун. Всё же, на этом специальном экзамене наши классы будут сражаться между собой... Тебе не нужно нам помогать, но если ты всё же переживаешь, то успокою тебя. Никаких проблем нет. Я кивнул, и попрощавшись, прошёл мимо. Благодаря тому, что я обратился к ним с вопросом первым, я сам смог избежать неудобных вопросов. Это был удобный приём. Благодаря же еде в руках, я не выгляжу излишне подозрительно. Затем я успешно покинул женскую часть общежития, добрался до лифта и наконец-то смог расслабиться и подумать. В происходящем что-то определённо было нечисто. Я вновь сходил в школьный медпункт и даже в больницу. Конечно, если бы я просто спросил у работников есть ли здесь Хиёри, то я бы не получил вразумительного ответа. Ведь исходя из здравого смысла, школьные работники не имели права раскрывать личную информацию об учениках, в которую, в том числе входила и информация о здоровье. Поэтому, я предпринял попытку попросить врачей передать ей пакет с едой. И уже в ответ на эту просьбу, я получил интересующую меня информацию — они не могли передать ей передачку, ведь Хиёри там не было. Также я вновь проверил библиотеку и задал пару вопросов по телефону Киношите — в библиотеке Хиёри отсутствовала, а Киношита подтвердила, что Хиёри она сегодня не видела. К слову, что также было интересным, в школьном медпункте и больнице я случайно встретился с ученицами класса А. У одной из девиц из класса А я также узнал и о том, что Сакаянаги попалась на мою вчерашнюю уловку, она собрала "дань" с учеников класса А и использовала для неизвестных ученикам целей. Это несомненно порадовало меня. Но что меня не радовало, так это то, что я смог заметить в их поведении и взглядах небольшую странность: Казалось, будто бы они ожидали меня там встретить но были этому удивлены. Это выражалось в их взглядах и голосе, да и в поведении в целом. Я находил это немного странноватым, но это не было моим главным беспокойством. Главной моей проблемой стало кое-что совершенно другое — Хиёри пропала. Время уже близилось к вечеру, а Хиёри была всё ещё не найдена. Без возможности установить сотрудничество с Хиёри, все мои действия, связанные с классом С, оказались бы бесполезными. Я бы потерял контроль над ситуацией. Я прикусил кончик своего языка и огляделся вокруг. Небо уже потемнело, людей вокруг практически не было — лишь пара третьегодок бродили по магазину в центре. Я почувствовал усталость и физическим усилием сдержал зевоту. На самом деле, я порядком устал за эти несколько дней. Активные логические рассуждения и выстраивание сложных планов требовало высокой когнитивной нагрузки. Это было как с тренировками мышц, когда ты делаешь большое количество отжиманий, то твои мышцы устают и на следующий день болят. Мозг в этом плане чем-то напоминает мышцы — при высоких когнитивных нагрузках он устаёт и даже может начать болеть. Что ещё хуже, из-за перенапряжения и усталости падает и результативность. Замечать детали будет всё сложнее, логические цепочки будут уходить в никуда, а воображение будет работать с трудом. Более того, в этом плане мозг может быть даже капризнее обычных мышц. Ведь если обычные мышцы приходят в норму максимум через пару дней, то мозг в этом плане чуть более капризен. Усталость, вызванная интенсивной когнитивной нагрузкой может продлиться гораздо дольше. Также, дать отдых мозгу для меня было бы гораздо сложнее, чем мышцам. Из-за постоянной учёбы я вынужден ежедневно напрягать свои когнитивные способности, дабы поддерживать свои выдающиеся академические результаты. Кроме того, активность, развитая новым президентом студсовета, также требует моего внимания. Учитывая также тот факт, что я лучший ученик в классе, а также учитывая мою официальную сдачу и обещание учавствовать в жизни класса, я также вынужден помогать своим одноклассникам — помогать подтягивать некоторых отстающих и составлять вопросы, которые мы стали составлять уже сейчас. Я не могу отлынивать ни от того, ни