Сувенир, сводящий сердца

Тэхён просыпается где-то в часов двенадцать, чувствуя себя по-настоящему прекрасно, ведь так поспать удалось последний раз в больничный, однако простуда не давала полностью прочувствовать нерабочий день. Вот только, несмотря на то, что ему удалось выспаться, мужчина чувствует какое-то внутреннее опустошение, от чего и задумывается: не вызвано ли оно отсутствием Чонгука? — Айщ, забудь-забудь-забудь! — бубнит про себя Тэхён, а после скорее спрыгивает с кровати, заправляя её и недовольно продолжая. — Если подумаешь о Чонгуке ещё раз, то я тебя прикончу, понял? Мужчина кивает сам себе, а после начинает делать зарядку, то наклоняясь, то потягиваясь, то приседая, потому что возраст, хоть и не такой уж и большой, даёт о себе знать, а затем принимает все водные процедуры. В мыслях продолжает витать Чонгук, поэтому Ким несколько раз ударяет себя по щекам, прежде чем включить музыку и начать убираться, перед приходом друга, ведь тот должен подойти примерно к часу. Сонхён, хоть и не похож на человека, который обожает порядок, постоянно заставляет Тэхёна убираться в свои выходные, приговаривая, что у него совсем скоро ужи поползут. На что Ким всегда недовольно ворчит, всё же, под наблюдением друга, начиная убираться. Тэхён прожигает себя недовольным взглядом, снова ударяя себя по щекам, а после, пройдя на кухню и, засунув в холодильник бутылку вина, делает заказ роллов и любимых суш друга, потому что готовить даже самые банальных закуски совершенно нет никакого желания. Да и Сонхён никогда не будет против своих любимых суш. Оставшееся время Тэхён проводит на кровати, совершенно не желая вставать с неё до чужого прихода, поэтому просто листает глупые мемы, отправляя их Сонхёну, который, явно, уже проклинает своего друга. Вот только стоит его взгляду упасть на контакт Чонгука, который, кстати, сейчас онлайн, моментально принимает положение сидя, решая всё же предупредить мужчину о своём выходном. Тэхён: «Господин Чон, извините, что я Вас отвлекаю, но я бы хотел предупредить Вас о том, что сегодня весь день буду дома. У меня выходной» Вместо ответа Тэхён получает лишь смайлик, на что недовольно хмурится, бубня: — Просто смайлик?! Да лучше бы ты меня игнорировал, чем так отве… Не успев доругаться на Чона, мужчина поднимается с кровати и скорее подбегает к двери, когда в неё стучат. Улыбчивый друг сразу заключает в объятия, стоит открыть ему дверь и пропустить внутрь вместе с заказом, который он, скорее всего, получил, когда поднимался сюда, но вся радость быстро пропадает с лица, как только Тэхён выписывает ему подзатыльника. На чужой вопрос «за что?» ответа не следует: вместо этого Ким уходит на кухню, чтобы достать бокалы и бутылку вина из холодильника. Сонхён хмурится, почесывая свой затылок, чтоб немного избавиться от боли, а после, сняв обувь, скорее бежит следом за друга, вновь начиная заваливать его вопросами: — Тэхёни, скажи, пожалуйста, своему самому любимому другу, что он такого сделал плохого, что ты его ударил, м? Или же… быть может, я чего-то не сделал?! — пока Ким разливает по бокалам вино и раскладывает по тарелкам суши, Чхве бегает вокруг да около, надеясь, что друг объясниться. — Если ты из-за мемов, то я был за рулем и не успел… — Сядь за стол! — грубо отвечает русоволосый, прожигая старшего взглядом. — Тэхени… — шепчет тот, но всё же садится за стол, наблюдая за действиями Тэхёна. — Что я сделал не так-то..? Я даже твой заказ оплатил! — Скажи мне… ты вообще когда-нибудь умеешь держать язык за зубами, или ты вообще понятия не имеешь, как это делать? — скрестив руки на груди, Ким начинает ходить кругами, пока внутри вновь зарождается желание убить друга без всяких слов. — Ты почему налево и направо говоришь, что и кто мне нравится?! Какой стыд… — вздохнув, Тэхён внезапно останавливается на месте и просто взъерошивает собственные волосы. — Ему достаточно было сказать, что он хочет подкатить, так ты всё просто выложил ему на тарелочке! — Ты про господина Чона?! — охает мужчина, поправляя пряди своих фиолетовых волос, когда вновь получает подзатыльника. — Ну, Тэхёни, прекрати! Дай ты мне ответить, а то я так все свои мысли растеряю, если продолжишь меня так бить! Ким вскидывает брови вверх и, усевшись на стул, стоящий напротив старшего, кивает, готовясь слушать чужое оправдание. — Ну, господин Чон показался очень хорошим человеком, поэтому я рассказал кое-что ему о тебе… но ничего лишнего, правда! А причина, по которой я рассказал о твоем боссе, проста: я не хочу, чтоб ты встречался с таким ублюдком, о котором ходит очень много плохих слухов! — Которые, кстати, не слухи… — тихо