Я покину тебя!.. Даже ценой собственной жизни..

— Хюррем? Что-то случилось? — поинтересовалась Хафса. — Нет, хотела вас увидеть и заодно спросить кое о чем… Чтобы после не было никаких недомолвок или ещё чего. — проговорила жена султана. — Да, конечно Хюррем, говори. Что ты хотела? Но сначала присядь к нам. — с улыбкой ответила Валиде. Хасеки переглянулась с сестрой султана, которая даже и слова не обронила с прихода Хюррем. Шах после же равнодушно отвела взгляд, вслед за ней и Хюррем. Султанша медленно села справа от свекрови и на против бывшей подруги. — Госпожа… — поджав губу проговорила Хасеки и протянула руки. — Не стоит милая… — улыбнувшись ответила Айше и лишь в руки заключила ладони Хюррем. Пару мгновений спустя отпустила. — Так что ты хотела? — Сегодня в гареме я хотела устроить что-то вроде праздника, даже нет, просто посидеть с девушками вместе за обедом. Гюль-аге приказала, чтобы подали различные сладости… Правда если вы не против госпожа. — Да, конечно Хюррем. Зачем ты вообще спрашиваешь? Я ведь к этому никакого отношения не имею. Это лишь твоё дело. Вы и прежде устраивали такие посиделки с рабынями. Что сейчас изменилось? — Разумеется, но я просто хотела предупредить, чтобы вы были в курсе Валиде и… — О, Аллах!.. — проговорила Шах и схватилась за запястие. Госпожи резко переключились на неё. — Что произошло дочка? — выпалила резко Хафса. — Шайтан! Рука… — Поцарапала чтоли? — спросила мать султана. — Сейчас прикажу, чтобы промыли и нанесли мазь. — Подождите Валиде, не нужно. Всё нормально. Надеюсь не заражусь… — смотря на Хасеки проговорила Шах. — Моя кошка просто не привыкла, что её трогает кто попало… То есть кто-либо кроме меня и… Ну вы поняли… — пыталась будто-бы выкрутиться Хюррем. Но на самом деле это было сказано нарочно. Да и когда кошка чувствовала напряжение своей хозяйки на отношение людей, так реагировала. На её отношение к каждому человеку. Если всё нормально, то и трогать она бы не стала. — Я просто хотела её погладить. Очень агрессивная. Интересно в кого… — смотря Хасеки прямо в глаза проговорила Шах-Хубан. — Нормальная она. Может она почувствовала ваше напряжение госпожа? — усмехнувшись проговорила Хюррем. — Я не напряжена. Странная она… — Ладно, как знать. Видимо мне показалось… — также с улыбкой проговорила Хасеки. — Видимо. — прямо смотря ответила Шах. — Ладно, раз уж не нужно никого звать, то оставьте кошку в покое. Хюррем ты не договорила. Продолжай. — Я уже и забыла… А, в общем, подумала может и вы посидите с нами? Вы врядли согласитесь Валиде, но я всё-таки решила спросить. — Ты права, я посижу у себя, спасибо за приглашение. — А вы госпожа? Может хотя-бы вы найдете время и придёте? — с ухмылкой как и прежде спросила жена султана. — Я посижу у Валиде, скоро уже вернусь к себе во дворец. Может быть в следующий раз… Эсмахан хотела поговорить с Михримах и поиграть с Хуриджихан. Вот-вот поедем уже. — А ты Хатидже видела? — Нет Валиде, я недавно покинула свои