от другого, ни от третьего и, соответственно, я не могу дать своим мозгам полноценного отдыха. По крайней мере, во время учебной недели. Выходные, это уже другой вопрос. Мне необходимо учиться и на выходных тоже, но в выходные я могу себе позволить гораздо больше отдыха. Правда, мой отдых также отличался от отдыха обычных людей. Обычно, люди предпочитают отдыхать в компании друзей. Я не то чтобы сильно отличаюсь в этом плане от других, но я много думаю во время разговоров, стараясь подобрать более правильные слова. И поэтому, иногда даже разговоры, которые казалось бы, были предназначены для отдыха, для меня также были нагрузкой. Многие люди могли бы вероятно сравнить это с образом мышления психопатов — те точно также так же как и я, часто скучают, склонны к манипуляциям и вынуждены постоянно анализировать собеседника, дабы понимать, какую фразу сейчас лучше всего сказать. Однако, таковым я объективно не являлся, ибо обладал эмпатией и испытывал страх. Хотя страх по правде говоря, остался по большей части в детстве. Я отвлёкся от своих пространных рассуждениях о себе и о когнитивной усталости — мне было необходимо принять конкретное решение. С одной стороны, я мог бы прямо сейчас пойти спать в надежде на то, что поспав, мой мозг отдохнёт и я смогу понять всю ситуацию завтра. С другой стороны, я мог бы не делать этого, и продолжить расследование сейчас. Оба варианта имели определенные плюсы и минусы. Основной проблемой первого варианта была потеря времени. Уже был вечер четвертого дня с начала экзамена. Класс для атаки и пары будут составлены на седьмой день. До этого момента мне было необходиом выйти на контакт с Хиёри и склонить её к принятию правильных решений. Кроме того, как только я завтра проснусь, мне надо будет заняться утренней учёбой для поддержания своего уровня, а после и отправится на неё. Отсидеть целый день в школе на занятиях и в студсовете. Короче говоря, я освободился бы лишь к вечеру, и был бы не менее уставшим, чем сегодня. С той лишь разницей, что часть моего драгоценного времени была бы потеряна зазря. С другой стороны, сейчас я действительно чувствую себя так, как будто бы моё тело налилось свинцом. Я устал. Я хочу отдохнуть. Я хочу спать. Пока я пребывал в своих мыслях, краем глаза я заметил какое-то движение неподалёку от себя. Кажется, это была какая-то девушка. Или, быть может, мне просто показалось... Я не стал пока обращать на это особого внимания и сосредоточился на своих мыслях. Очевидно, что более прагматичным вариантом действий было бы продолжить расследование сейчас, игнорируя своё состояние. Но при этом, было просто необходимо найти какой-то способ заставить свой уставший мозг работать активнее. Обдумав варианты, я нашёл два способа заставить свой мозг работать активнее. Для начала, я решил использовать первый, и более простой способ — дойдя до магазина и подойдя к автомату, я выбрал из всех вариантов самый дорогой кофе и заплатив за него тысячу баллов стал ожидать его приготовления. Кофеин, содержащийся в кофе, бодрит, это всем известно. Выбрав же самый качественный из вариантов, я смогу получить не искусственный кофе, а кофе, сделанный из самых настоящих кофейных зёрен робуста (крепкий кофе). Это было просто, эффективно и достаточно очевидно. Пока готовился кофе, а затем, пока я его пил, я использовал второй способ — эмоционально настраивал себя. Если для человека что-то важно на эмоциональном уровне, то довольно часто он способен смотивировавшись, несмотря на все невзгоды и трудности, достичь значимых результатов. Как пример можно привести спортсменов, которые часто на соревнованиях показывают более высокий результат, чем даже на самых интенсивных тренировках. Я хорошенько напомнил себе, почему я должен был взять себя сейчас в руки. Я напомнил себе, почему победа важна. Я вспомнил, почему я должен выпуститься из класса А: «Цель оправдывает средства и затраченные усилия, это факт!» «Великая цель — оправдывает