отвечает младший, немного успокоившись. — Что ты сказал? — нахмурившись, интересуется Сонхён, беря друга за руку. — Ты что-то узнал о нём?! От господина Чона, да? Вы сблизились? Да? Да?! — А ты только и рад, — Тэхён шипит, словно змея, а затем избавляется от чужой хватки. — Ничего я не расскажу. И, между прочим, я ведь даже не планировал вообще встречаться с Джунёном! Он казался мне приятным человеком, но в отношения я бы не вступил. Ты поставил меня в неловкое положение своим неумением держать язык за зубами! — Ну, если бы ты не хотел вступать с ним в отношения, то во время наших пьянок, не говорил о том, как тот тебе нравится, и ты был бы не против оседлать его! Сонхён закатывает глаза, когда Тэхён вновь шипит на него, а после приступает к трапезе, пододвигая к себе целую тарелку своих любимых суш, пока продолжает: — Да и господин Чон на самом деле очень хороший человек, просто ты его плохо знаешь, видимо! И если тебе не понравился он, тогда ты точно слепой индюк, Ким Тэхён! — Сонхёк, не обязательно было ему рассказывать всё! Хотя ты рассказал не всё, да. К счастью, о моей любви к чужой силе не поведал, иначе бы я просто провалился под землю. — Да-да, не поведал… — с улыбкой отвечает тот, а после опускает голову вниз, запихивая в рот как можно больше суш. — Фкусна так! Ммм… Русоволосый нервно выдыхает и, взяв Чхве за подбородок, приподнимает голову так, чтоб можно было заглянуть в бесстыжие глаза, прежде чем переспросить: — Ты же не рассказал Чонгуку о том, что у меня кинк на силу, да, мой хороший?! — Не, нет же, конечно! Я что, по-твоему, придурок совсем?! — недовольно продолжает тот, когда, наконец, прожевывает суши. — Да, поэтому и спрашиваю! Одарив фиолетововолосого улыбкой, Ким приступает к поеданию роллов, пока продолжает прожигать друга злым взглядом, всячески пытаясь поверить чужим словам. А Сонхён же просто выдыхает, решая больше не злить младшего и не пытаться накричать на него, хотя бы, потому что боится, что если тот узнает правду о том, что он на самом деле рассказал о чужом кинке, то просто убьет своего друга. Без капли сожаления. — Больше никому и ничего не говори, ясно? — Тэхён грозится пальцем, ругая друга как ребенка. — Даже если этот человек выглядит хорошим. Это ведь реальная подстава. У господина Чона теперь плюс сто к уверенности из-за того, что он подходит под мой идеал. — Но это же правда! Да и тебе всегда хотелось найти такого мужчину, который будет днём с тобой ласковым, а ночью… сам понимаешь. Щеки Кима заливаются румянцем, заставляя Чхве и дальше смущать друга. — Да и ты сам говорил, как сильно любишь, когда тебя всем своим телом прижимают к кровати и трахают без сожале… — Тэхён моментально закрывает мужчине рот своей рукой, не давая возможности сказать и слова. — Замолчи, Боже мой, — Ким кусает губы немного, чувствуя ужасную неловкость за чужие слова, а самое ужасное, что ещё и правдивые. Заметив, что мужчина не пытается сопротивляться и что-то говорить, а просто молчит и ровно сидит, виновато смотря на друга, Ким отпускает его, продолжая возмущенно. — Всё равно же мы не спим с ним! Да и нельзя знать, что он такой. Может, в постели он вообще не очень. — Мог бы сначала попробовать, а после чепуху нести, — разочарованно вздыхает тот и, опустошив весь бокал вина, вновь поднимает взгляд на младшего, продолжая. — Разве он тебе нравится? Даже немножечко? Тэхён поджимает губы, совершенно не зная, стоит ли ему признаваться во всем своему другу, поэтому, чтоб потянуть немного времени, медленно выпивает свой бокал вина, бегая глазами по лицу мужчины. Сонхёну можно доверять совершенно любой секрет, но перед этим его нужно попросить молчать и не говорить об этом никому, потому что он уж слишком доверчивый мужчина, который готов рассказать всё. А уж тем более о своём друге он готов рассказать всё, тем более какому-нибудь красивому, сильному и очень влиятельному мужчине, которому достаточно сказать о том, что он заинтересован в Киме. Но будь уже, что будет. Сонхён уже точно никому ничего не поведает о Тэхёне, хотя бы, потому что верит в то, что его друг в скором будущем будет встречаться с Чонгуком. — Вчера у нас с ним было свидание, и мы ходили на пикник… — заметив удивление в глазах напротив, Ким слабо улыбается, чувствуя, как по телу разливается тепло от воспоминаний. — Он был таким открытым, таким родным, поэтому… мне начинает казаться, что я влюбляюсь в господина Чона. — Спустя день нормального общения ты пришёл к такому выводу? А не рано ли? — Быть может, ты и прав, Сонхён, правда… но просто ты и сам знаешь, как часто я влюбляюсь в людей с первого взгляда, так сказать, стоит