покои. Мне сказали, что госпожа в саду с детьми. — До сих пор? — удивленно проговорила Хафса. — Ну ладно. Посидишь с нами Хюррем? Как раз щербет попьём. — Знаете Валиде мне нужно идти… — посмотрев на Шах проговорила султанша. — Я Баязиду тоже обещала в саду пройтись. С вашего позволения, я наверное пойду госпожа. — улыбнувшись проговорила султанша. — Ступай дочка, погуляй с сыном. Вечером хочу поговорить с тобой. Я загляну в твои покои. — Валиде… Зачем вы так сказали? Я теперь весь оставшийся день буду об этом думать и ожидать чего-то плохого… — растерянно проговорила Хасеки. — Не нужно переживать, ничего такого. То есть… Я забыла, что ты воспринимаешь это так сильно. Забудь, что я тебе сказала, ладно? Просто я вечером к тебе загляну, хорошо? — прикрыв лицо проговорила Хафса. — Не могу верно выразиться, не выспалась сегодня. Аллах что творится… — Валиде… Я всё-таки пойду, ладно? — пробормотала Хасеки. — Да-да, ступай милая… — ответила Хафса и Хюррем поклонилась и покинула покои. — Как? Дочка? И с каких это пор Валиде? — удивленно проговорила сестра султана. — Что ты имеешь ввиду? Не понимаю… — Ты сказала ей, «ступай дочка». — изогнув бровь ответила брюнетка. — А что в этом такого дорогая? Это же как традиции. Девушка, вступая в брак — приходится дочерью. Тебе ли не знать… — Я прекрасно это знаю мама, но не в случае с Хюррем, верно? Вы вероятно говорили об этом, так ведь? — усмехнувшись сказала сестра султана. — Ваши отношения всё налаживаются. — Иншалла всё плохое останется в прошлом. — улыбнувшись проговорила женщина. — Иншалла Валиде, Иншалла. — безучастно проговорила султанша. — Что-то случилось? — Да нет, с чего ты взяла? — натягивая улыбку проговорила Шах. — Я конечно тогда не обратила на это внимание, но видимо Хатидже не зря говорила. Вы с Хюррем и не заговорили, не трогая ситуацию с кошкой. Давно не видела вас вместе, даже до отъезда. — Мы виделись несколько раз… — прошептала девушка неуверенно. — Что-то с тобой не так дочка. Расскажи. Ты ведёшь себя странно. Уже давно это за тобой замечаю. Вы действительно поругались? — Тебе показалось мам, ничего такого… — пожав плечами ответила она. — Захочешь поговорить, я всегда готова милая. — кладя руку на щеку дочери прошептала Хафса. — Тебя что-то гложет. Ты обычно сама справляешься, но я как мать хочу тебя выслушать. Знай это. — Валиде, давайте не будем. Вы сами знаете, что всё у меня нормально. Было что-то, вы бы знали. — Как знаешь дочка. Значит ещё не время. — Зачем она эту кошку сюда притащила вообще? Рабыни тоже ей кланяться начали? — Вот опять. — усмехнулась мать султана. — Почему ты всё-таки заговорила об этом? Видимо действительно вы поругались. Иначе бы ты и внимания не обратила на кошку. — На это невозможно не обратить внимание Валиде. — также усмехнувшись проговорила брюнетка чтобы не быть раскушенной. — ранее она не была такой агрессивной. Только и всего. — Раз дело действительно только в этом, то оставь ты её. Пусть себе гуляет.

