Я покину тебя!.. Даже ценой собственной жизни..

— Как я могу вам запретить госпожа? Конечно. Для вас всё, что угодно. Я буду только рада. Но мне по прежнему не верится… — слегка отстранившись проговорила Хасеки. — Вот и хорошо. — улыбнулась женщина, — тебе нужно отдохнуть милая. Уже давно пора спать. Весь дворец уже дремлет. И не нужно плакать… — руками смахнув её слёзы произнесла женщина. — Вы правы, я уже собиралась ложиться. И я не плачу... — Вот и не надо. Тогда доброй ночи дорогая, я пойду. Они переглянулись и Хафса покинула покои Хюррем. Хасеки же сразу легла и пыталась уснуть. Но навязчивые мысли этого вечера с мужем её не хотели покидать вновь. Но пока Валиде добралась до своих покоев, Хюррем уже крепко спала. Новый день. Утро. Время было уже близилось к обеду. В покои, к жене султана вошёл евнух. — Госпожа! Рад вас видеть. Как вы? — И я рада тебя видеть Гюль-ага. Сегодня подозрительно тихо, что-то случилось? — Нет слава Аллаху. В гареме всё спокойно. Где вы будете обедать? Вам здесь с шехзаде накрыть и Михримах Султан? — Нет, не нужно. Накройте им во дворцовом парке. Но улице хорошая погода, пусть обедают там, на свежем воздухе. Я напротив хотела подать халву и разные блюда в гареме сегодня. Посижу с девушками. Ты скажи Шакеру-аге, что всё за мой счёт, пусть также будут все сладости. Пока есть время я пройдусь немного, к Валиде зайду. — Хорошо, как прикажите госпожа! — А что делает Хатидже Султан? — Госпожа с детьми сейчас гуляет в саду у фонтана. Ей что-то передать? — Да нет, просто спросила. Думаю присоеденится к нам за обедом. И ещё кое-что… Совсем забыла Гюль-ага. Сегодня должны будут принести новые ткани и наряды. После обеда раздадим их девушам, что думаешь? — Вы очень шедры и добры госпожа моя. Пусть Аллах будет вами доволен! — А это тебе… — с улыбкой притягивает госпожа евнуху полный и забитый до конца мешок с золотом. Очень тяжелый. Таких Ага ещё никогда не получал. — Что это? Это золото госпожа? — удивленно проговорил евнух. — Но я… — Ты его молча возьмёшь Гюль-ага. Это и не обсуждается. Ты мне очень предан, я тебе доверяю и таким образом хочу тебе отплатить. — Госпожа мне и сказать нечего… Да убережёт вас Аллах. Вы очень щедры! Спасибо вам большое. — Это тебе спасибо за верность. Я рада, что ты попался именно мне Гюль-ага. Таких как ты больше нет. — Кому мне ещё служить госпожа моя? Вы самая добрая из всех госпожей, которых я знаю! Вы словно луч света освещаете весь этот дворец… Куда уж там! Целый мир. Вы справедливы и честны. Всегда. Вы настоящая госпожа! — с улыбкой проговаривал евнух. — Мне очень приятно это слушать, но я думаю этого достаточно. — усмехнулась Хасеки. — скоро так и льстить начнёшь. — Да покарает меня Аллах за такое госпожа! Зачем мне вам льстить? Я так не поступлю. С вами в особенности! — Я шучу Гюль-ага, а может и нет. Сделай вид по проще! Что ты такой серьёзный? Да ладно тебе, шучу я. — похохотала госпожа и евнух тоже переменился в лице с серьёзного на весёлое. — Спасибо вам ещё раз госпожа… — Не за что, ну а теперь можешь идти. Ага поклонился и покинул покои своей госпожи. Хасеки стояла у зеркала и смотрела на своё отражение. Простояв так немного Хюррем поменяла нынешние серьги, на любимые — с зелёными камнями как на перстне. Который она к великому сожалению сняла с безымянного пальца. Ожерелье госпожа надела с такой же отделкой, лишь кольца для полного комплекта не хватало. Рыжеволосая аккуратно поправила волосы и чёлку, часть волос она перебросила вперёд. Кстати говоря о них, за период беременности качество волос улучшилось, они стали гуще и длиннее чем прежде, начали сиять как не в себя. Хюррем улыбнулась своему отражению и покинула свою комнату направляясь к покоям свекрови. *** Гюль-ага встретил в гареме евнуха Шах-Хубан — Мерджана. Они общались не особо много после ссоры своих госпожей, по стольку по сколько. Но нельзя сказать, что они ненавидели друг друга. — Снова ты Мерджан? Что ты тут забыл? — фальшиво улыбнулся ему в лицо Гюль. — Разумеется. Я там, где моя госпожа. Я всюду её сопровождаю. Тебе что-то не нравится? — Нет, что ты?.. Я разве что-то сказал?.. Просто интересно. Не знал, что госпожа приехала... — Гюль-ага… Давай поговорим на чистоту? — О чём это ты? Что ты хочешь от меня узнать? — Напротив, мне нужно кое-что тебе сообщить… Давай отойдём подальше, чтобы нас никто не услышал? — Что у тебя? Это сейчас обязательно? Хюррем Султан мне приказ отдала, я обязан его исполнить незамедлительно. Говори сейчас быстро или потом. — Гюль-ага. — шёпотом и твердо произнес Ага. В его глазах виднелась серьёзность, ведь ему необходимо было сейчас поговорить и обсудить то, что находится в его мыслях. Иначе он взглядом был готов разорвать собеседника, ведь не любил, когда так относятся. Никакой серьёзности. Мерджан же сказал, что нужно отойти. — Я говорю давай пройдём в безлюдное место. Сейчас. — О Аллах… Ну и что там у тебя? Ладно пойдём! Евнухи остановились и Мерджан думал как начать.

***

Хасеки постучала в покои и с позволения Валиде, Хюррем вошла в комнату вслед за своей кошкой. Рабыни поклонились пред ними. Хасеки подошла к ступени и поклонилась свекрови. — Валиде… Госпожа и вы здесь? — смотря на Шах проговорила жена падишаха.