им только открыться мне, — с улыбкой продолжает русоволосый и скорее пересаживается на стул рядом с Сонхёном, беря его за руку. — Но также вспомни о том, что даже если я и начинал влюбляться в них, то после, стоит им проебаться, мои чувства моментально исчезали, а я остывал. Ты же знаешь, что мне очень-очень сложно разбить сердце. — Слишком громкие слова, Тэхён, ты в курсе? А вдруг когда-нибудь судьба решит сыграть с тобой злую шутку, и тебе будет больно? — Если это на самом деле произойдет, то я всё же за что-то заслужу это, — Тэхён выдыхает и, долив обоим вина, берет в руку бокал, пока голову начинают заполнять мысли о том, что вдруг, по истечению договора с Чонгуком, произойдет что-то такое, что разобьет ему сердце. Мужчина боится, но всё же параллельно успокаивает себя мыслью о том, как тот серьезно настроен и, скорее всего, сделать всё, чтоб сохранить любовь. — Он не похож ни на кого, с кем я когда-либо встречался, Сонхён… Он слишком милый, слишком ответственный, слишком серьезный, слишком внимательный. Может быть, я сплю, ибо я не знаю, как такой человек может существовать. — Но я-то уверен, что точно не сплю и нахожусь в реальности, Тэхён, — забрав бокал из рук друга, фиолетововолосый скорее поднимается из-за стола и, отойдя со всем спиртным в сторону, продолжает, ловя на себе лишь разочарованный взгляд. — Если ты хочешь попробовать именно с господином Чоном, то я не буду тебя останавливать, понимаешь? Скорее я, наоборот, буду тебя пихать к нему, в надежде на то, что Вы будете счастливы. — Сонхён… — Но если ты увидишь, что он начинает вести себя как-то не так, то сразу бросай его и возвращайся ко мне, договорились? Ким кивает, моментально протягивая обе руки своему другу, который, подойдя ближе и присев рядом, вовлекает мужчину в крепкие объятия, слабо улыбаясь. — Я люблю тебя, мальчик мой. — А я тебя, хоть ты временами бываешь безумно противным! Сонхён моментально отстраняется и, ударив русоволосого по плечу, скорее возвращается на то же самое место, чтоб допить вино, наглым взглядом осматривая друга, что лишь бессовестно смеётся с данной ситуации. А после, стоит Тэхёну проверить телефон, на который приходит сообщение, как вдруг он моментально вскакивает со своего места и, начав прыгать, громко проговаривает, подбегая к другу: — Он написал! Слышишь?! Написал! — Что-что, написал-то? — Он ждёт меня к шести часам у себя, чтоб приготовить вместе ужин и поболтать! — с улыбкой продолжает тот, а после, чмокнув друга в щеку, выбегает из кухни, чтоб, быстрее переодеться во что-то более-менее красивое и одновременно удобное. — Ты там кушай-кушай, я скоро! Чхве посмеивается и, решив забрать весь обед с собой, чтоб докушать роллы и суши у себя, достает из кимовой тумбочки контейнер, начиная всё аккуратно складывать в него, что-то напевая себе под нос. И через несколько минут, подняв взгляд на Тэхёна, что уже стоит, у входа на кухню, собранный, подбегает к нему, позже покидая вместе с ним квартиру и начиная раздавать советы, на которые тот закатывает глаза, отвечая: — Во-первых, за мной заедет Ти. Он работает водителем господина Чона. А во-вторых, я уже ночевал у него, и мы не переспали… он даже не спал со мной, выделив мне отдельную комнату. — Никогда бы не подумал, что мужчины, которым за тридцать, будут так трепетно относиться к мужчинам, которые им не безразличны. Я думал, что они никогда не упустят момента, чтобы переспать… — Он не ты, — грубо отвечает Ким, а после, выйдя из дома, кивает в сторону машины, что уже ожидает его, улыбаясь. — Я люблю тебя, Сонхён, но давай уже поговорим и поспорим чуть позже. Ладно? Тот лишь кивает в ответ и, пожелав удачи, скорее заворачивает за дом и скрывается за ним, оставляя немного растерянного Тэхёна одного, который, развернувшись, медленно идёт к машине, садясь на заднее сидение, здороваясь с Ти. Мужчина с улыбкой здоровается в ответ, а после скорее выезжает на дорогу и, достав телефон, отчитывается перед Чонгуком, отправляя ему несколько сообщений о том, что Тэхён уже с ним и о том, что они уже едут. Ким же, подсев чуть ближе, дожидается, когда тот уберёт телефон обратно в карман, наконец, задавая интересующий его вопрос, немного пугая старшего: — Вы же хорошо знаете господина Чона? — Думаю, что да, — кивает мужчина в ответ и кидает мимолетный взгляд на Тэхёна. Он сразу вспоминает все возможные факты о своем друге, чтобы спокойно дать ответ, если нужно. — У Вас есть какие-то вопросы, господин Ким? — Просто буквально вчера господин Чон сказал, что он близок именно с Вами, поэтому бы хотелось, чтоб Вы рассказали мне… — Ну, во-первых, я не люблю, когда ко