любые средства и любые затраченные силы!» «Моя цель — это великая цель!» Несомненно, не могло быть и тени сомнений в том, что моя цель велика и благородна. И я должен, нет, обязан её добиться. Какая разница, как много мне придётся работать? Я всегда работал не покладая рук, ради того, чтобы достичь своего. Как бы я мог отступить сейчас? Размышляя в таком ключе, я смог вернуть себе мотивацию к борьбе. Вместе с возросшей мотивацией появилась и решимость. Это, а также благодаря выпитому горькому кофе усталость и желания спать наконец отступили. Мой разум вновь прояснился, и я начал думать: Хиёри нигде нет. То, что её похитили крайне маловероятно. Если её нету ни в больничных помещениях, ни на учёбе, то значит она у себя в комнате. Но она не открывает мне дверь, а также не читает мои сообщения и не отвечает на звонки. Она предала меня? Это пошло бы против всего моего понимания ее характера и эмоций. Я так сильно ошибся? И даже если она обманывала меня всё это время, то в таком случае так "исчезать" для неё нет смысла. Значит, причина в другом. Так в чём же? Мне пришла в голову мысль о том, что вновь речь шла о запугивании. Хиёри и раньше легко поддалась на самые обычные косвенные угрозы от Аянокоджи (в конце арки Рьюена), она очень уязвима. Если предположить, что кто-то применил на ней более серьёзное запугивание, то её поведение абсолютно объяснимо. Вопрос лишь в том — кто? В мем разуме сразу же появилось имя: Аянокоджи Киёне. Впрочем, мог ли я быть уверенным в том, что именно она стояла за этим? Казалось, сегодня днём она тоже искала Хиёри в библиотеке. Я также встретил её неподалёку у комнаты Хиёри. Что она там сказала? Нечто вроде: «Ты действительно смог предвидеть угрозу самоуничтожения и поэтому заставил Хиёри прекратить весь контакт с окружающим миром?» Значит ли это, что с её точки зрения, именно я заставил Хиёри скрываться и не выходить на контакт дабы недопустить некое "самоуничтожение"? Если с точки зрения Аянокоджи так и есть, то она тут не причем. Однако, могу ли я быть уверенным в том, что это не являлось просто уловкой? Аянокоджи Киёне очень осторожно и внимательно выстраивает свои стратегии. В каждом из своих планов она всегда полагалась на обман противника. Сначала ее фабрикации на экзамене на необитаемом острове, затем она запутала мои рассуждения на экзамене Зодиака (Ягами все ещё считает что его запутали намеренно), затем её, кхм, своеобразный блеф летом.. Я почувствовал лёгкое смущение, даже вспомнив об этом. Она успешно обманула Рьюена во время спортивного фестиваля и позже, благодаря своим уловкам заставила его поверить в то, что он разгадал ее обман и ее ловушку, а затем сокрушила его. Короче говоря, она — прекрасная лгунья и абсолютная бесстыдница. Так как я могу быть уверенным в том, что сегодняшние мои столкновения с ней не являются её уловками? С другой стороны, в таком случае я оказывался в тупике. Я не мог на сто процентов доказать, что ее поведение сегодня было уловкой. Но также я не мог на сто процентов доказать, что ее поведение НЕ было уловкой. Впрочем, способ все же был. И я его нашёл. Я двинулся к точке охраны, охранник был на месте. Постучавшись в окошко, я обратился к охраннику с крайне необычной просьбой: — Мне нужны записи с камер общежития за последний день, что находятся на этаже... Я назвал этаж, где находилась квартира Хиёри. Цена была стандартной: Сто тысяч приватных баллов. Я ранее узнавал эту цену, поэтому в ней не было ничего удивительного. Я заплатил сто тысяч приватных баллов, но... — Вы не можете получить запись с этих камер. — Не понял? Охранник равнодушно пожал плечами, и повторил только что сказанную фразу. — Почему я не могу получить записи? Охранник промолчал. — Хорошо, моя неспособность получить записи как-то связана с правилами работы этой школы, верно? Охранник подтвердил это. — При этом, вы назвали конкретную цену за запись и приняли мои приватные баллы. Насколько я могу судить, если бы