***

— То есть? И что это значит? Повелитель казнил Ибрагима-Пашу из-за слов Шах-Хубан Султан? Так что ли? — удивлённо проговорил евнух. — Да, так и есть. Дело не в измене Хатидже Султан… Точнее в этом тоже, но основная причина в Хюррем Султан. Ибрагим-Паша угрожал ей возле покоев повелителя. — ответил Марджан. — Как такое может быть?.. А моя госпожа не знает получается? — Да и знать она не должна. Я это тебе рассказал лишь из-за того, чтобы ты попытался их помирить. Смягчить Хюррем Султан. Я не могу смотреть, как моя госпожа чувствует себя виноватой. Напротив она даже помогла, но Хюррем Султан об этом не знает. Она сделала это ради неё. Если моя госпожа узнает, что я с тобой говорил, то и меня не пощадит. Я раскрыл то, что и ты не должен был знать. Я получается предаю её и не важно во благо ли… Прошу тебя унеси это с собой в могилу. Я не смогу без своей госпожи. Впрочем как и ты без Хюррем Султан. Так что нужно что-то менять. — О, Аллах… В голове всё перемешалось… Я даже представить не могу как их мирить. Если на чистоту, то я не раз пытался заговорить о Шах Султан, но моя госпожа начитает сильно злиться. — пожав плечами проговорил Гюль. — Попробуйте снова поговорить, но ты не смей отступать, настаивай на этом разговоре. Можно даже Михримах Султан взять во внимание — якобы приехать к Эсмахан. Хюррем Султан явно не оставит её. — Но или она просто не захочет приехать и скажет Михримах, что Эсмахан Султан приедет после сама, с матерью, Мерджан. — Значит нужно убедить сначала Михримах и подготовить к разговору с матерью. — Нужно попробовать, но сначала я просто поговорю с Хюррем Султан, если не выйдет, то после попробую с Михримах Султан. Прости Марджан, но мне уже пора. Нужно выполнять приказ госпожи. — И обо мне не забывай. — твердо произнёс слуга сестры султана. — Как я смею Марджан-Паша, не забуду. — в ответ наигранно поклонившись проговорил ага усмехнувшись и поспешил с того места. — Вот олух… Да чтоб тебя! — проговорил Мерджан. — спокойствие… Главное, чтобы задуманное вышло. Остальное мелочи. — закончил он и таже поспешил убраться от туда. *** Спустя какое-то время настал и обед девушки потихоньку начали собираться. Хасеки сидела в гареме с несколькими девушками за столиком, со своими рабынями. Вскоре и все различные явства были проданы. Хатидже не присоединилась, ведь дети всё ещё гуляли по саду, она решила им приказать накрыть там. Шах с Эсмахан по-прежнему находились во дворце. Некоторые рабыни возвращались с улицы, какая-то часть девушек была с другой стороны дворца и тоже вскоре должны были явиться. Девушки приступили к обеду, спустя немного Хасеки всё-таки решила заговорить о тканях и нарядах для рабынь. У девушки было прекрасное настроение и она очень хотела им поделиться как можно больше. Хюррем хотела порадовать рабынь. — Девушки? Я хотела кое-что вам сообщить пока вы наслаждаетесь явствами. После обеда Гюль-ага раздаст вам ткани и различные платья, будут украшения и многое другое. У меня отличное настроение и я с радостью решила им с вами поделиться. В ответ на слова Хасеки поспешили многократные слова благодарности и лучшие пожелания. Она очень радовалась такой обстановке. Но несколько девушек всё-таки не хватало, что и заметила жена падишаха. Она также следила за девушками, их действиями, реакциями и эмоциями. Всё было даже лучше, чем она представляла. Их столик находился посередине гарема, поэтому приближавшихся рабынь было отчётливо видно, ведь двери были максимально распахнуты. Также там были окна с огромной железной сеткой. То, что было под покоями Валиде было видно оттуда очень хорошо. Оставшиеся рабыни уже подходили ко входу, как объявили султана, который направлялся на улицу под покоями матери. Не дошедшие девушки встали в нужную позицию и опустили глаза в пол, а султан напротив остановился ближе к ним подойдя и пытался понять, что происходит. Также рабынь сопровождала Дайе, она вот-вот должна была туда явиться девушкам вслед. Падишах за одно мгновение разгядел происходящее и уже было хотел покинуть вход в гарем направляясь в сторону коридора на улицу, но девушка стоявшая ближе всех пала в обморок прямо в руки султана. Мужчина ничего толком не понял. Девушка завораживающе лишь взглянула в голубые глаза Сулеймана и натянув улыбку отключилась. Дайе в этот миг и вышла к ним и была в панике. Все сидящие в гареме разумеется наблюдали происходящее. — Дайе? Быстро позовите лекаря! Девушке плохо. — проговорил султан быстро, также держа рабыню. Женщина быстро подбежала и девушки помогли ей с рабыней. Султан поспешил удалиться. После ещё подбежал какой-то низший евнух гарема и унёс пока что больную девушку в лазарет. Дайе-Хатун пошла туда же выяснять причину случившегося. Всё случилось в один миг и оставшиеся трое девушек вошли в гарем. Все рабыни переглянулись и посмотрели на жену султана ожидая её действий и слов.