мне обращаются на «Вы», господин Ким, поэтому давайте будем общаться неформально, если Вы, конечно, не против? Тэхён отрицательно мотает головой, а после расплывается в улыбке, ощущая какое-то спокойствие. — Отлично, а теперь задавай любой вопрос, и если я на него знаю ответ, то, конечно же, дам его тебе. — Мне бы хотелось узнать… какой Чонгук на самом деле? Думаю, что ты лучше всего знаешь ответ на этот вопрос. Расскажешь? — Ну, если честно, Чонгук с разными людьми абсолютно разный, но это не значит, что у него несколько личностей, которыми он пользуется, — посмеявшись со своих же слов, Ти потирает шею, кивая в сторону переднего сидения. — Может, сюда перелезешь, а то шея затекает, когда я смотрю назад. Тэхён кивает и быстро пересаживается вперед, не забывая пристегнуться, потому что мужчина ведёт машину на большой, даже можно сказать запрещённой, скорости. — Просто, знаешь, Чонгук такой человек, который видит людей насквозь и я, если честно, до сих пор не могу понять, как у него это так ахуенно получается. Вот ему достаточно поговорить с определенным человеком, чтоб после подойти ко мне и сказать, что он крыса, либо же человек, с которым можно поболтать, если нужно что-то важное узнать. — А я? — А с тобой он, даже не болтая, сразу понял, что ты очень хороший человек, который пойдёт на всё, лишь бы наказать виновных… ну, и как оказалось, он сразу понял, что ты дашь возможность Чонгуку поухаживать за собой. — Как вообще можно такое понять? — Тэхён ухмыляется, не в силах поверить в то, что говорит Ти. Конечно, есть люди, которые видят насквозь других, стоит им только взглянуть на них, как они уже знают: врет им человек или нет. Но чтоб видеть именно такие тонкости, которые видит в других людях Чон, нелегко. — Хм, Ти, а… что ему нравится? Ну, там из еды, фильмов и так далее. — Проще сказать, что ему не нравится, если честно, — усмехнувшись, старший переводит взгляд на Кима, слабо щурясь. — А зачем тебе вообще это всё? Неужели ты серьезно решил рассмотреть кандидатуру Чонгука на роль своего возлюбленного? Понравился, да? — Следи за дорогой! — нервно отвечает русоволосый и, дождавшись, когда тот уведёт взгляд, продолжает. — Я просто хочу убедиться в том, что я подхожу ему… — Слушай, Тэхён, если он бегает за тобой, отправляет своего водителя и телохранителя к тебе. Постоянно проверяет твою страничку и пишет парням, чтоб узнать о том, как ты, то это уже о многом говорит. Не думал? Ким, прикусив губу, отрицательно мотает головой, тихо отвечая: — А как это..? — Ну, смотри, — брюнет откидывается назад, чтоб продолжить поездку в более удобном положении, начиная размышлять вслух. - Чонгук никогда не смотрит на статус человека, поэтому если ему понравился человек и тот ему интересен, то пусть он будет бездомным, с одним глазом или совершенно непримечательной внешностью, Чонгук от него не отвернется. Поэтому даже не смей думать о том, что ты ему не подходишь, потому что Чонгук, хоть и не показывает этого, очень ранимый, и, когда слышит такие фразы, замыкается в себе, думая о том, что он как-то неправильно поступает по отношению к тем людям, кто о таком, хоть раз, задумывался. «Чонгук, правда, настолько ранимый человек?» — спрашивает сам себя Тэхён, пока прикрывает глаза, вновь погружаясь в собственные мысли. — Никогда не думай о том, что Чонгук тебя бросит, если ты лишишься работы, лишишься поддержки других людей или же окажешься за решеткой, потому что совершил преступление. Чон разочаруется в тебе или в каком-то другом человеке только тогда, когда ты или кто-то другой будет говорить об измене. — Чонгуку когда-то изменяли? — нахмурившись, интересуется мужчина, поворачивая моментально голову в сторону Ти, который лишь кивает, поджимая губы. — О боже… и-и как он справился с этим? — А он и не справился, Тэхён… Чонгуку пришло анонимное письмо три года назад, когда он вместе со своим возлюбленным готовился к свадьбе, в котором были фотографии, как другие мужики трахали его парня. Чон хотел поговорить с ним, хотел разобраться во всем, но тот не сказал правды и просто попросил расстаться, что Чонгук и сделал. А через год узнал о том, что на самом деле его любимого изнасиловали и заставили сделать фотографии, словно он спит с ними по собственному желанию, лишь бы Чонгук остался в живых. Они угрожали ему… и когда он хотел признаться Чонгуку во всем, они избили его до смерти. Я узнал всю правду, рассказал об этом Гуку, и он до сих пор ходит на могилу к своему бывшему, в надежде получить прощение… которое и получает каждый раз, когда извиняется, во сне. Но он думает, что просто сходит с ума, поэтому не верит во всё