запись была удалена или недоступна, то школа бы не имела права запрашивать у меня баллы за несуществующую запись, так? — Я не могу дать ответа на этот вопрос. — Хорошо, хм.. Сколько бы для меня стоило получить запись с камер из моей комнаты в общежитии? Охранник заметно удивился. — Ээ, полагаю, что школа не может предоставить такие записи.. Таким образом, охранник подтвердил мое предположение. Школа не могла брать приватные баллы за несуществующие записи. Следовательно, запись которую я хотел купить существовала, ибо школа взяла с меня приватные баллы. — Могу ли я вернуть свои сто тысяч приватных баллов? Я заплатил их, но не получил оплаченной услуги. — Нет, не можешь. Охранник казался мне крайне грубым. Кажется, у него был долгий рабочий день и он устал. Однако, он был обязан отвечать на вопросы учеников, когда те обращались к нему. И очевидно, что я начинал действовать ему на нервы. По средствам заданных вопросов я смог подтвердить своё предположение, что школа не стала бы взимать с меня плату за какую-то несуществующую запись. Это подтверждало тот факт, что нужная мне запись существовала, но при этом я не мог ее получить, несмотря на то, что я заплатил нужную цену. Это значило... — Прошу прощения, а сколько приватных баллов для меня стоила бы услуга, чтобы никто не мог получить сегодняшнюю запись у входа в школу? Не в смысле её полного удаления, я хочу чтобы запись существовала, но дабы человек захотевший её получить, был вынужден заплатить за это большую цену в приватных баллах? Охранник помедлил несколько мгновений, и наконец поняв что от него хотят произнёс: — Расценки 1 к 10. Плати 100 баллов и для другого ученика получение записи будет стоить на 1000 баллов дороже. — Но при этом, вы сами не станете раскрывать ему этого факта, так? Я усмехнулся. — Верно. — И если я спрошу про то, кем был неизвестный и сколько приватных баллов он потратил для блокировки записи, вы мне не ответите? — Если просто спросишь — нет, не отвечу. Но ты можешь купить эту информацию.. Цена — 100 тысяч приватны баллов. Теперь пришла очередь охранника улыбаться. Итак, можно сказать что я попался в свою же собственную ловушку. Я использовал похожую схему чтобы опустошить карманы учеников класса С и ударить по бюджету Сакаянаги (глава 80). Тот, кто это сделал определённо обладает хорошим чувством юмора. Можно сказать, что я впустую потратил сто тысяч приватных баллов. При этом, было неизвестно сколько неизвестный потратил приватных баллов для моей блокировки. Тут уже получалась игра блефа. Если неизвестный потратил много приватных баллов, то мне стоит перестать предпринимать попытки получить запись за приватные баллы. Если же было потрачено немного приватных баллов, то мне стоило потратиться самому. Проблема была в том, что был возможен сценарий, где я бы выкинул пару сотен тысяч приватных баллов и всё впустую, так и не получив запись. Но уже потратив сто тысяч приватных баллов и не получить ничего.. Было как-то обидно... Кроме того, отследить кто именно заплатил приватные баллы дабы скрыть от меня запись можно было как минимум за сто тысяч приватных баллов. При этом, был вполне возможен и вариант того, что этот неизвестный заплатил немного приватных баллов для блокировки и этого моего запроса. Обдумав это всё, я потратил пару тысяч баллов в надежде на то, что неизвестный оставил не более пары сотен приватных баллов для блокировки. Но когда это было безрезультатным, я счёл разумным отступить. Да, потеря ста тысяч была безуслоно обидным явлением. Но тратить в дополнение к этому еще пару сотен тысяч в надежде на то, что неизвестный пожадничал? Ну уж нет. Как говорится; «В казино нужно уметь всегда вовремя остановится». К сожалению, я не обладаю контролем над своим классом и не могу собрать с него "дань". Единственное что я могу использовать — свои личные накопления, а также выгоду от своей летней компании. Но этого было просто напросто недостаточно для того, чтобы вести