это, продолжая извиняться. Ким тут же отворачивает голову в сторону и, вытерев быстро слёзы, пытается немного отдышаться, чтоб продолжить разговор, который на самом деле хотелось бы уже завершить. Что Ти и делает, когда замечает его слёзы. — Знаешь что… — тот скорее достает из своего рюкзака, расположенного на заднем сидении, бутылку с водой и небольшую шоколадку, передавая всё младшему. — Попей, перекуси и отдохни, ладно? Если Чонгук узнает, что ты плакал, а я это допустил, он просто убьёт меня, несмотря на то, что я его друг. — Спасибо… — шёпотом проговаривает светловолосый, одаривая Ти улыбкой. — Правда, спасибо… — Пожалуйста. И если захочешь покурить, то просто открывай окно и кури. Ни в чём себе не отказывай. Хорошо? Ким кивает и, решив сначала покурить, открывает окно, доставая сигарету вместе с зажигалкой, пока продолжает, одаривая того улыбкой: — Ты прекрасный друг, надеюсь, ты не оставишь Чонгука… — А ты прекрасный человек, Тэхён, поэтому я очень надеюсь, что ты дашь Чонгуку шанс и взглянешь на него под другим углом. Поверь мне, он умеет любить, и если он влюбляется, то до последнего будет стараться. Он никогда не сдастся, его огонь ради его любимого будет гореть до последнего. Тэхён снова благодарит мужчину, а после окончательно погружается в собственные мысли, закуривая сигарету и вздыхая свежий воздух, что доносится из-за окна. Он пытается как-то отвлечься от истории, которую поведал ему Ти, чтобы не заплакать окончательно, но получается это с трудом. Он извиняется перед брюнетом, что не может сдержать слёз, на что тот отмахивается, все-таки эмоции есть эмоции, а Тэхён посмеивается. Когда сигарета выброшена в окно, вход идёт шоколадка, которая, кстати, оказывается очень вкусной, и разговор об этом до конца дороги дает окончательно отвлечься. Тэхён кидает взгляд на зеркало заднего вида, замечая свои небрежно уложенные волосы и, попытавшись их поправить, благодарит Ти за поездку, после чего покидает машину. Тэхён старается из-за всех сил держать стойкий вид, желая выглядеть сильным перед некоторыми охранниками, которых мужчина явно не устраивает. — Кхм, господин Чон? — начинает аккуратно Ким, когда заходит в дом и, надев тапочки, проходит вглубь. — Я приехал. — Добрый вечер, — неожиданно выскочив вместе с огромной уткой из кухни, Чонгук тем самым показывает свое местонахождение, а после, одарив младшего улыбкой, возвращается обратно. — Идёмте сюда скорее, а то я уже без Вас хотел начать готовку! Уж слишком медленно Вас вёл Ти… мне с ним поговорить? — Нет-нет! — быстро отвечает Тэхён, как только проходит на кухню, осматривая огромное количество овощей на столе. — Это всё нужно порезать? Чон кивает, поворачиваясь лицом к Киму. — Тогда, я займусь этим! Чонгук вновь расплывается в улыбке и, понаблюдав за тем, как младший быстро моет руки и после, усевшись за стол, приступает к нарезке овощей: морковки, картошки, брокколи, стручковой фасоли и авокадо, видимо для соуса. Мужчина предлагает включить музыку на фон, на что Тэхён соглашается, желая тем самым узнать о чужих вкусах, да и немного отдохнуть от своей музыки. Но не тут-то было. Первая песня, видимо, в плейлисте Чонгука точно такая же, что и у Тэхёна, ведь он прекрасно помнит, что добавил её вчера, перед тем как лечь спать. Именно поэтому, сославшись на совпадение, мужчина продолжает нарезать овощи, пока не включается следующая песня, заставляющая немного напрячься. Ведь она тоже есть в его плейлисте. «Я прекрасно помню, как добавил эту песню на свой крайний день рождения в мой плейлист…». — Мысленно проговаривает Тэхён, переводя взгляд на беззаботного Чонгука, что сейчас, подтанцовывает, натирая утку различными специями. Отложив в сторону нож, Ким поворачивается к мужчине полностью и прокашливается слегка, привлекая внимание, начинает говорить: — Господин Чон, либо наши вкусы в музыке слишком похожи, либо Вы где-то отрыли мой плейлист, иначе я не могу объяснить, что играют те песни, которые я добавлял когда-то к себе. — Ну, во-первых, откуда я могу знать, с чьих на самом деле плейлистов я беру песни, если в них указаны лишь ники, а не настоящие имена? А во-вторых, я не настолько зависим Вами, чтоб добавлять Ваш плейлист к себе, для того, чтоб мы с Вами были максимально схожи! Чонгук тут же вытирает руки бумажным полотенцем, а после, взяв в руки телефон, начинает поиск плейлиста человека, у которого частенько берет какие-то классные песни, потому что, как ему кажется, их музыкальные вкусы совпадают. А затем, наконец, передает телефон младшему, который сначала читает название плейлиста: «спасение от одиночества», а после и ник человека, опубликовавшего данный плейлист: «Ви», а после улыбается, поднимая взгляд на все еще нахмуренного Гука. — Это мой плейлист. Тэхён возвращает телефон хозяину, а после, развернувшись, продолжает нарезать овощи, дополняя свой ответ: — Я даже и подумать не мог, что и до Вас дойдет мой плейлист, если честно… несмотря на то, что у него чуть ли не миллион прослушиваний. — Я… — тот пробегается глазами по экрану телефона, прежде чем убрать его в сторону и продолжить готовку. — Я нашел его три года назад, и до сих пор частенько захожу в него, чтоб найти что-то новенькое для себя. Не все песни мне, конечно, нравятся, да и не весь мой плейлист содержит лишь Ваши песни, но… Ваши для меня чуть роднее, что ли? Также я очень часто делился с Вами своими песнями, которые очень подходили под Ваш вкус, и которые Вы, кстати, очень часто публиковали, благодаря мне. Всегда, когда слушаю их, ощущаю легкую наполненность, особенно если знаю их перевод. А от других, даже веселых песен, у меня легкое опустошение происходит внутри, поэтому песни я слушаю крайне редко. Даже взятые из Вашего плейлиста. «Три года назад?» — прокручивает в голове это фразу младший, пока с легким сожалением смотрит на Чона. — «То есть мой плейлист его спасал, после смерти молодого человека? Или, наоборот, добивал?». Все эти мысли не дают Тэхёну покоя, поэтому он, нарезая на небольшие кусочки морковку, устремляет свой взгляд куда-то вперед, пытаясь распутать все свои мысли и вернуться в реальность. Он просто поверить не может в судьбу, потому что не бывает такого, что двух людей, ещё до знакомства, связывают какие-то песни, а уж тем более общий, можно сказать, плейлист. Чонгук же, выложив утку на противень, аккуратно начинает выкладывать рядом все овощи, которые уже порезал Тэхён, а после, решив, что лучше будет посолить ещё и овощи, протягивает свободную руку в сторону Кима, проговаривая: — Дайте мне, пожалуйста, соль. Она стоит прямо рядом с Вами. В ответ тишина. — Господин Ким? — посмеивается Чонгук, пытаясь другой рукой выкладывать оставшиеся овощи, пока дергает другой рукой. — Я бы сам подошел, но я тут немного занят. Вновь тишина. — Господин Ким? — хмурится тот и, повернув голову в сторону Тэхёна, скорее подходит к нему и, несколько раз подергав кимово плечо, пока тот не устремляет на него свой взгляд, продолжает. — Вы в порядке? Я уже вторую минуту прошу Вас подать мне соль. — Я задумался, прошу прощения, — Тэхён кусает губы и скорее передает соль мужчине, пока ловит на себе вопросительный вопрос, и сразу же добавляет. — О своем. Ничего серьезного, так что можете не переживать. О, и я закончил со всем. Тэхён сразу же поднимается с места и, одарив мужчину улыбкой, выкладывает к мясу морковку, которую резал из-за мыслей дольше всего. Чонгук ещё продолжает обеспокоенно смотреть на младшего, решая, что потом всё же обсудить с ним произошедшее, а сейчас вместе с мужчиной ставит всё в духовку, продолжая: — Вы когда-нибудь кушали мясо с соусом из авокадо? Тэхён, поджав губы, отрицательно мотает головой, садясь за стол сразу вместе с Чоном. — Тогда, будете мне помогать готовить его? — Конечно! — мужчина довольно улыбается и, взяв скорее авокадо, начинает его чистить, чтоб после нарезать для удобства. — А откуда Вы узнали об этом соусе… тем более о том, что его можно кушать с мясом? Ведь авокадо и мясо — вещи несовместимые. — Я тоже так думал, — с улыбкой отвечает Чонгук, а после в глубокую тарелку добавляет четыре зубчика чеснока, которые перед этим нарезает на мелкие-мелкие кусочки, один пучок уже нарезанного укропа, который Тэхён передает мужчине вместе с авокадо, что тоже отправляется туда же. Он специально сдерживает паузу, чтоб немного успокоиться и не разрыдаться от теплых воспоминаний о своей бабуле перед человеком, который ему небезразличен. — Моя бабушка, когда узнала о том, что серьёзно больна, попросила меня сделать для неё подарок и отвезти в Тайланд. Я, конечно же, не знал о болезни и, подумав о том, что бабуля просто хочет отдохнуть, отвез её в Бангкок. Чонгук ненадолго останавливается, чтоб достать из холодильника простой йогурт и, почти весь, добавить в тарелку к остальным ингредиентам. — Теперь можете добавить туда соль и всё тщательно перемешать. Тэхён кивает и, сделав всё то, о чём его просит старший, убирает соус в холодильник, для того, чтоб тот успел настояться, пока вместе с тем, начинает убираться на кухне, продолжая параллельно слушать продолжение истории: — Оказывается, она всю жизнь мечтала открыть ресторанчик и именно в Тайланде, чтоб радовать людей своим вкуснейшим мясом и таким же вкуснейшим соусом. Мой отец, её сын, всегда