полноценную экономическую войну ни с ограбленным классом А, ни даже с классом D. Точнее я могу это делать, но не на свои ресурсы, а к примеру используя ресурсы класса С для этого. Я был вынужден отступить, но это не значило что я закончил расследование. Битва была проиграна, но шанс выиграть войну всё ещё был. Вынужденный отказаться от лёгкого пути сбора информации, я стал думать. Мне показалось, что было бы логичным сосредоточиться на других известных мне фактах: Подозрительные встречи с ученицами класса А в местах куда я отправлялся, их немного странноватая реакция на меня, поведение Аянокоджи, небольшая странность в поведении Ичиносе, запугивание Хиёри... ...И так, если Хиёри действительно запугали, а я уверен в этом, то случилось это скорее всего в промежутке времени между окончанием выборов и утром. Что это значит? Манабе вероятно немедленно сообщила обо всём Киёне и та могла понять всю ситуацию и решить действовать немедленно... Аянокоджи знает наверняка, что Хиёри это не её пешка. Значит, она могла бы догадаться основываясь на имеющихся предпосылках и догадаться, что к чему. Затем она решила действовать немедленно и запугать Хиёри.. Но зачем ей это? Зачем ей давать мне время на то, чтобы понять что происходит и повлиять на Хиёри? Разве с точки зрения Аянокоджи, не было бы разумнее нанести свой удар с запугиванием на седьмой или хотя бы на шестой день экзамена? Запугать Хиёри тогда, а не сейчас? Я не смог бы среагировать, и она одержала бы верх.. Стоп, нет? Она бы не смогла заставить Хиёри атаковать какой-то другой класс кроме как класс D. Для неё важнее всего вопросы, которые Хиёри отправит. То есть, для Аянокоджи было бы разумным запугивать Хиёри в конце этого экзамена, то есть в двадцатые дни! Только если не.. «Ты действительно смог предвидеть угрозу самоуничтожения и поэтому заставил Хиёри прекратить весь контакт с окружающим миром?» Мне вспомнились её слова. Угроза самоуничтожения? Я замер на месте. Я стал думать об этом всё больше и больше. Прошло пару минут, пока наконец... «Взаимное самоуничтожение.. Это был бы идеальный способ заблокировать Хиёри...» Я понял смысл её слов. Я понял что значило самоуничтожение. Я обнаружил ошибку в своём собственном планировании, неучтённый элемент.. Используя угрозу взаимного самоуничтожения, Киёне могла бы заставить Хиёри подписать контракт ограничивающий её действия. Таким образом, с её точки зрения, отсутствие Хиёри значило то, что она не смогла бы навязать ей этот контракт. Именно поэтому, она подумала что я смог предвидеть стратегию взаимного самоуничтожения, и заблокировать её исполнение отрезав Хиёри от внешнего мира. Таким образом, Аянокоджи выглядела абсолютно искренней.. Стоп. А если это уловка? Если Аянокоджи произнесла ту фразу про самоуничтожение чтобы запутать меня и заставить думать о том, что это дело рук Сакаянаги. Сама запугала Хиёри вчера вечером, а сегодня целый день разыгрывала представление, чтобы заставить меня поверить что это дело рук Сакаянаги.. Стоп. Я что, снова в тупике? Не могу ни доказать что Аянокоджи меня обманывает, ни опровергнуть наверняка.. Внезапно, мне пришло сообщение на телефон. Я вздрогнул. Открыв телефон, я узнал новости от Кушиды. Та сообщила о контракте который Хорикита пыталась сегодня навязать классу. Она также сообщила и о том, что Хорикиту также поддержали и Хирата вместе с Каруизавой, правда не очень активно. Кушида смогла взять верх. Я задумался об этом. Попытка Хорикиты продавить подобный контракт сходилось со стратегией взаимного самоуничтожения. Но могу ли я быть на сто процентов уверен в том, что это не уловка? Я задумался обо всём. Наконец, я решил подумать об этом с другого боку: Что за непонятное поведение учениц класса А? Я вполне знал то, что Хашимото следил за мной. Но тут то, этих девиц было много и они оказывались прямо в тех местах, куда я шёл, да и около комнаты Хиёри меня практически окружили, к тому же их реакция... Если не считать это