был против этого, постоянно ругался с ней и называл её идеи тупыми… но об этом я, к сожалению, не знал. Да и она никогда не рассказывала, а лишь тихонько приходила к себе, открывала дневник и писала о том, как ей обидно за своего сына. Чонгук, вместе с потом, вытирает и слезы, пока Тэхён моет посуду и не смотрит на старшего, а после, подойдя ближе, просит отдохнуть, пока сам продолжает мыть её, убирая в посудомоечную машинку. Младший поджимает губы, смотря на напряженные мышцы спины мужчины, который, не смотря на всю боль, продолжает: — Оказывается, у неё была болезнь Альцгеймера… но узнала она он ней слишком поздно. А все знают, что во время этой болезни, всегда нужно находиться рядом с человеком, дарить ему любовь и играть с ним в какие-нибудь развивающиеся игры. Короче, не подвергать ни стрессу, ничему другому отрицательному. А папа до её поездки кричал на неё, бил и даже несколько раз угрожал убить… на что та тихо извинялась и снова уходила к себе, чтоб пожаловаться в свой дневничок. Она, несмотря на свою болезнь, никогда не забывала о том, как меня зовут и кто я для неё, потому что я единственный, кто любил ее. Чонгук тихо выдыхает, а после, закончив мыть, продолжает стоять спиной к младшему, договаривая: — Она готовила настолько вкусно, что ей давали чаевые, ведь только так они могли отблагодарить её. Она готовила бесплатно… я следил за тем, чтоб ей поставляли самые качественные продукты, потому что она дорожила своей работой. Она ею жила последние годы. А три года назад, двадцать девятого августа, она забыла, как дышать и, к сожалению, умерла… прямо перед открытием. Она словно чувствовала и перед этим позвонила мне, попросила прилететь… и я уже сидел в самолете, когда мне сообщили о том, что она умерла. Чон скорее вытирает слёзы, и, натянув улыбку, поворачивается лицом к русоволосому, который уже хотел подняться из-за стола и утешить мужчину, но тот, лишь отрицательно помотав головой, продолжает, говоря, что всё в порядке: — Мне передали её вещи, передали её дневник… и передали её последние слова, которые звучали так: «я могу забыть о том, кто я такая, могу забыть, как готовить мясо или же — как ходить, но я никогда не забуду своего Чонгука, как бы сильна болезнь не была». Я до сих пор ненавижу своего отца за то, что он меня лишил бабули… и я буду сильнее его ненавидеть, если он попробует лишить меня, тебя. Тэхён продолжает держаться, смотря в чужие глаза, наполненные боли, а после, забив на чужие слова, скорее вскакивает из своего места и заключает мужчину в крепкие объятия, решая просто помолчать. Ведь слова могут сделать больнее. Ким чувствует, как по щекам текут мокрые дорожки, которые он пытается смахнуть быстрее, чем те начнут капать на чужое плечо. Он чувствует ужасную боль где-то внутри, словно вся чужая трагичная ситуация легла на его плечи тяжелым грузом. Пару раз всхлипнув, Тэхён отстраняется от мужчины и, обхватив ладонями чужие щеки, начинает отлаживать их, пока улыбаетесь слегка, желая подбодрить. — Я делюсь с Вами всеми историями не для того, чтоб Вы плакали, господин Ким, — продолжив держаться стойко, Чонгук расплывается в улыбке, аккуратно убирая кимовы руки со своим щек. — Ну-ка быстренько идите в ванную, умойтесь и приходите в гостиную. Поищем с Вами фильм, который посмотрим после ужина, ладно? Тэхён кивает и, ещё разок всхлипнув, скорее покидает кухню, забегая в ванную комнату, дверь которой закрывает, чтоб хорошенько выплакаться и после прийти к Чонгуку уже свеженьким. Он аккуратно включает теплую воду и, обмыв лицо, снова ощущает легкое жжение в глазах от слёз и сильную боль в груди, что явно так быстро не отпустит его. А Гук же тем временем, проверив утку и убедившись в том, что кухня в чистоте, скорее направляется в сторону гостиной, начиная прокручивать в голове все возможные фильмы, которые можно посмотреть с мужчиной. Ведь серьезностей уже достаточно на сегодня. Плюхнувшись на диван, после проверки камина, Чонгук включает ноутбук, чтоб через него найти какой-нибудь фильм, пока его взгляд не устремляется на Ти, что, зайдя в гостиную, тихо начинает, медленно подходя к другу: — Ты же не будешь на меня злиться, да? — Смотря на то, что ты сделал, Ти… — нахмурившись и убрав ноутбук в сторону, Чон принимает положение сидя, смотря на друга. — Что ты сделал, Ти? — Я рассказал Тэхёну о твоём бывшем… — еле слышно отвечает брюнет, поднимая взгляд на друга. — Мне очень-очень жаль! Я знаю, что я не должен был… — Как он отреагировал? Ти вскидывает брови вверх, не понимая, почему Чонгук не кричит на него, а спокойно продолжает разговор. — Ну, он заплакал… — И все? — Ну, и просто