всё просто странным совпадением, то можно было прийти к выводу что их туда послали. Их послать туда может кто? Лидер класса А — Сакаянаги. Но зачем? И что главное — как? Если так подумать, то по большей части я видел именно наиболее социально активных девушек из класса А. Не одиночек или шпионок, а именно социальных девушек. Которые любят поговорить и.. Разнести сплетни. Я почувствовал, как в моём сердце поднимается убийственное намерение. Я наконец понял, что произошло. Я понял, кто виновник. И я понял, в чём заключались цели этого виновника. «Арису Сакаянаги» Предположим такую ситуацию: Сакаянаги в шутливой форме сообщает наиболее социально активным одноклассницам информацию о том, что я буду в конкретном месте около двери Хиёри, а также в конкретном месте в школьной больнице, спрашивать о состоянии Хиёри, а потом отправлюсь в библиотеку, где Хиёри обычно проводит своё свободное время. При этом, в руках я буду держать пакет с продуктами. Одно дело, если бы это всё было случайными встречами. Тогда, с точки зрения девушек я был бы хорошим другом проявляющим искреннюю заботу. Совсем другое дело — когда кто-то вроде Сакаянаги предупреждает их об этом говоря в шутливой форме нечто вроде "посмотрите, как сегодня Ягами-кун будет носиться как безумный пёс в поисках Хиёри с пакетом с едой. Какой заботливый у неё молодой человек..". После чего девушки интереса ради идут, и одни действительно встречают меня неподалёку от её двери, а другие в больнице. Затем они сравнивают информацию и... В конечном итоге, в таком случае впечатление у девушек будет совершенно другим, нежели при случайной необычной встрече. Они приходят к выводу, что я действительно заинтересован в Хиёри и.. Будучи девушками социальными, они активно сплетничают об этом с подругами и распространяют эту информацию. Информация о моём "особенном интересе" к Хиёри широко распространяется. Об этом узнают многие заинтересованные во мне девушки, и в результате я теряю своё влияние на них. Ведь для девушек, в их большинстве одно дело когда она знает, что она не единственная подруга и не единственная девушка которая влюблена в одного парня. И совершенно другое дело, когда они знают что этот парень влюблён в кого-то. Люди, хотя скорее подростки, в большинстве своём склонны к тому, чтобы переставать любить тех людей, для которых они абсолютно точно неинтересны. В психологии это называется механизмом защиты или как-то так, я не был до конца знаком с этим. Конечно же, определённые тёплые чувства останутся, но не более того. За примерами далеко ходить не надо, ведь под рукой есть Хирата. Вначале года девушки можно сказать, массово влюблялись в него. И даже когда он начал встречаться с Каруизавой, девушки всё ещё часто вьются вокруг него. Но в большинстве своём, они лишь испытывают к нему лишь дружеские чувства и симпатию, а любовь уже прошла. Конечно, это касается большинства, но не всех. Все люди разные и для некоторых людей вполне естественно продолжить безумно любить. Проблема в том, что если информация об этом разойдётся, то я потеряю львиную долю своего влияния. Я испытал жуткое раздражение. Несомненно, Сакаянаги изобрела опасный метод войны. Лишить меня моих глаз и ушей, лишить меня моих спящих агентов и сторонников! В перспективе, подобная стратегия могла бы создать для меня множество проблем. Это давало объяснение для всего ранее произошедшего. Вероятно, Сакаянаги несмотря на мои попытки её запутать смогла быстро догадаться до того, что Хиёри работает со мной. После, быстро опомнившись от поражения она сформировала эту смертоносную стратегию. Она стала запугивать Хиёри, дабы усложнить мне контроль над ней и для того, чтобы заманить меня в ловушку. Не только обернуть мой трюк с приватными баллами против меня, но и лишить меня моего влияния на женскую часть школы. Похоже что, сосредоточившись на Аянокоджи я проглядел Сакаянаги. Но в этом нет ничего страшного! «Арису Сакаянаги, я принимаю твой вызов!»