поблагодарил меня за то, что я до сих пор рядом с тобой. — Он и правда милашка, — смеётся Чонгук, а после, подсев ближе к другу, крепко обнимает его, продолжая. – И да, Ти, спасибо тебе большое. Ты прекрасный друг… — Ты меня пугаешь… — Просто мне было бы сложно рассказать Тэхёну о нём, а ты сделал всё за меня. Поэтому спасибо, — Чонгук скорее отстраняется от друга и, кивнув в сторону кухни, дополняет свой ответ. — Иди на кухню и подожди чуть-чуть. Скоро утка запечётся, и я угощу и тебя, и остальных парней. Так что дождись, ладно? Тот кивает и, всё ещё находясь в легком шоке, поднимается с места и уходит на кухню, ловя ещё взгляд Тэхёна, что выходит из ванной комнаты, не забывая, конечно же, поздороваться снова. Чонгук переводит взгляд на Кима и, постучав по месту рядом, вновь открывает ноутбук, проговаривая: — Давайте скорее выберем фильм, а то Вы уж слишком долго были в ванной комнате! Так скоро и утка уже запечься успеет, а мы ничего не выбрали. —Вы ругались на Ти, да? — аккуратно присев на диван, Тэхён поджимает губы, чувствуя себя виноватым. — О-он, правда, не виноват… это я настоял! — Почему я в Ваших глазах такой плохой, господин Ким? — слабо улыбнувшись, чтоб скрыть обиду на своем лице, мужчина передает ноутбук младшему, продолжая. — Я не ругался на Ти, я, наоборот, поблагодарил его за то, что он рассказал Вам о моём бывшем. Ведь если тему о бабули я более-менее смог рассказать, то о нём я бы никогда Вам не рассказал… уж слишком тяжелая это тема для меня. — Я просто думал, что… это ведь так лично. А я не так близок к Вам, чтобы делиться такой информацией, поэтому подумал, что Вы отругаете Ти. Извините, — Тэхён улыбается слегка и, уткнувшись в экран, быстро просматривает все описания фильмов, чтобы выбрать тот, который больше всего понравился. — Но я хочу, чтобы Вы мне были близки, поэтому я не вижу смысла скрывать от Вас что-то о своей жизни. Просто, поймите меня, мне тяжело делиться именно этой информацией с Вами. Да и вообще с кем-либо. Ким кивает и тихо благодарит за это, а затем, как только выбор падает на какую-то комедию, передает ноутбук его хозяину, чтобы тот уже всё настроил. Чонгук быстро подключается к телевизору и, когда на экране транслируется выбранное кино, удобно устраивается на своём месте. Он кидает мимолетный взгляд на русоволосого и аккуратно обнимает за плечо, боясь, что тот оттолкнет, но Тэхён в ответ, наоборот, подсаживается ближе, позволяя мужчине прижать к себе. Но, к сожалению, такую идиллию приходится прервать, когда утка оказывается готовой, и Чонгук поначалу даже расстраивается этому, но быстро становится вновь счастливым в тот момент, когда после трапезы Тэхён вновь подсаживается ближе и сам тянется за объятиями. Отличные отзывы под фильмом оправдываются, потому что комедия оказывается интересной и забавной. Как только она заканчивается, Тэхён начинает вытирать слезы, которые так и полились из глаз, кидая иногда лишь взгляд на Чонгука, которого, кажется, комедия рассмешила так же сильно. — Это был лучший фильм, который я смотрел в последнее время. — Полностью согласен, — тихо посмеиваясь с чужих слёз, Чонгук помогает младшему вытереть их, продолжая. — Никогда бы подумать не мог, что кого-то комедия сможет довести до слёз. Я впервые вижу человека, который плакал от смеха… видимо, остальные не настолько искренни, как Вы. — Либо же Вы просто никогда не обсуждали что-то до боли смешное. Вы же всегда такой серьезный… так, может быть, другие и бояться с Вами шутить. — Эй! — хмурится тот, моментально принимая положение сидя. — Сейчас, мне кажется, кто-то получит! И получил бы, если бы не Ти. — Я не смотрю-не смотрю, — с улыбкой проговаривает мужчина, закрывая одной рукой глаза, а во второй держа четыре тарелки. — И да, господин Чон, парням, да и мне тоже, безумно сильно понравилась Ваша утка, что Чей и вовсе сказал, что Вы должны всегда готовить для нас. — Во-первых, Чей завтра получит за эти слова, а во-вторых, относи скорее тарелки и иди к себе, пока и ты не получил! — Слушаюсь, господин Чон! Ти достаточно быстро закидывает все тарелки в раковину, а после, всё также прикрывая глаза, пробегает мимо гостиной, заставляя и Чонгука, и Тэхёна по-доброму улыбнуться. — Добрых снов, господин Чон и господин Ким! — Добрых снов, Ти! — бубнит Чонгук и, дождавшись, когда тот скроется из виду, переводит взгляд на младшего, всем видом показывая то, что он не забыл о чужих словах. — Что ж, продолжим начатое, господин Ким? Последнее, что многие могли услышать, так это крик Тэхёна, который после заменяется его смехом, вперемежку со смехом старшего, что «наказывает» щекоткой мужчину.